Кажется, она не замечала моего состояния. Она избавилась от своей привязанности, им для неё это был happy end. А со мной что – то случилось. И этот вечер стал отправной точкой той грустной истории, не красящей ни меня. Ни одного из её участников, что произошла дальше.

Как последний штрих на сегодня – стихотворение по теме, которое я написал через пару дней. Моё состояние оно хорошо характеризовало. А также в рубрике "Гюльчатай, открой личико", мужская половина нашей пары образца осень – 2007 на фото.

Быдло

Быдло, быдло!

Романтика обрыдла!

Я закуриваю трубку,

Я в коробке роюсь грубо,

В дорогих конфетах в коробочке "Merci".

Достаю конфету с марципаном.

Я брутальный, я красивый.

В советской белой маечке,

В бабушкой кроёных семейниках.

По субботам у тёщи в банечке

Парю жопу веником.

Сердце отваливается, давление шкалит.

Не кинул товарища –

День провален.

По ночам смотрю порнуху.

Девчонки из бухгалтерии вздыхают: ох!

Я мужчина – самый сок.

В шляпе, в руке барсетка,

На маечку дублёночка.

Я конфетка.

Я не гордый. Крестик – на верёвочке.

Иконка над телевизором. Посмотрю на голых девок –

Помолюсь, извинюсь. Прости, Боженька!

И душой слаб, и телом.

Люблю мелкого до безумия.

Я хороший семьянин.

Если мелкий заболеет,

По ночам сижу я с ним.

Хныкает, пижамку тянет:

– Папа, я писить хочу! –

Я сниму ему штанишки,

Посижу с ним, помолчу.

Он сидит на горшке.

А мне завтра – на работу.

Сердце будет болеть, начальники психованые.

А мне везде надо успеть.

А впрочем, чёрт со мной, я конченый.

Я бодаюсь с Димой,

Дима бодается со мной.

Мы с ним лучшие враги!

А сядем, накатим по одной –

И не различишь.

Жить хочется, так хочется.

А не могу. Я конченый.

Я бы ушёл в монастырь,

Я бы поехал в деревню, к старым могилам.

Не могу! (развожу руки) Коплю на квартиру.

Тысяч 70 евро скоплю

И куплю.

Денег много. И счастья навалом.

Только что – то мне шепчет, что это кидалово.

Спичка тлеет в трубке, на улице сыреет.

Боженька простить меня сумеет.

За весь 2007 год у меня не было секса ни с кем, кроме жены. Одна встреча со свингерами не в счёт. А возбуждения были постоянные. Я давал жене всё то, что она хотела, но сам как – то не получал от жизни того, чего хотел я. Карину, похоже, сложившаяся ситуация устраивала, потому что она явно относилась к той категории жён, которые с удовольствием позволяют себе всё, но на любой секс мужа с другой девушкой реагируют крайне негативно и болезненно.

Стоило мне заговорить о ком – то, она тут же переводила тему:

– А если ты увлечёшься?

– Кира, но я ведь люблю только тебя.

– А если ты её полюбишь? С кем я останусь? Одна с ребёнком?

Вот это замечание начинало меня злить. Не раз и не два я доказывал ей, что при всём своём темпераменте могу завязать узелком и хранить ей верность столько, сколько нужно.

Она же ни дня не могла без секса, со мной ли, либо ещё с кем – то.

Да и как я брошу? Кого? Чтобы в третий раз жениться? А как же сын? Я его люблю до безумия.

Ещё моя уважаемая первая супруга исподволь своим поведением приучила меня к тому, что женщины, скажем так, непостоянны, а искренне и преданно могут любить только дети. Мой мелкий от рождения топал за мной хвостиком. Куда я уйду от него?

К тому же, как я уже говорил, я начал здорово зарабатывать, денег вдруг стало столько, что я не просто не знал, куда их девать, но и не представлял себе, сколько их у меня вообще и из каких источников они приходят.

Просто привык запускать руку в карман и доставать.

И вот тут разыгралась обычная житейская драма, которая происходит со всеми мужчинами тогда, когда у них появляются эти самые пресловутые деньги.

Вдруг я стал завоёвывать какую – то нездоровую популярность среди окружавших меня женщин.

Это меня стало ещё больше возбуждать. Но – о горе мне, неопытному! – в постель ко мне никто не спешил. Дурацкая, к слову, черта!

Я долгое время прожил в Италии и мне безумно нравятся нравы тамошних жителей.

Мой любимый город – Венеция. Так вот в Венеции во времена её расцвета считалось нормой, если у замужней женщины был постоянный любовник, un amico di casa, то есть "друг дома", и все о нём знали, и муж знал, и если случалось, что у дамы такого друга не было, это было даже как – то неприлично.

Секс ради секса, ради красоты увлечения – там, в общем, обычное дело.

Хорошо, я понимаю ещё и такую позицию – секс за деньги, за подарки.

