Через месяц Ольга пригласила её на семейный обед. Ольга купила ей новый гардероб: строгие костюмы, которые пахнут не дешевым вонючим одеколоном, а престижными дорогими духами

За столом сидели Ольга, ее двухлетняя дочь Алиса, и. ... Марина. Та самая Марина, которую в прошлой жизни Анна упрятала в клинику.

Элегантная тридцатилетняя женщина. В чёрном платье, с короткой стрижкой и серебряными серьгами в виде кандалов. Она смотрела на Анну спокойно, без ненависти, даже с лёгкой улыбкой.

— Здравствуйте, Анна Сергеевна, — сказала Марина — Садитесь, не стесняйтесь. Суп остынет.

Анна села. Руки дрожат. Марина налила ей вина.

— Не бойтесь, не отравлено, — усмехается она. — Я не убиваю врагов за обедом. Только после десерта.

— Марина, — мягко говорит Ольга — Не пугай её.

— А я не пугаю. Я констатирую факт, — Марина поднимает бокал. — За наше общее прошлое. За кредиты, которые превратились в проценты. И за то, что вы, Анна Сергеевна, всё ещё живы. Хотя я могла бы сделать иначе.

Она чокается, пьёт. Анна тоже пьёт — залпом.

После обеда Марина увела Анну в сад. Они сели на скамейку. Марина достаёт сигарету, закуривает.

— Я знаю, что Ольга сделала вас своей... игрушкой, — говорит она. — И не собираюсь вмешиваться. Но я хочу кое-что добавить от себя.

Она поворачивается к Анне, берёт её за подбородок.

— Каждый месяц вы будете приезжать ко мне. В мою квартиру. Мы будем заниматься сексом — моим способом. Жёстко. С элементами БДСМ. Вы будете и моей рабыней. Ведь долги по процентам надо платить! Согласны?

Анна сглатывает.

— Согласна....

— Тогда договорились, — Марина целует её в губы — долгим, влажным поцелуем, кусая нижнюю губу до крови. Анна стонет, не в силах сопротивляться. — Вкус крови мне нравится, — говорит Марина, отстраняясь. — Напоминает о нашем прошлом.

Она встаёт, отряхивает юбку.

— В следующую пятницу. Будьте готовы. И не вздумайте опаздывать. Я ненавижу, когда должники задерживают платежи.

Марина уходит в дом, оставляя Анну одну в саду.

Она сидит, смотрит в одну точку и улыбается. Невесело.

Она поняла: настоящая свобода — это миф. Есть только разные формы кабалы. И её кабала будет длиться, пока живы Ольга и Марина. Проценты по долгам только растут.

Она встаёт, идёт в дом. На пороге её встречает Ольга

— Всё хорошо? — спрашивает она

— Всё отлично, — отвечает Анна. — Я рада, что могу быть вам полезна

Иди в свою комнату, — говорит Ольга. — Я приду позже.

В три часа ночи Анна Сергеевна стояла на коленях на полу в своей комнате. Её строгий чёрный костюм от Brunello Cucinelli (подарок Ольги за прошлый квартал) аккуратно висел на спинке стула. На Анне были только чёрные кружевные трусы и лифчик — тоже подарок Ольги, дорогие.

— Ты отлично поработала в этом месяце, — сказала Ольга, сидя в кресле напротив. В руке — бокал с коньяком — Прибыль сети выросла на двадцать процентов. Ты молодец.

— Спасибо, — тихо ответила Анна.

— Но это не значит, что сегодня ты получишь поблажку, — Ольга поставила бокал. — Ты знаешь правила. Встань.

Анна поднялась. Ольга подошла, расстегнула её лифчик, провела пальцами по соскам — те мгновенно затвердели. Затем спустила трусы, заставила Анну повернуться и нагнуться, оперевшись руками о край кожаного дивана.

— Считай вслух, — сказала Ольга, беря в руки короткую плётку из чёрной кожи с серебряной рукоятью.

Десять ударов. Анна считала, не сбиваясь. На одинадцатом она заплакала— без разрешения, что запрещалось

— Ты нарушила правило, — холодно сказала Ольга. — Штраф. Вместо двадцати минут — час на коленях с кляпом. А завтра ты поедешь к Марине. Она придумает тебе наказание.

