Трахапендра Засулишна Недаманская, вдова отставного майора Пихи Недаманского, дородная сорокалетняя дама, снимала квартиру в доходном доме на первом этаже с окнами, выходящими во двор. Под старым вязом, росшим во дворе, была скамейка, на которой по ночам часто проводили время влюблённые парочки. А попросту местные извозчики таскали на эту скамейку торговок с соседнего рынка. Сначала подобное соседство раздражало Трахапендру Засулишну, но вскоре, её стало очень интересовать происходящее по ночам на этой скамейке. В лунную ночь Трахапендра, выглядывая из-за занавески, могла во всех подробностях созерцать страстный спектакль, разыгрываемый под её окнами. В тёмную ночь она отодвигала занавеску, тихонечко открывала створки окна и, высунувшись, наслаждалась звуками, которые будоражили её воображение. Она раздевалась и, слушая, ласкала себя. Это была маленькая тайна солидной дамы.

В ту тёмную тихую ночь Казик Таранец всё-таки уговорил Марысю Отсосевич посетить укромный уголок во дворе соседнего дома. Она, немного поломавшись для приличия, наконец, согласилась. Марыся оказалась девушкой страстной, и маленький дворик наполнился её стонами.

Трахапендра Засулишна по пояс, высунувшись из окна, затаив дыхание, внимала волшебным звукам, лаская себя между ног пальчиком.

И надо случиться такому совпадению, что в это же самое время сосед мадам Недаманской Михель Мудильсон, выходя из квартиры, обнаружил, что соседская дверь приоткрыта. Природное любопытство неотвратимо повлекло его внутрь. А может просто украсть чего хотел. Увиденное потрясло Михеля. Будучи натурой впечатлительной и пылкой, он не смог справиться с переполнившим его ураганом желаний и сразу устремился к уже готовому к употреблению объекту своего вожделения.

Вдруг, вместо своего пальчика Трахапендра Засулишна почувствовала в себе что-то огромное и твёрдое. От неожиданности, от глубины переполнивших её ощущений,

— А-а-а!!! —

заголосила она во всё горло. Попыталась вырваться. Но сильная рука, надавив сверху, прижала её к подоконнику.

— Трахачка! Прогнитесь. Вам будет удобнее, а мне приятнее, —

Услышала она страстный шёпот над ухом.

— А-а-а!!! —

было ответом коварному Мудильсону.

Бедный Казик, услышав прямо у себя над головой истошные крики, в глубоком приступе внезапной импотенции и с поникшим достоинством слетел с Марыси. И, как это обычно бывает не вовремя, из-за облаков вышла яркая луна, осветив всё вокруг. Страшную картину увидел Казик. Две огромные болтающиеся молочно-белые груди, подлетающие вверх от могучих толчков, растрёпанные волосы, выпученные глаза и широко раскрытый в напряжённом крике рот. Всё это бедный Казик увидел прямо у себя над головой. Перепуганная Марыся бросилась вон со двора, даже не успев одёрнуть подол.

— А-а-а!!! —

Продолжала голосить Трахапендра Засулишна, пока не почувствовала, что её, наконец, оставили.

— Михель! Как вы могли? —

Повернулась она. Но подлого Мудильсона и след простыл. Только хлопнула входная дверь.