Евгений Иванович Васильев в принципе не был злым человеком, каковым сам себя искренне считал. На комбинате рабочий люд даже почти боготворил его. Платил вовремя, устраивал досуг, заботился о семьях... Все знали, что он родом из соседнего региона, из рабочей семьи, и если бы не 90-е был бы сейчас электриком. В общем считали своим парнем. Если кто его и недолюбливал, так это женское окружение. Долго он жил бобылём, потом привез семью каких-то дальних родственников, но не женился. Поэтому виды на него у секретарш, бухгалтеров и прочих менеджеров женского пола были. Но все их козни разбивались о его безразличие. Кто-то пустил слух, что он импотент. Это его тоже не задело. Правды же про него никто не знал. Не знали и как он разбогател.

А история была такая. В лихие годы послали его в составе группы прессануть одного очень крупного бизнесмена. Дело святое, но что-то пошло не так, тот вдруг заупрямился. Решили действовать радикально. Кто-то внёс идею, и на глазах у того жестоко изнасиловали жену. Тот не сдавался. Тогда решили также поступить и с дочерями. А те были ещё маленькие. Не известно, чем бы дело кончилось, может и заплатил бы тот сколько надо, но первым нервы не выдержали у Евгения. Положил он своих «товарищей» без всякого сожаления. А потом поехал и завалил, тех, кто послал. Избавился от свидетелей, а заодно прихватил и общак. И свалил на время с своими новообретёнными крестниками из страны. Когда улеглось, узнал, что лишился всей родни. Но теперь у него уже был деньги и связи. Он вернулся и сурово покарал всех причастных. История была резонансная, но мутная. Люди умирали, лишались состояний, и вроде всё само-собой. Полиция изо всех сил пыталась как-то доказать его причастность к этим и прошлым смертям, но безрезультатно. А через некоторое время Васильев объявился уже как преуспевающий воротила бизнеса.

С женщинами у него всегда были проблемы. В юности он просто не знал, как подступиться и с чего начать. И даже когда почти не по своей воле стал бандитом не смог понять ни продажной любви, ни тех, кто брал их силой. По правде сказать, продажных он презирал, а насильников люто ненавидел. Можно сказать, что считал он женщин чем-то хрупким и прекрасным, которое и в руках то держать страшно, но сам себе в этом он признаться не мог. Поэтому, когда двоюродная сестра голая просто пришла в его постель и сама начала ластиться, отказать он ей не смог. А поскольку это была вообще его первая женщина, то он и решил, что так и должно быть. Процесс ему понравился, да и баба была опытная. Так и стали они жить уже как муж и жена по взаимному согласию. Но с этим оказалась резко не согласна её дочь. Сама ситуация уже была обрисована выше, но выход из неё был трудным. Сначала он просто пытался поговорить, но все разговоры кончались признаниями в любви, желании отдаться хоть сейчас, и угрозами покончить собой. Обратился к знакомым психиатрам. Девочку обследовали, назначили лечение, поставили под наблюдение. Только это не помогло, а стало ещё хуже. Обстановка в доме стала просто невыносимой.

