Анна окончательно смирилась с новой реальностью.

Сергей — для семьи, для дома, для спокойной жизни.

Борюсик — для тела, для дикого, грязного секса, который она теперь жадно желала.

Эта мысль больше не вызывала у неё паники. Наоборот — принесла странное облегчение. Пазл в голове наконец сложился. Она больше не чувствовала себя чудовищем. Она просто была женщиной, которой нужно разное от разных мужчин.

Днём она снова стала прежней Анной — мягкой, заботливой и ласковой. Готовила Сергею его любимые блюда, слушала его рассказы о работе, улыбалась, когда он обнимал её сзади на кухне. Поддерживала, хвалила, гладила по голове. Сергей расцветал на глазах, думая, что кризис прошёл и жена вернулась к нему.

Но когда дело доходило до секса, всё менялось.

В первую же ночь после их примирения Сергей, полный надежд, начал её ласкать. Целовал шею, осторожно мял грудь, нежно гладил между ног. Анна лежала и старалась отвечать, но уже через пару минут почувствовала знакомое раздражение. Его прикосновения казались слишком мягкими, слишком правильными, слишком... скучными.

Когда он всё-таки попытался войти в неё, она тихо, но твёрдо положила ладонь ему на грудь и остановила:

— Сереж... не сегодня. Я устала.

Сергей замер, но ничего не сказал. Просто кивнул и отстранился.

На следующую ночь всё повторилось. Он старался, целовал её тело, пытался сделать куни, но Анна уже через минуту напряглась и прервала его:

— Давай просто обнимемся... — сказала она, и в голосе явно прозвучало раздражение.

Сергей выглядел расстроенным, но снова проглотил. А Анна лежала в темноте, глядя в потолок, и думала:

«Я же не могу ему сказать, что его нежные прикосновения теперь вызывают у меня только скуку. Что после Борюсика его член кажется мне... недостаточным. Что мне хочется, чтобы меня просто грубо взяли!».

В её голове план был уже чётким и логичным. Но воплощать его в жизнь, пока Сергей постоянно дома, было страшно.

«А вдруг он что-то заподозрит? Вдруг узнает? Бросит меня? Останусь одна с ипотекой и маникюром...»

Поэтому она продолжала ждать. Улыбалась мужу, поддерживала его, играла роль хорошей жены. И каждый вечер, когда Сергей засыпал, она тихонько брала телефон и смотрела в чат с Борюсиком, чувствуя, как внутри медленно разгорается голод.

Она ждала момента...

Сергей чувствовал, что в их доме что-то изменилось.

Вроде бы всё было как всегда: Анна улыбалась, готовила, спрашивала, как прошёл его день, вечером они смотрели сериал, обнявшись на диване. Она снова стала мягкой и заботливой. Но что-то было не так. Что-то неуловимое, как тонкая трещина в стекле.

Он замечал, как она иногда резко прерывает его ласки. Как в её глазах на секунду вспыхивает раздражение, когда он пытается быть нежным. Как она отводит взгляд, когда он говорит о том, как сильно её любит. А потом это раздражение исчезало так же внезапно, как и появлялось, и она снова становилась тёплой и ласковой.

«Это всё моя вина», — думал Сергей каждый вечер, лёжа без сна. — «Я слишком устал на вахте. Не могу нормально удовлетворить женщину. Она молодая, красивая, а я...»

Он очень старался. Каждый день. Приносил цветы, делал массаж ног, помогал по дому, говорил комплименты. Но чем больше он старался, тем тяжелее становилось на душе. Скоро снова ехать на две недели. А он так и не отдохнул по-настоящему. Тело ныло, в голове постоянный туман, а главное — он чувствовал, что теряет жену, хотя она и рядом.

«Анна тоже работает, — внезапно осенило его одним вечером. — Тянет весь быт, когда меня нет. Клиентки, уборка, готовка, одиночество... У неё даже нормальных подруг почти нет, все семейные, все в делах.»

В тот вечер он не стал даже пытаться инициировать секс — боялся очередной неудачи и её скрытого раздражения. Просто лёг рядом, обнял её сзади и тихо сказал в волосы:

— Ань... извини меня.

Анна слегка повернула голову.

— За что?

— Я думал только о себе. О том, как мне тяжело на вахте, как я устал... А ты ведь тоже работаешь, одна дома, тянешь всё на себе. Тебе тоже тяжело. Может, тебе стоит развеяться? Встретиться с подружками, сходить в клуб, потанцевать, выпить вина... Просто отдохнуть по-женски. Я не против. Правда. Тебе нужно иногда выдохнуть.

Он поцеловал её в затылок и добавил чуть тише:

— Я хочу, чтобы ты была счастлива. Даже если я сейчас не очень хороший муж...

