РАЗГОВОР

Все написанное представляет из себя извращенную фантазию. Ничего реального тут нет. Увы…

1

Муж и жена лежали уже час в своей постели. Как только его хуй проник в ее влагалище, она замерла от ожидания. По сложившейся традиции сейчас должен был начаться их диалог, которого она всегда ждала, потому что именно этот разговор и приводил ее к нескончаемому сладкому оргазму. Нужно отметить, что этот разговор никогда не был просто фантазией, а основывался на конкретных фактах и конкретных знакомых им людях.

– – О чем будем говорить?—он, лежа сзади дрочил ее пизду и неждно гладил волосы на лобке, захватывая отросток клитора.

– – Ты видел пизду своей мамы?

– – Видел.

– – Какая она?

– – Разъебанная и волосатая.

– – Больше разъебана, чем моя?

– – Больше.

– – А волосы какие?

– – Черные и кучерявые. Отец не разрешает их брить – любит волосатую пизду.

– – Значит и моя ему понравится?

– – Конечно.

– – А ты видел, как они ебутся?

– – Не один раз.

– – В детстве? Сколько лет тебе было?

– – Лет 7 – 8.

– – Дрочил свой хуй, сдрачивал или еще спермы не было?

– – Дрочил и сдрачивал в кулак.

– – Но волос у тебя еще не было?

– – Еще не было. Очень хотел, чтобы как у отца была волосня.

– – А когда первый раз понюхал мамины трусы?

– – Тогда же.

– – Любишь нюхать?

– – Очень!

– – Засунь мне в пизду палец и понюхай и пососи.

Он тут же вогнал палец, а потом дал его понюхать ей.

– – Тебе нравится свой пиздюшный запах?

– – Охуенно! Дай пососать.

Она стала облизывть его палец и в это время рукой пробираться к его анусу.

– – Раздвинь жопу – хочу ее понюхать.

Ее палец залез в его волосатый анус и немного вошел в отверстие.

– – Пока не буду дрочить тебе жопу. Только понюхаю.

– – Тебе нравится?

– – Очень!

– – Хотела бы понюхать жопу у кого – нибудь? У кого?

– – Хотела бы у твоего отца, у матери, и у нашего Паши. Я когда его мыла в детстве, всегда нюхала.

– – Блять, как охуенно ебемся! Тебе нравится?

– – Блять, очень. Только не кончай, давай поговорим.

– – Давай.

– – Ты у своей матери хотел бы пизду пососать, а у отца хуй?

– – Хотел бы очень.

– – А хотел бы, чтобы я в это время тебе сосала?

– – Хотел бы.

– – А хотел бы, чтобы наши дети увидели, как ты сосешь своим родителям, а я сосу тебе?

– – Я бы от этого охуел бы!

– – Как ты думаешь, Наташка в свои восемнадцать лет уже дрочит?

– – Наверное…

– – А Паша в свои четырнадцать?

– – Пашка точно дрочит.

– – Может, он на меня дрочит?

– – Скорее всего.

– – Ты хотел бы, чтобы я ему дала понюхать свои трусы?

– – Хотел бы.

– – У него бы хуй встал и пусть Наташка ему бы подрочила рукой. Хотел бы?

– – Очень!

– – А я бы ему жопу поласкала. Хотел бы?

– – Он бы кончил тут же. Полизала бы его сперму?

– – Конечно! Давай Наташке как бы случайно покажем, как мы ебемся. А потом пощупаем помокрела ли ее пизда.

– – Давай . Я бы еще хотел, чтобы моя мама ему хуй пососала. А ты бы отлизала бы у моей мамы?

– – Ой блять, ой, охуеваю! Я бы ей все волосы вылизала и жопу. У нее жопа волосатая, как ты думаешь?

– – Я не думаю, а знаю – волосатая. Отец всегла лижет ей, я сам в детстве видел.

– – А у отца срака тоже волосатая, а яйца… Ой блять, пизда ноет хочет кончить, но я держусь…

– – У отца жопа волосатая и яйца тоже. Давай тебе в жопу засуну, а ты пизду раздрачивай.

– – Давай! Только медленно, очень хочу поговорить.

– – Я тоже хочу.

Она легла на бок и руками раздвинула свои ягодицы, выставив поросший курчавыми волосами анус навстречу его хуищу. Именно так, потому что его залупа была темно – лиловая и раздулась от продолжительного трения. Он всунул его в жопу жене и стал медленно дрочить и ей и себе.

– – А ты бы что сейчас хотела бы больше всего, – – спросил он, задыхаясь от похоти, предчувствуя ее ответ. Он не ошибся…

– – Я бы хотела посмотреть, как ты ебешь свою мать, а твой отец дает ей в рот свой огромный хуй.

– – А ты бы что делала в это время?

– – Я бы дрочила себе пизду и лизала бы матери ее волосатые подмышки, потные и вонючие. А потом бы подлизала твой хуй и ее пизду вместе со сракой. Ой, блять, еби в сраку меня…

– – Дрочи свою пизду, натирай клитор!

– – Он у меня уже как хуй стал, даже залупа видна. Пососи эту залупку.

– – Я не могу, не хчу вынимать хуй из твоей жопы…

– – Тогда я сама раздрочу клитор. Ой, сука, ой, блять, как кайфово, опизденеть. Еще спрашивай!

– – Расскажи, как ты дрочила нашему сыну в детстве.

– – Я его купала и открывала маленькую залупку, чтобы промыть, а потом закрывала, открывала и закрывала, открывала и закрывала… Еб твою мать, как охуенно говорить об этом. Тебя вставляет?

– – Очень! Еще рассказывай.