Однажды, во время очередного задвига, он осознал, что готов её убить вот прямо сейчас. Он реально испугался, и моментально выбрал меньшее из зол. Сгрёб ту в охапку, отнёс на кровать, буквально сорвал с неё одежду, и без всяких прелюдий просто вогнал в ту свой инструмент. В процессе полового акта к нему пришло понимание двух вещей: 1) девочка не сопротивлялась и не сопротивляется, не ойкнула даже, но активно подмахивает и стонет; 2) его член почему то был готов к такому развитию событий, это поразило его даже больше, чем первое. Закончив, он просто сел на кровать рядом (проделал он всё стоя почти натягивая юное тельце). В голове было опустошение. Он сделал то, что никогда себе даже в мыслях не мог позволить. В сущности, вот почти из-за этого он когда-то просто перестрелял кучу ублюдков... А эта маленькая сучка вскочила, и как начала его обивать объятьями, осыпать поцелуями. И опять эти бесконечные: «Люблю-люблю, милый-милый, такой-сякой, прекрасный-распрекрасный...». В конце концов уронила на спину и всосала ртом обмякший уд, перепачканный в сперме и крови. А тот возьми, да и опять предательски начни расти как на дрожжах, и уже через пару минут превратился в настоящий здоровый хуй! И ведь сосать то она его долго не стала, а запрыгнула на него пиздой (перестала та быть писькой!) и давай скакать. Со стонами, признаньями, комментариями; громко! Разумеется, это не могла не услышать мать (а на то и было рассчитано), а подойдя и увидела, но вмешиваться не стала. Только тяжело вздохнула и ушла плакать. Нимфетка кончила несколько раз пока довела своего узника до семяизвержения. Довольная, она опять всё почистила ртом и так голая и ушла в душ. Заставило встать Евгения только нежелание видеть, как его мучительница с триумфом оттуда выйдет. Состояние было такое, что будто бы не он, а ему только что грубо и цинично порвали целку. Он заперся в кабинете, и больше оттуда в этот день не выходил. И на следующее утро встал раньше всех и трусливо сбежал из дома.

На работу он приехал, когда офис ещё пустовал. Поняв, что шеф уже пришёл, секретарша зашла справиться о планах на день. Но сначала, после приветствия задала дежурный вопрос: «Не желаете ли чего?». Как и положено по протоколу она застыла, ожидая ответа. Генеральный неожиданно для неё молча вышел из-за стола, зашёл ей за спину, заломил руки, и тупо впечатал её сиськами в стол. Задрал юбку, содрал трусы, и просто выебал. Когда кончил, она сразу упала на колени и высосала всё что могло остаться.

— Не противно? – спросил он, глядя сверху.

— Ну что вы, это часть нашей этики. Работа такая.

— То есть, когда ты устраивалась сюда, ты знала, что я тебя выебу?

— Честно? Нет. Но меня подкалывали все кому не лень, иногда даже в смысле, что ничего у меня не получится. Хотя я поводов никому не подавала. – она встала и оправилась.

— А как же чулки, блузка прозрачная, мокрая с утра...

— Чулки и блузка тоже часть этики. Секретарши моего уровня просто должны так выглядеть. Вы не знали? Да и лучше в чулках чем в колготках. Здесь тепло. На работу и с работы возят, так что утепляться смысла нет.

— Я много чего не знал... Да и сейчас...

— А мокрая, потому что на работу торопилась, а муж уже одетую загнул, и также как Вы... Подмываться некогда было.

— Выходит я по его сперме елозил?

— Ну да, но я же почистила...

— Ты молодец, и нервы железные...

— Ну иначе бы меня к Вам не взяли. У Вас такой отбор...

— Ну да... Ты вообще, как, мужу часто изменяешь?

— Что Вы, я вообще не такая. Если вот, то сейчас первый раз, но даже не знаю... Это же не я...

— Извини, нашло что-то. Я тоже не такой. Давно замужем?

— Восемь лет. Кстати, я когда эту работу получила он в первый день даже пошутил, что вот жену на проёб начальнику отпускает. А вы за два года ни разу...

— И что теперь? Я знаю, что желающих много, и слухи про мня всякие распускают... Не надо мне это всё было. Да и обижать никого не хочу. А сегодня – нервы это.

— Да ладно, маленько грубо получилось только. Вы если надо будет говорите, я всё сделаю.

— А муж как?

— С ним я поговорю, думаю поймёт...

— Как оказывается в жизни всё устроено...

На этом разговор и окончился. Начались рабочие будни.

Вечером его встретил празднично накрытый стол. Племянники стояли рядом в ожидании.

— Что случилось? По какому случаю праздник? – это почему-то встревожило его.