Сергей сказал это искренне. Он действительно хотел для неё только хорошего.

А Анна, лежа спиной к нему, почувствовала, как внутри одновременно кольнуло чувство вины... и вспыхнуло острое, опасное возбуждение от открывшихся возможностей.

Глаза Анны в темноте спальни моментально загорелись. Она быстро повернулась к Сергею лицом, обняла его за шею и горячо чмокнула в губы.

— Ты знаешь... а ведь ты, наверное, прав, — произнесла она с неожиданной живостью в голосе. — Я действительно давно уже нигде не была. Сижу целыми днями между клиентками и четырьмя стенами. Спасибо тебе, солнышко. Ты такой заботливый.

Она поцеловала его ещё раз, уже дольше, и прижалась грудью к его груди.

— Завтра свяжусь с Танькой и Люськой. Они ведь наверняка тоже дома скучают. Давно не собирались чисто по-девичьи. Выпьем вина, потанцуем... Развеюсь наконец.

Сергей улыбнулся в темноте, явно довольный, что его идея понравилась жене.

— Конечно, езжай. Отдыхай. Я только рад, если тебе будет хорошо.

Анна нежно погладила его по щеке, а сама уже мысленно была далеко. В голове быстро выстраивался план. Танька и Люська действительно существовали — старые подруги, с которыми она иногда переписывалась. Но встречаться с ними она точно не собиралась.

Внутри неё разгоралось сладкое, запретное предвкушение.

«Наконец-то... — думала она, засыпая. — Официальное разрешение мужа. Теперь можно не прятаться так сильно.»

Наступила пятница.

Сергей весь день был дома. Он с теплотой наблюдал, как Анна собирается «на посидеть с девочками». Как она долго принимает душ, как стоит перед зеркалом, выбирая платье, как тщательно красит ресницы и губы. Он видел, что она старается выглядеть красиво, и это его радовало.

Анна, конечно же, не написала ни Таньке, ни Люське. Она вообще не собиралась никуда с ними идти.

Она точно знала, куда отправится «отдыхать».

Хотела написать Борюсику, но в последний момент передумала. На губах появилась хищная улыбка.

«Нет. Пусть будет сюрприз. Он наверняка уже соскучился по своей сучке...»

Перед выходом Сергей ещё раз обнял её в прихожей и сунул в руку несколько крупных купюр.

— Повеселись как следует, ладно? — сказал он с искренней улыбкой. — Не думай ни о чём. Выпейте, потанцуйте, расслабься по полной. Ты это заслужила.

— Спасибо, милый, — Анна поцеловала его в губы, улыбнулась самой нежной улыбкой и вышла за дверь.

Спустившись вниз, она вызвала такси. Не потому что далеко, а для отвлечения внимания — мало ли, вдруг Сергей случайно выглянет в окно. Когда машина приехала, она села на заднее сиденье и назвала адрес совсем не того района, где жили её «подруги».

Всю дорогу Анна смотрела в окно, а в голове крутилась сладкая, порочная мысль:

«Нет. Пусть будет сюрприз. Он наверняка уже соскучился...»

Такси остановилось недалеко от старой хрущёвки. Анна расплатилась и дальше пошла пешком. Сердце стучало всё сильнее. Платье приятно обтягивало тело, кружевные трусики уже немного намокли от возбуждения.

Поднявшись на пятый этаж, она остановилась перед обшарпанной дверью Борюсика. Глубоко вдохнула, поправила волосы и тихо, но уверенно постучала три раза.

За дверью послышались тяжёлые шаги. Замок щёлкнул, и на пороге появился Борюсик — в майке и штанах, с бутылкой пива в руке. Его мутные глаза удивлённо расширились, когда он увидел нарядную, пахнущую духами Анну.

— Ни хуя себе... — хрипло протянул он, медленно оглядывая её с головы до ног. — А ты чего здесь?

Анна шагнула ближе, прикусила нижнюю губу и тихо ответила с лёгкой улыбкой:

— Муж сам отправил меня развеяться с подружками... Вот я и решила развеяться... по-настоящему.

Борюсик довольно оскалился, схватил её за талию своей толстой лапищей и резко втащил в квартиру, захлопнул дверь ногой и сразу повёл её на кухню, крепко держа за талию. В нос ударил знакомый запах — смесь табака, перегара и его мужского тела.

На столе царил лёгкий бардак: полупустая бутылка водки, несколько банок пива, грязные стаканы и тарелка с недоеденной закуской. Анна сразу поняла — Борюсик явно не скучал в одиночестве. Но это её почему-то не оттолкнуло, а наоборот — ещё сильнее возбудило.