Но в нашем славном городишке (за всю страну говорить не буду) очень распространена форма любви в голову, когда даже подарки – не гарант ничего. Про какую уж влюблённость и увлечение тут говорить.

Таким образом, в голове всё это крутилось изо дня в день, объём работы давил, и я понял, что постепенно начинаю сходить с ума.

Купили хорошую машину, Кира сдала на права.

Стали ездить чуть не каждый день после работы в азербайджанский ресторанчик на пути к морю. Чтобы хоть как – то снять напряжение, я выпивал 50 граммов. С моей непереносимостью к алкоголю это очень много. И самое главное, это было постоянно.

Стала мучить бессонница.

И тут появилась Она. Спасительница! Последний мост в гавань моей романтической юности, где я зачитывался Купером и Жюлем Верном.

Мой отец, офицер, красавец, всегда исподволь учил меня высокой нравственности в отношениях, что мужчина честен и смел, а жена верна и ждёт его за прялкой. Впрочем, это не мешало вести ему бурную жизнь и методично отравлять жизнь матери.

И появилось это кроткое создание, с потупившимся взором, нежным взглядом, в дешёвенькой одёжке, так что хотелось её защитить и приласкать.

Она работала у нас в отделе кадров, и как – то так сложилось, что я несколько дней подряд передавал ей бумаги.

Познакомились, звали её Оксана. Такая высокая девушка в очках с потрясающим взглядом. Немного наивным, но в то же время опытным; рассеянным, но и намётанным; невинным, но с чёртиком; умным взглядом под красивым разлётом бровей.

Потом стали болтать по "аське". Через неделю примерно я уехал пораньше из своего офиса и встретил её после работы, пошёл провожать, идти надо бвло долго, мы прогуливались и разговаривали. В конце прогулки она спросила:

– Вася, а можно тебе задать один вопрос?

– Задавай.

– Я знаю, что у тебя есть жена, ребёнок. Это – как?

Хорошо, что она спросила, у меня тогда гора упала с плеч, потому что я слишком ею увлёкся, а как об этом сказать, не знал.

– Есть, – ответил я.

– И тебе это, как, не мешает?

Я не ответил, и мы закрыли тему.

Поцеловать она себя не дала, даже ручку.

Я пришёл домой. Мне было стыдно, ни с кем не разговаривая, помылся и, не поужинав, лёг на наш многострадальный диван.

Подошла Кира с моим мобильником в руке:

– Скажи – ка мне, кто такая эта Оксаночка?

Я что – то промычал в ответ, что – то типа:

– Я хочу спать.

Обычно я разруливаю все похожие проблемы. Но тут мне было так лень, и потом, мне как будто налили снотворного. Глаза закрывались сами собой и я проваливался в тёпленький пуховый сон, и сквозь дрёму я услышал, как Кира сказала:

– Ну ладно.

Мелкий устроился на полу у моих ног и из конструктора стал собирать город, поминутно шмыгая носом.

Сквозь сон я слышал обрывки их разговора:

– Добрый вечер, могу я услышать Оксану? Очень приятно, Оксана. Меня зовут Карина, я жена Василия. Вы знаете, что у него есть жена?

Молчание.

– Так, по – вашему, гулять с женатым мужчиной по вечерам значит не делать ничего плохого?

Опять молчание.

– Да. Мы могли учиться вместе. Мы, кажется, ровесницы... .

Дальше я не слышал. Я блаженно спал и снилась мне розовая комната с золотым потолком.

Утром Кира мне подробно рассказала основные темы разговора, они говорили об учёбе, Оксанин бывший парень был Кириным соседом, оказывается. Как тесен мир, да и вообще. Оксана заверяла, что у неё не было на меня сколь – нибудь серьёзных планов и всё это была моя инициатива.

Меня это раздосадовало, а потом, днём, когда я всё же позвонил ей. Я услышал гневную отповедь о том, что:

– Давай всё прекратим. Я не хочу выслушивать звонки истеричных жён! И ты мне больше не звони.

Я оторопел. Я чувствовал себя очень плохо. Я уже мечтал развратить эту девочку, представлял, как она будет выглядеть в чулках с большими оборками и в сеточку в моей – в нашей! – постели, и потом, я был словно приворожённый, настолько нездоровое влечение к ней было у меня.

Я продержался дня два или три.

Все эти дни Кира исправно забирала меня с работы на машине, чего раньше за ней не водилось, и это меня напрягло.

А потом я позвонил ей, и каково же было моё удивление и родость, когда она сказала. Что тоже скучало, что ей недоставало наших разговоров и переписки!

Я даже подпрыгнул от радости.

Мы снова стали встречаться, теперь я выдумывал всякие мерзкие и неумные отговорки, ведь домой приходил я очень поздно. Я отключал телефон. Кира злилась, не кормила меня ужином, ругалась со мной.

