На следующий день обитатели дома Петровых поехали в гости к Васильеву. Алексей, следуя традициям и инструкциям дяди настоял, что знакомиться семьями нужно вот прямо сегодня! Вопреки смутным ожиданиям Михалыча, на этот раз обошлось без секса (мог ли он подумать ещё пару недель назад, что будет мечтать об этом?). Ну и шефа, а теперь уже вроде и свата он откровенно побаивался. Посидели, обсудили, поговорили всемером. Потом Евгений оставив «куриц» убирать со стола и накрывать десерт, увёл Лёху и Петровых в свой кабинет.

Из разговора произошедшего там только Катя узнала что-то новое. Все остальные реально просто расставляли точки над и! Она же была просто ошарашена. Последние недели несли её как самое быстрое и бурное течение. Становление из порядочной откровенно бедной одинокой женщины замужней блядью было ещё куда не шло... Но то, что она вдруг оказалась женой и мачехой миллионеров, и сватьей и тёщей олигархов... Она сидела, растерянно слушая непонятные ей слова и фразы, совсем не понимая, зачем её сюда позвали. Единственное, что она не могла не услышать и не понять, это то, что с завтрашнего дня уже не надо идти на работу: она уволена по беременности (господи, она сама только заметила задержку, и если всё вдруг сойдётся, то это точно не от мужа, а от Сергея!) с выходным пособием, не вмещающимся в её понимание. Вся её прошлая жизнь стоила в сотни тысяч раз дешевле...

Вспомнили и про Клавдию. Михалыч честно признался, что видеть её больше не желает. Вера к его мнению присоединилась. Было решено, что уже завтра она выиграет домик в Крыму, мечтой о котором регулярно пилила бывшего мужа. Условием конкурса будет молниеносный переезд с последующим участим в Ток-шоу (всё как она мечтала).

Регистрацию брака по категоричному решению Алексея (Вера млела от его напора!) тоже решено было произвести завтра с самого утра. Чтобы подчеркнуть её значимость, попросили Екатерину позвонить Марине, чтоб именно та надавила на Сарру.

(Сказать по правде, Марина была удивлена, но поняла, что это комплимент!) Торжество по поводу решили провести много позже. Нужно было собрать много очень занятых людей. Молодые же в эту паузу съездят в свадебное путешествие.

Потом были ещё посиделки за чаем... Когда всё начало заканчиваться Вера шепнула будущему мужу только одну фразу: «Я тебя с этими блядями не оставлю!» Они уехали опять вчетвером. Знала бы без пяти минут жена Лёхи Попова, как радовались оставшиеся с Евгением женщины. Им Вера не понравилась сразу, уж больно много внимания оказывали ей их мужчины. Они уже не представляли, как смогут с ней жить в одном доме.

Понятно, что жизнь всех наших героев в результате всего произошедшего реально очень сильно изменилась. Уже в понедельник Марине пришло официальное предложение возглавить Юридический отдел мэрии. И почему-то никто из знающих её лично не удивился. Даже начальник и владелец конторы, где она работала искренне поздравил её с заслуженным изменением в карьере. Сказать, что Лада и Марина подружились – ничего не сказать! Забегая далеко вперёд скажем, что теперь уже при помощи Злобиной, а не Васильева (хотя тот внимательно наблюдал) Фетрова выиграла следующие очередные выборы. Сергей же, став бригадиром, конечно не смог достичь планки Михалыча. Бригада осталась знаковой, но былая слава постепенно уходила. Взяли новенького, но вливание его в коллектив, понятно, было трудным. Поебушки в бане по пятницам прекратились от слова «совсем», да и пива попить все вместе они больше не собирались. Разбуженные сексуальные потребности Марины теперь удовлетворялись дома мужем и сыновьями (с негласного согласия Нэли, которая взамен выторговала себе еженедельные встречи втроём). Уже через пару-тройку недель окончательно выяснилось, что беременна (на самом деле!) не только Екатерина Семёновна, но и её дочь. В августе Нелли без лишнего шума расписали, как и было обещано, с Глебом. Марина с Сергеем подарили им свою квартиру, а сами переехали в коттедж недалеко от Михалыча. Серёга имел с тем весьма серьёзный разговор по поводу беременности его жены. Решено было оставить всё как есть, но чтоб ни одна живая душа даже подумать не могла.