– – Одной рукой дрочила ему, а другой дрочила себе пизду, представляя, как он вырастет и своим огромным хуем мне заедет в очко…

– – Давай так сделаем сейчас! Ему эже четырнадцать, наверное думает о тебе и вспоминает, как ты ему дрочила.

– – Наверное, вспоминает и у него хуй встает, и он сам себе дрочит. А я научу его еще и в сраку палец вставлять и дрочить.

– – А Наташка…

– – А что Наташка. Наверное, уже тоже ебаться хочет, если в меня пошла. На твой хуй на пляже как смотрела, когда ты лежал со мной и терся о мою жопу. С Пашкой бы хотела позажиматься, а потом ушла бы к себе и дрочила, дрочила, дрочила… Вот так, вот так, три о краешек жопы. Тебе, наверное, очень хочется свою залупу огромную вставить поглубже?

– – Очень!

– – Подожди, еще поговорим.

– – Давай я своего отца и твою мать сведу. Ей очень хочется поебаться, а дрочить уже устала…

– – Моя мать очень сексуальная. В детстве мне так нежно дрочила пизду и давала нюхать свои руки. Мне было всего n лет, а я уже не могла без запаха пиздятины уснуть. Она приходила и садилась на мою кровать, раздвигала свои великолепные ноги и дрочила свою пизду моей рукой. А мой отец стоял за моей спиной и дрочил свою красную залупу, а потом быстро вставлял в рот мамаши и кончал.

– – А ты что делала в это время?

– – Гладила его жопу и вставляла свой маленький пальчик в волосатую дырочка. Мать еще причитала: погладь папе попку, полижи дырочку. А сама заходилась от похоти и, становясь раком, показвала мне свой волосатый ежик между ног. Она никогда не брила наголо, всегда оставляла щетину. Отцу так нравилось. И мне так нравится. Блять, сильней! Сейчас кончу жопой и пиздой от руки, сильнее! Потом договорим. Ой, еби, еби сраку, дрочи пизду, насаживай меня на хуй. Ебнуться, как клево, блять, дрочи свой хуй в моей сраке. Сейчас позовем детей и выебем их во все дырки, сбудется их мечта увидеть, как отец ебет маму… И бабушку с дедом позовем, пусть позабавятся с внуками, натянут их на свои попки – письки. Пусть и нас отъебут с тобой. Пососешь маме? Пососешь папе?

– – Ой, сука, кончаю!

– – Кончай, я тоже…

Они отвалились в разные стороны и тяжело дышали. Отдышавшись, она начала вновь разговаривать на похотливые темы.

– – Еще поебемся? Очень хочу опять поболтать, меня это сильно вставляет.

– – Давай. Но вначале поговорим, а потом я вставлю.

– – Хорошо. Ты хотел бы отлизать сейчас пизду и жопу Наташке?

– – Очень, но только, чтобы ты смотрела.

– – Я бы смотрела и дрочила себе.

– – А лучше лизала бы Наташке жопу. Хотела бы?

– – Очень! Я уже опять теку. Полижи мне.

– – Давай валетом, а ты мне сраку отсоси.

– – О – О – О! Давай свою волосатую сраку. Но вначале полижи мой ежик подмышками. Хочешь?

– – Хочу. А у Наташки когда волосня начнет расти? У тебя когда появились волосы на пизде, жопе и подмышками?

– – Примерно в ее возрасте. Меня это страшно возбуждало. Я в бане видела влолосню теток и пизда мокрела сразу. Я что похотливая сука?

– – Да. Ты похотливая сука и я это очень люблю. Дочка пойдет в тебя?

– – Думаю, что да. Мы ей поможем. Ой, лижи, блять, лижи языком пизду и жопу.

– – А у Димки сейчас бы пососала?

– Нет, лучше бы он меня вылизал сзади, там сейчас мокро. Ему бы запах понравился. А ты бы у него пососал?

– – Блять, что ты со мной делаешь?! Я бы его хуек маленький подрочил рукой, а потом засосал нежно. Ой, клева сосешь сраку, клево. Пальчиком подрочи волосатую дырочку…

– – А хотел бы всунуть Димкин нос мне в пизду и повозить его по волосатой дырке?

– – Он бы охуел…

– – А я бы… Ты видел, что у Наташки уже волосы растут подмышками и на лобке? Хотел бы ей полизать подмышки волосатые и потные?

– – Очень!

– – А свой хуй ей всунуть подмышку и подрочить?

– – А ей бы понравилось, как ты думаешь?

– – Думаю, она бы ебнулась: папаша свой елдак красный и вонючий ей сует под ручку и трется… Я бы ей посоветовала пизду в это время подрочить.

– – А тебе дрочили хуй подмышкой?

– – Нет, давай попробуем!

Он тут же вставил свой раздувшийся член подмышку с ежиком черных волос и стал дрочить, открывая и закрывая залупу.

– – Клево. Тебе не колется?

– – Наоборот хорошо.

– – У Наташки пока ежика нет, волосики мягкие. Буду ей брить, и тогда они станут жесткми. Побреешь дочку?

– – Очень хочу. И пусть бы Димка видел. Давай ты будешь брить себе пизду и жопу, а я его позову посмотреть.

– – Он не испугается?

– – Да он мечтает на это посмотреть. Будет свой хуйчик надрачивать.

– – Я однажды видела, как мама сыну дрочила. Я была еще маленькой и отдыхала с бабушкой на море. Там познакомилась с мальчиком на пляже. Нам было лет по семь – восемь. Однажды пошла его позвать в их с его мамой номер, не постучалась и вошла. А там его мама лежала с ним в кровати и дрочила его хуй. Он уже был прямо хуй – довольно большой и напряженный с открытой залупой. Мама была в трусиках и лифчике. Она ему дрочила, а сама терла через трусы свою волосатую пизду. Трусы были с влажным пятном.

