Один из первых моих рассказов, написан много лет назад для моего друга. Проба пера, так сказать 😊

“У!-бью!-су!-ку! У!-бью!-су!-ку!”

Мои каблуки выбивали искры из асфальта парковки на каждом шагу. Сказать, что я была в гневе — это как просто промолчать. Я была готова убить его, на самом деле.

“Я тебе это припомню. Ты у меня ещё будешь на коленях ползать…”

Подходящего наказания для него пока не нашлось, я слишком кипела. Картины смертоубийства разной степени тяжести быстро мелькали передо мной, но ни одна не была достаточна для такого козла. Недостаточно мучительно.

“Он ещё ржет сидит, небось. Посмейся у меня”.

Хотя он вроде бы и не смеялся, а только озадаченно глядел на меня, когда я в ярости вынесла дверь и выскочила на улицу, но я уже видела перед собой, как наяву, его ухмыляющуюся противную рожу. 

“Точно, ржет. Развел меня, как дурочку, и ржет. Я тебе всё припомню. Я тебе отомщу”.

А на месть я была скора, зла и беспощадна, даже если потом могла пожалеть об этом.

Мы сидели в ресторане теннисного клуба, отдыхая после игры и попивая коктейли. Сегодня я уделала Макса в четырех сетах, и праздновала триумф. Это далось тяжело, но сладость победы была так велика! Обычно у меня не было шансов против него. Играл он всегда мощно, точно, с фантазией. Я даже когда-то интересовалась у Макса, не было ли у него планов стать профессионалом, но он отнекивался – поздно начал, и вообще стар он уже для спорта. Жаль, такой талант пропал.

Я лениво развалилась на мягком диванчике и с притворным сочувствием спрашивала Макса, хорошо ли он себя чувствует. Слить два сета в 6:1 на него так не похоже, не заболел ли? Может, он мне поддавался? Макс добродушно отбивался, мол, ученица превзошла учителя, и моя победа честно взята в честном бою у честно поверженного противника.

— Лучше расскажи, как у тебя с Димой твоим, — перевел тему Макс.

Я вздохнула. С “Димой моим” всё было хреново.

— Да никак. Ну его нафиг. Не мычит, не телится. Всё по командировкам своим гоняет, я уж и забыла, когда мы вместе с ним что-то делали. Я его послала, в общем, далеко и надолго. Так и помру старой девой теперь, хнык, хнык.

— Ого… Давно?

— Полтора месяца.

Макс сочувственно покачал головой и решил меня подбодрить: 

— Ну зато смотри, направила нерастраченную энергию в нужное русло, и меня победила!

Чего-чего, а нерастраченной энергии у меня было завались. Димочка уплыл в закат уже давно, а учитывая, что до расставания у нас месяц не было секса, я могла этой энергией уже ракеты в космос пулять.

Я довольно потянулась, томно откинув голову на диванную подушку:

— Даааа, я тебя победила… Я тебя теперь всегда побеждать буду.

— Воу, воу! Смотрите, кто тут расхрабрился!

— Что, испугался?

— Куда мне с молодежью-то соревноваться, — закряхтел Макс.

– Да-да, ищи оправдания, старичок.

Макс улыбнулся:

— Ладно, держи нос выше. Мало ли в Бразилии этих Педров. И нифига ты не старая дева. Ты вон какая фифа, только свистни, любой на цырлах прибежит. Если Дима твой не понимает своего счастья…

Я посмотрела на Макса с сожалением. И такая у него голова умная, а простых вещей не понимает. Найти хорошего свободного мужика после 30… Да хоть бы просто нормального, а не нарцисса избалованного или маминого пирожочка. Сам бы попробовал. Все хорошие уже давно разобраны более предприимчивыми конкурентками. И малолетки на пятки наступают.

– Сам ты “фифа”. Не хочу я “любого”. Что мне, за первого же встречного замуж идти, типа, часики тикают?

А они тикают, блин, всё громче и громче... Особенно после последнего визита к эндокринологу затикали, хотя вот об этом ему знать вообще не надо.