Борюсик тяжело плюхнулся на старый деревянный стул. Анна не стала терять ни секунды. Она сразу шагнула к нему и плюхнулась ему на колени лицом к лицу, широко раздвинув ноги. Платье задралось вверх, а тяжёлая, четвёртого размера грудь в красивом кружевном бюстгальтере оказалась прямо перед его лицом.

Борюсик шумно выдохнул, уставившись в её глубокое декольте. Его толстые лапищи сразу легли ей на попу и сильно сжали.

— Ох, блядь... — хрипло проговорил он, поднимая на неё мутные, но уже горящие глаза. — Это ты удачно зашла, сучка.

Анна почувствовала, как под ней быстро твердеет его толстый член. Она слегка покачала бёдрами, потираясь о него промежностью, и томно прошептала:

— Муж сам меня отпустил «развеяться»... Вот я и пришла к тому, кто умеет меня по-настоящему развлечь.

Борюсик довольно оскалился, одной рукой залез под платье и грубо отодвинул в сторону уже мокрые трусики, а второй рукой сильно сжал её левую грудь, почти вытащив её из бюстгальтера. Толстые пальцы грубо мяли нежную кожу, а губы жадно присосались к соску.

В этот момент на кухню вошёл второй мужик.

Он был сухой, морщинистый, лет шестидесяти двух, с редкими седыми волосами и заросшим лицом. Увидев картину, он замер в дверях с открытым ртом.

Взгляд незнакомца мгновенно прилип к тяжёлой, вывалившейся груди Анны, потом скользнул ниже — на её широко раздвинутые ноги и руку Борюсика, которая уже вовсю шарила у неё между бёдер.

— Ну ты, Борюсик, фокусник! — хрипло выдал он, выпустив дым через ноздри. — Не успел я на балконе покурить, а ты уже бабу нашёл! Да ещё какую сочную!

— Это кто? — испуганно прошептала она, глядя на незнакомца.

Борюсик только довольно захохотал, сильнее сжимая её тяжёлую грудь, так что сосок вызывающе торчал прямо в сторону гостя.

— Это Михалыч, мой старый приятель, — спокойно ответил Борюсик, продолжая мять её грудь. — Я ему должен небольшую сумму... А тут ты, моя хорошая, так вовремя подоспела. Ты же поможешь своему хозяину с долгом, правда, сучка?

Анна замерла. Сердце заколотилось ещё сильнее. Она открыла рот, но не смогла выдавить ни слова. В голове всё смешалось — стыд, страх, возбуждение и растерянность

Не дожидаясь её ответа, Борюсик грубо развернул Анну у себя на коленях лицом к Михалычу. Одним движением он завёл ей обе руки за спину и крепко сжал их своей толстой ладонью. От этого её спина прогнулась, а большая, тяжёлая грудь ещё сильнее вырвалась вперёд, полностью выставленная на обозрение гостю. Платье было задрано до талии, кружевные трусики сдвинуты в сторону, и она сидела на коленях у Борюсика полностью открытая.

Михалыч жадно смотрел на её тело, особенно на груди, которые колыхались от тяжёлого дыхания Анны.

Борюсик ухмыльнулся и кивнул в сторону своего приятеля:

— У меня там должок тебе, Михалыч. Как думаешь, смогу этим отплатить? Девка свежая, горячая, муж только что сам её «на отдых» отпустил. Гляди, как сиськи стоят. Хороший товар, а?

Михалыч медленно подошёл ближе, не отрывая взгляда от обнажённого тела Анны. Его морщинистое лицо расплылось в похотливой улыбке.

— Ох, Борька... Ну ты и жук. А она... согласна?

Борюсик сильно шлёпнул Анну по попе и рыкнул ей прямо в ухо, продолжая держать её руки за спиной:

— Скажи дяде Михалычу, что ты хорошая девочка и поможешь хозяину. Ну же, сучка.

Анна тяжело дышала, щёки горели. Она чувствовала себя полностью выставленной, униженной... и от этого между ног становилось всё мокрее.

Анна молчала. Тяжело дышала, опустив глаза, с пылающим лицом. Её молчание Борюсик воспринял как полное согласие.

— Ну ты-то не стой как истукан, Михалыч, — громко заржал он. — Она согласна! Посмотри на неё — вся мокрая уже, сиськи торчат, жопа дрожит. Хорошая сучка, я же говорю.

Михалыч облизнул сухие морщинистые губы и медленно подошёл вплотную. Его глаза жадно блестели. Он протянул костлявые, но цепкие руки и сразу схватил Анну за обе груди, сильно сминая их.

— Ух ты ж, мать твою... — хрипло выдохнул он. — Какие дойки... тяжёлые, мягкие...

Он мял её грудь грубо, без всякой нежности — пальцами вдавливал нежную кожу, вытягивал соски, шлёпал снизу, заставляя груди колыхаться. Потом наклонился и жадно присосался к правому соску, чавкая и посасывая, как голодный.

