Дождь лил, как из ведра, словно в голливудском фильме. Я был на кладбище и промок до нитки. Но уйти не мог, не имел права.

В сырую и тёмную могилу опускали гроб, в котором покоился Майкл. Я не знаю, как они его нашли, но эти ублюдки вычислили его и убили. На улице, ночью, словно какую-то дворнягу. Всё выглядело так, как обычное ограбление, но я знал, что это не так. Чувствовал, что они были в этом замешаны.

— Прощай, друг, — тихо произнёс я, бросая в могилу горсть земли.

На душе было паршиво и мерзко. Я чувствовал себя полным кретином.

«Это ведь из-за меня».

Мысль не покидала мой разум с того самого момента, как я узнал о смерти Майкла. Это произошло сразу, как только я пришёл в себя дома. Первым делом я направился к нему. Но возле подъезда увидел скорую и полицию. От них-то я всё и узнал.

В очередной раз уйдя в свои мысли, не заметил, как налетел на прохожего.

— О, прости, — извинился я.

Тот повернулся. Это был парень примерно моего возраста, только ниже ростом и шире в плечах. Его глаза были красные, видимо, от слёз. Он ничего не ответил, а молча пошёл дальше.

«Чёрт, чёрт», — ругался я.

Люди страдают и всё из-за моей глупости.

От злости сжал кулаки. Да так, что они захрустели.

Но внезапно моё дыхание перехватило. Я замер на месте, не в силах двинуться. Напротив стояла она...

— Ева? — кое-как удалось выдавить из себя.

На её лице было такое же удивление.

— Ты... к Майклу? — спросила она.

— К сожалению.

— Вы были знакомы?

— Мы были друзьями, — и, видя её вопросительный взгляд, поправился. — Просто друзьями.

— Не думала...

— Я тоже не думал встретить тебя здесь.

Мы приблизились. Напряжение, что было между нами в тот момент, практически сверкало искрами. Но его ощущали только мы вдвоём.

— Я часто думал о нас.

— Правда?

Подошли вплотную. Я чувствовал аромат её тела. Какими бы сильными не были духи, аромат лучшей девушки в моей жизни я мог легко отличить от всего остального.

— Ты скучала?

— Иногда. А ты?

— Постоянно.

Смотрели друг другу в глаза. Я знал, что наши мысли схожи, но каждый боялся сделать первый шаг. Мы боялись разорвать ту тонкую нить, которая вновь протянулась между нами. Прождав этого момента несколько лет, каждый боялся его упустить, сделав лишь единственный шаг.

Но, как и в первый раз, раздался бесшумный взрыв, убивший нашу нерешительность. Уста слились в страстном поцелуе. Настолько желанном, что у меня закружилась голова.

Мы прижались друг к дружке, словно хотели слиться в единое тело. И от части это было правдой. Страсть бурлила в нас с неистовой силой. Чувства выли подобно сиренам.

Сдерживаться не было сил и смысла. Ева сама, схватив меня за руку, потащила в сторону. Подальше от любопытных глаз.

Через пару мгновений нас скрыл густой высокий кустарник. Не знаю, кто его посадил, но мы оказались в подобии лабиринта. А в одном из тупиков увидели небольшой столик.

Девушка тут же прижала меня к нему и снова поцеловала. Поцелуй был сладок, как сочная ягода, а желание обладать Евой разрывало на части. Обхватив её талию, прижал к себе так, что у неё перехватило дыхание.

— Ты мне так все кости переломаешь.

— Прости.

— Продолжай в том же духе.

Наши глаза блистали подобно звёздам яркой ночью.

И пускай моросил дождик, мы всё равно раздевались, дабы вспомнить ощущения от прикосновения любого тела.

— Я так долго этого ждала, — шептала Ева, расстёгивая пуговицы на моей рубашке. — Ты не представляешь.

— Представляю, — ответил я, снимая её блузку.

Грудь девушки, как всегда была прекрасна. Мои губы прильнули к набухшим соскам, стоило их обнажить. Хотелось заглотить грудь полностью, но с такими размерами это было непросто. Поэтому я страстно покусывал, оттягивая на себя. Сладостный стон вырвался из груди Евы, а пальцы вцепились в мои волосы. В ответ я с силой ухватился за упругую попку.

Предварительные ласки никого не интересовали. Расстегнув её брюки, повалил на столик, стянув их. Между прекрасных ножек меня ждала ухоженная красавица. Стоило дотронуться рукой, как девушка вздрогнула.

— Холодно, — прошептала она.

Но это не было просьбой остановиться.

А когда я провёл головкой члена по половым губам, Ева снова издала эротичный вздох.

— Давай же.

Жар её щелки был дьявольским. А для того, чтобы войти хватило несколько движений.

— Да, да, — выдыхала Ева каждый раз, как я проникал в неё.

То, что мы творили, где и как, заводило ещё больше. Передо мной полураздетая (в распахнутой блузке и кофточке) лежала любимая девушка. Жаркий секс контрастировал с холодной моросью, и в любой момент кто-то мог нас увидеть. Однако это не волновало ни меня ни её. Наоборот, разогревало нашу страсть.

Ева шевелила бёдрами в такт моим движениям, иногда приподнимаясь, что позволяло мне входить ещё глубже. Я держался за талию и напирал с варварским буйством, словно какой-то зверь. Но ей это нравилось, желание читалось в карих глазах.

— Возьми меня. Сильне-е-е...

Последнее слово она чуть ли не выкрикнула. Обхватила ногами, прижав к себе и принялась за дело сама. Её резкие движения ягодицами вверх-вниз всегда сводили меня с ума и доводили её до оргазма.

Вот и сейчас девушка всего лишь после нескольких мгновений схватилась за края столешницы и задрожала всем телом. Вся её внутренняя женственность сжалась так, что на секунду я почувствовал дискомфорт. Впрочем, он тут же исчез, когда я осознал, что мы кончаем вместе.

Поэтому я схватил её за бёдра и продолжил трахать. Моё семя излилось в любимую, но я не мог остановиться. Страсть распирала меня изнутри. И я входил и входил в Еву, пока нас обоих не накрыло с головой.

Мой дружок выскользнул из её пещерки, и я опустился на небольшую лавочку, стоявшую близ стола. Мы оба тяжело дышали и не сразу пришли в себя. Благо эта противная погода смогла нас быстро освежить.

— Это было... нечто, — кое-как выдохнула девушка.

Я лишь усмехнулся, переводя дыхание.

— Да уж, Майкл помогает мне даже после смерти.

— Не думала, что вы знакомы. Он же...

— Гей. Я знаю. Но он был хорошим человеком.

— Да... был.

Печальные мысли вновь нахлынули на нас. Но стоило мне поднять взор и увидеть сексуальную ножку моей любовницы, как страсть проснулась вновь.

«А почему бы не приударить?» — вспомнилась старая мысль, от которой что-то защемило в груди.

— Ева, — я поднялся, застёгивая джинсы. — Может...

Она смотрела на меня снизу-вверх, но в глазах (этих прекрасных глазах) увидел печаль. Девушка покачала головой.

— Я замужем.