.

1. Человек, который всё откладывал

Когда Лана вернулась от Михаила, она не стала рассказывать подругам, что они расстались. Не потому, что надеялась всё вернуть. Просто слово «расстались» казалось окончательным, а она пока не привыкла к мысли, что семь лет её жизни закончились обычным воскресным вечером на кухне чужой квартиры.

Михаил не скандалил, не упрекал её. Он даже пытался обнять на прощание. Сказал, что ему нужно время, что он не готов прямо сейчас менять привычную жизнь, но и терять её не хочет.

И вот это последнее Лану особенно разозлило.

— Миша, ты меня послушай. Ты не хочешь терять меня, но и жить со мной не хочешь. Как это называется?

— Я не говорил, что не хочу жить вместе.

— Ты опять начинаешь. Я спрашиваю не о том, что ты когда-нибудь, возможно, захочешь. Я спрашиваю, что ты предлагаешь сейчас.

— Давай не будем решать всё сгоряча.

— Я семь лет не сгоряча решала, Миша. Семь лет! Сколько ещё надо?

Он смотрел на неё с растерянностью. Наверное, искренне не понимал, почему обычный разговор опять превращается в ссору. Для него всё было почти хорошо. Они встречались, ездили друг к другу, проводили вместе выходные, иногда брали отпуск и куда-нибудь выбирались. Он любил её по-своему, привык к ней, дорожил их отношениями. Только вот будущего, которое Лана пыталась с ним построить, он словно не замечал.

— Я не хочу, чтобы мы вот так расставались, — сказал он.

— А я не хочу больше вот так жить.

— Ты потом пожалеешь.

— Может быть. Но это будет уже моя забота.

Она уехала на следующий день. И всю дорогу домой думала не о том, что потеряла Михаила, а о том, сколько времени потратила на ожидание.

Через два дня она пришла на работу. Виктор Петрович встретил её у кабинета.

— Ну что, отдохнула?

— Замечательно. Только поездка вышла дороговатой.

— Опять к Михаилу ездила?

— Нет. К бывшему Михаилу.

Начальник удивлённо поднял брови.

— Как это?

— А вот так. Не сложилось.

— Серьёзно?

— Виктор Петрович, я не собираюсь устраивать вам презентацию своей личной жизни.

— Да я не лезу. Просто ты столько лет к нему ездила...

— Вот и наездилась.

Она уже собралась уходить, но вспомнила, зачем пришла.

— Кстати, мне нужны три дня в следующем месяце.

— Лана...

— Не начинайте. Теперь уже не к Михаилу.

— А куда?

— Пока не знаю. Может, замуж выйду.

Виктор Петрович рассмеялся.

— Вот это поворот! Ты сначала человека найди.

— А вы мне выходные дайте. Может, как раз найду.

Он покачал головой и отказал. Водителей не хватало, график был составлен, а личные обстоятельства сотрудников его интересовали ровно до того момента, пока не начинали мешать работе.

Лана вышла из кабинета и столкнулась со Светой.

— Ну?

— Отказал.

— А ты ему сказала, что с Михаилом всё?

— Сказала.

— И что?

— Порадовался, что освободилось место в расписании.

Света фыркнула.

— Знаешь, что тебе нужно?

— Мужчина с квартирой, машиной и свободным графиком?

— Нет. Жених.

Лана остановилась.

— Света, ты опять?

— А что? Ты же сама сказала, что замуж собираешься.

— Я пошутила.

— А начальник не понял. Надо было развивать тему. Пришла бы с женихом, сказала бы, что свадьба, знакомство с родственниками, подготовка. Он бы тебя сам отпустил.

— И где я возьму жениха? В отделе кадров?

— Не знаю. Но у тебя лицо такое, что мужчина должен найтись.

— Спасибо. Очень тонкий комплимент.

Света не отставала весь обед. К концу смены Лана уже согласилась, что идея забавная, но не более того.

Однако на следующий день судьба решила вмешаться.

2. Жених напрокат

Они вышли из магазина возле стоянки и увидели мужчину, который возился с колесом автомобиля. Он был в тёмной куртке, рукава закатаны, на пальцах следы машинной смазки. Света остановилась и посмотрела на него с таким выражением, что Лана сразу всё поняла.