Анна тихо застонала, выгнувшись на коленях у Борюсика. Руки всё ещё были заведены за спину, и она не могла ничего сделать, только принимать происходящее. Между ног уже текло — возбуждение от унижения и двух пар мужских рук на своём теле накрывало с головой.

Борюсик довольно рычал ей в ухо, одной рукой придерживая её запястья, а второй запустив пальцы между её ног и грубо трахая двумя толстыми пальцами мокрую щель.

— Вот так, шлюха... Двум мужикам сразу. Муж тебя «развеяться» отправил, а ты уже блядью на двоих работаешь. Нравится?

Михалыч оторвался от её груди, оставив на коже красные следы от пальцев и слюни, и посмотрел на Борюсика:

— Борь, а можно я ей в ротик дам? Давно не пробовал такие губки...

— А ты между ног посмотри, там уже потоп! — хрипло рассмеялся Борюсик.

Борюсик грубо раздвинул Анне ноги ещё шире, выставляя её полностью. Михалыч тут же опустился на колени прямо на грязный кухонный пол и жадно припал ртом к её мокрой, текущей киске. Он лизал её страстно, шумно, без всякой техники — просто чавкал, сосал клитор, засовывал длинный язык внутрь и громко хлюпал.

— Оооох... — застонала Анна, выгибаясь на коленях у Борюсика.

Михалыч работал головой между её бёдер как одержимый, пока Борюсик продолжал держать её руки за спиной и мять грудь. Через пару минут Анна сильно задрожала, ноги начали трястись, и она громко, протяжно застонала, кончая прямо на морщинистое лицо Михалыча. Её соки потекли по его подбородку.

Михалыч отстранился, вытер рот рукой и довольно оскалился:

— Чую я, Борюсик, что это я тебе буду должен после этого, а не ты мне!

Оба мужика громко заржали. Анна тяжело дышала, всё ещё сидя на коленях Борюсика с пылающим лицом.

Борюсик наконец отпустил её руки и шлёпнул по попе:

— Вставай, сучка. Раздевайся. Медленно. Как ты умеешь.

Анна послушно встала. Ноги всё ещё дрожали после оргазма. Она начала медленно стягивать с себя платье, потом бюстгальтер, давая груди тяжело вывалиться, а потом и трусики. Осталась полностью голой посреди кухни.

Борюсик кивнул Михалычу:

— Сядь за стол, не спеши. Наливай рюмки. Сейчас будет культурная программа.

Михалыч сел за стол и начал разливать водку. Анна стояла посередине кухни голая, опустив глаза и ожидая дальнейших команд.

— Встань и ты, Михалыч, — сказал Борюсик.

Оба мужика поднялись и одновременно спустили штаны.

Анна невольно уставилась на член Михалыча. Он был заметно меньше, чем у Борюсика — тоньше, чуть короче, но с большой, грибовидной головкой и заметно кривоватый. Кожа была тёмной, с выступающими венами. В отличие от толстого, тяжёлого «бревна» Борюсика, член Михалыча выглядел более «злой» и подвижный.

Борюсик довольно усмехнулся, заметив её взгляд:

— Лезь под стол, шлюха. И начинай сосать нам по очереди. А мы пока выпьем за твою удачную «прогулку».

Анна, красная от стыда, опустилась на колени и полезла под кухонный стол. Два члена — толстый и тяжёлый Борюсика и более скромный, но уже стоящий колом Михалыча — оказались прямо перед её лицом.

Она взяла в одну руку член Борюсика, в другую — Михалыча и поочерёдно начала брать их в рот, облизывая и посасывая.

Сверху послышался звон рюмок и довольный смех двух мужиков.

— Ну что, за удачный вечер? — прогудел Борюсик.

— За твою щедрость, Борька! — ответил Михалыч.

Под столом Анна старательно работала ртом, поочерёдно отсасывая двум мужикам. Михалыч явно не был готов к такому напору — уже через пару минут его тело напряглось, он схватил её за волосы и начал быстро и мелко толкаться в рот.

— Оооох, блядь... сейчас... — прохрипел он.

Анна едва успела обхватить губами головку, как Михалыч резко кончил — жидкой, но обильной струёй прямо ей в рот. Она проглотила, сколько смогла, остальное вытекло по подбородку.

Борюсик довольно заржал:

— Быстро ты, Михалыч. Давно не пользовался нормальной соской, да?

Он похлопал Анну по щеке под столом и приказал:

— Вылезай. Иди в ванную, почисти рот. И быстро обратно в комнату.

Анна выползла из-под стола, вытерла рот тыльной стороной ладони и пошла в ванную. Закрыв за собой дверь, она посмотрела на себя в старое потрескавшееся зеркало.