– – Как же ты узнала, что пизда была волосатая?

– – Трусы были полупрозрачные и из – под них выбивались черные кучеряшки…

– – А что ты сделала?

– – Быстро закрыла дверь и ушла.

– – А что мальчик тебе потом сказал?

– – Что у него писька болела, и мама ее лечила.

– – А ты не предложила ему еще полечить?

– – Нет, постеснялась. Но потом, когда смотрела на его мать, всегда представляла ее кудряшки, и моя писька начинала чесаться.

– – Ты ее чесала?

– – Вот тогда и стала регулярно дрочить. Потом попросила мальчика попробовать уговорить его маму мне тоже полечить письку.

– – Она согласилась?

– – Не сразу. Он рассказал ей, что у меня писька чешется, но она сказала, что не может чужой девочке лечить ее письку. Он несколько раз ее просил. Она спрашивала, почему он так этого хочет. И тогда он признался, что хочет посмотреть на мою письку. Она наконец согласилась.

– – И как это было?

– – Она позвола меня в номер и спросила, что у меня болит. Я сказала, что писька. Тогда она попросила меня снять трусики и раздвинуть ножки. А потом стала пальчиком водить вдоль щелки. Постепенно задрала свой халатик и стала себе дрочить через трусы. Я не выдержала и попросила ее снять трусы. Она, улыбнувшись, спросила, зачем я этого хочу. Я призналась, что никогда не видела у тетенек их письки. Тут вышел из – за шторы тот мальчик, и его мама сказала ему снять с нее трусы. Я тогда обалдела, когда увидела у взрослой тридцати пяти лет женщины ее пизду. Всю в волосне, раскрывшуюся и остро пахнувшую.

– – Ты ей подрочила?

– – Мы с мальчиком стали ей дрочить, а она громко стонала, но не забывала меня гладить.

– – А что ты чувствовала?

– – Ты знаешь, как ни странно, но я думала о своей матери. Ведь у нее тоже волосатая пися, думала я, а хочет ли она поласкать маленькую девочку, например, меня. Я дрочила той тетке, а думала о маме и папе, представляла его хуй в маминой писе…

– – Так может и наша дочка так же задумывается о тебе и обо мне? Давай ей поможем. Я бы ее язычек вставил тебе в пизду. Ты бы хотлела?

– – Я сейчас ебнусь, так хотела бы. А лучше, чтобы она отлизала твой хуй в моей сраке и мой анус. А я бы ей подрочила попку бы. Ты бы хотел?

– – Очень! Дай отъебу тебя в пизду сильно и кончим вместе!

– – Давай, блять, давай, сука, еби сильнее!

Оргазм накатил на них с огромной силой. После этого, отдыхая, они опять стали вести похотливые разговоры, которые приводили их к новому ожиданию бурного всплеска сексуальных эмоций. Она повернулась к нему спиной и широко расставив ноги захватила его член между ягодиц. Член был огромный и крысный, головка оголилась и любое прикосновение к ней вызывало у него острые чувства.

– – Блять, осторожнее три хуй, он очень чувствительный!

– – Хорошо, а я хочу сильнее тереть клитор, он у меня сейчас как маленький хуй. Пососешь?

– – Давай!

Он прильнул к ее промежности сзади и взял в рот маленький отросток клитора, стал его нежно сосать.

– – Вот так, вот как я хотела. Соси мой хуек! Нравится?

Он оторвался от волосатой пизды и, задыхаясь от похоти, ответил:

– – Это ни с чем не сравнить. А ты могла бы этим своим вставшим клитором выебать какую – нибудь маленькую девочку? Кого бы хотела?

– – Блять, я бы очень хотела так прижаться к маленькой девочке спереди, чтобы вставить клитор в ее безволосую пиздушку, а потом бы дрочила и ее и себя. Я знаю такую девочку – это Светкина дочка. Мне кажется, что моя подружка уже пробует это делать со свои ребенком.

– – А какая пизда у Светки? Ты ее видела? Расскажи.

—Я видела Светкину пизду в сауне. Светка сама в теле, у нее огромная жопа и не маленькая пизда. Она ее бреет налысо. Огромный лысый лобок и большие губы. Сверху клитора не видно, пока его не раздрочить.

– – Она сама себе дрочит?

– – Говорит, что сама, но я думаю, что Виталик ей постоянно раздрачивает, чтобы клитор превратился в хуек и его можно было бы сосать. Вот тогда, наверное, они и берут в кровать дочку и пытаются ей дрочить мамкиным хуйком. Давай ужк вставляй в пизду, очень хочу надрочить себе, чтобы все потекло.

Он тутт же вставил ей и стал медленно не сильно вхолить в раздолбанную дыру.

– – Ой, клево, еще дпаай!

– – А ты никогда не хотела бы Светке подрочить?

– – А я однажды ей дрочила, а она мне. Как – то в сацне мы расговорились о том, кто кого ебет и как. Я рассказывала о наших разговорах, и она неожиданно сильно возбудилась и поезла пальчиком мне между ног. Ну и я стала ее гладить, а потом запустила ладонь ей в пизду. Она стала охать, и тут призналась, что с мужем дрочат дочку. Я сказала, что мы тоже хотим выебеть наших детей, она вообще чуть не кончила. Стала спрашивать про Наташку и Димку, а плотом, когда словила полный кайф стала просить меня дать ей влозможность поебаться с нашими детьми, а нам предоставить ее дочку.

– – Ты согласилась?