Семён с Ларисой жили только её беременностью! Парни после того славного дела предлагали даже ему перейти к ним, но он знамо дело, отказался. Покой ему был дороже. Марина же с ними связи не прекратила, и ребята теперь были «№1» при охране всех городских мероприятий, ну и в исполнении её личных просьб. Бояться и уважать в городе её стали даже больше.

Гораздо интересней и насыщенней была жизнь семьи Виталия и Елены. Субботние походы к Маше и её семье стали теперь регулярными. Первое время они после наведывались и к Лениной маме. А потом просто стали приглашать и её по субботам. В первый раз той конечно было всё напряжно, хотя и интересно. А мужикам страсть как понравилась задорная тёща! Вскоре Ксюха таки легла на сохранение. Остальные женщины об этом нисколько не жалели. По вечерам после домашних оргий Маша навещала свояченицу и приносила всё, что специально для той наспускали мужчины. Ксю выпивала всё залпом и с удовольствием! Летом Андрей ушёл в армию. Его подруга, соблюдая конспирацию, даже не приехала на проводы.

Про Полину разговор отдельный. Уже в первый вечер, отведя Лорда домой, она поняла, что с подругой не всё хорошо. На следующий день она пришла к той чуть позже ухода Марины, благо родители куда-то свинтили. Анжела рассказала ей ВСЁ! Уже с самого начала рассказа кровь начала приливать к её лицу. Она сидела красная как рак. Ладошки покрылись потом. Самым же страшным было, что предательски намокли трусы и мокрое пятно грозило перейти на джинсы.

— Можно я сниму? – робко спросила она у подруги где-то на середине рассказа.

— Ага, и трусы снимай, мокрые поди. А письку свою мне давай, вылижу.

И ведь она сделала всё как та сказала. А потом сидела, слушала продолжение... К горлу подкатывалась тошнота, но подруга рассказывала с таким вожделением, что Поля невольно возбуждалась ещё сильнее. Уходя, она уже не могла смотреть на Мишу впустившего, а теперь провожавшего её из квартиры. В её глазах это был уже совсем другой человек, она его почти ненавидела. Все выходные она была сама не своя. А потом с удивлением встретила Анжелу в школе. Та вела себя как ни в чём не бывало. Двигалась чуть медленнее, садилась с некоторым напрягом. Но с самого начала рассказала, что буквально вчера из-за Лорда упала, и сильно отбила попу. Полина же боялась к ней даже подходить, что тоже не ушло от глаз одноклассников, но мало ли какие обиды бывают между девочками, хоть и близкими подругами.

Знание того, что они с мамой причастны к падению (как она считала) семьи подруги долго не давало ей покоя. Елена не сразу, но заметила состояние дочери. Между ними состоялся серьёзный разговор, в ходе которого мать поведала дочери о некоторых деталях их с мужем половой жизни. Пришлось рассказать про групповушки с сестрой и её роднёй. На большее она пока не решилась. Но и это стало для той очередным шоком. Она даже пыталась отказаться от полученных денег. Но Елена поведала дочери, что также получила причитающий ей гонорар. И всё это звенья одной цепи. Вспомнила она и про Лорда. Попыталась объяснить, что пёс явно к такому приучен, и не всё в той семье просто. С огромным трудом и привлечением Марины, которая расставила перед девушкой всё по своим местам, удалось снять с той чувство вины. Окончательное же примирение её с обрушившейся реальность произошло на встрече, опять-таки устроенной Злобиной, с Анжелой и её родителями. В результате всех этих бесед Полина поняла, что жизнь устроена совсем иначе, чем она представляла. Помогли этому и яркие воспоминания об их с мамой «небольших приключениях».