Губы опухшие, на подбородке следы спермы, глаза блестят. Она тщательно прополоскала рот, умылась... и внезапно поняла.

Ей не было страшно. Она не сердилась.

Наоборот — внутри разгоралось всё более сильное, сладкое возбуждение. Она надеялась, что это только начало. Что сегодня её будут использовать по полной.

«Что со мной стало...» — подумала она, глядя на своё отражение, но вместо стыда на лице появилась блудливая улыбка.

Когда Анна вышла из ванной, на кухне уже никого не было. Из комнаты доносились голоса и смех. Она вошла и увидела, что оба мужика сидят на старом продавленном диване. Борюсик уже был полностью голый, его толстый тяжёлый член стоял колом. Михалыч тоже был голый, но его член ещё был полувялым после недавнего оргазма — он медленно подрачивал его, глядя на вошедшую голую Анну.

Борюсик хищно улыбнулся:

— Ну наконец-то. Становись раком. Прямо посередине комнаты. Живо.

Анна послушно опустилась на четвереньки на пыльный ковёр в центре комнаты, прогнула спину и высоко подняла попу.

Борюсик тяжело поднялся, подошёл сзади, плюнул себе на ладонь, размазал слюни по головке и одним мощным толчком вошёл в неё до самого конца.

— Аааахх! — громко застонала Анна, вцепившись пальцами в ковёр.

Борюсик сразу начал ебать её жёстко и глубоко, шлёпая тяжёлым животом по её упругой попе. Каждый толчок сопровождался громким влажным звуком.

— Вот так, сучка... — рычал он, крепко держа её за бёдра. — Муж тебя гулять отпустил, а ты уже на хуе. Хорошая блядь.

Михалыч сидел на диване, смотрел на происходящее и медленно дрочил, постепенно снова наливаясь силой.

Борюсик продолжал мощно долбить Анну сзади, тяжело шлёпая животом по её ягодицам. Он посмотрел на Михалыча, который уже полностью встал и дрочил свой кривоватый член, и оскалился:

— Чё ты там сидишь, Михалыч? Давай, присоединяйся. Рот свободный.

Михалыч не заставил себя ждать. Он быстро подошёл спереди к Анне, которая стояла на четвереньках. Борюсик грубо схватил её за волосы, приподнял голову вверх и сильно потянул назад, выгибая ей спину ещё сильнее.

— Открывай рот, сучка, — рыкнул он.

В тот же момент Михалыч схватил свой член и резко всадил его Анне в рот. Она захрипела, но Борюсик держал её голову крепко, не давая отстраниться.

И её начали ебать с двух сторон.

Борюсик мощно и глубоко долбил её киску сзади, каждым толчком вгоняя свой толстый член до самого основания. Михалыч, наоборот, трахал её в рот быстро и жадно, держась за её голову и вгоняя свой кривой член почти до горла.

— Мммф!.. Мммф!.. — только и могла мычать Анна, полностью насаженная на два члена.

Слюни текли по её подбородку, капали на пол. Грудь тяжело раскачивалась в такт толчкам.

— Вот это дело! — рычал Борюсик. — С двух концов одновременно. Настоящая блядь. Муж думает, что она с подружками вино пьёт, а она тут как последняя шлюха работает.

Михалыч тяжело дышал, ускоряя движения в её рту:

— Ох, Борь... пиздец, какая горячая пасть... Хорошо берёт...

Анна полностью отдалась происходящему. Глаза были полуприкрыты, тело дрожало. Она уже не думала ни о Сергее, ни о стыде — только чувствовала, как два чужих члена жёстко используют её с обоих концов.

Они ебали её несколько минут в таком положении — жёстко, ритмично, с двух сторон. Анна уже хрипела и стонала, полностью насаженная на два члена.

Борюсик вдруг резко вытащил свой толстый член из её киски и сильно шлёпнул Анну по попе.

— Хорош, Михалыч. Давай меняйся. Хочу посмотреть, как ты её в пизду будешь драть.

Михалыч с готовностью вынул член из её рта, оставив длинную нить слюней. Они быстро поменялись местами.

Теперь Михалыч встал сзади, а Борюсик — спереди. Борюсик грубо схватил Анну за волосы и сразу всадил свой толстый, мокрый от её соков член ей глубоко в горло.

— Соси, шлюха. Всю свою пиздёнку с меня слизывай.

В этот же момент Михалыч пристроился сзади, приставил свою кривую головку к её текущей щели и резко вошёл. Хоть его член был тоньше, но из-за формы он заходил под необычным углом и сразу начал бить в чувствительные точки.

— Оооох, ёб твою мать... — простонал Михалыч, начиная быстро долбить её. — Какая пизда горячая... сжимает!