— Я распорядилась. Сегодня самый мой, наш с тобой большой праздник! – лицо юной хищницы светилось! Лёха же сидел какой-то обескураженный.

— Мама где? – обратился от к Алексею. На Дарью он смотреть не хотел.

— Не знаю, с утра не видел. Может ушла куда.

— Сходи посмотри, может у себя, позови.

Вернулись они вместе. На Светлане буквально не было лица. Потерянное, зарёванное, оно не отражало никаких эмоций. Глаза её словно бы смотрели сквозь стены.

— Что она тебе наговорила? – Он пытался обнять её, но та отшатнулась, как будто в испуге.

— Ничего я ей не говорила, она сама всё видела. Постояла в дверях, посмотрела, как мы с тобой..., и ушла. Молча. А сегодня из комнаты не выходила. Как будто бы об одержанной победе доложила племянница.

— Ты ж мерзавка... Это ты меня вчера, а не я тебя... Ты мне весь мозг выебла своей похотью, я тебя трахнул единственно, чтоб не убить! Ты хоть понимаешь, что натворила? Во мне может хоть что-то человеческое оставалось, а теперь оно где. Оставайтесь здесь, ешьте, а нам с мамой поговорить надо.

Он увёл её в свой кабинет. Хорошо, что там у него всегда был запас еды и алкоголя. Разговаривали они долго. Он многое рассказал из своей жизни. Объяснил всё про Дарью. Она тоже рассказала много: что никогда не изменяла мужу, и что был он её первым мужчиной, что любили они друг друга, и секс им не приедался... А после его смерти всё рухнуло. Залезла в долги. Директор школы узнав о её положении стал беззастенчиво ей пользоваться под угрозой увольнения. Сначала один, а потом и с друзьями. Сделал что-то типа личной шлюхи. Как то сама предложила себя коллектору ради отсрочки. Взял, ещё денег предложил заработать... До того, как пришло наше неожиданное спасение успела даже пару раз в сауну с его компанией сходить. В принципе адекватные люди оказались. Без насилия так всё, без извращений. Но проверялась регулярно. Слава богу ничего кроме опыта не нагуляла. Поэтому вот и пришла к нему той ночью. И до сих благодарна. Но после вчерашнего не может пока с ним. Может потом как-нибудь. Вино под хорошую закуску сделали своё дело. Излив из себя всё, женщина ожила. Они посидели ещё чуть-чуть, потом он сел поработать, а она уснул тут же на диване не раздеваясь. Будить он её не стал, а уходя просто накрыл пледом.

Евгений ещё с вечера написал секретарше: спросил поговорила ли та с мужем. Та ответила, что всё хорошо. Попросил её приехать за час до начала рабочего дня, пообещав отпустить пораньше. Понятно, что утром дома его опять никто не увидел. Лада явилась ровно в назначенное время. Можно было бы сказать, что при полном параде, но это была её обычная униформа. Поприветствовав шефа, она встала посреди кабинета, как всегда ожидая распоряжений.

— Подними юбку, - сухо попросил тот. Она подняла. Трусов на ней сегодня не было. Гладкий лобок очень красиво смотрелся на фоне конструкции весьма эротичного пояса для чулок.

— Так и ехала?

— Нет конечно, перед входом сняла.

— Знала зачем позвал?

— Догадывалась.

— Ну тогда снимай всё лишнее.

Юбка и блузка полетели на кресло. Девушка не спеша повернулась вокруг себя, как бы демонстрируя все свои прелести, а лифчик-трансформер после этого маневра уже перестал прикрывать грудь, а наоборот, теперь он поддерживал её, делая ещё более привлекательной. Евгений подошёл и засунул ей два пальца во влагалище. Оно было приоткрытым и мокрым.

— Опять муж?

— Нет, сегодня всё естественное, специально для Вас.

— А я даже и не знаю с чего начать.

— Ну обычно с минета начинают, но можем и сразу с основной программы. А минетик в конце.

