— Даша, ты уже переоделась?! — крикнула тетя Вика.

— Блин... — сказала Даша и плюхнулась на диван передо мной.

Никогда не забуду тот момент. Я был еще такой зеленый и, как и любой пацан моего возраста, не мог упустить возможности подсмотреть за девками при случае. Бывало мы подглядывали в школьной раздевалке, бывало во дворе за писающими в кустах знакомыми девками, где тоже почти ничего не видели, кроме коленок и голых бедер. Но когда перед тобой решила переодеться твоя двоюродная сестра перед походом на речку — такое просто ломает в тебе что-то. Мы почти не общались, нет, я знал, что у меня в деревне живет двоюродная сестра и даже разок меня возили туда, но я запомнил ее, как мелкую противную соплячку с короткими волосами, а теперь же увидел ее спустя лет десять, как очень красивую девчонку, пониже меня ростом, с русыми чуть золотистыми волосами чуть ниже плеч, такую прямо типичную деревенскую, малость пухлую, особенно в попе, когах и щечках. Мы говорили о всяком, я рассказывал, что интересного у нас в городе, а она — как скучно у них и как она мечтает уехать из своего захолустья. О здешних парнях, которые без ума от нее и которые хотят от нее только одного.

— Нет, ну я типа не выебываюсь. Ну просто если мы встречаемся, то как бы окей, а если так чисто на раз, то иди на хуй... и сам себе соси... а я не такая как бы, понимаешь? — рассказывала сестра и я старался не потерять ход ее мыслей. Было сложно и интересно.

— Ну да, пиздец. — согласился я.

— Ну вот... ну нормально да? Я гуляю с ним типа, я его девушка и других посылаю нахер, а ты мне предъявляешь, что я монашка, блять... Понимаешь? А я ему... чтоб ты понимал... ну короче... — тут Даша чуть ухмыльнулась и уже вполголоса сказала: — Ну отсосала... ну типа как надо... Кончил же, ну? Что тебе еще надо? А он говорит, что нахуй мне такая надо, что типа не дает... Ну, нормальный? А ниче, то что я целка еще и мне рано, блять?

— Ну да, реально... — поддержал я.

— Вот именно. Но... Нет, ну он как бы нормальный в целом, но постоянно хочет ебаться, блять... — Даша улыбнулась и сделала движение глазами и бровями, типа, как ее это достало. — А так он адекватный и сильный... и высокий, блять... Метр девяносто. Он меня одной рукой поднимает, прикинь.

— Хе... Здоровый.

— Агась... И плечи такие широкие, ну как у тебя, ну побольше даже. Когда хочет ебаться, то такой придурок... не, ну Настюха та уже кому только не дала, а я не хочу, понимаешь...

— Ясное дело, еще рано. А... ты сама не хочешь? — спросил я, робея от такого вопроса, который как-то сам собой у меня родился.

— Да ну не знаю... Не, ну я хочу, конечно. Ну может годика через два...

Повисла легкая пауза, я посчитал сколько будет сестре через два года и все равно это показалось рановато.

— Даш! Ну вы идете?!

— Да блин... — снова зашевелилась сестра на крик матери.

Наверное в деревне девки были менее стеснительные, — решил я, а может просто она перед братом не стала заморачиваться и была так откровенна, а может просто выделывалась, какая она взрослая уже. Теть Вика подгоняла нас в очередной раз и Даша зашевелилась. Она легко скинула свою майку передо мной и я увидел довольно объемные для ее возраста сиськи с большими розовыми сосками. Они сильно торчали вперед и от ее движений подпрыгивали и дергались. А еще увидел чуть отросшие волосы на подмышках и это еще сильнее взорвало мое воображение. Я застыл и не мог пошевелиться. Вид голых сисек сестры и ее подмыхи со щетинкой... У меня бешено забилось сердце и моментально выступил пот на лбу. Я не знал, отворачиваться или сделать вид, что мне все равно. Но Дашка продолжала, повалившись на спину и задрав ноги, она сняла шорты, оставшись в одних оранжевых трусах. Наконец, заметив мой неподвижный взгляд, уже сама попросила меня отвернуться.

— А ты че, так пойдешь? — спросила она чуть изменившимся голосом. Кажется, она заметила, как я смутился и прикалывалась надо мной. Я не стал поворачиваться и что-то промямлил, что уже надел плавки. Но все же не выдержал и посмотрел.

Она мотнула головой, раскинув по плечам волосы, а потом взяла себя за сиськи и стала мять их руками, не смотря на меня прямо. Будто показывала мне, что вот смотри какие... Это было всего один момент, но он отпечатался в моей памяти навсегда. А потом она чуть приподняла попу и стала снимать трусы, смотря в сторону. Застыла ненадолго, как бы решаясь, и переместила вес обратно на попу, спустив трусы через ноги и закатывая глаза. Даша делала такое лицо, будто реально просто переодевается, а не делает это нарочно у меня на глазах. Я увидел густо заросший черный треугольник, она встала и подошла к шкафу. Достала из него купальник и стала надевать лифчик, а потом трусы. Я молил, чтобы она встала ко мне еще и задом, чтобы рассмотреть попку, но она оделась бочком и вышла из комнаты.