— Даже не думай.

— Я ещё ничего не сказала.

— У тебя всё на лице написано.

— Мужчина, вы не могли бы нам помочь?

Он выпрямился.

— Если колесо — уже починил.

— Нет, нам нужно другое.

— Я женат, — сказал он совершенно серьёзно.

Лана прыснула.

— Да что вы все сегодня такие пугливые?

— А что вы хотите? Обычно с такими словами подходят либо что-нибудь продать, либо попросить денег.

— Мы хотим попросить вас стать женихом моей подруги.

Мужчина посмотрел на Свету, потом на Лану.

— А можно я сначала узнаю, что за подруга?

— Вот она.

— Соболезную, — сказал он.

Лана расхохоталась.

— Всё, Света, хватит. Человек явно не в себе.

— Я Андрей, — сказал мужчина. — И я, между прочим, развёлся. Так что технически свободен.

— Андрей, — Лана протянула ему руку, — не слушайте её. У неё иногда случаются приступы гениальности.

— Я уже заметил.

Света быстро объяснила ситуацию. Андрей слушал, не перебивая, потом спросил:

— То есть мне надо прийти к вашему начальнику, сказать, что мы собираемся пожениться, и подтвердить, что вы уедете на несколько дней?

— Именно, — сказала Света.

— А потом?

— Потом вы свободны.

— Звучит заманчиво. А если начальник спросит, где мы познакомились?

— На свадьбе друзей, — быстро ответила Лана.

— Каких друзей?

— Придумаем.

— А если спросит, когда свадьба?

— Не спросит.

— А если спросит?

— Андрей, вы хотите помочь или провести со мной собеседование?

Он улыбнулся.

— Пока не решил.

Они обменялись телефонами. Вечером встретились в кафе, чтобы договориться о подробностях. Андрей пришёл вовремя, заказал себе чай и внимательно выслушал Лану.

— Сразу предупреждаю, — сказала она, — никаких нежностей. Не надо меня хватать за талию, целовать в щёку и изображать влюблённого до потери пульса.

— А я уже собирался.

— Вот и не надо.

— Хорошо. А вы всегда так разговариваете с женихами?

— Только с теми, кто задаёт лишние вопросы.

Андрей улыбнулся и откинулся на спинку стула.

— Слушайте, а почему вы вообще решили прибегнуть к такой глупости? Неужели нельзя просто поговорить с начальником?

— Я с ним разговариваю каждый месяц. Он мне уже скоро семейный альбом предложит принести, чтобы убедиться, что я не выдумываю свою жизнь.

— А вы не пробовали сменить работу?

— Пробовала. Но мне нравится водить. Я не люблю сидеть в кабинете и ждать, когда кто-нибудь разрешит мне сходить в туалет.

— Понятно. А замуж действительно хотите?

Лана посмотрела на него чуть дольше обычного.

— Хочу. Только не за первого встречного.

— Разумно.

— А вы?

— Я уже был женат.

— И как впечатления?

— Развод оказался дороже свадьбы.

Лана рассмеялась.

— Вот теперь верю, что вы разведённый.

Они проговорили почти два часа. Андрей рассказал, что работает мастером на предприятии, занимается оборудованием и ремонтом. После развода живёт один. Лана рассказала о такси, пассажирах, Свете и о том, как однажды везла мужчину, который всю дорогу объяснял ей, как правильно переключать передачи.

— И что вы ему сказали? — спросил Андрей.

— Что если он такой умный, пусть сам ведёт.

— И он?

— Обиделся. Зато доехал молча.

Андрей смеялся, и Лана поймала себя на мысли, что давно не разговаривала с мужчиной просто так. Без ожиданий, без попыток выяснить, что он думает о будущем, без осторожного подбора слов.

Виктор Петрович выслушал их на следующий день с недоверием.

— Лана, ты серьёзно?

— Абсолютно.

— А как же Михаил?

— Михаила больше нет.

— А этот?

Андрей спокойно пожал руку начальнику.

— Андрей.

— Очень приятно. И что, свадьба?

