Увы, Толик, разглядел действия супругов, несмотря на то что находился позади. Его глаза, блестящие в полумраке, сузились от довольной ухмылки. Виагра делала его неутомимым, и он решил пойти дальше, чтобы унизить Игоря ещё сильнее. Он сжал бедро Ани. Его шершавые пальцы с черными ногтями, впились в её кожу:

— Аняке, - хрипло шепнул он, громче, чем нужно, - давай по-другому. На колени вставай. Хочу тебя так.

Аня ахнула, её щёки вспыхнули. Она хотела отказаться, её тело напряглось, но его рука уже тянула вверх, заставляя встать на колени. Одеяло соскользнуло, обнажая её спину и бёдра. Она бросила взгляд на Игоря. Его глаза были всё также закрыты, но губы касались её липкой руки. Сердце сжалось от стыда. Она чувствовала себя предательницей, но её тело, отзывалось на грубость Толика, да и мозг работал как-то по-другому, когда возбуждение полностью охватывало её.

— Толик... не надо, - прошептала она, её голос дрожал. - Он спит... пожалуйста, не буди.

— Пусть спит, - хмыкнул Толик, его голос был полон насмешки. - А ты, Анечка, залазь на него. Дай ему почувствовать, какая ты. - Его рука толкнула её вперёд, заставляя переместиться.

Аня всхлипнула, её глаза, полные слёз, метнулись к Игорю. Она хотела сдвинуться, спрятаться, но Толик был неумолим, всё дальше подталкивая её и указывая как именно она должна расположиться:

— Да-да! Перекинь ножку. Пускай почувствует твой запах! Ты очень вкусно пахнешь!

— Я не хочу так!

Но спустя минуту её дрожащее от стыда и возбуждения тело, оказалось над Игорем. Анины бёдра нависли над его грудью. Запах её тела, горячий, смешанный с потом Толика, наполнил воздух. Она чувствовала, как её лоно пульсирует, как стыд заливает её, но не могла сопротивляться. Она снова посмотрела на закрытые глаза мужа. Он продолжал делать вид, что крепко спит, как будто ни возня, ни разместившаяся над ним супруга, ни даже стоящий на коленях у самой головы старик не могли нарушить его безмятежности. Рука Анюты, до сих пор резко пахнущая спермой, коснулась щеки Игоря, и она шепнула:

— Игорёш... спи... я не хочу, но....

Игорь слышал её голос, её мольбу, и не знал, как правильнее поступить. Её запах, близкий, одуряющий, был совсем рядом.

— Чуть-чуть назад. Вот так! Пониже опустись! Пускай поцелует тебя там – покажет, как любит! – хрипло вещал Толик где-то из-за жены.

— Ну нет же! Он спит..., ты же спишь малыш, да? – говорила Анюта, при этом послушно выполняя команды дворника.

Бёдра сместились ещё немного и раскрытая, истекающая вульва практически касалась лица мужа.

— Ну, если спит, тогда сама потрись щёлкой о его губы. Я знаю, он любит вылизывать тебя. У тебя там сладко. Настоящий мёд!

Губы Игоря сначала дрожа коснулись её мягкой горячей кожи бедра. Стыд жег его, но возбуждение было сильнее. Он ненавидел себя за это, за то, что поддаётся. Голова сама чуть повернулась, чтобы оказаться именно там, где нужно. Сначала скользкие половые губы жены коснулись его губ. А после, его язык, почти невольно, выскользнул наружу и прошелся по её лепесткам. И Игорь почувствовал, как она вздрогнула:

— Ааахххх!

Толик хрипло засмеялся, его рука легла на спину Ани, направляя её:

— Вот, Аняке, - шепнул он, его голос сочился торжеством, - Пусть Игорёк знает, какая ты горячая. Любишь ведь, да? - Он придвинулся ближе, его движения были грубыми, уверенными, и кровать снова заскрипела.

И пусть глаза Игоря были закрыты, но он чувствовал её дрожь, её животное возбуждение. Впрочем, он и сам был с женой на одной волне. Его губы и язык двигались. Он стыдился периодически издаваемых влажных звуков, когда увлёкшись, начинал вылизывать жену слишком активно. Он знал, что Толик смотрит, как губы Игоря сейчас ласкают то, что совсем недавно ласкало киргизский член. Что старик наслаждается их унижением. Его сердце сжималось, но возбуждение не отпускало. Временами ему казалось, что дворник каким-то магическим способом умудрился подчинить себе их обоих и теперь не только Анюта, но и сам Игорь сделает всё, что потребует от них этот худой и некрасивый старик.