Теперь Анну снова ебали с двух концов, но уже в новом сочетании. Борюсик тяжело трахал её в рот, полностью засовывая свой толстый член, так что его яйца шлёпали ей по подбородку. Михалыч сзади работал бёдрами быстро и жадно, шлёпая по её мокрой попе.

Анна полностью потерялась в ощущениях. Тело тряслось, слюни текли ручьём, глаза слезились. Она громко мычала вокруг члена Борюсика, пока два мужика использовали её как настоящую блядь.

— Хорошо берёт, сука, — рычал Борюсик, держа её голову обеими руками и глубоко трахая в горло. — Мужу бы такое увидеть... как его любимая жёнушка на двух хуях вертится.

Михалыч сзади сильно шлёпал её по ягодицам и ускорялся:

— Борь, я долго не выдержу... пизда у неё просто огонь!

Эти слова стали последней каплей для Анны. Её тело сильно напряглось, ноги задрожали, и она сорвалась в мощный оргазм. Громкое мычание вырвалось из её горла, несмотря на толстый член Борюсика, который продолжал долбить её в рот. Киска сильно сжалась вокруг члена Михалыча, тело билось в судорогах, глаза закатились.

— Ох, блядь... кончает! — выдохнул Михалыч, чувствуя, как её стенки ритмично пульсируют.

Он ещё несколько раз глубоко вошёл в неё, потом резко вытащил член и начал быстро дрочить. Горячие струи спермы полетели Анне на спину и ягодицы. Он кончил обильно, размазывая сперму по её коже своей головкой.

Борюсик, продолжая трахать Анну в рот, довольно рассмеялся:

— Да ты не боись, Михалыч. Можешь в неё. Она не возражает. Эта сучка любит, когда в неё кончают. Правда, шлюха?

Он слегка приподнял голову Анны за волосы, давая ей возможность ответить. Слюни стекали по её подбородку, глаза были мутными от удовольствия.

Анна тяжело дышала и едва слышно прошептала:

— Да... можно...

Михалыч удивлённо хмыкнул, но было уже поздно — он только что кончил ей на спину. Борюсик же довольно рыкнул и сильнее задвигал бёдрами, продолжая использовать её рот.

— В следующий раз обязательно зальёшь ей внутрь, — сказал он приятелю. — Она у нас теперь общая. Муж отправил гулять — значит, пусть гуляет по полной.

Анна стояла на четвереньках, покрытая спермой Михалыча, с толстым членом Борюсика во рту, и чувствовала, как внутри снова начинает разгораться возбуждение.

Борюсик ещё несколько минут жёстко трахал Анну в рот, пока наконец не напрягся и не зарычал. Он глубоко всадил член ей в горло и начал мощно кончать. Густые, горячие струи спермы били прямо в глотку. Анна старательно глотала, не проронив ни капли, хотя глаза у неё слезились.

Когда Борюсик наконец вытащил член, она тяжело дышала, облизывая губы.

Оба мужика тяжело опустились на диван, пытаясь отдышаться. Борюсик закурил, Михалыч вытер пот со лба. Анна, вся в слюнях и сперме, тихо поднялась и снова побежала в ванную — привести себя в порядок.

Когда она вернулась в комнату, оба мужика всё ещё сидели на диване голые, восстанавливая дыхание. Они о чём-то негромко разговаривали и посмеивались. Увидев Анну, Борюсик довольно улыбнулся.

— А ты знаешь, Михалыч, — сказал он приятелю, — она очень хорошо вылизывает. Вылизывает и чистит! Просто мастер своего дела.

Анна сразу поняла, о чём речь. Она скромно опустила глаза, немного покраснела и тихо, с лёгким страхом в голосе спросила:

— А можно... вы хоть чуть-чуть подмоетесь перед этим?

Мужики переглянулись и заржали.

— Справедливое замечание, — кивнул Борюсик. — Ладно, не будем совсем уж скотами.

Михалыч первым поднялся и пошёл в ванную. Пока он мылся, Борюсик подошёл к Анне, положил тяжёлую ладонь ей на попу и спросил почти мягко:

— Всё нормально, сучка?

Анна подняла на него глаза и честно ответила:

— Мне... очень хорошо. Спасибо, что согласились подмыться.

Борюсик усмехнулся, погладил её по щеке и сказал:

— Видишь, как я о тебе забочусь? Обещал же поблажки за хорошее поведение. Будешь слушаться — и дальше будет только лучше.

Он наклонился и смачно поцеловал её в губы, запустив толстый язык ей в рот.

Когда Михалыч вернулся из ванной, слегка посвежевший, Борюсик довольно ухмыльнулся и кивнул ему:

— Смотри, ща будет.

Он указал Михалычу на центр комнаты:

— Встань сюда. Ноги чуть в стороны.

