Миша и Даша прибыли на «Орион-3» вместе с бригадой космостроителей ровно через месяц после эвакуации (эякуляции, как шутили гастарбайтеры) оставшихся жителей на Марс. Руководство Альянса Земли и Марса решило восстанавливать станцию уже не как жилой комплекс, а как промышленный объект, научную базу и станцию ремонта кораблей. В перспективе её должны были вывести на орбиту астероида Психея — металлического тела диаметром около двухсот километров в главном поясе. Там, среди никеля, железа и водяного льда в трещинах, станция должна была стать передовой базой для буровых модулей и переработки льда в воду, кислород и топливо.

Близнецам было по двадцать четыре. Они трахались с пятнадцати лет — сначала неловко, потом всё жёстче и привычнее. На станциях и кораблях они уже давно изображали мужа и жену. Никому не было дела до документов, а выглядели они достаточно похоже, чтобы никто не лез с лишними вопросами. Отработают контракт — переберутся на следующую точку. Им не впервой.

Станция всё ещё пахла гарью, озоном и старой кровью. Семья Войновых давно улетела на Марс, но мемы о них уже стали местным фольклором.

В первый же день во время разгрузки дядя Жора — толстый сварщик в потёртой куртке с огромной надписью «MLCat» на спине — наорал на одного из гастарбайтеров:

— Ещё раз урони мне электрод — выебу тебя тридцатисантиметровым хуем, как Виталик Войнов своего Макса! Чтобы даже мама родная не отмыла, понял, недоумок?!

Вся бригада ржала. Даша только фыркнула и шепнула Мише:

— Ну всё, легенда растёт. Скоро скажут, что Виталий им целый рельсотрон в жопу загонял.

Миша хмыкнул:

— Гастарбайтеры от скуки любое говно придумают. Войновы, небось, просто обычная семья, а эти уже оргии навыдумывали.

Им выдали крошечную каюту на двоих. Вечером Даша сразу стянула комбинезон, осталась в одних трусах. Тёмные волоски на лобке слегка торчали из-под резинки.

— Ну что, «муж», — усмехнулась она, — первый день на проклятой станции. Будешь трахать жену или сначала в душ?

Миша подошёл, рванул с неё трусы. Между ног уже блестело. Он развёл пальцами припухшие губы, увидел ярко-розовую влажную плоть и тёмные, чуть вьющиеся волоски вокруг, и сразу сунул язык. Лизал клитор кругами, спускался ниже, толкался кончиком в горячую дырку, собирал её соки. Даша держала его за волосы и тихо материлась:

— Блядь, братик... лижи сестре пизду... глубже... вот так...

Потом она села сверху. Толстый хуй медленно вошёл до упора. Она начала скакать, шлёпая мокрой пиздой о его бёдра. Миша раздвигал ей ягодицы, большим пальцем гладил сжатый анус — мелкие розовые складочки подрагивали, разглаживались и снова собирались. Кончили вместе. Сперма густо вытекала из неё, стекая по тёмным волоскам на бёдра.

Они трахались каждый день, как привыкли с подросткового возраста. Только друг с другом. Ревность была привычной и острой.

В бригаде ошивался техник Андрей. Слишком часто смотрел на Дашину жопу. Однажды Миша заметил, как тот дрочит в техотсеке, глядя на сестру. Вечером он выебал Дашу особенно жёстко — раком у стены, держа за бёдра, глядя, как розовая пизда туго обхватывает ствол, а тёмные волоски блестят от её соков.

— Пусть этот хуесос смотрит сколько хочет, — рычал он, вбиваясь глубже. — Ты всё равно моя. С пятнадцати лет моя. Пизда, жопа, рот — всё братское.

Даша только прогибалась и стонала:

— Да, братик... еби сестру... сильнее... я твоя шлюха...

Андрей нашёл, куда деть хуй. Через пару дней Даша застукала его на складе: рыжая логистка стояла раком, штаны у лодыжек, а Андрей вбивался в неё сзади, шлёпая яйцами и держа за волосы. Девчонка скулила. Даша ушла, а вечером оседлала Мишу и не слезала, пока не кончила дважды, будто доказывая, что чужие дырки им нахуй не нужны.

Во время работ в старом жилом секторе они наткнулись на каюту Войновых. Смятые простыни с засохшими белёсыми пятнами, пустые тюбики смазки, порванные презервативы. В ящике стола — планшет с видео. Даша включила. На записи Елена Войнова стояла на четвереньках, а Макс вбивался в неё сзади. Рядом Оксана сидела отцу на лице. Звуки были грязные, влажные, полные мата.

— Блядь... — тихо сказала Даша. — А мы ржали.

Миша перемотал дальше. Там уже Виталий трахал дочь, пока сын ебал мать в рот.

— Ну нихера себе семейная терапия, — протянул он. — Гастарбайтеры, конечно, приукрашивают, но основание было.

В той же каюте они не выдержали. Даша забралась на старую койку Войновых, раздвинула ноги. Миша вошёл сразу. Трахал жёстко, глядя, как её розовая пизда принимает хуй, а тёмные волоски блестят. Потом перевернул и медленно вставил в жопу. Анус туго растянулся, мелкие складочки полностью разгладились вокруг толстого ствола. Даша материлась в голос:

— Блядь, братик... еби сестру в жопу... глубже... прямо в их блядской каюте...

Он кончил глубоко в анус. Сперма вытекала, пока они лежали на простынях, которые когда-то видели Войновых.

Позже Даша покопалась в открытых архивах станции. Нашла обрывки отчётов: ПТСР, жалобы соседей на шум, внутреннее расследование, которое быстро свернули перед эвакуацией. Выяснилось, что на Марсе их поставили на учёт.

— Проклятое место, — сказала она вечером, уже сидя у Миши на хуе. — Сначала они, теперь мы. Хотя нам хотя бы с подростков практику есть. И никто не знает, что я тебе родная сестра. Для всех — просто муж и жена, которые любят поебаться.

Во время монтажа рельсотрона случилась авария. Дашу зажало. Миша нарушил приказ, вытащил её, затащил в складную спасательную шлюпку. Внутри, в красном свете, сорвали скафандры. Он вошёл в пизду сразу, жёстко. Потом перевернул и медленно натянул на хуй её тугой анус. Складочки растянулись, Даша стонала и материлась:

— Еби... глубже... сестру в жопу... прямо в этой блядской палатке...

Кончил внутрь. Сперма текла по волоскам, пока они лежали в тесноте. Никто не узнал и не должен был.

Первый рельсотрон запустили. Станция начала оживать как будущая база у Психеи. В столовой дядя Жора в куртке «MLCat» снова орал на гастарбайтера:

— Будешь так работать — выебу, как Виталий Войнов Макса, только хуй у меня не тридцать, а все тридцать пять!

Все ржали. Даша шепнула Мише:

— Легенда бессмертна. А мы отработаем контракт и свалим на следующую станцию. Как всегда. Муж и жена. Брат и сестра. Кому какое дело.

Вечером в обзорном модуле она сидела на подоконнике, ноги широко. Миша входил медленно, глубоко, большим пальцем массировал её анус, разглаживая складочки. Даша смотрела на Марс и тихо стонала, сжимаясь вокруг братского хуя.

Когда он кончил, сперма медленно вытекала по тёмным волоскам. Они стояли обнявшись. Для станции они были просто похотливой семейной парой. Для себя — близнецами, которые трахались с пятнадцати и которых это странное место только ещё сильнее склеило. А Войновы продолжали жить в мемах, в пустых каютах и в грязных шутках дяди Жоры.