Комната утопала в мягком полумраке, который создавал интимную атмосферу, тихая мелодия лилась из колонки, наполняя пространство, а легкий ветерок дразнил шторы. Девушка с короткими черными волосами, сидевшая напротив большого зеркала, была одета в короткую ночнушку из нежного розового шелка, которая струилась по ее телу и ласкала ласкала себя, тихо постанывая, сжимая грудь сквозь ткань. Этот опыт был для нее первым, и собственные движения заводили ее настолько сильно, что она уже не могла остановиться.

Ноги задрожали, и она свела их вместе, не прекращая движений пальцев, которые входили и выходили с мокрым звуком, казавшимся в ночной тишине громким и отчетливым. Она прикусила губу, стоны смешивались с музыкой, глаза постепенно закрывались, а дыхание становилось все более прерывистым и горячим.

Мышцы живота напряглись, пальцы двигались быстрее и глубже, не сбавляя темпа. Она выгнулась дугой, откинув голову назад, и тихий стон сорвался с искусанных губ, переходя в протяжный выдох, когда оргазм внутри нее наконец достигло пика и растекся горячей волной по всему телу. Ноги задрожали сильнее, бедра свело судорогой, но она не прекращала движений, продлевая это сладкое ощущение.

Каждое новое прикосновение отдавалось эхом внизу живота, заставляя ее вздрагивать и тихо всхлипывать.

Постепенно волны начали стихать, оставляя после себя приятную истому, и пальцы замедлили свое движение, а вскоре вовсе покинули киску девушки. Глаза открылись, и она наткнулась на свое отражение в зеркале. Какая-то дымка прокатилась по комнате, словно воздух стал гуще и тяжелее, а после она услышала тихий вздох сбоку себя, который прозвучал неожиданно четко в пустой квартире.

— Уф.

Рина резко обернулась и увидела высокую девушку, стоявшую в нескольких шагах от нее. Незнакомка выглядела так, словно сошла с картины. На голове у нее красовались массивные витые рога темно-бордового оттенка, которые венчали прическу из густых, длинных, волнистых волос цвета запекшейся крови, ниспадающих до самого пола тяжелыми прядями. На шее красовалось массивное колье с крупным камнем в центре, от которого вниз тянулась длинная цепь с подвесками; темно-красный лиф с чашечками, украшенный камнями и металлической отделкой, поддерживал пышную грудь, длинная струящееся юбка с высоким разрезом, открывала взор на стройную ногу.

— Завораживающие представление, — произнесла незнакомка и откинула назад свои волосы. — Пять из десяти. В следующий раз лучше без одежды.

Рина приоткрыла рот в шоке, не зная, что ответить, и слова застряли где-то в горле, потому что каждое из них казалось слишком нелепым для этой тихой комнаты, где еще минуту назад не было никого. Она смотрела на незнакомку, пытаясь найти хоть одну разумную причину ее появления, но в голову приходила только одна мысль, которая никак не желала укладываться в привычную картину мира.

— Откуда ты взялась?! — вскрикнула она, вставая на ноги и босые ступни коснулись прохладного пола. — Я закрывала дверь, и тут девятый этаж!

— Милая, а я разве похожа на человека? — усмехнулась она, делая шаг вперед, и звон цепочек в ее волосах раздался отчетливее, а по комнате словно прокатилась волна пряного аромата, от которого у нее закружилась голова.

— Но ты....

— Хорошо, если ты такая непонятливая, я скажу прямо. Я Азалия, суккуб.

После этих слов девушка еще больше удивилась, и внутри нее боролись два чувства, потому что разум твердил о невозможности происходящего, а глаза видели перед собой существо, которое не могло быть плодом воображения. Это до ужаса казалось смешным, а внутренний голос говорил, что происходящее плод воображения, ведь суккубы не бывают, это все миф, но ноги сами сделали шаг назад, когда Азалия приблизилась еще немного.