Михалыч, не понимая, но уже предвкушая, послушно встал посередине комнаты и немного расставил ноги. Его член уже начал снова подниматься.

Борюсик подошёл к Анне сзади, наклонился к её уху и тихо, но властно прошептал:

— А ты, сучка, сейчас подойдёшь к нему сзади, опустишься на колени и хорошенько вылижешь ему жопу. Яйца и член тоже не забудь. Чтобы всё блестело. Покажи, какая ты у меня старательная.

Анна почувствовала, как щёки снова запылали. Но она уже не сопротивлялась. Молча подошла к Михалычу сзади, грациозно опустилась на колени на ковёр и положила ладони на его сухие ягодицы.

Раздвинув их, она уткнулась лицом между них и начала работать языком. Сначала прошлась по яйцам, потом поднялась выше и принялась вылизывать его задницу. Язык двигался активно, облизывая сморщенное отверстие и промежность.

Михалыч громко застонал и слегка прогнулся.

— Ух ты... вот это язычок...

Борюсик стоял рядом, курил и довольно наблюдал за происходящим.

— Старайся, сучка. Чтобы всё чисто было.

Анна продолжала вылизывать Михалыча сзади, одновременно рукой поглаживая его член, который снова стоял колом. Она работала молча, старательно и послушно.

Михалыч долго не выдержал. Через пару минут активной работы Анны языком он резко напрягся, схватил себя за член и начал кончать. Густые струи спермы полетели на пол и на её руку.

— Ааах, сука... хорошо вылизала... — выдохнул он.

После этого все трое перешли обратно на кухню. Мужики сели за стол, Анна вопросительно на них посмотрела, а Михалыч лишь похлопал по коленке и Анна поняла эту команду. Борюсик налил всем по рюмке, они выпили, закусили тем, что было на столе. Атмосфера стала чуть более расслабленной.

Михалыч посмотрел на Анну и спросил:

— А как тебя хоть зовут-то, красавица?

— Анна, — тихо ответила она.

Завязалась короткая беседа. Михалыч рассказал, что он старый приятель Борюсика, иногда помогает ему с работой, но живет в другом городе. Анна почти ничего о себе не говорила, только улыбалась и кивала. Борюсик сидел довольный.

Через некоторое время Борюсик встал, взял бутылку подсолнечного масла со стола и щедро налил себе на ладонь. Он посмотрел на Анну тяжёлым взглядом:

— Иди сюда.

Анна подошла. Борюсик грубо загнул её на кухонный стол, её попа оказалась полностью открыта. Он щедро намазал свой толстый член маслом, а потом начал медленно втирать скользкие пальцы в её анус.

— Ща разок в жопу... — хрипло проговорил он, работая пальцами. — И я буду готовь умереть, блядь.

Анна тихо застонала, вцепившись руками в край стола. Она уже понимала, что сегодняшний «отдых» ещё очень далеко от завершения.

Борюсик продолжал медленно разрабатывать Анну пальцами, щедро смазывая её анус маслом. В этот момент Михалыч, уже слегка захмелевший, вдруг оживился и сказал:

— Слушай, Борь... а мож давай её вдвоём?

Борюсик остановился и посмотрел на приятеля с прищуром:

— А?

Михалыч кивнул на Анну, которая лежала грудью на столе:

— Ну я в порно видел... когда бабу сразу в две дырки ебут. Один в пизду, второй в жопу. Давай попробуем?

Борюсик несколько секунд молчал, потом широко ухмыльнулся. Его глаза загорелись похотливым интересом.

— Ого... Михалыч, ты, оказывается, ещё тот извращенец. — Он громко шлёпнул Анну по попе. — Слышала, сучка? Дядя Михалыч хочет тебя в обе дырки одновременно.

Анна замерла, тяжело дыша. Её щёки вспыхнули ещё сильнее. Она не ожидала такого поворота. Мысль о том, что два члена одновременно войдут в неё, вызвала внутри мощную смесь страха и возбуждения.

— Боря... — тихо, неуверенно произнесла она.

Но Борюсик только сильнее прижал её к столу и рыкнул:

— Молчи. Раз пришла — терпи. Сегодня ты наша общая игрушка.

Он посмотрел на Михалыча и кивнул:

— Хорошая идея, — хрипло сказал Борюсик. — Давай попробуем. Ты первый в жопу, я уже там бывал. А я возьму её в пизду. Только давай в комнату, там удобнее.

Они перешли в комнату. Борюсик лёг на спину прямо на старый ковёр, его толстый член стоял торчком. Анна, дрожа от волнения, забралась сверху и медленно опустилась на него, насаживаясь своей мокрой киской до самого основания. Она громко застонала, почувствовав, как он заполнил её полностью.