— Зачем за первого встречного? Ты такая — фьють! А они сбегаются, и ты выбираешь — этого хочу, этого не хочу.

— Было бы так просто. Как в Тиндере, ага.

— А ты в Тиндере? — живо заинтересовался Макс.

Блин, кто меня за язык тянет. Вечно ляпну что-то, потом краснеть приходится.

— Не, пацаны рассказывали.

Мы заржали. 

— Да завела там аккаунт когда-то, поигралась часик, и удалила. Как-то это всё… как на базаре.

— “Мы выбираем, нас выбирают, как это часто не совпадает”, – фальшиво пропел Макс.

— Ага. Сложно всё. В реале еще сложнее.

— Да так же в реале.

— Ага, щщас.

— Смотря, конечно, чего хочешь — если просто секса, то это проще…

— Поручик Ржевский нашелся, смотрите-ка! “Мадам, разрешите вам впендюрить”.

— Ну, примерно так. Так грубо не обязательно, конечно, но суть ты уловила, — Макс уже откровенно смеялся.

“Да блин, что он тут мне мозг полощет”, — завелась я с полоборота.

— Ага, ну так давай!

— Чего — давай? — продолжая посмеиваться, переспросил Макс.

— Давай, покажи мне, как это делается! Болтать вы все мастера, а сами потом бэээ… мэээ… я этого-того, того-этого…

Макс прищурился:

— Wow, feeling risky today?

По нашей давней традиции, когда кто-то из нас так говорил — это было предложение пари, либо на деньги, либо баш на баш. Отказываться было не принято. Давненько мы,   правда, не спорили так, а раньше на что только не подписывались, местами даже вспоминать стрёмно. Особенно в школе, ой…

— А что, слабо? То-то же! — кажется, я потеряла мозги где-то. Или это мне мячиком в голову прилетело сегодня. Макс вообще-то был известным бабником, перетрахал добрую половину офиса, как сплетничали девчонки. Но не так же в лоб – “девушка, у вас не найдётся потрахаться?”

— А давай! — он явно тоже завёлся.

Отступать поздно, сама начала.

— Лаадно…

Я обвела глазами зал ресторана. Народу было немного, но, к моей удаче, подходящая потенциальная жертва Максового шарма сидела за столиком недалеко от нас, потягивая смузи и тыкаясь в телефон. Симпатичная блондинка лет двадцати пяти, в брендовом костюмчике и дорогих туфлях. То ли доченька богатого папеньки, то ли любовница богатого папика. Но явно не простушка, цену себе ой как знает. Мне это даже к лучшему — Максу будет сложнее произвести впечатление.

Я кивнула на неё. Макс повернулся, с полминуты изучал девушку, вопросительно посмотрел на меня:

— Что тебе будет доказательством? Свечку будешь держать?

— Принеси её трусики! — выпалила я, и осеклась. Что я нахрен несу? Нафига мне её трусы? Но слово не воробей, а я в таком заводе отступать вообще не умею.

— Воу. Сколько?

— Червонец!

— А ты аза-а-артен, Парамоша. Это тебя губит… — снова прищурился Макс.

— Чего? Какой Парамоша?

— Папа так говорил… забей.

— Ну так ты говоришь, что всё просто! Давай, докажи! — я уже окончательно завелась. Будет он тут мне ля-ля...

Макс ещё раз оценивающе посмотрел на девушку, потом перевел взгляд на меня. Хмыкнул, поднялся и направился к тому столику. Успела мелькнуть мысль, что надо бы его остановить, но азарт на самом деле у меня уже из ушей бил. Сам нарвался, пусть не выделывается потом!