— Я заметила тебя через зеркало и захотела заглянуть. Слишком уж мне понравилось то, что я увидела, — закончила демонесса.

— Да ну бред.

Нервный смешок вырвался из ее груди, и она махнула рукой, не веря в услышанное. Азалия выгнула бровь и чуть вытянула руку, на которой появилась пламя, огонь заплясал над ее раскрытой ладонью, отбрасывая на стены, дрожащие тени. Жар коснулся лица Рины, и смех застрял в горле, потому что это было уже не воображение, а самая настоящая реальность, от которой по спине пробежал холодок.

Все слова застряли в горле, и она лишь беззвучно открывала и закрывала рот, не в силах произнести ни единого звука. Суккуб медленно опустила руку, и огонь послушно погас, а затем сделала шаг вперед, самодовольно улыбаясь, показывая небольшие клыки.

— От тебя исходит такая сила, — сказала она и медленно провела пальцем вверх по ее руке. — Мне это по вкусу.

— Что? Какая сила? — переспросила девушка.

— Горячая, жаждущая, голодная, — медленно произносила Азалия, смакуя, словно пробовала на вкус. — Такая сладкая, что я едва сдерживаюсь, чтобы не попробовать прямо сейчас.

— Я не...

— Пару раз наблюдала за тобой, — легко призналась демонесса, словно это было обычное дело. — Ты любишь секс... я бы сказала, ты им дышишь.

— И что? — девушка не до конца понимала куда та клонит.

— Тебе известно, кто такие суккубы? — спросила демонесса и, дождавшись легкого кивка, наклонилась к ее лицу, и для этого ей пришлось чуть согнуться. — Тогда ты наверняка догадываешься, чем именно я питаюсь.

— Ты хочешь сказать, что пришла сюда, чтобы... — начала Рина, но не смогла закончить фразу.

— Чтобы насытиться тобой, — легко закончила та. — Тебе это нужно куда сильнее, чем мне.

Она выпрямилась и медленно обошла девушку по кругу, а та крутила головой, наблюдая за ней, не зная, чего можно ожидать от демона, и в этой неторопливой, хищной походке было что-то завораживающее и пугающее одновременно.

— Разбавь свою жизнь чем-то новым.. чем-то, чего ни у кого не было, — шепнула она ей в затылок, вставая за спиной, и ее горячее дыхание коснулось кожи.

Раздвоенный язык коснулся шеи девушки, и пряный аромат словно дымка окутал ее, заставляя прикрыть глаза и томно выдохнуть. Это был знак для демонессы, и она не собиралась упускать момент.

Схватив девушку за талию, она толкнула ее на кровать, отчего ночнушка задралась, обнажая влажные бедра, а сама Рина ахнула, не успев даже толком понять, что происходит. Азалия подошла и поставила ее на колени, заставляя прогнуться.

Влажная плоть предстала перед ее взором, но она видела ее много раз, либо когда сама себя удовлетворяла всем, что у нее было, либо когда ее трахал кто-то другой, и это были то девушки, то парни, то несколько человек сразу, но ей все было мало. Она никогда раньше не встречала такого ненасытного человека, и ей это было на руку.

Наклонившись, она прошлась языком от киски до ануса, собирая ее влагу, и девушка выгнулась сильнее, уткнувшись лицом в матрас и сминая одеяло в кулак, а стон сорвался с ее губ. Раздвоенный язык скользнул глубже, проникая между влажных складок и поднимаясь к плотному колечку мышц, которое сжималось от каждого прикосновения. Демонесса обхватила ладонями ее ягодицы, разводя половинки в стороны, чтобы получить полный доступ к отверстию, и плотнее прижалась ртом.

Она настойчиво работала языком, смакуя солоноватый вкус возбуждения, и каждая новая волна влаги, стекавшая по ее подбородку, лишь подстегивала ее аппетит. Демонесса скользнула пальцами по мокрым складкам, раздвигая их и открывая вход во влагалище, затем резко ввела два пальца внутрь. Они двигались быстро и жестко, задевая чувствительные точки внутри, и вскоре к ним присоединился третий, отчего та закусила губу до боли, а ноги ее задрожали, грозя подкоситься.

