Каникулы после той ночи слились в один серый то ли день, то ли ночь. Андрей почти не выходил из комнаты. Лежал на спине, смотрел в потолок, часами слушал, как за стеной у соседей кто-то смотрит телевизор, а на кухне мать тихо гремит посудой. Он закрывал глаза и представлял тот самый вечер, вспоминая как чужой член проникал в его любимую девушку, как будто она принадлежала именно ему, и чувствовал ту же самую смесь возбуждения, злости и ревности, что и тогда. А потом каждый раз возвращался к словам Алексея.

«Все девчонки шлюхи».

Сначала это бесило до дрожи. Потом начало казаться правдой. Таня ведь не сопротивлялась по-настоящему. Она лишь слабо отнекивалась, упиралась ладонью в грудь, а через минуту уже сама стонала и просила сильнее. Значит, хотела. Значит, Алексей оказался прав. А он, дурак, столько ходил вокруг, боялся, берег эту девушку, молчал о своих чувствах. И получил ровно то, что заслужил.

Особенно больно било другое слово. То, которое Алексей бросил напоследок у крыльца.

«Тряпка».

Андрей повторял его про себя, пока лежал в темноте. И понимал, что где-то глубоко это было не просто оскорбление. Это было попадание в точку. Как и многие дети, родившиеся в начале 90-х, он рос без отца. Мать поднимала его одна - усталая, вечно куда-то спешащая, с тонкими губами и привычкой решать всё сама. В доме не было мужского голоса, который мог бы сказать: «Иди и возьми то, что считаешь нужным». Не было кому его научить этому, не было примера, как смотреть на женщину без страха, как не отводить глаза, как не превращать желание в бесконечное ожидание. Мать любила его, это он знал. Но учила другому - быть воспитанным, хорошим, ведь именно таких парней и любят девушки.

Теперь это слово сидело в нём глубже, чем злость на Алексея или обида на Таню. Оно жгло. И заставляло думать, что, может быть, единственный способ перестать быть тряпкой - это перестать ждать, пока кто-то другой решит за него. Он должен измениться, должен стать похожим на Алексея, научиться пользоваться успехом у девушек, брать то, что хочет. И ему надо забыть про Таню и про свои чувства к ней.

Таня написала на следующий день после того вечера.

«Ты куда пропал? Всё нормально? Мне надо с тобой поговорить. Это важно»

Андрей долго смотрел на сообщение. Потом коротко ответил:

«Да. Просто устал.»

Через день она позвонила. Он смотрел на мигающий экран, пока телефон не замолчал. Она написала снова:

«Ты меня игнорируешь?»

Он ответил ещё короче:

«Нет. Просто много дел.»

К концу каникул перестал отвечать ей совсем. Сообщения оставались непрочитанными. Звонки сбрасывал. Каждый раз, когда видел её имя на экране, внутри поднималось тяжёлое, злое чувство - смесь вины, обиды и странного удовлетворения. Пусть теперь она тоже не знает, что происходит. Пусть тоже сидит и мучается.

Когда начался новый семестр, он уже держался на расстоянии. На парах садился в другом конце аудитории. В столовой проходил мимо, делая вид, что не замечает. Если Таня всё-таки подходила и пыталась заговорить, отвечал односложно и сразу находил причину уйти. В какой-то момент она просто перестала подходить.

С Алексеем Андрей общался ровно настолько, чтобы не создавать лишнего напряжения. Кивал, иногда бросал пару ничего не значащих фраз. Больше ничего. Алексей понимающе улыбался, но ничего не говорил. И Андрея это устраивало.

Дома вместо привычных романов и сборников рассказов на столе теперь лежали другие книги. Психология, советы по отношениям. Во закладках браузера вместо сайтов по космосу и обсуждению старых фильмов теперь были модные в конце нулевых ресурсы по пикапу и НЛП. Андрей жадно поглощал новую информацию, иногда даже не спя ночами. Выписывал умные мысли и советы в специальную тетрадь, запоминал схемы разговоров, запоминал, какие фразы помогают знакомиться и добиваться девушку. А еще постоянно копался в себе, вспоминая, где он поступал неправильно все эти годы. Где был слишком осторожен, когда надо было взять то, чего хочешь.

