Я стояла на кухне и лениво мешала ложкой остывший кофе. За окном уже темнело, хотя до восьми ещё было далеко. Тишина в квартире стояла такая плотная, что даже холодильник казался слишком громким. Артём уехал к друзьям ещё днём и сказал, что вернётся поздно. «Не жди», — бросил он на ходу, уже натягивая куртку. Я только кивнула.

И вот я одна.

Я облокотилась бедром о столешницу и невольно провела ладонью по своей заднице. Ткань домашних шорт была тонкой, почти прозрачной. Жопа сразу откликнулась — большая, круглая, тяжёлая. Я всегда знала, что у меня она хорошая. Даже сейчас, в сорок пять, когда грудь уже не такая упругая, а на бёдрах появились мягкие складки, эта задница оставалась моим главным оружием. Мужчины до сих пор смотрели. А я до сих пор любила, когда смотрели.

Особенно сзади.

Я закрыла глаза и вспомнила, как давно меня по-настоящему ебали. Не просто трахали быстро и неловко, а именно ебали. Жёстко. Глубоко. В жопу. Чтобы я скулила в подушку и сама просила ещё. Последний раз такое было… чёрт, больше года назад. Случайный мужик с сайта знакомств. Он хотя бы не боялся и не стеснялся. Кончил мне внутрь, и я ещё долго чувствовала, как его сперма медленно вытекает и моей использованной задницы. Потом он ушёл, а я лежала и думала, что хочу ещё. Хочу, чтобы меня использовали. Чтобы не спрашивали лишнего. Чтобы просто брали.

Я вздохнула и поставила кружку. Мысли сами собой сползли вниз. Пальцы уже почти скользнули под резинку шорт, когда вдруг раздался дверной звонок.

Я вздрогнула.

Кто это в такое время?

Подошла к глазку. На площадке стоял Павел — лучший друг Артёма. Высокий, широкоплечий, с короткой стрижкой и этой своей вечной полуулыбкой. В руках — пакет.

Я открыла дверь.

— Здравствуйте, Наталия Сергеевна, — сказал он чуть смущённо. — Артём дома?

— Нет. Уехал. Сказал, что поздно вернётся.

Павел кивнул и слегка приподнял пакет.

— А, понятно. Он просил занести ему вот это… какие-то наушники, вроде. Оставил у меня вчера.

— Заходи тогда, — я отошла в сторону. — Раз уж пришёл.

Он прошёл мимо меня. Я почувствовала запах его одеколона — свежий, немного резкий. И ещё что-то мужское, тёплое. Дверь закрылась. Мы остались вдвоём в прихожей.

— Можешь просто поставить на тумбочку, — сказала я. — Или в комнату Артёма занеси, если хочешь.

Павел кивнул, но не двигался. Глаза его на секунду скользнули ниже моего лица — по груди, по бёдрам, по ногам. Быстро, почти незаметно. Но я заметила. И внутри что-то горячо ёкнуло.

— Хочешь чаю? — спросила я уже мягче. — Или кофе. Я как раз собиралась.

— Можно кофе, если не сложно.

— Не сложно.

Мы прошли на кухню. Я включила турку, а Павел сел за стол, как будто был здесь не в первый раз. Хотя был. Много раз. Но раньше всегда рядом торчал Артём, и всё было по-другому.

— Как учёба? — спросила я через плечо, насыпая кофе.

— Нормально. Сессия скоро. Артём сказал, что вы его опять заставили учить билеты.

Я усмехнулась.

— Заставила. А то он бы до последнего тянул. Как и ты, небось.

— Я уже почти всё сдал, — Павел улыбнулся. — В отличие от некоторых.

— Хвастаешься?

— Немного.

Я поставила перед ним чашку. Села напротив. Шорты слегка задрались, когда я закинула ногу на ногу, и я не стала их поправлять. Павел снова мельком взглянул. На этот раз дольше.

— А вы… одна сегодня? — спросил он как бы между делом.

— Одна. Артём обещал не раньше одиннадцати. Может, и позже.

Наступила короткая пауза. Я медленно помешивала свой кофе, наблюдая за ним поверх чашки. Павел выглядел спокойным, но пальцы чуть барабанили по столу. Нервничал? Или просто не знал, куда деть руки.

— Вы сегодня… как-то особенно хорошо выглядите, — сказал он вдруг и сразу же как будто пожалел об этих словах. — В смысле… отдохнувшая. Или что-то такое.

Я тихо рассмеялась.

— «Или что-то такое». Спасибо. А то я уже начала думать, что в сорок пять меня можно только «мамой» называть и всё.

— Да ну. Вы совсем не выглядите на… — он запнулся.

— На сколько?

— На свой возраст. Точно.

Я откинулась на спинку стула. Грудь слегка приподнялась под тонкой майкой. Соски уже затвердели — от прохлады или от его взгляда, я уже не разбирала.

— Артём тебе, наверное, рассказывал, какая я строгая?

— Иногда. Но я сам вижу, что вы… не только строгая.

Он произнёс это тихо. Почти осторожно. И снова посмотрел мне прямо в глаза. На этот раз не отвёл взгляд.