— Оххх, нееет! – услышал Игорь слова жены.

Видимо она поняла намерения старика чуть раньше него. Сам же Игорь осознал, что происходит, только когда жесткая палка киргизского члена пропахала борозду, раскрывая вагину жены, прошлась по его губам и вытолкнула язык Игоря, углубившись в Анютину дырку. Тут же по лбу скользнули ещё и яйца Толика, покрытые жесткими курчавыми волосами.

Игорь замер, не зная, как реагировать. Он понял, что тот стыд, который он испытывал раньше – это было ничто.

— Давай-давай! Не останавливайся! Ты же видишь, ей нравится! – хрипел сверху Толик, раз за разом вгоняя член и елозя мотнёй по лицу Игоря.

Надо сказать, он был прав. Анюта просто завывала, похоже подходя к оргазму. Наверное, именно мысль о том, что Игорь должен быть причастен к оргазму жены пересилила все сомнения, и он, отталкивая природную гомофобию, снова потянулся языком к щёлке супруги, пытаясь нащупать горошину её клитора.

Стоило только сделать несколько круговых движений языком вокруг клитора, как Анюта затряслась в оргазме, громко завывая и извещая соседей о своём счастье. А вот дальше, то ли сжимающееся влагалище Ани сделало это, то ли дворник сам, специально так постарался, но.... Член выскочил из Аниной дырки и ткнулся в рот Игоря. А киргиз, как будто и не заметив этого, продолжил раз за разом макать смуглый член, трахая Игоря в отрытый рот. Игорь почти сразу же повернул голову в сторону, выплёвывая мужской член, но избавиться от мыслей, что старик трахнул не только жену, но и его самого не получалось.

Дворник же, как ни в чём не бывало, поправил рукой член и вонзил его в Анютину вагину. Правда теперь, чувствуя продолжение послеоргазменных конвульсий Ани, он почти не двигался, держась за широкие женские бёдра и прижавшись к ним.

— Ууух! Это было так... сильно! – сказала Аня, приходя в себя.

— Я же говорил, тебе понравится, - хихикнул довольный киргиз, - Игорёк молодец! Хорошая работа. Я и не ожидал, что ты так можешь. Ещё хочешь, а Игорь?

В этот раз дворник достал продолжающий торчать член, взял его в руку и стал скользить им у самого входа Анюты, периодически касаясь то носа, то щёк Игоря.

На Игоря снова нахлынул дикий стыд, при этом возбуждение никуда не делось и член сейчас смотрел в потолок. Что отвечать? Сказать, что больше не хочет, чтобы киргизский член лез в рот или вообще касался его? Тогда Анюта тут же узнает, что он побывал там. Или просто сказать «не хочу»? А Аня не обидится? Подумает ещё, что речь о ней....

— Ну, не знаю..., - выдавил из себя Игорь, преодолевая стыд от продолжающего периодически скользить по лицу киргизского члена, - Если Анюте понравилось....

Игорь всё ещё надеялся, что вонзившийся в его рот киргизский член, это была просто случайность и даже сам Толик этого не заметил. Но, похоже он ошибался. Поскольку Толик почти смеялся:

— Ещё как понравилось! Анют, скажи, что Игорёк просто мастер орала, да?

Сам Толик при этом ткнул членом чуть дальше и провёл им по губам Игоря.

— Да, хорошо было, - тихо подтвердила Аня, тоже скованная и не понимающая, к чему этот разговор и куда ведёт старик.

— Вот и я говорю! Давай продолжай! Не скромничай! – снова захихикал Толик, но член всё же убрал, давая Игорю возможность прильнуть к промежности жены.

В этот раз появление киргизского члена не было сюрпризом. Игорь в какой-то мере даже ждал его. Не с желанием, конечно. Наоборот, со страхом и стыдом, с непониманием как на него реагировать.

Твёрдый жилистый ствол сдвинул в сторону нос Игоря, скользнул по верхней губе, и чуть задержавшись у входа, будто прицеливаясь, нырнул в глубину. Игорь чуть сдвинулся, чтобы не касаться его и сосредоточился на ласках клитора, но не мог отвязаться от мысли, что этот новый запах и ощущение волосатой мошонки будут долго преследовать его.

Анюта в это время обнаружила торчащий член мужа, пару раз провела по нему рукой, проверяя жесткость, и всосала его в рот. Игорь, ощутив губы жены на члене, и вовсе выключил голову и отдался блаженству. Член киргиза всё также бился у его лица, но он хотя бы не пытался совать Игорю в рот и его это в целом устраивало.