Макс подошел к столику той козы малолетней, галантно склонился, что-то начал говорить. Девушка смотрела на него сначала с удивлением, потом рассмеялась. Макс присел на соседний с ней стул и продолжал заливаться соловьём. Я не слышала, о чем они говорили, но девушка всё чаще смеялась, откидывая ладонью волосы назад, перекладывала ногу на ногу, и вообще вела себя как сучка во время течки. “Точно, сучка и есть”, — злобно подумала я, глядя, как Макс берет её за руку и что-то такое шепчет на ушко. Девушка смущенно улыбнулась, сделав попутно этакий независимый вид, мол, я не такая, я жду трамвая. “Ну давай, пошли его уже, нахрен тебе этот кобель!” — мысленно подначила я её,   но она не послала его, не дала ему в гневе по морде. Макс продолжал что-то тихо втирать еще несколько минут, и вдруг девушка встала из-за стола и направилась куда-то. Через пару метров она обернулась через плечо на Макса, точнее, обозначила поворот головы, но сомнений в смысле этого жеста у меня не было. Макс тоже встал из-за стола, посмотрел на меня, подмигнул, и потопал за девицей по направлению к уборным.

Ой-ё… Чёт куда-то не туда всё зашло. Червонца-то у меня нет…

Я сидела, пыхтя от возмущения и азарта, но постепенно нехорошие предчувствия стали меня одолевать. Куда я вляпалась, блин? С другой стороны, ну запишет Макс ещё одну победу в свой блокнотик, или что там у него для таких целей. Мне-то что? Но червонец… как назло, я сегодня не допетрила взять с собой наличные. Ладно, выкручусь, потом отдам.

Их не было минут десять, наверное. Потом из уборной появилась девица, оставила на столе деньги за свой смузи и была такова. Макс появился ещё через полминуты. Вальяжно подошел к нашему столику, плюхнулся на свой диванчик и жестом фокусника достал из внутреннего кармана своего блейзера черные кружевные трусики.

— Прошу!

Я, насупившись, смотрела на него, и кипела от негодования. Как. Он. Сука. Это. Делает?! Чего у них всех коленки такие слабые, курицы несчастные? Я фигею… 

— Молодец. Возьми с полки пирожок.

Макс заржал:

— Сдаешься?

Если я сдамся, придется расплачиваться, а мне это сейчас ой как не кстати…

— Не дождёшься!

— Ой, смотри… Правила ты знаешь…

Правила были очень простые. Не хочешь платить — делаешь то же самое, что и второй. Но тоже со ставкой. Сделаешь – выигрыш твой. Не сделаешь — будет за тобой должок на ту же сумму.

Меня было уже не остановить. Я злилась на этого бабника, и не могла позволить ему выиграть. Что он о себе думает, кобелина! Макс понял по моему выражению лица, что я не отступлю:

— Ладно тогда, как скажешь…

Он оглянулся, поискал глазами.

— Видишь, парень сидит.

Я посмотрела в ту сторону. Ох… За барной стойкой сидел Аполлон. Я х.з., как его звали на самом деле, но внешне это был древнегреческий бог, не иначе. Вьющиеся темно-русые волосы, чуть спадающие на лицо, прямой нос, атлетическая фигура, развернутые плечи, умопомрачительная задница. Ну просто — бог. У меня аж заныло внизу живота. Была бы мальчиком – уже стояло бы до подбородка. Интересно, член у него не в музейном варианте? А то у меня уже бог знает сколько километров недотраха…

— Познакомся с ним, договорись, — поставил условие Макс. — Ставлю полтинник против твоих десяти.

Полтинник? Ого. Полтинник сейчас не помешал бы, конечно, но блин…

— О чём договориться?

— Ты хочешь, чтобы я в деталях расписал? — картинно удивился Макс.

Я раздраженно дернула плечом – иди ты, блин, писатель нашелся.

— И что ты хочешь как доказательство?

Макс пожал плечами, мол, сама решай.

Я ещё раз посмотрела на Аполлона. О, как он был красив! Просто мечта. Слишком красивый, чтобы быть реальным. А может, он того?.. Не дай бог, обидно будет.

— А вдруг он гей? — с сомнением сказала я. — Смотри, какой ухоженный.

— Ну, слушай, дорогая, меня тоже не спрашивали, может, та девочка лесби.

Справедливо.

— Что, страшно? — подначил Макс.