Я медленно облизала нижнюю губу. Совсем чуть-чуть. Просто провела языком.

— Пить будешь? А то остынет.

Павел кивнул и сделал глоток. Я встала, будто бы за сахаром, прошла мимо него ближе, чем нужно. Бедро почти коснулось его плеча. Он не отстранился.

Когда я повернулась, он уже смотрел на мою задницу. Открыто. Я нарочно чуть медленнее наклонилась к холодильнику, доставая банку сгущёнки. Шорты обтянули ягодицы так, что линия трусиков, наверное, была видна. Я это чувствовала.

— Хочешь сгущёнки в кофе? — спросила я, не оборачиваясь.

— Можно.

Я поставила банку на стол и села уже ближе. Теперь между нами было меньше полуметра.

— Знаешь, — сказала я почти лениво, — иногда мне кажется, что Артём специально вас всех держит на расстоянии. Чтобы вы на меня не смотрели.

Павел чуть подался вперёд.

— А мы смотрим.

Он сказал это спокойно. Без ухмылки. Просто факт.

Я почувствовала, как между ног становится тепло и влажно. Совсем немного. Но уже заметно.

— Смотрите, значит, — тихо повторила я. — И что дальше?

Павел молчал несколько секунд. Потом медленно поставил чашку.

— А что вы хотите, чтобы было дальше, Наталия Сергеевна?

Я улыбнулась уголком губ. Внутри уже всё сжалось от предвкушения. Но голос остался ровным.

— Пока просто пей кофе. И сиди. Мне… приятно, что ты здесь.

Он кивнул. И остался.

А я сидела напротив и думала, что сегодня, возможно, наконец сделаю то, о чём так долго фантазировала в пустой квартире. Что возьму то, что хочу. И что этот парень — друг моего сына — может оказаться именно тем, кто не испугается и не остановится.

Я снова провела ладонью по бедру. Совсем чуть-чуть. И увидела, как Павел это заметил.

Воздух между нами стал гуще.

Я не стала сразу переходить к главному. Не хотелось пугать его резким движением. Хотелось растянуть. Насладиться тем, как он смотрит, как напрягается, как пытается сохранить спокойствие.

Я встала и прошлась по кухне, будто просто убирая со стола. Чашку поставила в раковину, вытерла руки полотенцем. Павел молча следил за мной. Я чувствовала его взгляд на своих бёдрах, на заднице, на том, как ткань шорт натягивается, когда я наклоняюсь.

— Ты давно с Артёмом дружишь? — спросила я, не оборачиваясь.

— С первого курса. Почти три года уже.

— И часто бываешь у нас?

— Когда получается. Он меня зовёт.

Я повернулась и облокотилась спиной о столешницу. Теперь я стояла прямо напротив него, чуть расставив ноги. Шорты совсем короткие. Если бы он захотел, мог бы увидеть край трусиков.

— А когда он не зовёт… ты сам приходишь? — я улыбнулась уголком губ.

Павел чуть качнул головой.

— Нет. Неудобно как-то.

— А сейчас удобно?

Он замолчал. Пальцы снова забарабанили по столу.

— Сейчас… другое.

— Другое, — повторила я тихо. — И что именно другое?

Я сделала шаг ближе. Потом ещё один. Теперь стояла почти вплотную к его стулу. Он сидел, а я нависала над ним. Отсюда было хорошо видно, как у него поднимается кадык, когда он сглатывает.

— Вы… — начал он и запнулся. — Вы сегодня сами меня впустили. И смотрите… так.

— Как?

— Как будто хотите, чтобы я остался.

Я наклонилась чуть ниже. Майка слегка отошла от груди, и я знала, что он видит ложбинку.

— А ты хочешь остаться, Паша?

Он поднял глаза. В них уже не было прежней лёгкости.

— Да.

Одного этого слова хватило, чтобы у меня между ног стало горячо и мокро. Я медленно выпрямилась, но не отошла.

— Тогда оставайся. Артём всё равно не скоро.

Я прошлась мимо него в комнату. Не в спальню — в гостиную. Включила торшер, села на диван, закинув ногу на ногу. Шорты снова задрались. На этот раз я уже не делала вид, что случайно.

Павел вошёл следом. Остановился у двери, будто не зная, можно ли подойти ближе.

— Садись, — сказала я, похлопав ладонью по сиденью рядом. — Не стой столбом.

Он сел. Не вплотную, но и не далеко. Я почувствовала тепло его бедра совсем рядом.

Некоторое время мы просто молчали. Где-то за стеной тикал ходики. С улицы доносился далёкий гудок машины.

— Знаешь, — начала я спокойно, — иногда мне кажется, что я слишком долго была только мамой. Готовила, ругалась, ждала, пока он вернётся. А самой себе… места почти не осталось.

Павел посмотрел на меня.

— Вы не выглядите как женщина, которой не осталось места.

— Нет? — я тихо рассмеялась. — А как я выгляжу?

Он помедлил.

— Как женщина, которая знает, чего хочет.

Я повернула к нему голову. Теперь наши лица были совсем близко.

— И чего же я хочу, по-твоему?