– – Конечно. Представь, как бы мы еблись со Светкой и ее дочкой.

– – Блять, как вставляет! Сожми ляжки и дрочи себе жопу, так будет клево. Вот так, вот так!

Я хотел бы Светке в сраку вставить, ты говоришь, что она у нее огромная. А наша Наташка бы пусть лизала бы ей пизду. АВ ты бы дрочила себе пизду хуем Димки, текла бы и всего его намочила. А потом бы мы посмотрели, как Светка дрочит клитором свою дочку.

—А хотел бы, чтобы в это время Димка тебе отлизал бы жопу, а потом бы взял в рот твой хуй?

– – Блять, хотел бы.

– – А ему пососать на глазах Светки хотел бы?

– – Очень, но чтобы ты попробовала вставить ее стоячий сосок себе в пизду. Оба чувствовали приближение пика удовольствия, но не могли остановиться в своем разговоре, в своих самых развратных фантазиях. И у него, и у нее вспыхивали в сознании удивительные картины разврата и всяческих извращений. Воображение рисовала те картины, которые скрытно жили у них внутри. Когда же они озвучивали их, это придавало особую остроту этим раскрытым тайнам.

– – Скажи, а когда ты дрочишь свой хуй, ты думаешь обо мне или о кои – то другом? – – спросила она.

– – Когда как, но ты всегда присутствуешь в фантазиях. Я всегда хочу и одновременно боюсь, чтобы ты увидела меня дрочащим.

– – А дети часто тебе представляются?

– – Часто, но не только наши, но и те, кого я вижу рядом. Часто представляю, как ебу соседку Ольку.

– – Ей же уже лет n – 16.

– – Самый кайф представить, что она сосет нашим детям или ты ей сосешь. Хотела бы?

– – Блять, как ты угадал! Я видела ее жопу на лестнице, коглда она поднималась, а я смотрела вверх. На ней не было трусов. Жопа уже большая и между ног чернота от волос. Я бы и ее мать тоже подрочила. Как ты думаешь, Олька с матерью ебутся?

– – Мать у нее такая чернявая, наверное, страстная и волосатая. Когда мужа нет, скорее всего или дрочит на Ольку, или дрочит саму Ольку, а потом заставляет ее себе лизать. Ты бы ее полизала?

– – Еб твою мать, говори и спрашивай – меня так вставляет. Я бы ее всю высосала и жопу ее подрочила своим соском, а Олька пусть бы мне сосала, а себе дрочила.

– – А я бы что делал?

– – Ты бы себе дрочил хуй. Дай посмотреть, как ты дрочищшь.

Он отвалился от женв и перевернулся на спину. Взял в кулак огромный член с огромной головкой и стал его гонять, открывая и закрывая залупу. Она во все глаза смотрела и нюхала как он пахнет. Ее рука залезла ему между ягодиц и ласкала его анус.

– – Так тебе приятно?

– – Охуенно! Тебе нравится, как я дрочу? Кого бы хотела увидеть дрочащим?

– – И сына, и дочку. Я, наверное, кончила бы, когда такое увидела. Ты не кончай, остановись. Расскажи, сколько раз ты дрочишь.

– – Почти каждый день. Это совсем другое, чем ебля. Очень остро и запрещено. А ты когда дрочишь?

– – Как только тебя нет дома я в ванной всегда дрочу и пизду и жопу. Но толко пальцами, боюсь, что ты заметишь раздроченные дырки.

– – Кого представляешь?

– – Разных мужчин и женщин, часто детей.

– – Подрочи сейчас.

777 Она широко раздвинула ноги и тремя пальцами стала крутить крупный вставший клитор. Другой палец тут же вставила в волосатый анус. Сразу же заохала:

– – Блять, как клево, когда ты смотришь. Смотр и как я дрочу клитор и сраку. Тебя вставляет?

– – Я сейчас на это тоже буду дрочить. Хотела бы, чтобы дети увидели, как папа с мамой дрочат себе и торчат от этого.

– – О – О – О! Дмвай так сделаем, я взорвусь от удовольствия, а они просто охуеют, когда увидят твой логромный красный хуище и мою мокрую чавкающую пизду.

– – Пусть юы своих дружков привели бы. Отсосала бы им?

– – Очень этого хочу. Но я торчу если бы мальчишечка вставил бы свой маленький, но стоящий хуек тебе в жопу. Хотел бы?

– – Очень!

– – А скажи, когда ты понял, что ты «би»?

– – Когда однажды дрочил на мамины колючие подмышки и вдруг представил, как ее ебет отец. И тогда вдруг захотел пощупать его член. Мне было лет n, и я еще никогда не видел настоящих мужских членов. И вдруг захотелось… У нас была ванная, поэтому я никогда не был в общей бане. Вот тогда я и задумал побывать в общем зале какой – нибудь бани. Через пару недель меня отправили в пионерлагерь, а там по презде нас сразу повели в баню. Вот тут я и завелся от вида своих сверстников. У одних были маленькие письки и безволосые лобки – как у меня. А другие имели уже большое хозяйство и даже открытые залупы на фоне волосни. Я почувствовал, что у меня встает хуй, а потом заметил, что хуи стояли не только у меня. Наверное, мальчишек часто встьавляет вид чужих хуев. А потом в баню вошел и разделся наш плаврук, мужик лет тридцати. И вот тут я с ужасом понял, что очень хочу пощупать его огромный, как мне показалось, член.

– – Ну и что, пощупал?

– – Тогда нет, было стыдно. Но потом в туалете я заерылся и дрочил, дрочил. Понимая, что у же не думаю о женщинах.

– – А как ты вернулся к ним?