Стонов жены стало меньше из-за того, что её рот был занят. Звуки напоминали скорее урчание. Зато вот Толик взрыкивал всё громче, периодически чередуя возгласы трудноуловимыми междометиями. Потом и вовсе заухал, ускоряясь всё сильнее. Жесткая щетина яиц неприятно елозила по лицу. И вдруг всё изменилось....

Сначала Игорь почувствовал, что мошонка теперь не просто елозит – она стала скользить по коже. Появился новый, довольно резкий запах. Движения Толика не прекратились, а стали размеренными. Только в этот момент до Игоря дошло, что скольжение – это не от обилия Анютиной смазки. Старик похоже кончил в его жену и сейчас киргизская сперма, под продолжающимися ударами члена, выбрасывается из влагалища и растекается по лицу лежащего под ней мужа. Игорь скривился и сжал губы, но это не особо помогало. При дыхании через нос он стал чувствовать её запах ещё лучше, брызги от размашистых ударов продолжали заливать лицо, попадая даже в нос и глаза, струйка потекла по щеке и остановилась где-то в ушной раковине. Хотелось выбраться и бежать мыться, но Анюта продолжала сосать ему, навалившись всем телом и не давая даже пошевелиться.

— Фуф! Я всё! – сказал довольным голосом Толик, покидая норку жены, - Давайте сами! Можно я пойду на кухне попью чего-нибудь?

— Угум, - промычала Анюта, продолжая чавкать членом Игоря.

А Игорь не знал, как вести себя дальше. Вроде бы трущаяся о лицо размочаленная вагина жены намекала, что она не против продолжения оральных подвигов Игоря. С другой же, открыть рот и начать ласкать губами набрякшие лепестки вульвы жены, означало тут же нахлебаться продолжающей сочиться изнутри киргизской спермы. Из-за этих мыслей его член ослаб и вывалился изо рта любимой:

— Что-то не так? Зубами задела? Прости, роднулька! – приняла на свой счёт ослабшую эрекцию Анюта.

— Нет. Что-то в глаз попало. Умыться нужно.

Аня перекинула ногу через мужа и освободила его из плена. Игорь продолжая жмуриться отправился в ванную комнату, молясь, чтобы жена не успела разглядеть насколько его лицо залито киргизской кончиной. Вспомнил, как выглядят порноактрисы после камшотов на лицо, и с содроганием надеялся, что сгустки спермы успели растечься и сейчас не свисают с него неприглядными сосульками.

Почти наощупь, чуть приоткрыв один глаз он дошел до цели, склонился над раковиной умывальника и включил воду. Только тут до него дошло, что здесь почему-то горит свет и слышен звук душевой лейки. Поднял голову и встретился глазами с Толиком:

— Красавчик! – рассмеялся дворник.

Тут Игорю нестерпимо начало щипать глаза и он, не говоря ни слова в ответ, принялся промывать их под струёй прохладной воды. Когда более-менее отмыл лицо, шею и уши, от оказавшейся неожиданно прилипчивой спермы, Толика в ванной комнате уже не было. Тогда Игорь решил сполоснуться весь и за одно почистить зубы, чтобы избавиться от преследующего «аромата» мужского члена. Даже долго бултыхал ополаскиватель для рта, но не смог окончательно избавиться от привкуса. Это убедило его, что он имеет скорее психологическую природу, чем физическую. Уж очень Игорь был шокирован случившимся, вот и не может «переварить» это.

Когда он вернулся в спальню, то нашел Анюту с Толиком мерно сопящими в обнимку друг с другом. Анюта лежала, выпятив попку, а Толик обнимал её сзади, положив руку на крупную грудь. Тогда и Игорь улёгся рядом с ними на кровати, всё ещё размышляя этого ли он хотел, когда ждал сегодняшнего появления дворника.

...

Утро в спальне было серым, свет фонаря за окном едва пробивался сквозь плотные шторы. Смятые простыни пахли потом и сексом. Аня лежала на боку, её голое тело под тонким одеялом казалось Игорю нежным и беззащитным. Рядом, прижавшись сзади, посапывал Толик, его рука лежала на Аниной груди, шершавые пальцы сжимали сосок. Игорь проснулся первым, его глаза, покрасневшие от бессонной ночи, скользнули по силуэтам жены и дворника. Его сердце сжалось - смесь ревности, унижения и проклятого возбуждения. Он хотел встать и тихо уйти, но чем-то смог разбудить чуткий сон дворника. Толик зашевелился, его хриплый голос разорвал тишину:

— Игорёк, ты чего? Не спится? - он ухмыльнулся, его глаза блестели в полумраке, - Ну, правильно. Ты же хозяин, тебе пораньше нужно. Пока завтрак приготовишь, то, сё.... Мы с Анечкой тоже почти встаём. Голодные после ночи, хе-хе.

