Глава десятая

— Вот ведь блядь! — жалобно выпалил Пит Хендерсон, пытаясь подняться на ноги, безошибочный узнав громогласный голос отца и увидев, как Джек Белл удерживает его в вертикальном положении. Боже, он был пьян вдрызг, да и папаша Дэнни не намного лучше! Ебать... их поймали с поличным!

— Подожди минутку, Майк... не теряй самообладания! — пьяно проговорил Джек, крепко цепляясь за извивающиеся руки более крупного мужчины, пытавшегося его сбросить.

— Я убью этого блядского выблядка! — прорычал Майк сквозь рыжую бороду.

Кэрол с душераздирающим воплем отчаяния отпрянула к стене.

— О... о боже! — женщину трясло от ужаса осознания. Она ничего не могла сказать или сделать, что помогло бы в этот момент. Как она могла заставить мужчин думать, что их сыновья, охваченные неутолимой похотью, ворвались к ней и заставили её...

— Это её вина, папа! Честное слово! — воскликнул Пит дрожащим, детским голосом. — Разве нет, Дэнни? Миссис Уотсон заставила нас это сделать, и в не первый раз! Правда, Дэнни? Блядь, да скажи им правду... это единственный выход! — сдавленно продолжал бормотать старший мальчик, решив возложить всю вину на беспомощную жену Боба Уотсона.

— Это правда, папа! — внезапно добавил Дэнни Белл, на его глаза накатывали слёзы, а твёрдость его пениса, как и Пита, жеманно покидала их подростковые чресла.

— Я с тобой потом разберусь, щенок! — рявкнул Джек Белл, всё ещё придерживая постепенно успокаивающееся друга. — А теперь засранцы, берите одежду и пошли на хуй отсюда! В свою палатку! Мы сами разберёмся с этим бардаком!

— Ну...? Чего вы, мелкие выблядки, ждёте? — прорычал Майк. — Живо к ебеням отсюда! И если кто из вас высунет хоть нос из палаток, я распиздячу ваши хари в лепёшку! А теперь... на хуй!

Кэрол могла только продолжать с ужасом и изумлением наблюдать на всю эту неразбериху, наблюдая, как мальчики быстро хватают одежду и спешат к двери, обходя стороной разъяренных родителей, стоящих посреди комнаты. В своем ужасающем шоке она совершенно забыла о непристойном положении своего обнажённого тела на ковре перед двумя пьяными мужчинами, пока внезапно не увидела полные похоти выражения их оцепеневших от алкоголя лиц.

— Ты... ты думаешь о том же, что и я, Майк? — прохрипел Джек Белл, высунув язык, облизывая пересохшие губы и пристально уставившись на волнующий вид дрожащих, обнажённых, пышных белых изгибов Кэрол Уотсон. — Бля, сучка просто на заказ... даже лучше, чем мы себе представляли!

Крупный мужчина вырвался из рук приятеля и пошатываясь приблизился к женщине. Красные затуманенные глаза с наслаждением изучали застывшее, уязвимое обнажённое тело и его длинный, толстый член в штанах начал увеличиваться, достигая тяжёлой, возбуждённой твёрдости.

— Д-да... — пробормотал он через мгновение. — Да, Джек... кажется, мы с тобой неправильно поняли эту маленькую дразнилку. Ей нравятся маленькие хуи, такие, которые может сосать и грызть, как леденцы.

— Ты прав... и как ты думаешь, что на это скажет Боб? — спросил Джек Белл, сверля взглядом широко раскрытый рот и шокированное выражение лице, добавляя ужаса с сознание Кэрол упоминание о муже.

— О... о, пожалуйста... пожалуйста, выслушайте меня, — умоляла Кэрол слабым и дрожащим голосом. — Пожалуйста... вы должны меня выслушать... Боже мой, пожалуйста...

— Пожалуйста? — пьяно повторил Майк Хендерсон. — Кэрол, детка, это моё второе имя. Ты разве не знала? Меня зовут Майк "Пожалуйста" Хендерсон... и знаешь почему? Потому что, когда я ебу блядей, они всегда орут "Ещё, пожалуйста"!