В один из апрельских дней, когда весеннее солнце уже вовсю прогрело воздух, он решился. Хватит теории, пора переходить к практике. Пора взглянуть страху в лицо и познакомиться с кем-то в реальной жизни.

Первые попытки заговорить с незнакомыми девушками на улице были унизительными. Он даже не мог выдавить из себя "Привет", ограничиваясь каким-то мычанием и чувствуя как потеют ладони от волнения. Как только он решался подойти, все мысли в голове словно испарялись.

Но Андрей не сдавался.

Через неделю одна из девушек улыбнулась ему в ответ и сказала "Привет". Парень был так шокирован, что у него наконец-то получилось, что даже забыл о том, что хотел познакомиться с ней, и девушка упорхнула вдаль через несколько мгновений, оставив его внутри с чувством, которое очень напоминало победу.

Но дальше приветов дело не шло. Андрей никак не мог взять у девушек номер телефона, чтобы продолжить знакомства. Ему не хватало уверенности, и девушки это чувствовали. Кто-то отказывал, мотивируя это тем, что у нее есть парень, кто-то просто отвечал ему, что не знакомится. Да, с каждым разом у него получилось чуть лучше, но он все еще был один.

Все изменилось в прекрасное майское утро у входа в метро. Андрей чуть не столкнулся с белокурой девушкой лет двадцати, а когда посмотрел на нее, то буквально замер. Никогда в жизни ни до, ни после этого, он не видел столь ослепительно красивой девушки с такой потрясающей улыбкой. Она выглядела как богиня, которая зачем-то оказалась на нашей планете. Парень даже в мечтах не мог себе представить себя рядом с такой девушкой, но уже на автомате произнес, не забыв улыбнуться:

— Привет..

Девушка испытующе посмотрела на него, а потом, к удивлению, парня, улыбнулась:

— Ну привет.

— Ты нереально красивая. Я никогда таких, как ты, не видел - Андрей буквально выпалил это, покраснев и поняв, как глупо это все звучит и понимая, что его прямо сейчас отошьют.

— Спасибо, я это знаю - Девушка улыбнулась еще шире, а потом закусив губу, вдруг спросила: - Скажи, а сложно было ко мне подойти?

— Да - Парень покраснел еще сильнее - Но я стараюсь справляться со своими страхами

— Ну тогда смелость должна быть вознаграждена. А то мало кто решается. - Девушка достала из сумочки ручку и салфетку - Мой номер. Позвони, если осмелишься.

Улыбнувшись ему еще раз на прощание, девушка скользнула в метро, оставив Андрея в замешательстве и чувстве, как будто он осознал и понял что-то важное. Он не узнал ее имя, и так и не решился ей позвонить, а потом салфетка с ее номером куда-то потерялась, но эту девушку он запомнил на всю жизнь. Именно она подарила ему ощущение, что он может быть интересен, никого из себя не строя. Ощущение уверенности в себе.

И это как будто было то, чего ему не хватало. У него стало получаться. Нет, девушки не стали падать к его ногам, но он перестал бояться, и оказалось, что это было для него самое важное.

А еще он продолжал учиться. Смотрел, как общаются парни, у которых с девушками получалось легко, часто наблюдал за тем же Алексеем, который на общих тусовках прижимал к себе очередную девушку. Запоминал интонации, шутки. Анализировал. Заставлял себя общаться с однокурсницами смелее, держаться увереннее, даже когда внутри всё сжималось от неуверенности.

В какой-то момент девушки сами начали реагировать на него иначе. Особенно одна. Брюнетка с параллельного потока. Высокая, с хорошей фигурой, вечно хохочущая, с громким голосом и привычкой сидеть, закинув ногу на ногу. Её звали Оля. Однажды она попросила у него конспект по философии перед зачетом. Раньше он бы обязательно молча дал, покраснев от смущения, но теперь он заставлял себе быть другим:

— А что я получу взамен? - Немного полушутя спросил он у Оли, когда она подошла к нему с этой просьбой.