Когда отношение к полученным деньгам в Полине нейтрализовалось, на семейном совете решено было продать квартиру и построить дом. Помог в этой затее разумеется Михалыч, и они стали почти соседями. Подумаешь полтора километра по частному сектору. Для бешенной собаки семь вёрст не крюк! Но это было уже много позже.

Самыми сильными оказались перемены в семье Перцевых. Про то, что Борис потерял интерес ко всей остальной жизни кроме семьи, уже было упомянуто. Мария Ароновна, а теперь для своих просто Машка или Манька (она так даже сына попросила себя называть без посторонних), оправилась гораздо раньше дочери. Уже к понедельнику она цвела и сияла. В тот же день она без выходного пособия в экстренном порядке, сказав напоследок всем, что про них думает, уволилась с работы. Дочери её пришлось страдать до среды. Но если дети, вынуждены были ещё заканчивать учебный год, родители их воспользовавшись каким-то горящим туром просто на пару недель улетели на Мальдивы. В их отсутствие Анжела и Мишка всё свободное время от школы и уроков посвящали безудержному сексу. Дома ходили только голые. Открыла молодая теперь уже женщина и скрытые до селе от неё таланты любимого Лордика, но брата в это она категорически не посвящала. Мал ещё! Чем занимались родители на южных островах им тоже было понятно. Но подробностей они не знали.

Уже в тот упомянутый понедельник жена настоятельно попросила у Бори рассказать ей ну на самом деле всё из его прошлой распутной жизни. Скрывать ничего уже не было смысла, и он поведал ей всё от начала до конца. Даже про Лорда, Ольгу и Аркадия. Сдал всех, все явки пароли. В общем в тёплые края они полетели не одни. Борис, конечно, не мог вписать в тур лишнего человека. Зато каким-то чудесным образом это смогла сделать Марина Эдуардовна, к которой он обратился за помощью. Странное дело, теперь он не боялся её как ранее, а считал уже неким божеством.. Каково было удивление Машки, когда муж попросивший дождаться в аэропорту Мале следующего рейса, впрочем, за вполне приятным обедом с коктейлями, радостно встретил какую-то рыжую Таньку. Представил он её просто и честно, как самую отвязную проститутку из тех, с кем бывал по понедельникам. Татьяна, надо сказать, была шокирована знакомством с женой постоянного клиента ничуть не менее, чем та. Пожалуй, даже больше! Всю дорогу до места назначения троица провела молча.

Когда они приехали в забронированное бунгало Борис первым скинул всю одежду. Женщины переглянулись и сделали то же самое. Первой тишину нарушила Мария.

— Я что, теперь с этой шмарой должна твой хуй делить?

— Не, Мань, это не для меня, эта блядь здесь фактически твоя. Всё покажет, всё расскажет, всё попробовать даст. Она у нас вообще безотказная.

— Ну да, - вмешалась та, - за ваши деньги хоть в рот насрите, хоть с кашалотом заставьте ебаться. А хуёв я на всякий случай своих шесть штук прихватила, Боря попросил. Перед вылетом почистилась, подготовилась. Так что сейчас я очень хочу есть и ебаться.

— Лорд её трахал? – почему-то вдруг спросила Маша у мужа.

— Неоднократно и во все дыры. Знаешь, как интересно, когда её втроём с псом...

— Меня хоть с котом, хоть с конём, всегда интересно. Есть будем?

— Готовь стол тогда, чё стоишь?

Танька встала на четвереньки между двумя креслами. Только тут Мария заметила, что в попе у той довольно внушительных размеров пробка. Борис стал доставать из сумки прихваченную из кафе провизию. Посмотрел и в холодильник. Достал оттуда шампанское и ещё кое-что из закусок. Что-то он разместил на столиках у кресел, а что-то ставил прямо на спину Татьяне.