Джек Белл рассмеялся непристойной шутке друга, а затем увидел, как здоровяк мужчина начал расстёгивать свой ремень и тут же стал раздеваться сам, и они, стоя рядом, медленно и многозначительно снимали одежду, демонстрируя отвратительное зрелище беспомощной рыжеволосой женщине, лежащей обнажённой на полу перед ними.

Ледяная дрожь отвратительного страха охватила Кэрол осознанием, что абсолютно никак не может защититься от наглых и похотливых мужчин! Не было никаких сомнений в их гнусных намерениях. Возбуждение друзей было очевидно по выпирающим выпуклостям боксёров, когда они снимали одежду перед ней! Моменты, когда она так легкомысленно дразнила и потешалась над ними, внезапно перевернули ситуацию — мстительные охотники решили использовать растление женщиной их сыновей как предлог для удовлетворения своих собственных развратных желаний! Боже мой, какую глубокую яму она себе вырыла! На доли секунды в мозгу пронеслась мысль закричать и броситься из хижины в темноту, но тут же осознала тщетность подобной попытки — они бы поймали её и, вероятно, избили и даже если бы побег удался, горькая правда всё равно бы всплыла на поверхность! И что тогда?

Внезапно Майк Хендерсон стянул боксёры, оставшись абсолютно голым, а его длинный, толстый член чудовищным образом торчал из зарослей рыжих волос паха под небольшим выступом слегка выступающего живота, и Кэрол пристально, с отвисшей челюстью, смотрела на него, охваченная ужасом. Женщина никогда не видела подобной длины и толщины! По сравнению с Бобом или её юными любовниками, член впечатлял гигантской чудовищностью! Она почувствовала, как внутренности сжимаются от мысли о том, как он проникает в её чувствительную вагину! Его тяжёлые, наполненные спермой яйца нагло покачивались между сильными, мускулистыми бёдрами, и с пьяной ухмылкой Майк схватился за него рукой и стал с нескрываемым удовольствием обнажать головку выдавливая из крайней плоти, перед недоверчивым, неподвижным взглядом женских глаз.

— Не очень-то похоже на детский хуйчик, правда, Кэрол? — сказал он, нагло усмехаясь. — Ты привыкнешь к такому до конца ночи, детка, и будешь удивляться, что вообще говорила с маленькими выблядками.

— О, да, — вставил Джек Белл, разнузданно смеясь и, обнажил свой, почти такой же чудовищно огромный эрегированный пенис. — Ты только подумай, куколка, как мы одновременно вставим хуи в твоё сочное, мягкое тельце! Прям как ёбаная шведская семья.

Красавица дрожала от непреодолимого страха, и всё же непотребные матерные слова в сочетании с многозначительными гнусными намерениями мужчин вновь разожгли в ней огонь, сладостно пламеневший несколько минут назад. Боже мой, ей не верилось, но это была пугающая правда! Охваченный ужасом разум обрёл непреодолимую мазохистскую страсть, заставляя желать непристойного двойного соития, которое, уверена, счастливо переживёт в одновременном проникновении мужчин!

И тут Джек заметил стоящую на столе бутылку бурбона, принесённую подростками, и немедленно схватил его.

— Глянь-ка, Майк! — сказал он, откупоривая сосуд с алкоголем и быстро поднеся его к губам, сделал основательный глоток.

— Эй... оставь немного и мне, засранец! — веселясь выпалил рыжий здоровяк, выхватил бутылку из руки приятеля, поднёс ко рту и присосался к ней.

Затем Кэрол, к собственному удивлению, тихо произнесла:

— Пожалуйста... можно мне тоже выпить?

— Чёрт, конечно да, милашка! — с изумлением ответил Майк, пьяно опускаясь на колени перед ней, протянув бутылку.

Джек Белл обошёл её с другой стороны и присел на корточки.

— Если тебе что и нужно сейчас, так это хорошая порция анестезии, старушка Кэрол!

Нервно сглотнув женщина потянулась к сосуду, но Майк резко оттолкнул руку, крепко сжав её, в то время как Джек схватил другую. Железной хваткой удерживая Кэрол, старший Белл прижал голову красавицы к своей груди, а Хендерсон поднёс бутылку к её сочным, спелым губам и, протолкнув горлышко между ними, с наслаждением наблюдал, как бурбон потёк ей в рот! Кэрол попыталась вырваться, отвернуть голову, сжать губы, но попытки оказались тщетными — поток жидкости заставил её глотать обжигающий горло напиток снова и снова!