— Ничего мне не страшно. Просто настраиваюсь.

— Я тебе говорю, тебе и настраиваться не надо. Ты сама кого хочешь настроишь.

Ох, если бы… Я неуклюже встала из-за стола, споткнувшись об его ножку и чуть не поскользнувшись на блестящих плитках пола. Хорошее начало, ничего не скажешь. Благо Аполлон не смотрел в мою сторону. Медленно двинулась к барной стойке. Куда вся моя уверенность и азарт подевались? Я как-то слишком быстро иду, я же не знаю, что буду делать, у меня никакого плана нет, ааа… Ну Макс, ну гад. Благородное, или не очень, негодование поднялось во мне и придало мне сил. Хрен тебе, а не выигрыш. Мне полтинник будет очень кстати. И вообще, с таким красавчиком даже просто поболтать приятно. А может, что-то и выгорит. Вон Макс говорит, что я фифа. Я, конечно, не фифа, но не зря же в спортзале пропадаю. И сиськи, и попа, и фигура, и мордочка, всё есть… Ну ладно, я фифа. А Аполлон по сравнению с Димой… ха. Это как “Майбах” с “Запорожцем” сравнивать.

Я не заметила, как дошла до барной стойки. Тут какие-никакие инстинкты всё же включились. Я грациозно присела на стул через один от Аполлона, мило улыбнулась ему и… и всё. Че делать-то, блин? Я последний раз к парням сама подкатывала ещё в институте или даже в школе, а потом, в основном, наоборот, отбивалась от назойливых ухажеров. Решила сыграть “прелесть какую глупенькую”. В институте помогало, профессора таяли и не придирались особо. Правда, то старичье в институте, а тут… такой красавчик, наверное, пресыщен вниманием к себе. А, была не была:

— Вы тут играете в теннис?

Сверхинтеллектуальный подкат, да? Аполлон с удивлением посмотрел на меня, потом развернулся на стуле в мою сторону и улыбнулся:

— Иногда. А вы?

АААА сработало! О, какие у него глаза голубые, такие бывают вообще? Это не запрещено?

— Да, как раз отдыхаю после матча. Я вас тут раньше не видела.

— Я вас тоже, что очень жаль, — галантно ответил Аполлон. — Как вас зовут?

— Татьяна, — скромно представилась я. — А вас?

Вот прикольно было бы, если бы его Аполлоном звали.

— Слава, — мягко сказал Аполлон и протянул мне руку, глядя прямо на меня. Я просто поплыла, такие глазюки… Внизу живота уже совсем погорячело, парень был так хорош, что я, пожав ему руку, поторопилась её отдернуть.

— Вы здесь один, Слава? — кокетливо спросила я. Боже, что с тобой, девочка, ты сейчас на него набросишься, где твоё достоинство?

— Сегодня да. Обычно с другом, но сегодня он не смог.

Точно, гей. Всё пропало.

— У него жена рожает, так что он весь там, — продолжил Аполлон Слава.

Ох. Мне полегчало. Может, не гей. Хотя они привыкли маскироваться…

— О, как это мило. А вы женаты?

— Нет, не женат, — улыбнулся Аполлон.

Ура! Хотя как так может быть, что он не женат? Такого красавчика ещё не захомутали? Или он-таки гей? ААААА блин что делать-то?

Мы поболтали ещё немного о какой-то фигне. Я вела себя ну натуральной дурочкой с переулочка — хихикала над каждым словом, принимала всякие позы на барном стуле, в общем… как та коза перед Максом, с той только разницей, что тогда он её клеил, а тут наоборот, я должна мальчика этого соблазнить. А он был такой, ну такой… у меня уже трусики отжимать можно было, наверное, я совсем потекла и поглупела окончательно.

Время всё шло, а я всё никак не могла придумать, что мне такое сделать, чтобы добыть Максу доказательства моей победы. Ну не насиловать же Аполлона прямо здесь, у бара, хотя это и было заманчивой идеей. И не буду же я предлагать ему услуги – я же не шлюха, в конце концов, я девушка приличная. В целом. 