– – В том же лагере у нас была девочка из Киева. Белла. Лет 15 – ти. Она была немного еврейского вида – чернявая, с маленькими усиками. Вначале я увидел у нее волосатые черные подмышки и вдруг понял, что это меня вставляет. Потом на пляже, когда она лежала на спине, ее живот немного втянулся и появилась щель между животом и плаками. К своему удовольствию я увидел там черную кучерявую волосню, и мой член тут же встал. Я потом несколько лет подсматривал за ней и дрочил.

– – А ты не думал ей предложить вместе подрочить?

– – Нет, я боялся. И тогда вообще не знал, дрочат ли девочки. У них же не было хуя. Так что же тогда дрочить!

– – Дурачок, она наверное тоже тебя приметила. У тебя же глаза горели, и ей было видно, куда ты все время пялишься. Она, скорее всего, лежала в постели и представляла твой стоящий хуй, натирая свою волосатую пизду. А когда кончала, сосала и нюхала палец.

– – Блять, как ты хорошо говоришь! А как ты узнала, что «би»?

– – Меня в n лет разбудила мама и и ее подружка. Я уже вовсю дрочила себе по ночам, представляя разных мальчишек и мужчин. И вдруг однажды заболела, поднялась температура и меня уложили в кровать. Я днем засыпала. Мать с подружкой, по – моему ее звали Катя – им тогда было лет по 35 – и ее дочка лет n – ти пришли к нам днем и сели на кухне поболтать. Я делала вид, что сплю, но прислушивалась к разговору. Катя рассказывала маме, как ей приятно делает дочка. Мать переспрашивала: как. Катя говорила: «Очень просто – она сосет мне письку». Мать удивленно спросила: «Как сосет?». Подружка стала рассказывать, что она снимает трусы, раздвигает ноги и трет головой дочки по своей волосне. Меня это так вставило, что я подобралась к двери и увидела такую картину: раскрасневшаясь и потная мама во все глаза смотрела, как катькина дочка лижет своей мамочке между ног. Катька только стонала и повторяла: «Доча, доча, нежнее. Засунь поглубже!». Вдруг девочка оторвалаь от материной пизды и вдруг сказала такое, что сделало меня навсегда «би». Она утерла рот от выделений, запах которых доносился даже до меня и как – то обыденно сказала: «А тетя Марина (то есть моя строгая и очень воспитанная мама ) будет сосать мне или тебе?» Я вся напряглась, ожидая, что скажет Катя. Вдруг почувствовала, что от ответа на этот вопрос решится, кончу я прямо сейчас или ворвусь к ним и предложу свои услуги, а потом уже кончу. Катя раздраженно сказала дочке, что это она должна ососать тете Марине. А потом они решат, что делать дальше. Тут мама вскрикнула, что, мол, не надо, мол, в соседней комнате спит дочка и все такое. Но Катя со смехом сказала, что и твоей дочке пососем, она сразу и выздоровеет. Она подняла маму со стула и расстегнула ей халат. Я увидела мамины голубые трусики с торчащими из – под них вьющимися волосами. Я вдруг поняла, что видела эту картну сотни раз, но никогда не обращала внимание на эти волосы. А тут меня буквально, как током стукнуло. Я представила, как девчонка, почти моя ровесница сейчас уткнется своим носом в пизду моей мамы. М тут я кончила.

– – Так твоей маме отсосали?

– – Еще как! Но самое интересное, что в тот вечер я твердо решила не засыпать и дождаться, когда мама с папой лягут в кровать. Я как чувствовала, что будет что – то необычное. Обычно они трахались довольно скучно, только в одной позе – папа сверху. Через несколько минут мама сильно стонала, а папа материлася и они кончали, а потом тут же засыпали. Вот я и подумала, а как будет сегодня, после того, что произошло в кухне.

– – И что было?

– – Ты представляешь, когда они легли, а я навострила уши и приблизилась к их спальне, чтобы не только слышать, но и видеть, мама вдруг сказала отцу: «У меня сегодня было необычное приключение». Отец как – то напрягся и попросил ее рассказать. «У меня сегодня лизала письку маленькая девочка», – – сказала она. Отец напрягся и хриплым голосом попросил подробности. Мать продолжала: «Катька с дочкой зашли сегодня и рассказали мне, что лижут и сосут друг дружке письки (мать не называла это по – другому). Предложили и мне попробовать». Отец спросил, согласилась ли она. По голосу я поняла, что его это страшно возбудило. Мать сказала, что не только согласилась, но и сама попробовала полизать и Катьке и ее дочке. Я, слушая это, опять чуть не кончила. Тут отец раскрыл одеяло и я увидела большую красивую материну жопу и его огромный, как мне тогда показалось, хуило. Он его поддрачивал, открывая и закрывая залупу. «Хочешь я тоже тебе полижу?» – – спросил он мать, и она со стоном сказала, что очень хочет. Она легла на спину и раскинула широко ноги. Он руками разравнял ее волосню и припал к щели между ног. Она стала тут же стонать, все время повторяя: соси, соси меня, я развратная шлюха! Отец на секунду оторвался и спросил, кто лучше лижет он или Катька с дочкой. Матери было трудно ответить, и она сказала, что лучше всего было бы, чтобы ей сосали вместе отец, Катька и ее дочка. И тут отец задал такой вопрос, что и я, и моя мать просто охуели, хотя она не знала, что я за всем наблюдаю. Он сказал, а хочешь, чтобы сейчас рядом со мной была бы наше дочка? Мать вся раскраснелась, тут же вспотела – я увидела ее мокрые волосатые подмышки—и выдохнула одно слово: «Очень!» и тут же кончила. Поростыня под ней стала мокрой, а ее глаза закотились. По моим ногам тоже потекло. Вот тогда я поняла, что очень хочу ебаться и с мужиками, и с телками.