Она вытащила пальцы и снова припала ртом к ее лону, вылизывая и покусывая, а пальцами другой руки коснулась ануса, медленно вставляя палец внутрь и разрабатывая вход, чувствуя, как мышцы сжимаются вокруг ее пальца.

Анус постепенно расслаблялся под ее настойчивыми прикосновениями и, когда та немного привыкла к этому ощущению, суккуб добавила второй палец, и девушка глухо застонала в матрас, потому что смесь боли и удовольствия оказалась настолько острой, что по всему телу прокатилась горячая волна. Демонесса не прекращала работать языком, вылизывая влажные складки и покусывая набухший клитор, а пальцы в заднем проходе двигались в такт с языком, заставляя Рину выгибаться дугой и хрипло стонать.

Бедра непроизвольно подавались назад, навстречу умелым рукам и языку, а из горла вырвался жалобный стон. Азалия почувствовала эту перемену, и ее движения стали быстрее и жестче, пальцы глубже проникали в задний проход, а язык настойчиво ласкал клитор, не давая ни секунды передышки. И тогда оргазм накрыл ее мощной волной, от которой все тело свело судорогой, а из груди вырвался громкий, захлебывающийся крик. Она дрожала крупной дрожью, а из глаз брызнули слезы от переизбытка чувств, потому что такого сильного и яркого разрядки она не испытывала никогда в жизни.

Суккуб отстранилась от нее, облизав собственные губы, тяжелое дыхание девушки было громким в наступившей тишине, а тело мелко дрожало от остаточных волн удовольствия. Но она тут же почувствовала аромат желания, который ни с чем не перепутать. Эта девчонка только кончила, а уже жаждала еще.

— Грязная девочка еще хочет, — произнесла она и звонко шлепнула ее по ягодице, отчего на коже остался яркий розовый след.

— Хочу... — всхлипнула Рина, посмотрев на нее через плечо.

Демонесса улыбнулась, отвесив еще один шлепок, и отодвинула в сторону свою юбку, открывая взору член, который до этого момента был скрыт складками темной ткани. Она провела ладонью по ее влажному лону, собирая сок, и размазала его по всей длине своего члена.

Девушка удивленно расширила глаза, не ожидая, что у той есть член, особенно такой большой, и таких она никогда раньше не встречала, но это действие завело ее еще сильнее, а киска сжималась в ожидании.

— Ты... — только и смогла вымолвить она, наблюдая, как пальцы Азалии скользят по напряженной плоти.

— Я суккуб, детка, я могу быть любой, какой ты меня захочешь, — ответила Азалия и подошла ближе, проведя головкой по влажному лону, размазывая выступающую влагу, отчего та вздрогнула и подалась бедрами навстречу.

Легкая боль разлилась по телу, и крик сорвался с губ, когда бедра демона пришли в движение и она толкнула свой член внутрь, растягивая тесные стенки и заполняя собой все пространство.

— Ох, блять! — задыхаясь, простонала она, и ее пальцы вцепились в одеяло, а щека прижалась к матрасу. — Он слишком большой!

Член резко вторгался в нее, и с каждым сантиметром, проникая глубже, Азалия чувствовала, как узкая щель сжимается вокруг нее, и это было настолько приятно, что она позволила себе тихий, удовлетворенный выдох.

— Расслабься, крошка, больно только в первый раз, — отозвалась та, проталкивая член дальше, и ее голос звучал спокойно и уверенно, потому что она знала, что делает, и знала, что тело девушки скоро откликнется на каждое ее движение с той же страстью, с какой отвечало на ласки языка и пальцев.