Он не ответил сразу. Просто смотрел. Потом медленно, будто проверяя, поднял руку и коснулся пальцами моего колена. Легко. Почти невесомо. Я не отстранилась.

— Вот этого, — тихо сказал он.

Я положила свою ладонь поверх его. Не сжала — просто оставила.

— Продолжай.

Павел провёл пальцами выше, по внутренней стороне бедра. Ткань шорт была тонкой, и я чувствовала каждое движение. Кожа сразу покрылась мурашками. Я чуть раздвинула ноги — совсем немного, но достаточно, чтобы он понял: можно.

— Вы же понимаете, что это… — начал он.

— Что?

— Что Артём… что я его друг.

— Понимаю, — я наклонилась ближе, почти касаясь губами его уха. — Именно поэтому мне ещё сильнее хочется.

Он выдохнул резко, будто его ударили. Пальцы скользнули выше, уже под край шорт. Я не остановила. Наоборот — чуть приподняла бёдра навстречу.

— Какая вы... мокрая, — прошептал он, касаясь пальцем ткани трусиков.

— А ты твёрдый, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Я вижу.

Моя рука легла ему на бедро, потом выше, на ширинку. Член был действительно твёрдый, толстый, горячий даже через джинсы. Я слегка сжала его через ткань.

Павел тихо застонал.

— Наталия Сергеевна…

— Не называй меня так сейчас, — я провела языком по его нижней губе, но не поцеловала. — Просто Наталия. Наташа… Или… как хочешь. Только не «мама».

Он резко повернул голову и поймал мой рот. Поцелуй вышел жадным, мокрым, почти грубым. Я ответила сразу, открывая губы, пуская его язык глубже. Рука на его члене сжимала сильнее, гладила, чувствовала, как он дёргается под ладонью.

Когда мы оторвались друг от друга, оба тяжело дышали.

— Я давно на тебя смотрел, — признался он хрипло. — Когда тебя видел. Когда ты в халате выходила. Когда наклонялась…

— Знаю, — я улыбнулась. — Я тоже смотрела. На то, как ты смотришь на мою жопу. Тебе она нравится?

Он кивнул, почти жадно.

— Очень.

Я встала с дивана. Медленно, давая ему время рассмотреть. Потом повернулась к нему спиной, зацепила пальцами край шорт и медленно стянула их вниз вместе с трусиками. Большая круглая задница оказалась прямо перед его лицом. Я слегка прогнулась в пояснице, разводя ноги.

— Тогда смотри. И трогай. Я разрешаю.

Павел не стал медлить. Его ладони легли на мои ягодицы сразу — жадно, сильно, раздвигая их. Я почувствовала его дыхание на коже. Потом — влажный язык, который прошёл по ложбинке снизу вверх. Я вздрогнула и тихо застонала.

— Блядь… — выдохнула я. — Давно никто так не делал.

Он лизал глубже, смелее, раздвигая ягодицы пальцами. Я опиралась руками о спинку дивана и подавалась назад, насаживаясь пиздой на его рот. Стыд ещё тлел где-то на краю сознания — это же друг сына, он будет потом смотреть мне в глаза, когда Артём рядом. Но именно от этого мысли возбуждение било сильнее. Запретное. Грязное. Моё.

— Ты любишь в жопу, да? — спросил Павел хрипло, отрываясь на секунду.

Я обернулась через плечо. Лицо у меня, наверное, было уже совсем раскрасневшимся.

— Обожаю. Хочу, чтобы ты меня туда выебал. Жёстко. Глубоко. Чтобы я почувствовала каждый сантиметр твоего хуя.

Он резко встал, развернул меня к себе и снова поцеловал — уже жёстче, почти кусая губы. Его руки мяли мою задницу, пальцы скользили между ягодиц, один уже давил на тугое кольцо.

— Здесь? — спросил он, надавливая.

— Да… — я выдохнула ему в рот. — Но сначала… сначала хочу почувствовать тебя во рту. Хочу тебя… попробовать...

Я опустилась на колени прямо на ковёр. Расстегнула ему джинсы, стянула вместе с бельём. Член высвободился тяжёлый, толстый, с влажной головкой. Я обхватила его ладонью, провела языком снизу вверх, собирая смазку, и взяла в рот глубоко, сразу до упора.

Павел тихо выругался и вцепился мне в волосы.

Я сосала его хуй жадно, грязно, слюняво. Смотрела снизу вверх, пока головка упиралась мне в горло. Слюна стекала по подбородку, по груди. Я не стыдилась. Мне нравилось, как он смотрит на меня — маму своего друга — на коленях с его членом во рту.

Когда я отстранилась, губы у меня блестели.

— Теперь еби, — сказала я хрипло. — В жопу. Я уже готова.

Продолжение следует...

!!!

Пожалуйста, поддержите меня через бусти: https://boosty.to/bw_story

Новые части серии рассказов и другие рассказы будут выходить там раньше, чем здесь. Кроме того там будут публиковаться эксклюзивные части, которых нет на сайте. Надеюсь они вам тоже понравятся! :)

***

Подписывайтесь! https://boosty.to/bw_story

Донаты приветствуются! ;) Ваша поддержка очень важна для меня!