— А чего ты хочешь? - Чуть понизив голос, прошептала она, внимательно глядя ему в глаза.

— Может я поцелуй хочу - Буквально выпалил парень, покраснев от своей наглости и чувствуя, что сейчас получит пощечину или еще чего похуже.

Вместо ответа девушка наклонилась к нему и коротко, почти шутя, чмокнула его в губы.

— За помощь, - сказала она и ушла, хихикая.

Андрей ещё долго стоял, глядя ей вслед, и чувствовал, как горят губы. Это был его первый поцелуй. Через неделю был и второй, на свидании с девушкой, у которой он несколькими днями ранее взял номер. Но дальше поцелуев ни с одной девушкой дело так и не пошло. Он все еще оставался девственником.

Всё изменилось в конце июня, после летней сессии.

Как и всегда по традиции их курс отмечал окончание сессии с ночевой. Но этот раз они сняли большой загородный дом на все выходные. Набилось человек тридцать или даже больше - разные группы с их курса, Андрей даже не всех знал, но его это устраивало. Музыка, алкоголь, разговоры. Была и Оля.. Весь вечер она крутилась рядом, смеялась над его шутками, иногда, как будто случайно, касалась руки. Ближе к ночи, когда большинство уже расползлись по комнатам или курили во дворе, она вдруг взяла его за запястье и тихо сказала:

— Пойдём.

И он пошёл за ней, понимая, что должно скоро произойти, но все еще не веря в это.

Сердце колотилось так сильно, что ему казалось - она должна это слышать. Коридор был полутёмным, где-то вдалеке ещё доносилась музыка и чей-то смех, но чем дальше они шли, тем тише становилось. Оля не оглядывалась. Просто вела его за руку, будто уже всё решила за двоих.

Комната оказалась в самом конце коридора - маленькая, с низким потолком и одной тусклой лампой под жёлтым абажуром. Воздух внутри был тёплым и слегка спёртым, пахло чьими-то духами и пылью. Было понятно, что ей не так часто пользовались. Девушка закрыла дверь, повернула ключ и только после этого развернулась к нему.

Она не стала ничего говорить. Просто шагнула вперёд, толкнула его спиной к стене и поцеловала. Не так, как тогда за конспект - коротко и почти шутливо. Сейчас это было совсем другое. Жадный, глубокий поцелуй с языком. Она прижималась всем телом, тёрлась грудью о его грудь, одна рука уже лежала у него на затылке, не давая отстраниться. Андрей старался отвечать уверенно, как будто у него был большой опыт в этом, хотя внутри всё дрожало. Он чувствовал, как бешено колотится сердце, как горят уши, как пальцы сами сжимаются на её талии.

Оля оторвалась от его губ только на секунду, чтобы посмотреть ему в глаза. Потом медленно, не отрывая от него взгляда, опустилась на колени. Пол был жёстким, но однокурсница, казалось, этого даже не заметила. Пальцы быстро расстегнули ремень, потом пуговицу, потом молнию. Стянула джинсы вместе с трусами вниз, до середины бёдер. Член уже стоял так сильно, что почти касался её лица.

Она не стала тянуть. Просто наклонилась и взяла член Андрея в рот. Парень резко выдохнул сквозь зубы и запрокинул голову, ударившись затылком о стену. Пальцы сами впились в ее темные волосы - густые, чуть вьющиеся, пахнущие чем-то сладким. Оля двигала головой медленно, но уверенно. Она явно была очень опытна. То брала член почти до конца, то отпускала, проводила языком по головке, снова погружала в свой чавкающий ротик. Иногда поднимала глаза на Андрея и смотрела на него снизу вверх - с торжествующей искоркой. От этого взгляда внутри всё сжималось ещё сильнее. Он видел, как растягиваются её губы, как блестят слюной, и это зрелище возбуждало сильнее любых ощущений.

Парень старался дышать ровнее. Старался не кончить сразу. Но тело его почти не слушалось. Слишком давно он только представлял такое. И слишком реальность оказалась лучше любых фантазий.