С каждым новым толчком ее бедра все плотнее прижимались к ягодицам Рины, а член проникал так далеко, что, казалось, заполнял ее целиком. Влажные складки плотно обхватывали член демонессы, сжимаясь и разжимаясь. Она вытащила член почти до самого конца, оставляя внутри только головку, и на мгновение замерла, а затем снова резко вошла, заполняя ее до предела, и девушка вскрикнула, уткнувшись лицом в мокрое от слюны одеяло.

С каждым толчком бедра демонессы ударялись о ягодицы девушки, издавая влажный, хлюпающий звук, который разносился по комнате. Азалия держала ее за ягодицы, задавая ритм, и постепенно ускорялась, а стоны девушки становились громче и отчаяннее.

Она наклонилась вперед, прижимаясь грудью к ее спине, ее тяжелые волосы скользнули по плечам Рины, а цепочки с алыми камнями холодными каплями коснулись разгоряченной кожи. Азалия прикусила мочку ее уха, дыхание было горячим и частым, а бедра двигались все быстрее и жестче, задавая ритм, которому та не могла сопротивляться.

Она выпрямилась и снова схватила ее за бедра, ускоряя темп, и теперь каждый толчок был резким и глубоким, отчего кровать скрипела и раскачивалась в такт их движениям. Девушка уже не могла думать ни о чем, кроме члена внутри себя, который заполнял ее полностью и заставлял забыть обо всем на свете. Демонесса чувствовала, как стенки влагалища сжимаются вокруг нее, и это было настолько приятно, что она позволила себе тихий рык, а движения стали еще более животными.

— Ты такая узкая, — хрипло произнесла она. — Ты так хорошо принимаешь меня...

Рина лишь тихо всхлипывала, уткнувшись лицом в матрас, а ее бедра мелко дрожали от напряжения. Суккуб наклонилась и провела языком по ее позвоночнику. Она схватила Рину за волосы и резко потянула на себя, выгибая ее спину дугой, девушка вскрикнула, но этот крик тут же утонул в очередном глубоком толчке, от которого кровать жалобно скрипнула и сдвинулась с места. Она вбивалась в нее с такой силой, что бедра шлепали по ягодицам, оставляя красные следы. Она отпустила волосы и надавила ладонью на ее голову, прижимая лицом к влажному одеялу, лишая возможности двигаться, и продолжила трахать ее жестко и быстро, не давая ни секунды передышки.

Рина уже не могла кричать, только беззвучно открывала рот и хватала воздух. Ее тело сотрясалось от мощных толчков, и она чувствовала, как член проникает так глубоко, что перед глазами вспыхивали яркие пятна. В нее входили до самого основания и выходили почти полностью, а затем снова вбивались с такой силой, что та вскрикивала, а по щекам текли слезы от переизбытка ощущений.

Демонесса чувствовала, как стенки влагалища сжимаются вокруг нее все сильнее, ритм становился рваным и отчаянным. Она вбивалась в нее снова и снова, не сбавляя темпа, и когда очередной толчок достиг самой глубокой точки, Рину накрыло мощной волной, от которой все ее тело выгнулось дугой, а из груди вырвался громкий, захлебывающийся крик. Она судорожно сжались вокруг члена, пульсируя и содрогаясь.

Та не остановилась, продолжая двигаться в этом же ритме, продлевая это ощущение, и каждый новый толчок отзывался в теле той новыми волнами, от которых та лишь тихо всхлипывала и дрожала, уткнувшись лицом в мокрое одеяло. Демонесса наклонилась вперед, прижимаясь грудью к ее спине, ее дыхание стало частым и прерывистым, а движения приобрели животную силу. Пару движение, а затем ее бедра содрогнулись, и она излилась внутрь, заполняя девушку

Азалия замерла на несколько мгновений, прижавшись к ней и медленно вышла, влага, смешанная с ее семенем, потекла по бедрам Рины, оставляя после себя липкий след.