– – А когда они тебя позвали?

– Не скоро. Почти месяц они только фантазировали, как привлекут меня к разврату. Отец снова и снова спрашивал мать, хочет ли она пососать мне, а я что б пососала ей. Мать всегда отвечала страстно и утвердительно. А однажды она спросила отца, хочет ли он полизать письку своей маленькой дочке. Отец тут же ончил струей спермы. Он добавил, что очень хочет, чтобы и я ему сосала. Тогда мама, прерываясь от глубоких вздохов, вдруг спросила его, хочет ли он меня трахнуть. Отец заорал: «Да – а – а!». Потом он стал требовать, чтобы мама сказала такие слова как «сосать пизду», «сосать хуй и залупу», «ебать в пизду и в сраку»… Мать впервые вначале шепотом, а потом громко повторяла пизда, хуй, ебатьсяч, срака… Она торчала от своих слов и насаживалсь сильнее на его хуй.

– – Ну а когда все получилось?

– – Хочу кончить жопой, а потом расскажу.

Он тут же вставил в ее мокрое волосатое и раздолбанное очко свой хуй и стал драть ее с особой силой.

– – Так вот. Он трахнул меня вскоре. Я помню это все как сейчас. Но ты знаешь, меня больше всего встьавляет, когда я вспоминаю реакцию матери. Она просто торчала. Помню, как она вывернула буквально наизнанку свою пизду и терла ладонью огромный клитор. Из пизды постоянно сочилась влага и пахло потом и возбужденной женщиной. Она время от времени поднимала свои руки и нюхала потный подмышки с курчавыпм ежиком волос. Это ее тоже вставляло.

– – А тебя вставляет твой запах подмышками?

– – Заебись! Хочешь понюхать?

– – Очень!

Она подняла руку и всунула его нос себе подмышку.

– – Блять, как клево! – он стал еще больше дрочить, захлебываясь собственной похотью.

– – Расскажи, а когда тебя стали вставлять женские небритые подмышки?

– – В детстве я торчал на пляже и все время вглядывался в женские подмышки. Потом задумался: почему. Разобрался – видя волосню подмышками, я представлял волосатую пизду. Именно это и вставляло меня. Потом в троллейбусах, на улицах, во время учебы, а потом и на работе все время ждал, когда откроется подмышка. Потом женщины стали массовол брить себе подмышки. Это меня разочаровало. Тем сильнее мне хотелось увидеть волосы, выбивающиеся из отсутствующего рукава платья. Я и тебе сразу заглянул подмышки и с кайфом увидел твой ежик.

– – Я тоже всегда смотрю у баб подмышки и тоже представляю их пизду. Но тут роль моей матери. Она все время показывала мне свою волосню и там, и в паху. Когда у меня еще не было, это меня очень волновало. А когда появились волосы, я понимала, что кого – то вставляю.

– – Я в детстве мог часами ездить в троллейбусе, чтобы посмотреть на волосатые подмышки женщин и девушек. Особенно вставляло, когда волосы были ежиком. Я представлял, как они брили подмышки, а потом они зарастали. Я думал, наверное, они брили одновременно лобок и подмышки. Значит и на пизде ежик.

С этими словами она стала кончать анусом, который раздулся и стал пульсировать. Он сразу это почувствовал и стал гонять залупу сильнее, обнаружив ее руку на клиторе, нещадно его дрочившую. Тут кончил и он. Эттим вечером их разговоры были закончены.

2

Стечение обстоятельств привело к тому, что этот разговор родителей слышали их дети. Они подслушивали уже не раз. Но в этот вечер разговор мамы с папой был особенно похотлив. Наташа чувствовала промоушие трусики и все время норовила залезть туда рукой, чтобы поласкать свою писечку. Но в присутствии Паши это делать было как – то неудобно, хотя он уже несколько раз гладил ее между ног и показывал ей свой член. Так начался разговор детей.

– – Наташка, тебя вставил разговор родителей?

– – Очень!

– – А что больше всего?

– – А тебя?

– – Я первый спросил, говори!

– – Меня очень возбудило, когда мама рассказывала, как тебе дрочила в детстве. Ты это помнишь?

– – Нет, не помню. Я был совсем маленький. Но маму вставляют маленькие мальчики.

– – И девочки…

– – И девочки. Но тебе она не дрочила. Хочешь я тебе подрачу?

– – Не знаю…

– – Не ври, знаешь и хочешь.

– – А как ты это будешь делать?

– – Подними юбку и спусти трусы и узнаешь.

Она очень этого хотела, поэтому сразу сделала то, что он говорил. И сразу застеснялась. Во – первых трусы были мокрые и это было видно, во – вторых – запах, и в третьих – редкие белесые волосики, покрывавшие лобок…

– – Вау! Вот это да. Ты так раздрачилась слушая родаков и вся течешь и пахнешь. Давай поглажу пизду!

Она вздрогнула, услышав это слово. Оно и смущало и очень возбуждало. Брат это понял и тут же попросил, или даже приказал:

– – Скажи пизда!

– – …

– – Скажи! Скажи: хочу дрочить пизду и твой хуй, как папа дрочил маме ее пизду и жопу. Скажи!

– – Папа маме… дрочил… пизду и жопу.

– – Молодец! Скажи: я хочу дрочить свою пизду.

– – А разве у меня уже есть пизда?

– – Еще маленькая и не очень волосатая, но пизда. Расставь ножки.

Его ладонь обхватила мокрую щелку и сжала ее. Она застонала.

– – Нравится?