Он не выдержал. Через несколько мгновений Андрей резко выдохнул, пальцы сильнее впились ей в волосы, и он кончил девушке прямо в рот. Оля не отстранилась. Приняла всю его сперму, сглотнула, потом медленно выпустила его член изо рта и вытерла уголок губ большим пальцем.

Несколько секунд она просто смотрела на него снизу вверх. Потом тихо усмехнулась:

— Ты чего так быстро? В первый раз с девушкой?

Андрей ещё тяжело дышал. Щёки горели, уши пылали. Можно было соврать. Но он не стал, решив будь, что будет, хотя голос всё равно дрогнул:

— Да, у меня ни с кем еще не было. Так что тебя я запомню на всю жизнь.

Оля подняла брови. Секунду молчала. Потом медленно, совсем по-другому улыбнулась - уже без привычного хохота, с чем-то более заинтересованным.

— Тогда это надо срочно исправлять.

Она поднялась, стянула с себя футболку одним движением, потом джинсы. Под ними оказалось только тонкое кружевное бельё, которое тоже быстро оказалось на полу. Полностью голая, она толкнула его на кровать. Андрей сел, потом откинулся на спину, пытаясь рассмотреть ее как можно лучше. Впервые рядом с ним была обнаженная девушка.

Оля же быстро забралась сверху, провела уже дырочкой по его члену, который снова твердел удивительно быстро.

— Презерватив есть? - спросила она, чуть наклонившись к его лицу, перед тем, как снова его поцеловать.

Он покачал головой. Даже не подумал об этом. Совсем.

Оля пожала плечами.

— Ну и ладно. Ты точно здоровый, я тоже за этим слежу. Только внутрь не кончай. Договорились?

— Договорились, - хрипло ответил он, понимая, что сейчас согласился бы на все.

Она взяла его член рукой, направила в свое лоно, а затем медленно, очень медленно опустилась. Андрей почувствовал, как член погружается во что-то тугое, горячее и очень жадное. Ощущения были настолько острыми, что парень невольно выгнулся и вцепился пальцами в её бёдра. Оля тихо выдохнула, когда приняла его полностью, и на мгновение замерла, привыкая.

— А ты большой - Тихо и довольно прошептала она. А потом начала двигаться.

Сначала медленно, почти осторожно, будто давала ему привыкнуть к новым ощущениям. Круговые движения бёдрами, глубокие, но плавные. Андрей лежал, глядя на неё снизу вверх, и пытался запомнить всё: как качаются её груди, как блестит кожа в тусклом свете лампы, как она закусывает губу, когда принимает его особенно глубоко. Пальцы сами скользили по её бёдрам, поднимались выше, сжимали ягодицы.

Оля наклонилась, оперлась руками о его грудь и ускорилась. Теперь двигалась резче, увереннее. Иногда останавливалась, полностью насаживаясь на член, и медленно покачивалась, глядя ему прямо в глаза.

— Нравится? - тихо спросила она.

Он только кивнул. Голос бы всё равно предал.

Она усмехнулась и снова начала двигаться - уже быстрее. Влажные шлепки кожи о кожу заполнили маленькую комнату. Андрей чувствовал, как внутри всё стремительно напрягается. Это было слишком хорошо.. Он продержался дольше, чем во время минета, но тело всё равно подводило.

— Оля... я сейчас...

Она сразу поняла. Быстро приподнялась, соскользнула с него и развернулась, опускаясь на четвереньки рядом. Андрей сел, обхватил её за бёдра и кончил ей на ягодицы. Тёплые струи стекали по коже, пока он ещё несколько секунд судорожно дышал, уткнувшись лбом ей в поясницу.

Оля тихо застонала, когда почувствовала тепло, и сама довела себя пальцами до оргазма. Потом они вместе просто рухнули на смятые простыни.

Некоторое время оба молчали. Оля протянула руку, нашла на тумбочке чью-то пачку сигарет, прикурила и выпустила дым в сторону приоткрытого окна. Андрей лежал на спине и смотрел в тёмный потолок. Внутри было странно пусто и одновременно очень тихо.

В ту ночь он сделал для себя два коротких, очень чётких вывода.

Первый: любая честность, если подать её правильно, работает лучше всего.

Второй: презервативы отныне нужно носить всегда.