Похоже, я проигрывала… Мельком посмотрела на Макса – он саркастически поднял бокал с коктейлем в мою честь. Выделывается…

— Мне, к сожалению, уже пора, — вдруг сказал Слава. — у меня назначена встреча в центре, нужно торопиться. Очень рад был познакомиться.

— Может быть, ещё увидимся? — с отчаянием почти завопила я. Стой, ты куда, красавчик!

— Очень на это рассчитываю, — Слава протянул мне руку.

Стой, ну куда ты, я же еще не сделала то, зачем шла!

— У вас есть еще несколько минут? Я бы хотела еще поговорить… — отчаянно пролепетала я. Ну совсем уже. Зайка, тебе сколько лет? Тринадцать? Держи себя в руках.

— Увы, Таня, мне и правда пора.

Аполлон Слава поднялся, оставил купюру на стойке, мило улыбнулся мне. У меня внутри всё опустилось прям. Блин, всё пропало, Аполлон моей мечты уходит…

— До свидания, Слава… 

Хнык. Хнык. Стараясь не подавать виду, как я расстроена, я глянула на Макса. Он оживленно говорил с кем-то по телефону, размахивая рукой и не глядя на меня. Ну и ладно. Пойду, припудрю носик. А то и трусики бы проветрить. Сменить, жаль, не на что.

Уборные в ресторане были без разделения — просто несколько больших кабинок и общая зона с зеркалами и рукомойниками, дурацкая мода последних лет в некоторых местах. В ресторане было сейчас мало народу, и в уборных не было вообще никого

 Я сделала свои дела и мыла руки в маленьком рукомойничке в кабинке, когда ее дверь вдруг распахнулась. В проёме стоял Слава. От неожиданности я даже не завизжала, как если бы это был кто-то другой, а просто стояла, глядя на него с полуоткрытым ртом.

— Я подумал, несколько минут у меня ещё есть, — сказал Аполлон и подошел ко мне. — Можем поговорить.

Он подошел ко мне и положил ладонь мне на брюки. Прямо на лобок. Я аж дернулась. Он, наверное, чувствует, какая я горячая там и сырая. О боги, помогите мне! Я стояла, как остолбеневшая, ноги подкашивались, коленки дрожали, и я в шоке смотрела на Аполлона, не в силах ни пошевелиться, ни издать звук.

Слава расстегнул молнию на моих штанах и засунул руку мне в трусы. О боже… у меня закружилась голова. Второй рукой он поднял мой подбородок, и молча смотрел мне в глаза своими голубыми… Охх…

Пальцы Аполлона сделали что-то такое приятное, что я задрожала и зажмурилась от удовольствия. Он мягко, но уверенно нажал второй рукой мне на плечо, и я плюхнулась на закрытую крышку унитаза. Когда открыла глаза, перед ними был здоровенный бугор на брюках этого полубога. Слава расстегнул ширинку, и глаза у меня открылись еще больше. Это был не музейный вариант под фиговый листиком, это точно. Я смотрела, как из штанов Славы появляется его член, и челюсть у меня просто отпала. Большой. Даже сейчас, еще не окончательно вставший. С большой, округлой головкой, с выступающими венами, широкий. Всё было большое. Он был БОЛЬШОЙ.

Слава поднёс головку к моим губам и провел ею по ним. Я машинально вздохнула, еще немного приоткрыв рот, и обхватила её губами. Слава двинул её ещё чуть глубже, и я, забыв обо всём, начала её облизывать и сосать, как огромный леденец. Облизнула горячий ствол, вокруг головки, снова втянула её в рот. Она едва помещалась, но Аполлон с каждым движением всё глубже и глубже засовывал мне в рот, и вскоре начал потихоньку трахать его, постепенно ускоряясь.