— Маш, ты писать случайно не хочешь? – спросил Борис.

— А что? – изумилась та.

— Да вот сучку эту попоить бы надо, а то негоже её шампанское на пустой желудок.

Мужчина поставил одно из кресел прямо напротив Танькиной головы, а вниз подвернувшееся большое блюдо для фруктов. Поняв, что от неё требуется Мария уселась так, что её пизда прямо уткнулась в лицо проститутки. Та пару раз лизнула, глубоко раздвигая её малые губы, обошла языком вокруг клитора, чуть прикусила, опять стала лизать, теперь уже всячески играя заветной жемчужинкой. Маша расслабилась и выпустила из себя струйку. Танюха смогла принять почти всё. Показала зрителям полный рот, проглотила, тщательно собрала всё с угостившей её вагины.

— Красивая она у тебя и вкусная. С пизды меня покормишь?

— Это как? – не совсем понимая суть процесса, спросила Маша.

— Кладёшь на неё или засовываешь, а она оттуда ест. Без рук, только ртом, объяснил муж.

— Да ты не тушуйся подруга, я чисто кушаю, после меня даже посуду мыть не надо.

В качестве эксперимента Мария взяла вишенку и засунула её себе так, что та скрылась внутри. Ловким, отработанным движением та была извлечена при помощи языка и губ. Косточка звякнула в блюдо. Язык опять прошёлся по расселине влагалища как бы требуя добавки.

— Ну корми, а я шампанское пока открою.

Борис взялся не за бутылку. Придерживая одной рукой задницу, чтоб ничего не упало со «стола», другой аккуратно вытащил пробку. В самом узком месте та была толщиной с Машино запястье. Та в это время успела скормить «мебели» несколько кусочков разных блюд, прикидывая, как и что лучше «подавать». Но дальнейшее зрелище её отвлекло. Муж неспеша стал заталкивать бутылку в освободившуюся дыру донышком вперёд. Танька поморщилась, но не шелохнулась.

— Холодная, блядь, сука, - только и произнесла она.

— Зато держаться лучше будет, да и закроется потом хорошо, - как бы утешил ту Борис.

Мария поняла, что вышколена та превосходно! Когда бутылка зашла почти на две трети, мужчина решил её открыть.

— Мань, помоги, придержи чутка.

Она подала своей сучке приличный кусок мяса, и только после этого встала. Оно того стоило. Она держала бутылку двумя руками. Не смогла удержаться: слегка покрутила и подвигала взад-вперёд. Муж почти справился с пробкой (теперь от шампанского).

— Милая, подай бокалы.

Мария и думать не могла раньше, каким захватывающим может быть процесс разливания шампанского. Муж двигал горлышком как рулём. Налив в каждый до половины, он прервал процесс и сказал тост:

— За нас с тобой Машенька, за нашу семью, за наш разврат, за твоё блядство!

— Давай! Только вроде ещё до блядства то не дошла...

Они выпили. Он сразу начал разливать ещё. Теперь налил жене полный.

— Ну что порядочная, скромная жёнушка пора нашу гостью и шампанским угостить.

— Так же?

— Угу, только губки пошире раздвинь.

Мария лила вино на раздвинутую пизду. То шипело и пузырилось, и от этого было ещё приятней. Танька успевала всё выпивать. Так он ели и пили примерно ещё с полчаса. Марии даже стало уже жалко Таю.

— Ты не устала тут мебелью работать?

— Я привычная. А вообще я в планке легко 45 минут стою. Чтобы телом торговать приходится много над собой работать.

Борис понял этот разговор как сигнал, и потихоньку убрал всё со спины проститутки. Осталось достать бутылку из задницы. Он уже было взялся за горлышко, но жена остановила его.

— Дай мне.

Она не стала внимать её сразу. Повертела, двинула максимально вглубь.

— Осторожно, не упусти, потом хрен достанем, - предупредил муж.