— Пока знакомимся с родственниками, — ответил Андрей. — Хотим всё сделать по-человечески.

Лана чуть не подавилась воздухом, но промолчала.

Виктор Петрович посмотрел на неё.

— Ты хоть понимаешь, что я тебе не свадебное агентство?

— Понимаю. Поэтому и прошу только три дня.

Он поворчал, повздыхал, но заявление подписал.

Когда они вышли, Андрей сказал:

— Ну что, невеста, теперь я могу идти?

— Можешь. Только не зазнавайся.

— Поздно. Я уже мысленно выбираю костюм.

— Выбирай попроще. На свадьбе будешь сидеть за дальним столом.

— А невеста будет с кем?

— Сама справлюсь.

— В этом я не сомневаюсь.

3. Не по сценарию

Сначала они встречались только по необходимости. Нужно было договориться, что говорить, как отвечать на вопросы, где и когда якобы познакомились. Потом Света предложила сходить всем вместе в кафе, чтобы Андрей запомнил хотя бы имена её подруг.

— Ты что, правда собираешься его таскать за собой? — спросила Лана.

— А как иначе? Если он будет выглядеть как человек, которого ты видишь впервые, Виктор Петрович сразу всё поймёт.

— Он и так всё понимает.

— Тогда чего ты боишься?

Лана не ответила.

Андрей оказался человеком, с которым было легко договориться и трудно спорить. Не потому, что он всегда был прав. Просто он не повышал голос, не пытался перекричать и не отступал только ради того, чтобы закончить разговор.

Однажды они выбирали столик в кафе. Лана сразу направилась к окну, Андрей остановился у другого.

— Здесь лучше, — сказал он.

— Там светлее.

— Зато здесь не дует.

— Я не мёрзну.

— А я не хочу сидеть на сквозняке.

— Ну сиди здесь, я сяду там.

— Тогда зачем мы вообще вместе пришли?

— Чтобы ты не скучал.

Он рассмеялся.

— Ладно, выбирай сама.

Лана победно улыбнулась.

— Вот видишь, умеешь быть разумным.

— Не обольщайся. Я просто сегодня добрый.

За ужином она заметила, что он почти не говорит о себе. Всё больше слушает, задаёт вопросы, смеётся над её историями. Когда она спросила, почему он развёлся, Андрей долго крутил в пальцах ложку.

— Мы с женой были слишком похожи в одном отношении. Каждый хотел, чтобы последнее слово оставалось за ним. Сначала это даже забавляло. Потом стало утомлять.

— И кто победил?

— Никто. Оба проиграли.

— А ты сейчас один?

— Да.

— Не скучно?

— Иногда. Но скука лучше, чем ежедневная война.

— А если встретишь женщину, которая будет с тобой спорить?

— Это не страшно. Я и сам спорить умею.

— А если она будет командовать?

Андрей посмотрел на неё.

— Зависит от того, чем командовать.

Лана рассмеялась.

— Вот ты хитрый.

— Нет. Просто не люблю, когда меня заранее записывают в подчинённые.

Она хотела ответить, но передумала.

Впервые за долгое время ей встретился мужчина, который не пытался ей понравиться любой ценой.

4. Чужая территория

Через несколько недель Андрей пригласил её к себе на ужин. Лана пришла с пакетом продуктов, потому что решила, что так будет правильнее.

— Что у тебя здесь? — спросил он.

— Ужин.

— Я думал, мы закажем.

— Зачем заказывать, если можно приготовить?

— Потому что я собирался приготовить сам.

— А я уже купила продукты.

Андрей посмотрел на пакет.

— Ну и что будем делать?

— Готовить.

— Вместе?

— Конечно. Ты мясо порежешь, я салат сделаю.

Он ничего не ответил, только взял пакет и понёс на кухню.

Через полчаса Лана уже командовала, где лежат ножи, какую сковороду взять и сколько соли добавить.

— Лан, ты можешь хотя бы пять минут не объяснять мне, как пользоваться собственной кухней?

— Я не объясняю. Я говорю, где что лежит.

— Я знаю, где у меня лежат ножи.

— Тогда почему ты взял не тот?

