Прилетев в город N., майор Денис Николаевич Кушелев позвонил дочери.

– Да, папа, я дома. Мама ?... На работе.

– Еду, жди...

Настя с визгом бросилась навстречу, повисла на шее, заболтала худыми голенастыми ногами:

– Папулечка, родненький !..

В глазах блестят слезы, вот – вот прорвутся и хлынут неудержимым потоком. Денис целовал такое милое, родное лицо с редкими веснушками на вздернутом носике.

Потом вместе хлопотали на кухне. Отец в мамином фартуке, такой смешной, но такой родной и близкий... Вооружившись шипастым молотком, он старательно отбивал ломоть бледно – розовой свинины, прикрыв пищевой пленкой. Давал наставления дочери, которая сбивала желтки с молоком, болтала о каких – то пустяках. Денис слушал ее вполуха, ломая голову, как бы поделикатнее распросить об Ирине.

Настя вводила в омлетную массу отдельно взбитые пенистые белки. Так велел отец.

– Добавь холодной воды, чуть – чуть, если есть – минералки.

– Зачем па ?...

– Увидишь сама... Тебя мама не учит готовить ?

– Сосиски, пельмени я варю сама...

Как – бы между прочим, поинтересовался:

– А как мама живет, как у нее дела на работе?

Настя поведала, что Ирина приходит домой поздно, очень усталая, часто дежурит... А однажды она заметила, что попка у нее была красная – красная, как от ожога.

   Денис наставительно заметил:

– А за взрослыми нехорошо подглядывать...

Настя смутилась, полыхнув стыдливым румянцем :

– Па – а, я не нарочно, она в ванную пошла, а халатик короткий...

На правах хозяйки, Настя уговорила его остаться ночевать, постелив на диване в большой комнате. О приезде отца она сообщила матери, как и о своем решении оставить ночевать. Она уловила в ответе матери нотки, плохо скрываемого неудовольствия:

– Ну ладно, чего уж там... Места много... Я поздно, ты кушала ?.. Папа приготовил мясо по – французски ? Хм...

Несмотря на усталость от перелета, Денис никак не мог уснуть. Ворочался, вставал, ходил на кухню, дышал воздухом в лоджии. А сон все не шел.

Он лежал заложив руки за голову, когда чуткий слух его уловил клацанье замка и шорох в  прихожей. Бросил машинально взгляд на светящийся циферблат "Командирских":

"Поздновато пришла... " Раздались легкие шаги, дверь открылась, полоса света рассекла темноту ... На пороге появилась Ирина в коротком цветастом халатике.

– И зачем приехал, позволь спросить?

Денис пружинисто вскочив, подошел к ней, стройный, в белых слипах, еще более выделявшихся на загорелом теле. С иронией осведомился:

– И что мы так поздно ? Или рано ?

Ирина ответила с вызовом:

– Отчета, ТЕБЕ, я давать не намерена!

Он уловил исходящий от нее запах алкоголя, который не мог перебить терпкий аромат французских духов.

– Пойдем, поговорим на кухню...

– Ты бы прикрылся.

– А с каких это пор, ты стала меня стеснятся ? –  поинтересовался он натягивая голубую форменную майку.

Они сидели на кухне за столом, напротив друг друга. Ужинать Ирина отказалась, пили кофе, которое сварил Денис в старой медной турке.

Он объяснил, что заехал повидаться перед командировкой в Сирию.

Ирина испуганно, непритворно, воскликнула:

– Но там же !

– Я буду на земле, начштабом... Оставлю вам свою банковскую карточку, будешь получать... Мне много не надо, а дочь растет.

– Ты один? Никого не нашел ?

Денис отшутился:

– Первым делом, делом самолеты!

Ну а девушки... потом.

Потом спросил, глядя прямо в глаза:

– А тебя ?

Ирина промолчала, потупив взор.

Он встал, зашел к ней со спины. Осторожно прикоснулся к ее голове, провел рукой и запустил пальцы в черные пряди. Ирина невольно замерла, сладкой дрожью откликаясь на эту ласку. Как все же не похож Денис на скотов, с какими приходилось "общаться" в последнее время... Хотя бы сегодня, несколько часов назад.

Вместе с другими женщинами она ползала на коленях и отсасывала у развалившихся на диване и креслах мужчин. Они смаковали коньячок и виски, отпуская циничные шуточки в их адрес. Один из них, тело которого покрыто волосами, как у зверя, грубо схватил ее за волосы и насадил на член, до горла. Методично трахал ее, несмотря на протестующее мычание. Двое, из тех, кому она не успела отсосать на диване, наперебой закричали протестующе:

– Оставь, оставь ! Нам что в твою малафью кунаться ! Потом...

"Зверь" хохотнул:

– Проглотит, вискариком зальет...

Но послушался, нехотя освободил ее рот, похлопал возбужденным членом по щекам, процедил сквозь зубы:

– Готовься, сучка, я порву твою жопу на британский флаг...

Она стояла на четвереньках, склонив голову и хватала ртом воздух, как рыба вытащенная на берег...

Ирина помотала головой, словно пытаясь прогнать кошмар воспоминаний. Медленно встала и обернулась к Денису.

Он легонько обнял ее и губы пробежали по ее шее, белой статной, правда с едва заметными морщинками, по гладкой щеке, коснулись уголка припухщего рта.

Ирина закрыла глаза, забросила ладони ему на плечи и ответила на поцелуй.

Нетерпеливая ладонь гладила ее крутое бедро, потом забралась под халат, ошущая горячую шелковистую нежность кожи.

Она куснув его за мочку уха, прошептала:

– Я в душ...

Всякие перемены в жизни подготовляются незаметно, самые важные события начинаются с пустяков.

Продолжение следует.