Едва отдышавшись, женщина почувствовала, как крепкий алкоголь разливается по жилам, проникая в кровь, затуманивая разум. Мужчины отпустили её и немедленно прикончили бурбон, пока она лежала, переводя взгляд с одного на другого, на обнажённые тела и внушительные эрегированные пенисы, чувствуя нарастающее возбуждение, усиливающееся в и без того разгорячённом теле. По правде говоря, она знала, что как и прежде, не желает иметь с ними ничего общего, но остатки добродетельного достоинства быстро исчезали... Скоро, очень скоро она будет непотребно пьяна, как и они и, может быть... может быть, это тоже было ниспослано свыше!

Внезапно Майк Хендерсон распластался на спине и, схватив Кэрол за бёдра, приподнял над собой, словно пушинку.

— Давай, рыжая сучка! Пора хорошенько поебстись со стариной Майки! — густым голосом выплюнул бородатый мужчина, двигая тазом и подстраивая обнажённое белое тело под своё развратное желание, пока Кэрол стонала от нарастающей, пропитанной алкоголем страсти.

— Ёб твою мать, блядина, вставь! — приказал он. — Подними сочную пизду и засунь в неё мой хуище, прежде чем я тебя отпизжу за то, что ты совратила моего Пита!

Опьянённый разум Кэрол бурлил от происходящего и, мазохистское вожделение, непотребные матерные слова и грубые, властные приказы разжигали пламя жажды желании в боках и животе. Она извивалась, всхлипывая, пытаясь выпрямиться над его огромным телом, выставив колени по обе стороны мужских рёбер. Его руки, скользнув вверх по внутренней стороне бёдер к немного раскрытой вагине, грубо раздвинули покрасневшие, покрытые волосами половые губы, обнажая блестящую, влажную розовость под его ненасытным взглядом. Кончики пальцев начали яростно разминать крошечную, эрегированную жемчужинку клитора, доводя до всё более и более твёрдого состояния, пока, женщина задыхаясь, не приподнялась с колен. Красавица решительно схватилась за толстый, пульсирующий член маленькой ручкой и, стеная, попыталась вставить толстую, грибовидную головку во влажное, пульсирующее отверстие расширяющейся вагины.

— Ни хуя себе! — выдохнул Майк, пока Кэрол страстно продолжала стонать. — Эта сучка просто ебанутая на всю голову нимфоманка, Джек!

Джек Белл не мог произнести ни слова, завороженно глядя на дрожащую, мягкую белую плоть миссис Уотсон, извивавшуюся и напрягшуюся над огромным, твёрдым членом Майка, пытающуюся ввести раздутую фиолетовую головку в тугое, узкое, влажное и пульсирующее влагалище. Восхищённый этой картиной член мужчины ещё больше раздулся и окаменел, горячо пульсируя в неудовлетворенной потребности! Чёрт, это зрелище было слишком... ну просто невероятно-шикарным!

— О, пожалуйста... помогите мне! Вставь, засунь его в меня! — выла Кэрол, сочные набухшие груди, со стоящими выпирающими сосцами, покачивались, ритмично колеблясь, пока красавица извивалась мраморными боками над грибовидной головкой его ожесточённого, вздымающегося члена.

И тут Джек увидел, как Майк крепко охватил тонкую талию чаровницы, цеплявшуюся обеими руками за гигантский член и направляющую вагину прямо на затвердевший от похоти стержень, резко и яростно, потянув тело женщины вниз, насадил на свой гигантский болт!

Сопротивление маленького, эластичного отверстия раздутой, пружинистой головке, с неумолимой силой вдавливающейся в узкую, влажную вагину, вызвало гортанный агонизирующий крик из глубин горла Кэрол...

— Аааауугх! — раздался мучительный стон от растяжения чувствительного влагалищного отверстия, проникающего внутрь чуть дальше венечного края. Она снова вскрикнула, прежде чем начать опускаться на него, стоны постепенно сменились тихими всхлипами, когда член скользил внутри, словно горячий, смазанный маслом, ружейный ствол.