— Потому что мне нужен был другой нож.

— Ну так и взял бы другой.

Андрей положил нож на стол.

— Слушай, давай договоримся. Ты можешь готовить как хочешь. Но не надо разговаривать со мной так, будто я твой работник.

Лана резко повернулась.

— Да я просто хотела помочь!

— Я знаю. Но ты не замечаешь, как это выглядит со стороны.

— А ты не замечаешь, что я стараюсь!

— Замечаю. И ценю. Только мне не нужно, чтобы за меня всё решали.

Она сняла фартук и бросила его на стул.

— Знаешь что? Готовь сам.

— Хорошо.

— И не надо мне потом говорить, что я ничего не делаю.

— Я этого не говорил.

— Но подумал!

— Лана, я не умею читать мысли. Если ты хочешь поссориться, найди для этого более убедительную причину.

Она посмотрела на него с такой обидой, что он наконец перестал улыбаться.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно.

— Значит, я тебе мешаю?

— Нет. Мне мешает то, что ты не можешь просто побыть рядом, не пытаясь руководить каждым движением.

Она ушла, не дождавшись ужина.

Два дня они не разговаривали.

На третий день Андрей позвонил.

— Ты живая?

— Пока да. А ты?

— Тоже. Слушай, я не собираюсь извиняться за то, что сказал. Но мне жаль, что мы так разошлись.

— Очень благородно.

— Лана, я не хочу с тобой воевать. Но и притворяться, что мне всё нравится, не собираюсь.

— А мне не нравится, когда меня учат жить.

— Я тебя не учу. Я прошу считаться со мной.

Она долго молчала.

— Я не привыкла, что кто-то мне возражает.

— Я заметил.

— И что, тебе это не нравится?

— Иногда нравится. Иногда утомляет. Ты же не думаешь, что я хочу рядом тихую женщину, которая будет кивать на каждое слово?

— А чего ты хочешь?

— Чтобы мы могли быть вместе и не мериться упрямством.

Лана усмехнулась.

— Легко сказать.

— Конечно. Труднее сделать. Давай попробуем ещё раз. Без пакетов с продуктами и без инструкций по эксплуатации моей кухни.

Она засмеялась.

— А ужин?

— Приготовлю сам. Но если ты придёшь, можешь нарезать салат. По собственному желанию.

— Посмотрим, Андрей. Не слишком ли много ты себе позволяешь.

— Вот теперь узнаю свою невесту.

И она согласилась прийти.

В тот вечер они не стали обсуждать ссору. Андрей приготовил ужин, Лана действительно нарезала салат и даже не стала поправлять его, когда он пересолил мясо. Правда, за столом она всё-таки сказала:

— Ну, повар из тебя так себе.

— Зато салат отличный.

— Это потому, что я делала.

— Вот и договорились.

5. Не только сильный

Лана постепенно узнавала Андрея. Он мог быть весёлым и лёгким, но иногда уходил в себя. Не любил жаловаться, не просил помощи, когда она была нужна, и мог несколько дней молчать о неприятностях на работе.

Однажды она позвонила ему вечером, а он ответил коротко:

— Я занят. Позже наберу.

Он не перезвонил ни вечером, ни утром.

Лана сначала решила не навязываться, но к обеду не выдержала.

— Ты живой вообще?

— Живой.

— Прекрасно. А поговорить?

— Не сейчас.

— Андрей, я тебе не диспетчерская. Мне не надо отвечать по расписанию.

— Лан, у меня неприятности. Я не хочу сейчас об этом говорить.

— А мне ты сказать не можешь?

— Пока нет.

Она почувствовала знакомое раздражение. Ей хотелось вытянуть из него всё, заставить объяснить, что произошло, немедленно найти решение. Но она вспомнила их разговор на кухне.

— Ладно. Когда захочешь — позвони.

Он позвонил вечером. На работе случилась авария, один из сотрудников получил травму, и Андрей весь день разбирался с последствиями. Он был вымотан и злился на себя, хотя его вины в произошедшем не было.

— Почему ты мне сразу не сказал? — спросила Лана.

— Не хотел грузить.