— Давай так, - он спустил штаны и сел на диван, отвалившись на спинку. Лада встала на колени над его членом, вставила в себя головку и медленно опустилась, приняв его весь. Сначала поиграла с гостем влагалищными мышцами, потом начала фрикции. Двигалась она грациозно, сначала не спеша, потом чуть быстрее, медленно увеличивая и амплитуду. Каким-то своим потаённым женским чувством она поняла, что скоро наступит развязка.

— Хотите в меня, или в ротик.

— Давай в рот...

Она соскочила и моментально наделась губами, а потом и горлом. Такого с ним ещё не было, Сперма хлестала в глотку. Восторг и испуг боролись в нём друг с другом. Он попытался встать, но партнёрша крепко держала его. Когда семяизвержение закончилось, она снялась с хуя и нежно поцеловала его в самый кончик. Это было как контрольный выстрел. Тот упал почти сразу.

— Лада, ты прелесть! Ты там себе ничего не повредила, не больно?

— Всё хорошо. У меня большой опыт.

— Где тебя все этому научили... - это был не вопрос, а удивление.

— Восемь лет супружеской жизни даром не прошли! Мужу до сих пор всё нравится! И нас ещё уйма времени, можем продолжить.

— Но... - Евгений посмотрел на свой агрегат, не подающий признаков жизни.

— Сейчас поправим, - она подмигнула, - ложитесь вдоль.

Сама она устроилась над ним на четвереньках. Его взору предстала, открытая. Только что выебанная им пизда в обрамлении прекрасной задницы.

— И да, можете делать с моей киской и попой что хотите, - с этими словами она заглотила его яйца... То, что вытворяла эта молодая женщина с его гениталиями не вписывалось в мозг, но было чертовски приятно. Руки сами потянулись к пизде. Он раздвинул стенки в разные стороны до отказа. Глубина его заворожила. Попробовал вставить кисть, но та не влезла. Посмотрев выше, увидел, что колечко ануса как-то неестественно поблёскивает. Попробовал вставить туда палец. Он вошёл неожиданно легко... А в это время с другого конца любовной конструкции задорным голосом отчитались: «Ну вот и готово!»

— А ты в попу тоже. .., - Евгений не мог подобрать слова.

— Тоже! Хотите попробовать?

— Да, конечно... Я никогда...

Лада быстро перевернулась, присела, чтоб ему было лучше видно, и глядя партнёру прямо в глаза медленно насадилась попой на член. Он бы не сказал, что в её жопе было теснее, чем в пизде...

— Можно я сам?

— Конечно!

Она встала и наклонилась на стол, давая ему доступ. Теперь ебал он её долго, даже слегка подустал, но всё-таки кончил ей в задницу. Пока он «доплывал» хуй покинул помещение сам. Лада опять встала на колени и тщательно почистила его ротиком. Евгений смотрел на неё с восхищением.

— Он же из жопы...

— Жопа моя и чистая, я готовилась. Так что всё нормально. Не переживайте.

— Ты замечательная...

— Обращайтесь. Если хотите, можно даже не на работе.

— Я подумаю. А пока наверно уже одевайся и приводи себя в порядок. Можешь даже сразу домой идти.

— Нет, так сразу все всё поймут. Вам надо? Я нормально после обеда отпрошусь.

На том и порешили. После обеда же, когда та, предупредив коллег, зашла «отпрашиваться», босс сделал ей необычное предложение. Сказал, что хочет поужинать в их с мужем компании, что место уже заказано. Отказываться от таких предложений нельзя...

Уже смеркалось, когда Вадим и Владислава (таково было её полное имя) подъехали к загородному ресторанчику, пользовавшемуся репутацией «для избранных». Евгений Васильев встретил их неожиданно сам.

— Я отпустил обслугу, так что мы здесь почти одни. Только шеф-повар, мы сегодня как-бы у него в гостях.