Раздвинув колени шире мужского тела, она опустилась ниже, постоянно стеная, на его огромный, пронзающий пенис, словно он собирался парализовать женщину на всю жизнь. Кэрол медленно поднялась и огромадный член, блестящий от влаги влагалища, вышел почти весь, показывая ярко-красное кольцо оттянутой крайней плоти и фиолетовой головкой, а затем, с горячечным вздохом, снова резко опустилась, прижимая мягкие бёдра к мужскому телу, впитывая всю толстую, жилистую твёрдость этого гигантского пениса в горячий, сокращающийся канал шейки матки!

— Ебёна мать! Ни хуя себе! — выдохнул Джек Белл, наклонившись, похотливо разглядывая округлые белые булочки её широко расставленных ягодиц и длинным толстым членом Майка, гладким и наряжённым, исчезающим в растянутой розовой дыре медного цвета, покрытого волосами! — Она принимает хуй целиком в свою пизду, Майк... это... это... полный пиздец!

— Весь говоришь? — бородатый мужчина застонал, дыхание у него перехватило и, сжав ноги вместе и начал ритмично толкать таз вверх, навстречу опускающимся ягодицам. Чувствуя соприкосновение горячих тел, сопровождаемое звучными шлепками друг о друга, словно аплодисментами, трахающаяся парочка ускорилась, сопровождая соитие ритмичными вздохами и стонами. Чёрт возьми, эта извивающаяся рыжеволосая потаскуха оказалась чем-то более невероятным, чем он ожидал!

В состоянии полного опьянения Кэрол в пылкой мазохистской страсти, насаживаясь на напористый член Майка Хендерсона, двигалась взад и вперёд, небольшими круговыми движениями. Никогда в жизни её влагалище не было так хорошо наполнено до самого горячего живота. Женщина наклонилась вперёд и затвердевшие соски сплюснулись, впиваясь в мощную, волосатую грудь. О, Боже, да... ты наказываешь меня, думала она затуманенным рассудком, вбивая в себя горячий, толстый член прямо в чудовищно распахнутую вагину, стремясь к пределам покалывающей матки! О..., о... это становилось мучительно волнующим, почти завораживающим в сладких конвульсиях! А потом она почувствовала, как толстые, сильные палец раздвигает мягкую, податливую плоть ягодиц и проникает в чувствительный выпуклый круг крошечного ануса! Этот контакт пробудил новую, необузданное вожделение в пьяном, чувственно разгоряченном мозгу и напряжённом теле, но следующие настойчивые тычки стали причинять боль. На её лице отражалось страдание от нарастающей муки, становящейся всё более невыносимой. Красавица начала бороться с этим, но боялась отстраниться и потерять неимоверные ощущения от толстого члена, проникающего в жгучую вагину до самых глубин жаждущего живота! Вместо этого, стиснув зубы, приготовилась вытолкнуть палец, проникающий в мягкую, упругую узенькую дырочку прямой кишки!

— Ааааа... ооооо... нет... нет! — неудержимо выдыхала она, тщетно пытаясь сжать раздвинутые, белые ягодицы, защищаясь от непристойного вторжения.

Джек Белл хрипло рассмеялся, сильнее проталкивая толстый средний палец в приподнятое розовое колечко маленького узкого ануса, наблюдая, как обнажённое тело дёргается и извивается, и слушая отчаянный крик от агрессивного вторжения в чувствительное, пещеристое отверстие.

— Расслабь свою задницу, ты, детская отсосулька! — властно прошептал он. — Начинай привыкать, сучка, потому что это только начало — сейчас здесь побывает хуй!

Кэрол почувствовала, как палец безжалостно толкается вперёд, преодолевая бесполезное сопротивление, а большие руки на мягких ягодицах раздвигают их ещё шире. Затем толстая конечность вонзилась в расширенную, упругую щель, и она снова жалобно заскулила, но, прежде чем женщина успела отдышаться, второй палец присоединился к первому, раздвигая и растягивая нежный проход, заставляя прекратить сопротивление, а Майк Хендерсон немилосердно вцепился в её талию, не позволяя вырваться. Красавица непрестанно стонала, конвульсируя, пока руки продолжали раздвигать зад всё шире и шире, и чаровнице показалось, что сейчас она будет разорвана на части! Так же внезапно, как они вошли, горячие, трудовые пальцы были убраны, впуская успокаивающий поток воздуха, обволакивающий расширившуюся щель, но лишь на мгновение! Неожиданно, застав Кэрол врасплох, гораздо более крупный, гладкий и эластичный предмет прижался к сморщенному анусу! Боже мой... это был член Джека и он в самом деле собирался трахнуть её туда!