Чтобы как – то её задобрить, я отвёз её в недавно открывшийся итальянский ресторан. Но Оксаночка, когда узнала об этом, чуть не заплакала: ей тоже хотелось в ресторан! пришлось везти и её в тайне от Киры. Конечно, чувствовал себя я препаршиво.

Я приходил домой, как нашкодивший кот, и ждал от жены ласки, ждал, что она поймёт меня и простит. Если бы только она хоть раз сказала мне:

– Как ты провёл с ней время, кот? Вам было хорошо? Она тебе до сих пор не дала? Бедный. Бедный мой кот!

Давай, я подскажу тебе, как её лучше соблазнить?

Но Кира не говорила этого. Она была упряма в своей правде.

Нам стало неуютно находиться дома вдвоём, на выходные мы стали ездить на целый день к родителям, лишь бы не сидеть дома и не говорить друг с другом.

В это время пришёл с моря Игорь, конечно, он тут же позвонил, и Карина стала встречаться с ним, даже бывать у него. Мне она. Разумеется, не отчитывалась.

Трещина в отношениях с возлюбленной, тем не менее, не заставила себя долго ждать.

Уже был ноябрь и было холодно. Я провожал Оксану домой. Мы стояли у поворота к ней, я добился её разрешения держать её за руки (невинность невинностью, но до такой степени недотрога меня уже начинала злить), я наклонился к ней, и – о чудо! – на шее у неё увидел отчётливый синяк.

– Что это? – наивно спросил я, ткнув пальцем.

– Новый шарф шерстяной, натёрла, – глазом не моргнув, сказала она. – Ну, мне пора.

Я вернулся домой, но настроение у меня было не из лучших.

Тем более, что по крайней мере два дня я её не увижу: назавтра была пятница, и меня пригласили солидные люди встретить делегацию итальянских охотников. Какие – то богатые любители поохотиться по всему миру из Италии неожиданно нагрянули в наш город, а с учётом того, что специалистов, отлично владеющих итальянский, у нас кот наплакал, на меня вышли очень быстро.

В пятницу после работы за мной заехал толстенький чувак, типчик из рода тех, кому не клади пальца в рот, а по совместительству организатор приезда итальянцев, и мы поехали в аэропорт. Рейс задерживался, мы ходили с ним по зданию, прикидывая время, во сколько мы сегодня вернёмся домой и сколько удастся поспать перед завтрашней охотой.

Наконец, гости прибыли. Пять синьоров разной комплекции, длины, два чёрных, два кудрявых и долговязый блондин.

Мы отвезли их в ресторан, потом в отель, потом надо было посидеть с ними там, потом они захотели девушек, и нам пришлось вызывать их им, девушки приехали, но итальянцам не понравились, по – моему, их испугали цены. Один из них, изрядно пьяный, орал на всю улицу, что в Румынии за такие деньги он покупал бордель, на что я резонно ему возразил, что он не в Румынии, а в России. Стране высокой культуры. Но всё же они отказались платить, хорошо ещё, что все вопросы с сутенёром улаживал мой компаньон.

В итоге, домой я приехал около двенадцати ночи.

Я думал, что Кира уже спит, поэтому очень аккуратно открыл дверь, вошёл, стал разуваться и справа, в комнате за дверью, услышал скрип и тяжёлое мужское дыхание, накладывающееся на лёгкие Кирины вздохи. Я рывком щёлкнул выключатель. Кровать резво скрипнула, кто – то вскочил, и с приглушённым вскриком:

– Это Вася вернулся! – зашуршали простыни и одеяло.

Я неторопливо разулся.

В этот момент дверь открылась. На пороге стоял раскрасневшийся Игорь в джинсах с голым торсом и спокойно смотрел на меня. А я смотрел на меня.

– Привет, – сказал мне он.

– Привет. – сказа ему я и пожал руку.

– Ничего, что мы тут?

– Ничего, извините, что помешал.

В дверях появилась Кира, взгляд у неё был похотливый и дерзкий:

– Вася, ты почему не позвонил? Ты же обещал?

– Решил сделать сюрприз, – я натужно улыбнулся. – Ты хоть кончил? – спросил я Игоря участливо.

Он мотнул головой и пошёл в ванную, а я, не раздеваясь, пошёл на кухню. Поставил чайник, Карина сначала ушла за Игорем, но тут же вернулась ко мне.

Я посадил её на колени. От неё пахло потом, чужим телом, она была без трусиков и ерзала у меня на брюках, оставляя влажные следы.

Я обнял её. Вышел из ванной Игорь и встал в дверном проёме.

– Садись, – пригласил его я. – Сейчас будем чай пить.

Все желающие выразить благодарность могут отправлять деньги на его Яндекс – кошелёк 41001371568007.

Он купит на них какие – нибудь приятные подарки своей жене, которая является главной героиней рассказа.