Выпрямившись, она смахнула волосы с лица и улыбнулась, глядя на девушку, которая не могла прийти в себя после пережитого, но в этой улыбке не было ни капли жалости, потому что она не собиралась давать ей отдыха. Ночь только начиналась, и демонесса чувствовала, что ее аппетит еще не утолен.

Сжав ее бедра, она высунула язык, и с его кончика капнула слюна на анус, которую она тут же растерла пальцем, заставляя Рину вздрогнуть от неожиданного прикосновения. Ее слюна была смазкой, такой же скользкой и тягучей, и это было довольно удобно. Приставив головку к нему, она легонько толкнула, и сдавленный стон девушки стал для нее лучшим подтверждением того, что та уже готова.

Она надавила сильнее, и головка медленно проскользнула внутрь, растягивая тесное кольцо мышц, которое отчаянно сопротивлялось вторжению, но сдавалось под настойчивым напором. Рина вцепилась пальцами в мокрое одеяло, спина выгнулась дугой, а из горла вырвался протяжный стон, в котором смешались боль и острое удовольствие. А следом она приставила второй член к ее киске и одновременно протолкнулась внутрь, заполняя ее сразу с двух сторон.

— Что за...? — всхлипнула Рина, пытаясь повернуться, но ее голову прижали к матрасу. — Их два?

— Могу и третий приставить.

— Нет!

Она прекрасно понимала, что не выдержит столько, и это осознание пугало ее больше, чем сама боль.

Азалия не стала ждать, пока Рина привыкнет к этому новому ощущению, и она начала двигаться сразу в обоих отверстиях, задавая единый ритм, от которого тело девушки отзывалось судорожными сжатиями. Оба члена двигались синхронно, заполняя ее до предела. Азалия держала ее за бедра, вбиваясь все глубже и жестче, и с каждым толчком из горла девушки вырывались сдавленные, хриплые стоны.

— Больно, — выдавила Рина, не прекращая стонать.

— А ты думала, будет нежно? — отозвалась та и резко толкнулась вперед, заставляя девушку задохнуться. — Ты сама хотела этого, детка. Сама просила. Так что принимай.

Она сжала ее ягодицы сильнее, разводя их в стороны, чтобы получить лучший доступ, и продолжила двигаться в том же темпе, не сбавляя напора и не обращая внимания на стоны и всхлипы девушки.

— Слишком... слишком много, — с трудом прошептала девушка из-за перешедшего горла.

— Ты сама просила продолжения, — напомнила она и шлепнула по ягодице. — Так что будь добра, принимай то, что тебе дают.

Двигаясь жестко и ритмично, бедра шлепали по ягодицам девушки с влажным звуком, который смешивался с хриплым дыханием и громкими стонами. Демонесса наклонилась вперед и схватила ее за волосы, потянув на себя.

— Ты такая тесная, — застонала она, грубо сжимая волосы, заставляя сильнее прогнуться. — Даже после всего, что было. Это мне нравится.

Она почувствовала, как стенки влагалища и ануса сжимаются вокруг ее членов все сильнее, ритм становился рваным и отчаянным, а дыхание девушки превратилось в непрерывный стон, в котором уже не было слов. И когда очередной толчок проник достаточно глубоко, ее тело выгнулось, а из груди вырвался громкий крик. Волны оргазма прокатывались одна за другой, и каждая новая была сильнее предыдущей, заставляя ее тело биться в судорогах и всхлипывать, а по щекам текли слезы. Та продолжала двигаться в том же ритме, и каждый новый толчок отзывался в теле девушки новыми волнами, от которых та лишь тихо всхлипывала и дрожада, уткнувшись лицом в мокрое одеяло.

Она почувствовала, как члены внутри расширяются, заполняя оба отверстия до предела, и через пару толчков изливаются внутрь, выталкивая члены наружу вместе с горячей волной семени. Азалия замерла на пару секунд, прижавшись к ней бедрами, а после вышла, и между ними тянулись ниточки спермы и капающие на смятые простыни.