— Оооо... остановись, чёрт возьми! Прекрати... Боже мой! — пронзительно закричала Кэрол, яростно извиваясь, пытаясь вырваться из-под невероятного, навязчивого давления на анус. Но сильные руки Майка грубо и жёстко держали её, в то время как толстый член Джека Белла прижимался к крошечному колечку плотно сжатой прямой кишки. Она неохотно расслабилась, сдававшись на милость толстой головке похотливо пульсирующего члена!

— О... оооо... ты разрываешь меня...! — завопила женщина, почувствовав, как член агрессивно вторгается в податливые, тугие глубины, присоединяясь через тонкую перегородку к другому, трахающему вагину!

Никто из них, занятых групповым сексом, не услышал скипа открывшейся незапертой двери и не увидел огромного зверя, медленно двигавшегося с высоко поднятой головой и настороженными ушами. Морда пса была обращена к непристойному зрелищу, развернувшемуся на полу в центре комнаты. Краем глаза Джек Белл заметил тень немецкой овчарки и повернулся, увидев как животные ноздри сильно втягивают воздух, изучая запахи помещения.

— Что за хуйня! — пробормотал он и замер, прекратив трахать зад красавицы, когда Джетро угрожающе оскалил зубы и с пугающей медлительностью двинулся к нему. — Майк...! Что, блядь, не так с этим ёбнутым животным?

Бородатый хозяин заметил пса и, затуманенные от алкоголя, глаза расширились при виде злобно оскаленной пасти огромной собаки, угрожающе рычащей. Это зрелище озадачило Майка — прежде Джетро никогда так себя не вёл с людьми, проявляя звериную сущность только с другими собаками или на охоте.

— Пшёл отсюда, псина! — рявкнул он. — Иди на хуй обратно в кемпер! Пиздуй!

Глубокое свирепое рычание извергалось из горла большого пса, не обращавшего внимания на приказ хозяина, продолжая ужасающе тихо продвигаться к Джеку Беллу, наглядно демонстрируя сверкающие белые клыки, поражающие остротой и мощью.

— Ёбаный рот! — воскликнул маленький голый мужчина, прикрывая руками напряжённый член, как бы защищая своё мужское достоинство от наступающего животного. — С твоим паскудным зверем что-то не так, Майк! — выпалил он в своём полупьяном оцепенении и услышал оглушительный хохот друга.

Майка Хендерсона осенило, что не так с Джетро, ​​стоило увидеть огромный, алый член огромного пса, вылезающий из тяжелой. меховой оболочки. Заострённый кончик блестящего, твёрдого собачьего пениса многозначительно раскачивался и дёргался, разбрызгивая вокруг предсеменную жидкость!

— Вот ведь пиздец! Дружище, съёбывай скорее, — предупредил он, снова хрипло смеясь. — Кажись, Джетро захотелось пиздятины!

— Опизденеть! — возбуждённо выпалил Джек Белл, когда огромный пёс приблизился к ним и, со злобной ненавистью зарычав, отпугивая невысокого мужчину, немедленно отпрянувшего, засунул свой мокрый нос в гладкий промежуток между открыто раздвинутыми ягодицами Кэрол Уотсон. Старший Белл наблюдал за непристойным представлением, затаив дыхание, а затем снова сально выругался, стоило могучему животному взобраться на округлые, беззащитные полумесяцы ягодиц, по-хозяйски обхватив шелковистыми лапами бёдра, словно он побывал здесь раньше.

— О... о боже! — выдохнула Кэрол, мозг, оцепеневший от алкоголя, не был настолько затуманен, чтобы не распознать знакомое присутствие Джетро. Женщина была не настолько пьяна, чтобы не понять, что огромный член Майка Хендерсона оккупировал горячую, влажную вагину, узнанную зверем по запаху! — Остановите его! Кто-нибудь остановите его, пожалуйста! — завыла она, пытаясь убрать свои беспомощно обнажённые гениталии от атаки пёсьего пениса.

