Мы неспешно шли по Большой Бронной.

— Алёна, а вы уже были в этом закрытом клубе? – поинтересовалась я.

— Была с Денисом три раза. Это не коммерческая площадка, а собрание личных друзей Демьяна, который отнюдь не Бедный. Он владелец строительной корпорации. По сложившейся традиции он два раза в год приглашает своих друзей и устраивает для них приватное музыкально-театрально-эротическое шоу. Там стриптиз танцуют в основном студентки Гнесинки и Щукинского института. Они же и играют живую музыку, читают стихи, исполняют скетчи.

— Как необычно!

— Дело в том, что Демьян меценат с тонким художественным вкусом. Причем он помогает именно молодым музыкантам, художникам, актерам. Помогает не раздачей им денег, а гонорарами за покупку у них «профессионального товара» по достойной цене. У молодых художников он покупает картины, у артисток – их участие в заседаниях клуба. И это участие не подразумевает оказание интимных услуг собравшимся. Там нет уединения в приват-комнатах со стриптизершами. И кстати, нет никакой обязанности у этих студенток раздеваться до конца или вообще что ли с себя снимать.

— Тогда какой-же это стриптиз, если нет раздевания? – удивилась я.

— А стриптиз, - это дразня раздеванием или имитацией раздевания. И каждая девушка сама выбирает по своему настроению – имитировать ей раздевание или снимать предмет одежды. Игра в соблазнение есть, а обязательства раздеваться или тем более обязательства обслуживать клиентов, как в обычных стриптиз-клубах, у них нет.

— Удивительно. Там что все участники клуба такие крутые эстеты?

— Думаю, что не все. Но все ведут себя прилично и уважительно, поскольку Демьян есть Демьян, а честь быть приглашенным в круг друзей Демьяна кому попало не раздается. Кстати, многие приходят со своими женами. И хозяйка вечера – супруга Демьяна.

— А Демьян предупрежден обо мне?

— Разумеется - как же иначе.

— Ой, там похоже будет такое высокое общество, а я совсем не торжественно одета. Вы же меня не предупредили.

— Дресс-код придумали для клиентов. Для друзей он не нужен. Я вот тоже сегодня без кринолина. Там все довольно демократично, и никто из себя сноба не строит. И будут не только люди из бизнеса, но и актеры, с которыми Демьян любит тусоваться. Так что совершенно не беспокойся за то, что не впишешься в общество. Кстати, видишь, этот шестнадцатиэтажный дом красного кирпича с мемориальными досками?

— Вижу.

— Это так называемый «Звездный дом» советской культуры. Здесь жило множество знаменитостей, с которыми связано множество легенд. Например, тут жили Юрий Никулин и Ростислав Плятт, которые постоянно «подкалывали» друг друга к полному удовольствию остальных жильцов. Рассказывают, что однажды Плятт возвращался поздно вечером после спектакля и увидел во дворе грязную машину Никулина. Он написал пальцем на капоте: «Помой машину, дурак» и пошел спать. А в два часа ночи его по телефону разбудил Никулин словами: «Машину помыл, сам дурак».

Я расхохоталась:

— Весело, однако, они жили в этом доме.

— Вечером у Демьяна тоже наверняка кто-то будет прикалываться над его хобби.

— А какое у него хобби?

— Вообще, у него помимо помощи творческой молодежи, два довольно нестандартных хобби. Во-первых, Демьян помешан на прослушивании различных версий Первого концерта Чайковского вживую. Если он узнает, что где-то в России или за рубежом крутой пианист вместе с крутым оркестром исполняет Первый концерт, а он это сочетание еще вживую не слышал, то он всеми силами стремится попасть на это исполнение.

— Ничего себе хобби для строительного магната. Я просто потрясена до глубины души.

— Только, Лена, я тебя об одном прошу – не спрашивай его о том, что он думает о разнице между второй и третьей редакциями этого концерта. И не дай бог тебе ввернуть фразу про симфонический экзистенциализм Чайковского. Иначе весь вечер у Демьяна уйдет на обсуждение этих волнующих его нюансов, для меня лично недоступных.

— Хорошо, про Чайковского буду молчать как рыба об лед. А второе хобби какое у Демьяна?

— Коллекционирование галстуков-бабочек. Их у него больше тысячи разных стилей и из разных стран. Денис, кстати, сегодня тоже прикольнется над Демьяном на эту тему.

— А как прикольнется?

— Сама увидишь. Не будем опережать события, но уверена, что этот прикол всем понравится.

Мы свернули на Малую Бронную.

— Лена, а насколько поздно тебе сегодня можно вернуться домой?

— Вообще-то, я предупредила родителей, что сегодня, возможно, заночую у подруги, - ответила я.

— В нашем номере гостиницы кровать широкая, - улыбнулась Алёна.

— В общем-то, я именно это имела ввиду, раз вы приехали в Москву.

— Но только Денис просил меня передать тебе, что с его стороны уже никогда не будет инициатива физического контакта с тобой и степень физического контакта с ним регулируешь только ты сама.

— А чего он мне это сам не сказал, а через вас передал? Я ни о чем не жалею из того, что у меня с вами было в Петербурге. Тем более о нашим ласках втроем перед самым моим отъездом.

— Может, постеснялся сам сказать. Ты же сама знаешь, какой он бывает щепетильный в деликатных мелочах.

— А у него есть чувственная программа на завтрашний день для нас троих?

— По крайнем мере, два пункта в этой программе на завтра он для тебя предусмотрел.

— Интересненько-интересненько. Ну поживем-увидим. Балуете вы меня, однако.

— Мы и себя балуем с тобой – так что все взаимообразно…