Испугавшись, та резко дёрнула. Звук был не хуже, чем в момент открывания самой бутылки. Перед Марией разверзлась бездна зияющего ануса, который довольно быстро стал закрываться.

— С вашего позволения, я пожру ещё, а то действительно всё ведь из себя вычистила. Да ещё перелёт. Пиздец как под ложечкой сосёт.

Она быстро умяла всё, что оставалось на тарелках. И задорно так выдала, как будто вообще всё как обычно.

— Пошли загорать и купаться!

— Оденься сначала, - театрально строго сказал Борис.

Женщины, не сговариваясь, прыснули с хохота. Начали распаковывать чемоданы. Содержимое клади Перцевых было абсолютно обычным. К тому же Мария, как женщина весьма разумная, положила купальные вещи сверху. Танька же в поисках купальника перерыла всё. Обилие нижнего белья, весьма отдающего порнографией, Машу весьма удивило. Но ещё большее изумление вызвал у неё набор фаллоимитаторов привезённый подругой мужа. Три штуки были весьма простые отличавшиеся лишь размерами: примерно от 20 на 5 до 30 на 6. Но были ещё длинный член с двумя головками на концах, хуйня позволявшая трахать сразу и в попу и в пизду (Маша сразу окрестила его «змей Горыныч»), огромная имитация члена какого-то животного (Маша не разбиралась, но Таня сказала, что коня), и дилдо позволявшее женщине становиться мужчиной получая удовольствие и самой.

Купание м загорание происходили вполне буднично. Никто бы не заподозрил за троицей ничего необычного. Валяясь на шезлонге Мария во время обычного с виду разговора как бы между прочим спросила:

— Тань, а сколько у тебя мужчин вообще было? А за раз сколько?

— Маш, чё думаешь, я статистикой занимаюсь? Хер поймёшь, не уследишь. Я в таких передрягах бывала, что вообще пиздец!

— Расскажи самый...

— Самый был, эт да. Пришла я как-то в пятницу вечером на заказ в сауну. Там оговорено было, что их шестеро. Смотрю, а там тёлка ещё с ними. Спрашиваю, по существу, кто такая с кем работала. А она жмётся. Я говорит с парнем своим. Уговорил посмотреть. Типа она только с ним и всё. К концу вечера уже я смотрела как её четверо драли во все дыры, пока её друг с ещё одним меня охаживали. Ой как она стонала, визжала, материлась, просила ещё глубже, жёстче... Когда девочку уводили, я ей по-честному половину гонорара в тусы засунула с запиской и номером телефона. Типа, давай сотрудничать.

— И как?

— До сих пор сотрудничаем. Такая классная соска оказалась! А на «друга» она таки зуб заточила. Ну тут уж я подсуетилась. Ребят знакомых попросила за услугу конечно. Девочка то же расплачивалась. Испинали его так, что мама родная не узнала, да и яйца тому пришлось ампутировать. Знали парни что делать. Друзей его тоже слегка изработали, объяснили правду жизни. В общем ни я ни подруги мои больше их не видели. Нахуй нам пидарасы? А кстати, их ведь реально заставили друг друга выебсти, ещё и сняли всё. Но это я чего-то уклонилась. Не успела я тогда уйти. Администраторша ещё одну компанию предложила. Мужики реально просто попариться пришли, а эта сука им меня продала. Выебли ладно. Напоили. Уйти не смогла... По рукам пошла как переходящий приз. В понедельник с утра еле в такси заползла. Денег полная сумка. Попросила таксиста поднять на руках на этаж и на кровать положить. Долбень приставать начал. Дала ему ещё денюжек. Вылизал, и жопу тоже. Объяснила, чтоб адрес забыл, или мозги отобьют. Понял. В сауне той я больше не работала. А тётке той предприимчивой я устроила. Выебли её на рабочем месте, а деньги мужу отдали с отчётом. А ибо нехуй!