Анна кивнула. Ольга надела ей на рот кляп, застегнула сзади, затем мягкие наручники на запястья и лодыжки. Анна опустилась на колени на специально положенную подушку и замерла. Час. Она смотрела в пол и думала о том, что утром у неё переговоры с инвесторами, подписание договора на пятьдесят миллионов и презентация нового кредитного продукта. А вечером — визит к Марине, где её свяжут, выпорют и заставят вылизывать её до потери сознания.

И это была её жизнь. Жизнь женщины, которая продала душу и тело за процветание

ПРОШЛО ТРИ ГОДА.....

За три года Анна Сергеевна превратила сеть микрокредитных организаций Ольги в империю. Семь филиалов в трёх городах, собственный коллекторский отдел, лицензия на банковскую деятельность, выручка — полмиллиарда в год. Деловые журналы писали о ней как о «феномене финансового возрождения».

Днём Анна носила идеально скроенные костюмы, пахла дорогими духами, подписывала документы, увольняла нерадивых сотрудников, проводила совещания стальным голосом. Её кабинет — теперь в новом офисе на верхнем этаже бизнес-центра — снова стал «аквариумом для акул». Только теперь она была не акулой, а дрессированной касаткой.

Вечером она возвращалась в дом Ольги — тот самый коттеджный посёлок, где жила её госпожа. Снимала костюм, надевала униформу — чёрное кружевное бельё, которое Ольга выбирала лично. Иногда — кожаный ошейник с табличкой «Актив №1».

Ольга была справедлива. Она ценила финансовый талант Анны. За отличный квартал она могла получить награду: час без кляпа, или разрешение спать в кровати с Ольгой, или новый дорогой костюм. За провинность — наказание: стояние на гречке коленями, лишение ужина, ночь в собачьей клетке, которая стояла в подвале.

Раз в две недели, по пятницам, Анна ехала к Марине. Та жила в центре города, в лофте с панорамными окнами, видом на реку и чёрной кожаной мебелью. Марина была теперь известным психотерапевтом — специализировалась на жертвах служебного и домашнего насилия.

Когда Анна вошла в лофт, Марина сидела за компьютером, поправляя очки в тонкой оправе — точно такие же, какие носила Ольга когда-то. На Марине был белый шёлковый халат, распахнутый до пупа. Из-под него виднелись кружевные трусики.

— Анна Сергеевна, вы опоздали на пять минут, — сказала Марина, не оборачиваясь. — Вы знаете цену опозданиям.

— Простити, Марина, пробки-, Анна опустилась на колени прямо у порога.

— Пробки — это отговорка для слабых, — Марина повернулась на вращающемся кресле. — Вы не слабая. Вы умная. Поэтому я придумала особое наказание. Сегодня вы будете моим рабочим столом.

Она приказала раздеться Анне до гола, и стать на четвереньки. Она пододвинула к Анне стул с мягким сиденьем, подставив на спину Анны ноутбук, рядом — кружку с кофе

— Не двигаться, — приказала Марина— Я буду работать. Если кофе прольётся или ноутбук упадёт — в следующий раз вы будете стоять на гречке.

Анна замерла.. Её спина болела уже через пятнадцать минут. Но она не шевелилась. Марина печатала, пила кофе, иногда гладила Анну по голове свободной рукой.

— Вы знаете, почему Вы здесь? — спросила Марина через час.

— Потому что ты хочешь мести, — прошептала Анна.

— Нет, — Марина сняла ноутбук, заставила Анну повернуть голову. — Месть — это короткий оргазм. А вы — долгосрочная инвестиция. Вы приносите прибыль. Ольга зарабатывает на вашем уме миллионы. А я зарабатываю на вашем унижении своё спокойствие

Она помогла Анне встать, отвела в душ, тщательно намылила, смыла. Затем привела в спальню, уложила на кровать, связала руки шёлковыми лентами и оседлала её лицо.

— Я буду кончать. Много раз. А вы будете считать. Если собьётесь — начнём сначала.

Марина кончила семь раз. Анна сбилась на четвёртом, начала заново. К утру она не помнила, сколько было. Губы и язык онемели. Марина разрешила ей уснуть на полу, подкинув плед

Утром Анна приняла душ, надела костюм, заколола волосы и поехала на переговоры. Под блузкой — синяки от укусов на ключицах и красные полосы от плётки на рёбрах. Она улыбалась инвесторам, жала руки, подписывала контракты. Никто не знал, что час назад она вылизывала анус своей мучительницы......