— Андрей, я не стеклянная. У меня тоже бывают неприятности. И я не всегда хочу, чтобы меня спасали. Иногда достаточно просто рассказать.

Он посмотрел на неё.

— Ты права.

— Запомни этот момент. Он редкий.

— Я уже запомнил.

Лана взяла его за руку.

— Ты ведь тоже не обязан всё тащить один.

Андрей сжал её пальцы.

— Знаешь, что мне в тебе нравится? Ты иногда умеешь быть нормальной.

— А ты иногда умеешь быть невыносимым.

— Вот поэтому мы и подходим друг другу.

Она рассмеялась и поцеловала его.

6. Возвращение

Однажды вечером у подъезда Лану ждал Михаил. В руках у него был букет роз.

— Привет, — сказал он.

— Привет. Ты откуда?

— Приехал поговорить. Можно?

Они зашли в кафе. Михаил выглядел усталым и немного растерянным.

— Я много думал, — начал он. — Понял, что был неправ. Не хочу тебя терять.

— Миша, мы уже говорили об этом.

— Я готов переехать. Или ты ко мне. Давай попробуем жить вместе.

Лана смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается что-то похожее на жалость. Ей было больно видеть его таким. Но ещё больнее было вспоминать, сколько раз она ждала этих слов.

— Почему ты не сказал этого раньше?

— Не знаю. Боялся перемен, наверное.

— А теперь не боишься?

— Теперь понимаю, что могу тебя потерять.

— Ты уже потерял, Миша.

Он опустил глаза.

— Из-за другого мужчины?

— Не только. Я не ушла к Андрею. Я ушла от нашей жизни, которая меня больше не устраивала.

— Ты его любишь?

Лана задумалась.

— Да. Кажется, люблю.

Михаил кивнул. Он не стал устраивать сцену, не стал обвинять её. Просто посидел ещё немного, потом проводил до остановки.

Розы она забрала, но дома поставила их не в вазу, а на кухонный стол. Андрей заметил букет, когда пришёл вечером.

— Красивые.

— Михаил приезжал.

Андрей снял куртку и повесил её на крючок.

— Понятно.

— Хотел вернуться.

— И что ты ему сказала?

— Что поздно.

Андрей подошёл к окну.

— Ты уверена?

Лана нахмурилась.

— Ты второй человек за сегодня, который спрашивает меня об этом.

— Я не хочу быть для тебя запасным вариантом, Лана.

— Ты думаешь, я сижу и выбираю между вами?

— Не знаю. Поэтому и спрашиваю.

— Андрей, если бы я хотела вернуться к Михаилу, я бы не стала тебя держать.

— Хорошо.

— Что значит «хорошо»? Ты мне не веришь?

— Я тебе верю. Но мне неприятно думать, что ты могла бы вернуться к нему.

— А мне неприятно, что ты сомневаешься во мне.

— Я не сомневаюсь в тебе. Я просто не железный.

Лана подошла к нему. Впервые она увидела в его лице не спокойную уверенность, а настоящую тревогу.

— Ты ревнуешь?

— Да.

— Сильно?

— Достаточно, чтобы мне не хотелось сейчас шутить.

Она улыбнулась и обняла его.

— Вот и хорошо. А то я уже думала, что ты совсем бесчувственный.

— Не обольщайся. Я могу быть очень неприятным.

— Я заметила.

Он поцеловал её. Она прижалась к нему и вдруг поняла, что ей нравится не только его сила. Ей нравилось, что он не скрывает, когда ему больно или страшно. Не пытается всё время выглядеть победителем.

7. Своя жизнь

Весной Андрей предложил ей съездить за город. Они остановились у небольшого кафе, потом долго гуляли по дороге вдоль поля. Было тепло, пахло влажной землёй и прошлогодней травой.

Лана шла рядом, держала его под руку и рассказывала, как Света собирается устроить ей девичник, хотя никакой даты свадьбы ещё не было.

— Ты уже назначила свадьбу? — спросил Андрей.

— Света назначила. Я только присутствую.

— А ты сама чего хочешь?

— Хочу, чтобы ты наконец сделал мне предложение.

— А если я сделаю?

— Посмотрю.