Михалыч встал сзади на колени, обильно смазал свой член маслом и начал пристраиваться к её анусу. Сначала ничего не получалось — Анна была слишком напряжена, и два члена одновременно никак не хотели входить.

— Расслабься, сучка, — рыкнул Борюсик, держа её за бёдра. — Дыши глубже.

Михалыч нажал сильнее, и наконец его головка протиснулась в её тугую жопу. Анна громко вскрикнула — ощущение было невероятно полным и болезненно-приятным. Постепенно они поймали ритм.

Теперь её драли одновременно в обе дырки.

Борюсик мощно толкался снизу, вгоняя толстый член в киску, а Михалыч сзади входил в анус. Анна оказалась полностью насажена на два члена. Она чувствовала, как они трутся друг об друга через тонкую перегородку внутри неё. Это было безумно интенсивно.

— Ааааахх!.. Блядь... слишком полно... — стонала она, закатывая глаза.

Мужики вошли в раж. Борюсик снизу хватал и мял её тяжёлые груди, Михалыч шлёпал по попе и ускорялся. Анна быстро потеряла контроль — через несколько минут её тело сильно затряслось, и она кончила невероятно мощно, крича и сжимая оба члена внутри себя.

После её оргазма мужики решили поменяться местами.

Борюсик вытащил член, перевернул Анну и лёг обратно. Теперь Михалыч лёг на пол, Анна села на него киской, а Борюсик пристроился сзади и медленно, но настойчиво начал входить в её уже разработанную жопу своим толстым членом.

— Вот теперь совсем другое дело... — довольно прорычал Борюсик, начиная двигаться.

Анна снова оказалась зажата между двумя мужиками, полностью заполненная с обоих концов. Они снова начали её сношать — жёстко и синхронно. Борюсик мощно долбил её в жопу своим толстым членом, а Михалыч снизу трахал киску. Анна полностью потерялась в ощущениях. Два члена одновременно внутри неё создавали невыносимое, глубокое давление. Она громко стонала, почти кричала, выгибаясь между двумя мужскими телами.

Вскоре её накрыл ещё один мощный оргазм. Тело Анны сильно затряслось, киска и анус судорожно сжимались вокруг обоих членов. От этого мужики тоже долго не продержались.

Первым кончил Михалыч — глубоко внутри её киски, громко рыча. Следом за ним Борюсик зарычал и залил её жопу густой горячей спермой. Анна почувствовала, как оба члена пульсируют внутри неё, заполняя с двух сторон.

Когда всё закончилось, она, тяжело дыша, сползла с них и послушно вычистила обоим члены языком — сначала Борюсика, потом Михалыча. Мужики лежали почти без сил, тяжело дыша и матерясь от удовольствия.

— Всё... на сегодня хватит, — прохрипел Борюсик, тяжело откидываясь на спину. — Иди домой, сучка. А то мужик твой совсем испугается.

Анна, едва держась на ногах, кивнула и быстро убежала в ванную приводить себя в порядок.

Пока она мылась, Михалыч прохрипел Борюсику:

— Слушай, Борь, я в таком восторге! Давай я тебе ещё денег в долг дам, а? Такие бабы стоят любых денег!

Борюсик усмехнулся:

— Не надо, Михалыч. Ты и так единственный, кто мне в трудные времена реально помогал, а потом не бегал долги выжимать. Приезжай лучше чаще в гости. Будем сердце тренировать. Вон какой тренажёр в ванной моется, — кивнул он в сторону ванной комнаты и заржал.

Михалыч тоже громко рассмеялся.

Через несколько минут из ванной вышла Анна — уже одетая, но всё ещё растрёпанная, с припухшими губами и слегка дрожащими ногами. Мужики сидели на диване.

— Эй, красавица, — окликнул её Борюсик. — Ты куда без «до свидания»?

Анна подошла ближе. Сначала она наклонилась к Борюсику и поцеловала его в губы — глубоко и послушно. Потом повернулась к Михалычу и поцеловала его тоже, хоть и чуть более скромно. Оба мужика довольно похлопали её по попе.

— Молодец. Иди домой, — сказал Борюсик.

Анна молча кивнула, обулась и вышла из квартиры.

Домой она вернулась уже под утро, когда небо начинало светлеть. Сергей крепко спал и даже не пошевелился, когда она тихо открыла дверь.

Анна сразу быстро забежала в ванную: всю одежду, пропитанную запахом чужих мужчин, сразу в стирку. Долгий, тщательный душ, где она отмывалась особенно старательно. Только после этого, чистая и вымотанная, она тихо юркнула под одеяло к мужу, прижалась к его спине и почти мгновенно провалилась в тяжёлый, крепкий сон...

https://t.me/+e9D71VbTXXkzZjU8 – здесь рассказы выходят чаще!