Я уже говорила, какой он был большой? А сейчас он стал еще больше. Я изо всех сил старалась не зацепить его зубами, хлюпала слюной и сосала. Включила режим пылесоса, как говорил один мой бывший. Сначала получалось не очень из-за его размера, но постепенно я приноровилась и, забыв обо всём, самозабвенно наслаждалась этим произведением античного искусства. Славе, похоже, тоже нравилось, он положил мне руки на затылок и мягко, но крепко придерживал и направлял мою голову. Вскоре мое мастерство и энтузиазм дали себя знать. Его движения стали резче, он сильнее прижал меня к себе. Вдруг головка его члена увеличилась ещё больше, и в мой рот и горло хлынули потоки спермы. Я пыталась её удержать во рту и не захлебнуться, но ее было много, и часть потекла по моему подбородку. С закрытыми глазами я старалась успеть поймать всё, чтобы не заляпать блузку.

Кое-как проглотив большую часть, всё еще с членом во рту, я подняла глаза на Славу. Он жмурился и чуть постанывал от удовольствия, глядя на меня с улыбкой. Я снова закрыла глаза, медленно поглаживая языком кончик головки. Ох, какой он. Интересно, как будет на нём попрыгать…

Слава вынул член, убрал его в штаны, застегнулся и погладил меня по щеке. Я посмотрела на него снизу вверх, всё ещё со спермой на губах и на подбородке, она капала куда-то вниз. Слава снова улыбнулся и сказал:

— Спасибо, Таня. Мне и правда, пора. Ещё увидимся.

Развернулся и вышел из кабинки.

Я вытерла лицо, посмотрела в зеркало. “Вау. Ну ты даешь, подруга. Отсосала какому-то незнакомому парню в туалете”. — “Ну и что, зато какой красавчик, а”.

Голова еще кружилась, челюсть побаливала (блин, он большой, очень большой), но я как-то привела в порядок прическу и одежду и вернулась в зал ресторана. Я шла к столику, как победительница. Королева! Правда, во рту ещё оставалась сперма Аполлона, где-то под языком, на зубах, в уголках рта, но я не обращала на нее внимания.

Макс увидел меня издалека, помахал рукой. Я подошла ближе, и он, улыбаясь, спросил:

— Ну как?

Я торжествующе приоткрыла рот и показала ему остатки спермы на кончике языка. Демонстративно проглотила, плотоядно облизнулась. Вот так вот, гони полтинник!

Макс ошарашенно посмотрел на меня. До меня тоже постепенно дошло, что это было, наверное, лишнее…

— Ну ты, мать, крута… телефончика было, в принципе, достаточно, но такого я не ожидал…

Что?!..

Я… Я забыла взять у Славы телефон. Я просто сделала ему минет в туалете и забыла взять у него телефон?! Я… Ты… Макс, ты не мог сказать, чтобы я просто взяла телефон? Ты меня отправил к этому парню, чтобы я сделала ему минет? Макс, скотина, урод, ты всё это специально придумал?! Если я его увижу снова, он будет считать меня шлюхой!

Я схватила свою сумку и выскочила в дверь, как пробка из шампанского.

Ну всё, Макс, тебе конец. Прибью суку! ТЕБЕ КОНЕЦ!

Я сидела в своей машине и ревела, как белуга, стучась головой о рулевое колесо. Как!!! Как я так могла опуститься! И Макс тут ни при чём, я всё сама. Сама затеяла этот дурацкий спор, сама завелась, сама открыла рот и отсосала этому красавчику, даже не взяв у него телефон. Зачем я вообще ему отсосала, он будет думать, что я шлюхааааАААААА!!!! Я дура, дура, дура!!!

Что-то выпало у меня из кармашка блузки. Я подняла к залитым слезами глазам,  долго не могла разобрать, что это. Наконец, буквы сложились в какое-то подобие слов.

Что-то там трейдинг. Вячеслав. Адрес, телефон. 

Вячеслав. Это же его визитка, Аполлона. И телефон тут есть. Наверное, сунул мне в самом конце, пока я сидела с закрытыми глазами и членом во рту.

Я, всё ещё всхлипывая, вытерла слёзы.

Ладно, Макс. Поживи пока. И вообще, с тебя полтинник.