Молча я пошел за ней во двор, где нас уже ждали. Я шел на реку и уже не мог думать ни о чем, кроме вида обнаженного тела сестры и ее грязных разговоров о парнях. Сказать, что я был влюблен — ничего не сказать. Смотреть на Дашку мне было и страшно и невыносимо приятно. А на реке я даже шорты снимать не решился, чтобы никто не заметил мой стояк.

Второй случай, который что-то сломал в моем девственном подростковом мозгу случился примерно через год, не с сестрой, а со знакомой — это была Алина, дочь маминой подруги. Я ходил к ним домой заниматься английским. С нами занималась какая-то дремучая тетка, бывшая училка, которая вроде бы даже ничего не брала за уроки, так что наши решили, что халява важнее качества. Мы делали какие-то тупые задания по старому учебнику и больше сидели угорали от того, что наш репетитор сама подвисает, когда пытается разобраться с заданиями. Я немного стеснялся Алинки, ну потому что всегда чувствовал себя с девушками неуверенно. А она была довольно симпатичная. Когда меня привели к ним домой я выругался про себя, что она реально очень милая, так как знал, что буду нервничать еще и из-за этого. Но к моему удивлению девчонка оказалась очень легкой и приятной. Мы как-то быстро нашли общий интерес, в основном по угоранию с репетиторши и тупых заданий.

Занималась она с нами полтора часа, а потом уходила на кухню к алинкиной маме и чаевала там еще какое-то время. По первой я вслед за ней собирался и валил домой, но потом стал задерживаться. Мы с Алиной решили, что будем делать домашку сразу же, потому что потом нет никакого желания и забывается даже та ерунда, что хоть как-то откладывалась в голове за время урока. А один раз, уже наверно занятия после пятнадцатого, мы остались одни дома и разговор зашел о порнухе. Как-то так получилось, что приколы над репетиторшей зашли в это русло и Алинка сказала, что точно видела ее в порнухе и через несколько минут она реально включила на ноуте видос с порнхаба, где похожая тетка трахалась с молодым парнем. Я конечно охренел, но не от того, что эта была она, нет... Но похожая, прической наверное и лицом немного. Я охренел от того, что мы и вправду сидели и вместе смотрели порно. Прикол затянулся и угар перетек в смущение и возбуждение. Алинка встала, прижимая юбку сзади к ногам, и вышла из комнаты. Вернулась она быстро, закрыв за собой дверь. Она молча уселась с ногами на диван, поставив ноут в центр столика, чтобы обоим было одинаково хорошо видно, нажала на пробел и раздался пошлый стон милфы в бежевых чулках. Алинка хихикнула и закусив палец смотрела с интересом, я тоже смотрел, то и дело незаметно посматривая на Алинку.

На каждый поворот примитивного сюжета мы смеялись и делали замечания, но странное напряжение в комнате не ослаблялось, а даже наоборот. Она держала руку на юбке сбоку, чтобы не обнажалось бедро, в общем как и за уроками иногда, когда она садилась на диван с ногами. Но теперь это меня цепляло. Я вспотел и просто втупую пялился на порно. Я знал, что член вот вот встанет и старался не думать об этом.

— Нихуясе. — прокомментировала она, когда милфочка забралась на парня сверху и стала прыгать на нем. Это было показано спереди во всех подробностях. Волосатая пизда насаживается на член и громко шлепается о пах парня.

— Хех... сильно. — тоже заметил я.

Потом Алинка чуть отодвинулась к краю дивана и мне стало еще более неловко, я было подумал, что от меня был душок, но она просто вжалась в уголок дивана и я не сразу допер зачем. Я боялся поворачивать голову в ее сторону и даже коситься глазами, но все равно видел теперь край ее попы. Сначала она так же придерживала юбку внизу, но потом перестала.

— Жестко. — прокомментировала Алина очередную позу.

— Ну видимо не первый раз. — сказал я.

Тут я заметил, как другая рука ее ерзает где-то между коленок и меня осенило. Но я не мог поверить. Неужели она реально это делает при мне? Долго я не догадывался, что она этого и хотела. Через пару минут она уже почти не скрывая играла со своей киской и меня осенило второе откровение — она похоже и выходила за тем, чтобы там избавиться от трусов. А может даже задумала нечто такое еще раньше. Эта мысль просто пронзила мое сознание и Алина словно услышала треск шестеренок в моей голове и еще активнее стала мастурбировать. Я осмелел и мельком посмотрел. Она сидела полубоком ко мне, но я хорошо видел, как мелькает между ног ее рука. Алинка поняла, что я все вижу и стала то чуть расставлять ножки, то снова сводить, то протягивать их, то поджимать. Ее рука ускорялась и дергалась уже совсем откровенно и даже проскакивал еле заметный тоненький стон.