Игорь сглотнул, его горло пересохло. Он хотел возразить, но взгляд Толика, наглый, властный, придавил его. Аня молчала, её лицо было скрыто в подушке, но Игорь заметил, как плечи жены напряглись.

Он кивнул, будто робот, и поплёлся на кухню. Его босые ноги шлёпали по холодному полу, а в голове крутился образ: Аня, голая, под Толиком. Её стоны. Стариковский член, врывающийся в её лоно в считанных сантиметрах от его глаз. Собственный член предательски напрягся, и он выругался про себя.

На кухне Игорь включил плиту, поставил сковороду, достал яйца из холодильника. Руки дрожали, посуда звякала громче, чем нужно. Он пытался сосредоточиться - разбить яйца, нарезать хлеб.

Яйца только-только начинали шкварчать на сковороде, когда из спальни донеслись первые звуки. Сначала тихий скрип кровати, потом шёпот старика, Анюткино:

— Толик, нет! Ну не надо!

Игорь уже знал, что этот отказ жены – это не настоящее «не надо», а скорее церемониал, чтобы выглядеть честной перед собой. Мол, она попыталась, но не могла бороться с мужчиной. Дальше уже ожидаемое: сдавленный стон Ани и довольный выдох дворника. Толик снова получил, что хотел. Впрочем, как и всегда с этой семьёй.

Игорь замер, ложка выпала из рук, звякнув о столешницу. Он знал, что там происходит. Толик, этот старый хрыч, снова в ней. Его грубые руки мнут её чистую кожу. Член, быстро окрепший от виагры, купленной Игорем, долбит её. А Аня... она стонет, так протяжно и мелодично, что Игорь не может этому сопротивляться. Его собственный член помимо воли встаёт и просит увидеть воочию очередное падение жены в пучину разврата.

— Ах... Толик... тише... - её голос, хриплый, дрожащий, пробился сквозь разделявшее их расстояние.

Игорь сжал кулаки, его ногти впились в ладони. Он хотел ворваться, оттащить её, но ноги понесли его к двери спальни совсем за другим. Игорь приоткрыл дверь тихо и осторожно, чтобы случайно не помешать происходящему. Заглянул в появившуюся щель: Аня стояла на коленях, её спина выгнулась, волосы рассыпались по плечам. Толик, сзади, держал её за бёдра, его движения были резкими, ритмичными, пальцы глубоко впивались в тело, оставляя после себя следы на коже. Грудь Анюты колыхалась, соски торчали, а лицо... лицо было смесью стыда и похоти. Она кусала губу, подавляя стоны, но они вырывались, хриплые, громкие.

— Анечка, хорошая, давай, - хрипел Толик, его голос сочился торжеством. - Любишь, когда жёстко, да? Мужу своему скажи, пусть учится.

Игорь прикрыл дверь, его сердце колотилось. Он вернулся к плите, яйца шипели, подгорая. Он ненавидел себя за то, что просто смотрел и даже не пытался остановить их. Нет, даже не за это. Скорее за то, что его член отвердел, как только он понял, что Толик сейчас снова трахнет его жену.

Снова стон, громче, почти крик. Игорь выключил плиту, и ухватился за свой член. Почему именно в такие моменты он не может себя контролировать? Оргазм приближался с катастрофической скоростью. Он снова приблизился к двери, заглянул в щёлку и понял, что смотрит в глаза Толика, с насмешкой наблюдающего на ним и продолжающего ритмично нанизывать Анюту. Именно этот насмешливый взгляд смог вернуть Игоря в реальный мир, иначе он был готов кончить прямо на дверь спальни, как школьник, подглядывающий за родителями. Член всё ещё стоял, но Игорь спрятал его в штаны и ушел в кухню, стараясь не думать.

Впрочем, совсем отрешиться он не мог. Игорь хорошо уловил момент, когда Аня кончила. Он знал этот звук - её хриплое подвывание. Знал, как она сейчас дрожит. Перед глазами снова появилась картина, как лоно жены сжимает член Толика, как она вцепилась в простыни, как её глаза закрылись от наслаждения. Руки Игоря тряслись так, он чуть не опрокинул сковороду.