— То есть мне ещё экзамен сдавать?

— Обязательно. У меня строгая комиссия.

Андрей остановился.

— Лана, я не хочу играть в жениха напрокат. Мне с тобой хорошо. Иногда ты меня выводишь из себя, иногда я тебя. Но я хочу, чтобы мы жили вместе. Не по выходным, не от случая к случаю. Хочу просыпаться рядом, знать, что ты дома, ругаться из-за немытой чашки и мириться за ужином.

Лана смотрела на него и улыбалась.

— Ты сейчас предложение делаешь?

— Я пытаюсь.

— Очень длинное.

— Могу короче.

— Давай.

— Выходи за меня.

Она не ответила сразу. Андрей ждал, не торопил её. И Лана вдруг почувствовала, что ей совершенно не хочется заполнять эту паузу шуткой.

— Да, — сказала она. — Только сразу предупреждаю: характер у меня тяжёлый.

— Я в курсе.

— Я могу спорить.

— Заметил.

— И иногда командую.

— Иногда?

Она засмеялась и обняла его.

— Ладно. Будем разбираться.

Через несколько дней она рассказала обо всём Свете.

— Ну наконец-то! — воскликнула та. — А я уж думала, вы так и будете изображать помолвку до пенсии.

— Света, не сглазь.

— А что Андрей?

— А что Андрей?

— Он тебя любит?

Лана улыбнулась.

— По-моему, да.

— А ты его?

— Тоже.

Света посмотрела на неё с довольным видом.

— Знаешь, ты стала спокойнее.

— Не выдумывай. Я всё такая же.

— Нет. Просто раньше тебе обязательно нужно было последнее слово. А теперь иногда ты можешь промолчать.

— Это потому, что Андрей иногда говорит такие глупости, что отвечать жалко.

Они рассмеялись.

В день, когда Андрей впервые пришёл к Виктору Петровичу уже не как подставной жених, а как настоящий будущий муж, начальник долго смотрел на них и наконец произнёс:

— Так всё-таки свадьба?

— Всё-таки, — ответила Лана.

— А я думал, ты шутила.

— Я тоже так думала.

Андрей пожал ему руку.

— Теперь уже не отвертится.

— Смотри, Андрей, — сказал Виктор Петрович, — характер у неё непростой.

— Знаю.

— И что, не страшно?

— Нет. У меня тоже есть характер.

Лана повернулась к нему:

— Только не начинай.

— Я ещё ничего не сказал.

— Вот и молчи.

Виктор Петрович рассмеялся.

Позже, когда они вышли на улицу, Андрей взял Лану за руку.

— Ты сегодня добрая.

— Не привыкай.

— Уже поздно.

Она посмотрела на него, прищурилась, словно собиралась придумать очередную колкость, но вместо этого просто поцеловала.

Лана не стала тихой, покладистой и удобной. Она всё так же могла вспылить, поспорить, рассмеяться громче всех и сказать то, о чём потом приходилось жалеть. Но теперь она знала, что рядом с ней человек, которого не нужно ни подталкивать, ни тащить за собой, ни проверять на прочность каждую неделю.

Андрей не пытался укротить её. Он просто не позволял ей превращать любовь в соревнование.

И Лана постепенно научилась тому, чего раньше почти не умела: иногда не спорить, когда можно обнять; не командовать, когда можно попросить; не нападать, когда можно сказать, что ей страшно или обидно.

Однажды утром Андрей обнаружил, что она переставила мебель в гостиной.

— Это что такое? — спросил он.

— Красиво, правда?

— А меня спросить?

Лана посмотрела на него, уже приготовившись к привычной перепалке.

— А тебе не нравится?

— Мне нравится. Только диван теперь дверь загораживает.

Она оглянулась.

— Чёрт. И правда.

Андрей засмеялся.

— Ну что, командуй дальше.

— Сам двигай. Ты сильный.

— Вот это я понимаю — семейная жизнь.

Лана подошла к нему, обняла за шею и поцеловала.

— Не зазнавайся, муженёк.

— Даже не собирался, жена.

И на этот раз ей не захотелось возражать.

Конец.

148   13   +10 [2]