— А тебе вкатывает да? — улыбнулся я, не отрываясь от ноута.

— Ну так... немного. — ответила она, не отрицая.

Она повернулась ко мне еще сильнее и я боковым зрением мог уловить разрез попы и дергающиеся пальцы. А если бы посмотрел прямо, то возможно бы увидел и остальное... Но ужасно стеснялся и нервничал, никак не ожидая, что тот скучный урок английского перельется в такое. Я смущался Алинки и просто так, а когда она мастурбировала в метре от меня, то просто превратился в машину по производству пота.

— Ты тоже можешь. — внезапно сказала Алинка, сведя ножки вместе и вынув руку из промежности.

Мне показалось, что я ее смутил. Может не нужно было ничего говорить и ломать ей кайф. Мысли бешено закружились в голове, я думал, что все обломал и так оно и было бы... но я вовремя открыл рот.

— Хм... Да я... а вдруг я не выдержу...

Я сказал и тут же понял, какую чепуху сморозил. Но Алина была легка и проста даже в такой интимный момент.

— Ну и что? — спросила она без тени сарказма.

— Ну типа... испачкаю. — я погладил рукой по потертому толстому покрывалу.

— Ничего. Тут можно. — так же легко и непринужденно ответила Алинка, медленно возвращаясь к своему занятию.

У меня отлегло, что ничего не кончилось и она не прекратила, несмотря на мою тупость. Слова о том, что здесь можно, наталкивали на мысль, что Алинка видимо не первый раз занимается на этом самом диване грязными делишками и это меня дико возбудило. Мы столько раз здесь уже занимались английским, а я и подумать не могу, что когда все уходят, она снимает свои трусы и дрочит. Переступая через все свои страхи, я достал член и стал робко подрачивать. Он уже давно стоял и мне стало хорошо еще и от того, что не нужно было его зажимать между ног, чтобы не палиться.

— Скажешь, когда будешь кончать?

— Угу... — промычал я, стараясь унять бешеный пульс.

Что? Вот так просто сказать и что? Дрожь прошла по всему телу. Это было схоже с тм, когда я впервые увидел голую женщину и узнал о существовании порно или когда Дашка, моя сестра, переоделась при мне. Я стал дрочить чуть увереннее, но боялся доставать член полностью. Старался смотреть в ноут, но очень хотел смотреть в другую сторону. Алинка снова заерзала по дивану ножками, снова я краем глаза увидел разрез ее попы и руку. Я хотел сказать что-нибудь, но не мог перебороть себя, пока она не прервала ужасную тишину и вздохи милфы с ноута.

— Ты скоро?

— Ну... да. — соврал я, потому что был очень далеко, несмотря на перевозбуждение. Нервы не дали бы мне кончить, как бы я не старался, но Алинка снова все сделала за меня. Она повернулась ко мне целиком и чуть развела коленки. Я понял, что сама не против, чтобы я посмотрел на нее и мне было неловко, что я так стесняюсь. Через силу я повернул голову и увидел абсолютно гладкую киску, она раздвинула ее пальцами и смотрела на мой член. В ответ я достал его вместе с яйцами и стал дрочить размашисто, во всю длину. И хоть длины было не особо, но я старался, открыл головку, приподнял таз, чтобы член был выше и задвигал кулаком. Порнуха закончилась и мы просто дрочили глядя друг другу на письки. Была звенящая тишина, прерываемая только тихими вздохами Алинки.

Я хорошо видел, как у нее там стало влажно и с каждой секундой все мокрее. Алина засовывала средний палец внутрь и я буквально услышал хлюпанье. Писька набухла и порозовела. Она еще сильнее развела ножки, прижимая колени к груди и подовинулась попой ближе ко мне. На секунду я успел заметить ее темненький анус, как вдруг раздался шум из квартиры и Алина молниеносно вскочила на пол, а я спрятал в трусы член. Я было подумал, что мне пришел конец, что мы вот вот спалимся и ее мать расскажет моей, чем мы тут занимались, но все обошлось. Алина как ни в чем не бывало вышла и провела меня к двери, подав мне свою ручку на прощанье.

— Пока. — сказала она, хитро улыбаясь.

— До свиданья. — сказал я ей и ее матери, стоящей сзади, и пожал алинкину ладонь. Она была такая нежная, мягкая и реально влажная. И уже в подъезде, убедившись, что вокруг точно никого нет, поднес руку к носу и понюхал.