Через десять минут они появились. Аня, в халате, завязанном наспех, избегала его взгляда. Её щёки пылали, волосы были растрёпаны, губы дрожали. Толик, в своих старых штанах и мятой рубахе, выглядел довольным, как кот, объевшийся сметаны. Он плюхнулся за стол, потянулся к тарелке с яичницей:

— Ну, Игорёк, молодец, наготовил! - хмыкнул он, откусывая хлеб. - Анечка твоя, ух, не отпускала! Устал я с ней, но оно того стоило. Правда, Аняке?

Аня вздрогнула, её ложка звякнула о чашку. Она уставилась в стол, её пальцы сжали край скатерти:

— Толик, хватит, - прошептала она, её голос был едва слышен. - Не надо так....

— А что? - Толик подмигнул, его чёрные ногти постучали по столу. - Он же всё понимает. Своя, родная. Ты же Анечка для него старалась. Расскажи, как тебе было, когда все вместе, а? Не стесняйся.

Игорь молчал, его вилка застыла в руке. Он чувствовал, как кровь прилила к лицу, как его член, всё ещё твёрдый, упирается в джинсы. Он хотел сказать что-то, остановить Толика, но слова застряли. Аня бросила на него взгляд, полный мольбы, но тут же опустила глаза.

— Я... мне надо в ванную, - пробормотала она и вскочила, чуть не опрокинув стул. Её халат приоткрылся, обнажив бедро, и Игорь заметил следы пальцев Толика на её коже. Его сердце сжалось, но возбуждение не отпускало.

Толик доел, откинулся на стуле, закурил, не спрашивая разрешения. Игорь снова промолчал: если он не смог возразить Толику в более важном, то что уж из-за сигареты скандал устраивать? Дым заполнил кухню, запах табака смешался с запахом пота и секса, исходившим от него:

— Ну, я пойду, Игорёк, - сказал он, вставая, - Спасибо за ночь, за завтрак. Анечка твоя золото. Береги её. Ну, ладно. Увидимся ещё, хе-хе, - он подмигнул и ушёл, оставив за собой напряженную тишину.

Игорь смотрел в пустую тарелку, его руки дрожали. Аня вернулась, её волосы были влажными, халат завязан туже. Она села напротив, но не поднимала глаз:

— Игорёш... - начала она, её голос дрожал. - Прости. Я не хотела, чтобы так. Он просто... я не могла его остановить. Ты же спал, а потом ты сам....

Игорь сжал челюсти. Он знал, что она врёт. Врёт в первую очередь себе. Слышал её стоны. Видел, насколько она была возбуждена, яркие оргазмы. Но её дрожащий голос и глаза с готовыми выступить слезинками, били ниже пояса:

— Ань, ты же..., - начал он, но замолчал. Он хотел сказать больше. Обвинить её. Но вместо этого выдавил: - Я понимаю. Он так всё перевернул, что.... Я тоже виноват. Прости меня.

Аня всхлипнула, её руки теребили салфетку:

— Я не хотела, правда, - прошептала она. - Это всё... он и... я не знаю, что, но со мной тоже что-то происходит. Ты меня разлюбишь теперь, да?

— Нет. Я люблю тебя. Всегда буду любить, - сказал Игорь, но думал он совсем о другом.

Он смотрел на неё, на её чистую кожу, на её глаза, полные слёз, но видел Толика, его шершавые руки, его член в ней. А главное её выражение лица, когда она приближалась к очередному экстазу. Счастливое, как будто ради этого момента она и жила. Он хотел верить ей, но не мог.

— А ты... ты меня любишь?

Аня кивнула, её слёзы капали на стол:

— Конечно, Игорёш. Только тебя. Это всё ошибка. Я не такая, не хочу быть такой.

Но её слова звучали неубедительно. Игорь видел, как она дрожала под Толиком, как её лоно текло, как она стонала. Он хотел крикнуть, что знает правду, что видел её похоть, но промолчал. Его возбуждение, его унижение, его любовь к ней - всё смешалось в комок, который душил его.

Они замолчали, глядя в разные стороны. Кухня пахла яичницей, табаком и их общим стыдом. Оба знали, что разговор не закончен, но ни один не решался продолжить. Аня боялась, что Игорь раскроет её ложь. Игорь боялся, что правда уничтожит их брак. А где-то в подвале Толик уже планировал следующую встречу, зная, что Аня сама вернётся, а Игорь ничего не сможет остановить.

Хочешь читать раньше других? Обсудить сюжет в процессе создания? Рассказать свою историю или просто поделиться мнением? - подписывайся на телеграмм-канал t.me/xxxstoryhub

t.me/xstoryhub2 (зеркало для тех стран, у кого не отображается основной канал)

Хочешь отблагодарить автора за работу? Пообщаться с ним? Подключайся к Mig Story на Boosty.

boosty.to/mig_stories