И действительно, рядом, но чуть сзади они увидели весьма колоритного дяденьку в поварской форме. Стол был уже накрыт. Сначала разговор носил общий характер. Хозяин поинтересовался жизнь и бытом супругов, рассказал, что кроме комбината владеет её целой сетью различных заведений общепита, и много чем ещё. Гости задавать вопросы стеснялись, больше слушали и вставляли реплики. Неожиданно Васильев сменил тему разговора и прямо обратился к Вадиму:

— Лада говорила с тобой о нас?

— Да, всё объяснила. Я понимаю, такая работа, иногда нужно... Она у меня вообще замечательная!

— Не боишься, что уведу? Я ж не женат, - сказано это было таким шутливым тоном, что заставило улыбнуться всех. Но на всякий случай Лада решила разрядить ситуацию окончательно.

— Секретарша я видимо не плохая, но первую леди не потяну точно! – и тон её фразы заставил мужчин засмеяться.

— На самом деле я позвал вас сюда, чтоб сделать предложение, деловое. Вам обоим. Супруга может передавала тебе, что мой сексуальный опыт в отличие от вашего весьма скромен?

Вадим замотал головой, а Лада потупив взгляд очень строгим голосом как бы даже отчитывая шефа отчеканила:

— Евгений Иванович, я никогда. .. Никогда никому не рассказываю то, что вижу и слышу на работе. Про секс с Вами я рассказала мужу потому, что в этом плане у нас секретов быть не должно. Но даже здесь я не раскрываю подробностей. Только факт, чтоб быть честной перед ним!

— Извини Ладочка, я не хотел тебя обидеть. Но теперь мне не до сентиментов. Вадим, у нас с твой женой было всего пару раз, но её опыт, темперамент и самообладание меня потрясли. Понимаю, что предложение будет странным. Я хочу видеть ваш секс, возможно участвовать в нём. Вы будете как-бы моими учителями. Ладу я по службе не обижу, просто раза в два-три подниму ей зарплату. (Та сверкнула глазами). А твоему автосервису можно устроить очень льготный кредит на реально большую сумму. Расширишься.

— Евгений Иванович, Вы понимаете, что это сразу станет достоянием гласности. Кем нас станут считать? – слова слетали с её губ как гири. Столько железа в её голосе Васильев не слышал никогда!

— Хорошие мои, если вас беспокоит только это, то мы сделаем всё так, что комар носу не подточит.

— А мы вообще можем отказаться? – растеряно спросил Вадим.

— Конечно. Но я расстроюсь. Я вам открылся, доверился...

— Мы должны подумать, - уже чуть в более мягкой интонации ответила секретарша, - Когда Вам нужен ответ?

— Сейчас, или никогда.

— Мы прогуляемся, - она взяла мужа и почти вытянула его из заведения.

Евгений сидел и ждал, когда заведётся двигатель их машины, когда она сорвётся сразу на скорости с места, но звуков не было... Вернулись они через полчаса. В движениях Лады что-то поменялось. Взявшись за спинку кресла, стоя, глядя прямо на Васильева, буквально бросила тому в лицо фразу: «Мы согласны». После чего села, и уже совсем спокойным, даже уставшим голосом спросила: «Как вы это всё представляете? Где? Надолго?»

— Ну вот это уже деловой разговор. Когда я всё организую, тогда и начнём, а деньги, если нужны, то хоть сейчас. Ну и простите меня, если обидел. Но мне это вдруг стало необходимо.

Дальше засиживаться смысла не было. На прощание Вадим получил крепкое рукопожатие олигарха, а Лада корзинку комплиментов от шефа с наказом не опаздывать завтра на работу.

Дома Васильева ждал сюрприз. На его кровати спала, разметавшись голая Дарья. Он сел в кресло, налил себе вискаря, и долго сидел и смотрел на это мятежное тело, думая, как жить дальше. А решив, разделся и лёг рядом.