– – Я не знаю, но очень страшно и приятно. Но маме же было приятно, я же слышала.

– – Маме было вдвойне приятно, потому что она любит слушать папины рассказы и сама говорить. Ей от этого полый кайф и она кончает своей волосатой пиздой.

– – Ой, говори так, говори про них еще. Мне приятно!

– – Папа засунул маме свой хуище в жопу и ебал ее в сраку. Нравится слушать, как я об этом говорю?

– – Очень. Еще говори и тискай мою письку.

– – Пизду!

– – Хорошо, пизду. Только рассказывай!

– – Отец сосал мамин клитор в волосне и дырку в волосатой попе. Ты хотела бы, чтобы тебе делали так же?

– – Очень хлотела бы!

– – А кто?

– – Не знаю.

– – Врешь. Представляла папу и его хуй. Хотела бы его потрогать?

– – Да!

– – А меня?

– – Тебя тоже.

Он тут же вытащил свой напряженный член и быстрым движением оголил головку. Ему, наверное, казалось, что в таком виде он смотрится взрослее. Но Наташе это было все равно. Она впервые так близко видела мужской член. «Хуй», – – произнесла она мысленно.

– – Хочешь потрогать? Я же тебя трогаю.

– – Давай!

Щна притронрулась к члену и тут же почувствовала, что ей стало необычно приятно, а ее писечка стала еще мокрее.

– – Наташка, да ты кончила!

– – Что это такое?

– – Тебе стало очень хорошо. Капк маме, когда в конце папа ебал ее в сраку. Скажи: «папа ебал маму в сраку».

– – Папа ебал маму в сраку. Мне, мне… приятно говорить такие гадости. Почему?

– – Потому, что мы дети своих родителей. А они кайфуют, когда обо всем говорят вслух, а не трахаются молча и сопят как некоторые. Ты помнишь мама говорила, что хочет, чтобы мы увидели как папа сосет у своей мамы и у папы?

– – Помню.

– – Ты хотела бы посмотреть?

– Очень! А ты бы хотел… полизать маму между ног?

– – Скажи: полизать ей пизду.

– – Хотел бы полизать ей пизду?

– – Очень хотел бы. Но чтобы ты это видела и засунула себе в письку пальчик. Засунь сейчас.

– – Зачем?

– – Меня вставляет. И родителей бы вставило. Засунь!

Он раздвинул пальцами девичье влагалище, а она осторожно всунула туда пальчик и громко вздохнула.

– – Тебе приятно?

– – Да! А тебе приятно смотреть?

– – Очень. А ты часто себе дрочишь? Я дрочу каждый день и представляю родителей. А ты?

– – Я ласкаю себе писю…

– – Скажи: «пизду» – – тебе будет приятней.

– – Я ласкаю себе… пизду, клогда слышу как родители… трахаются…

– – Скажи ебутся.

– – Когда родители ебутся и говорят о нас.

– – Давай войдем к ним, когда они об этом говорят и ляжем с ними.

– – А они этого захотят?

– – Еще как. Они же о нас мечтают. Я тут же маму буду целовать в подмышку и тереть свой хуй о ее волосатую пизду, а ты?

– – А я схвачу папин… хуй в руку и буду дрочить, а мама пусть меня внизу целует.

– – Так и сделаем.

3

Прошло несколько недель, в течение которых в этой семье из ночных разговоров ничего вроде бы не происходило. И вот опять муж с женой в постели и опять разговор…

– – Поговорим как всегда, – – предложил он жене. Та с радостью согласилась.

– – Я полностью готова – помыла попку и письку, смазала тело, как говорится, благовониями.

– – А я люблю, когда пахнет сексом и твоей пиздятиной.

– – Еще запахнет, не волнуйся. Как только ты меня раздрочишь, сразу запах пойдет.

Они начала и обыкновенной дрочки. Он взял в руки свой член и стал горять головку в кулак, открывая и закрывая залупу. Она вставила двападьца во влагалище и двигала там нежно и медленно. Это был лучший режим для главного разговора.

– – Я все эти недели чувствую, что дети чем – то озабочены. И Наташка и Пашка как – то пристально на меня смотрят, а потом часто шепчутся. Может быть они нас подслушали и знают, что мы хотим с ним и проделать?

– – А что мы хотим с ними проделать, напомни…

– – Мы хотим их развратить и совратить.

– – Давай подробнее.

– – Я хочу, чтобы мы пригласили твоих родителей и мою маму, начали с ними трахаться так, чтобы дети услышали и заметили.

– – Как – то ты просто все говоришь. Я хочу, чтобы вначале ты зашла бы к Наташке в спальню и сделала бы так, чтобы она завелась и пришла к нам с родителями уже заведенной.

– – Что ты имеешь ввиду? Подрочить ей что ли ее писечку и показать, как я дрочу свою… пизду. Так ей и сказать: смотри на мою волосатую пизду, потрогай ее и понюхай.

– – Вот уже лучше. А как ты будешь перед ней дрочить?

– – Я встану у нее в голове и задеру ночнушку, рапсставлю широко ноги и выверну пизду, чтобы клитор восстал между волос. Она сразу унюхает мой запах, а я тут же включу ночник и она увидит все в лучшем виде. Блять, меня вставляет, а тебя?

– – Давай вставлю тебе!

Он схватил ее в охапку и, лежа на спинге, посадил ее прямо нап свой восставший член.

– – Ох – х – х! Не спеши, как клево. Говори и еби, только медленно. Я себе клитор поддрочу. А ты не хочешь пойти к Пашке с стоячим хуем и всунуть ему в рот?

– – Хочу, но он испугается. Я лучше дам ему в руку, а сам поглажу его залупу и потру сраку. Блять, встьавляет меня! Хорошо ебемся?

– – Охуенно. Но мы все время говорим об одном и том же. Давай придумаем что – нибудь новое. Помнишь, ты хотел Светку и Виталика привлечь.

– – Давай Светке вставим в пизду твой большой вибратор, и ты будешь ее дрочить.

– – Давай, но это все банально. Не вставляет. Придумай что – то острое и грязное.

– – Самое острое сейчас, не вынимая из тебя хуя, пойти гуськом к ним в комнаты и устроить им супер представление.

– – Расскажи, как они отреагируют.

– – Пашка сразу вздрочнет и тут же кончит. А Светка испугается и придется ее успокаивать.

– – Пусть твой дед ее успокоит своим елдаком, погладит им по ее щечкам.

– – Вот так лучше… Все хочу выебать тебя в рот. Хочешь?

– – Очень!

Она легла на спину, а он сел на ее огромную грудь с стоящими большими сосками и вставил свой член в ее разинутый рот.

– – Соси!Соси, сука, хуесоска ебаная. Залупу соси, бери ее за щеку. Будешь учить дочку так же сосать у меня. Будешь?

– – Бууууддуу..

– – И сына научи у меня сосать. Хочу, чтобы он мне сосал, а ты ему жопу дрочила своим языком. Хочешь?

– – Ххх – ооо – чч – ууу…

– – Блять, я так кончу!

Она вытащила его хуй из рта и заныла:

– – Подожди, пожалуйста подожди. Еще поговорим. Он так и остался сидеть у нее на груди, когда услышал от нее с придыханием похотливые слова:

– – Давай я попрошу Счветку, чтобы она уговорила Виталика выебать тебя в жопу. Она бы сосала тебе, а ты стоял бы раком перед Виталиком и его огромным хуем. Хотел бы?

– – А откуда ты знаешь, что у Виталика огромный хуй и что он захочит меня пежить в сраку.

– – Светка рассказывала про хуй. Она даже купила специальную штуку, чтобы растянуть свою немаленькую пизду. А еще она говорила, что мечтает увидеть, как Виталик ебет мужчину, а сама умирает при этом сосать мужчине.

– – Давай договаривайся. Но мы забыли про детей. Бери меня за хуй и тихонько пойденм к детской, посмотрим, а может быть послушаем…

Они встали с кровати и она, взяв его за огромный конец, повела мужа по коридору к комнате детей. Они остановились у самой двери, которая была чуть приоткрыта. Свет не зажигали, в детской тоже было темно, но… Родители вдруг уловили негромкий разговор своих детей. Они напрягли слух и услышали Пашкин голос:

– – Ты слышишь они перестали ебаться, какая – то тишина наступила.

– – Наверное, заснули.

– – Ты что, Наташка, они не могут просто взять и перестать. Им же нужно кончить и не один раз. Ты пизду свою дрочишь?

– – Дрочу.

– – А что представляешь? Меня или папу с мамой?

– – И тебя и их. Я бы умерла, если бы смогла понюхать у папы между ног и потереть мамину письку…

– – Я тебе как говорил это называть?!

– – Хорошо! Я хотела бы потереть мамину ПИЗДУ, почесать ее волосню, а потом понюхать. Я бы руки не мыла долго и нюхала бы пальцы.

Услышав это, родители сразу ухватились за свои половые органы. Он стал быстро оголять залупу, а она почему – то резко вставила палец в свою жопу, расставив широко ноги. Ее пизда сильно потекла и остро запахла. А дети продолжали говорить, не подозревая, что их внимательно слушают похотливые родители.

– – Пашка, а сейчас ты дрочишь хуй или жопу? И что представляешь?

– – Дрочу и то и другое, а представляю, как бы я отлизал маме ее волосатую манду.

– – Что такое манда?

– – Это та же пизда, только раздроченная, красная, мокрая и вонючая.

– – У меня сейчас манад, да?

– – Дай потрогаю.

Мальчик тихо подошел и сел на кровать сестры. Она откинула прочтыню и он сразу почувствовал совсем не девичий запах ее пизды.

– – Наташка, ты хоть кончаешь или на сухую дрочишь?

– – Кончаю¸вон вся простыня мокрая. Что маме потом говорить…

– – А ты скажи всю правду. Скажи, что представляешь, как она сосет отцу и тоже хочешь ему пососать. Вот и течешь по ночам.

– – Как такое сказать маме!

На этих словах девочки, муж горячо зашептал на ухо жене:

– – Сейчас или никогда. Она раздраченная и возбужденная, давай зайдем и выебем ее!

– – А Пашку?

– – И Пашке достанется. И ты ему пососешь, и я вздрочну его жопу.

– – Я очень хочу, но боюсь…

А дети продолжали говорить. Пашка пару раз лизнул мокрую промежность сестры, а потом решительно сказал:

– – Давай сейчас зайдем к ним. Если спят, уйдем, а если… Будь что будет!

– – Я боюсь, Паша, но очень хочу…

Их родители сразу после этих слов на цыпочках вернулись в свою спальню.

– – Неужели они сейчас сами придут?

– – Я думаю, что вполне может быть. Ляг на живот и оголи свою жопу, ноги расставь, пусть увидят твое волосатое очке, а я лягу на бок, и они увидят мои яйца. Как ты думаешь – это их вставит.

– – Конечно, но я умираю хочу ебаться. С тобой и с ними. И со Светкой и Виталиком. Со всеми! У меня сейчас произойдет бешенство матки…

В коридоре послышались шаги. Муж и жена легли в позы, о которых только что говорили и приготовились к встрече, которая должна перевернуть всю их жизнь…

Продолжение может быть