Джек с изумлением смотрел, как зверь всё больше втискивается между раздвинутыми ногами Майка и Кэрол, пока, наконец, огромный, заострённый, влажный собачий член не начал непристойно исследовать безволосую, гладкую щель, разделяющую пышные, белые ягодицы, напористо тыкаясь. Мужчина удивлённо рассматривал скользящий вверх, путешествующий между ягодицами, ищущий вагину агрегат. Свободным был только раздолбанный маленький кружочек ануса, из которого Джеку пришлось неохотно и поспешно вынуть свой член! Дыхание мужчины перехватило, когда узкий кончик всё увеличивающегося в размерах репродуктивного органа со свирепой яростью вонзился в раскрытое, сморщенное отверстие, моментально полностью исчезнув в беспомощно съёжившейся маленькой дырочке, почти до чёрных, мохнатых яиц!

Кэрол завизжала от разрывающей боли, пронзённая невыносимой мукой. Она резко задёргавшись, сильно подаваясь вперёд, попыталась соскочить растянутой задницей с пронизывающего конусообразного члена, но усилия оказались тщетными! Когда она пыталась освободиться от болезненного вторжения, её уши наполнил предупреждающий рык Джетро, ​​а волосатые передние лапы, царапая когтями, со страшной, всепокоряющей мощью сжали её бёдра, и пёс стал яростно трахать женщину, быстрыми, ритмичными толчками, проникая в тёмные, смыкающиеся стенки заполненной членом прямой кишки!

— Охуеть! Он засадил прямо ей в жопу, Майк! — воскликнул Джек, не веря своим глазам. — Я, блядь, такой хуйни никогда не видел!

— Знаю, чувак, знаю! — задыхаясь прохрипел Майк Хендерсон, его полные похоти глаза расширились от ужаса, когда он увидел выражение невыносимой боли на искажённом от вожделения лице Кэрол. — Я, блядь, ощущаю, как хуяра этого ебаната вбивается в неё! Ебать, да он же сейчас через жопу выебет сучий рот!

Кэрол балансировала на грани чувственной боли и безумного наслаждения. Агрессивное животное вторжение в анус почти шокировало и ослепило мгновенными мучительными конвульсиями огромного члена, грубо врезающегося, насилуя. Пёс толкал перед собой упругую, эластичную плоть прямой кишки, пока через считанные секунды не ворвался до конца в тёплые, пульсирующие глубины. Но, пока он непрерывно продолжал двигаться в мягкости приподнятых ягодиц, красавица чувствовала, как горячие звериные яйца сильно ударяются о наполненные членом Майка губы влагалища. Насаженная до упора на содомитскую животную твёрдость чаровница снова начала мазохистски наслаждаться развратным обладанием своего уже недевственного ануса.

Джек Белл с развратным восхищением наблюдал, поглаживая неудовлетворённый ноющий член, как огромный, толстый пенис его приятеля яростно врывался во влажное, розовое влагалище, а этот огромный пёс долбил женщину со скоростью механического молота! Майк подкидывал зверя и его суку с кровати каждым новым толчком, поднимая уязвимые, широко раздвинутые ягодицы беспомощных розовых ягодиц под равномерные удары немецкой овчарки! Входя и выходя, фаллос зверя немилосердно трахал, выворачивая наружу тугую, восхитительно развороченную задницу мощными, резкими движениями. Мужчина, и пёс, наконец, достигли единого ритма, который сотрясал Кэрол между ними. Чёрт побери, эта трахающаяся во все дыры красотка непрерывно стонала, словно теряла рассудок! Это было абсолютно самое непотребное и мерзкое зрелище, которое он когда-либо видел!

Лицо Джека было всего в нескольких сантиметрах от пары толстых, влажных членов, плавно входящих в сильно расширенные вагину и зад пышной, обнажённой рыжеволосой чаровницы. Он смотрел, загипнотизированный, как потрёпанные розовые края влагалища извлекались пенисом Майка при вытаскивании, а потом снова исчезали, когда он снова вталкивал ей в живот. Но самым непристойным зрелищем был толстый, звериный член Джетро, ​​влажно выходящий из ануса, растягивающий тугие коралловые гребни сокращающейся, взламывающий женскую прямую кишку, чтобы плавно вернуться обратно, когда этот зверь жёстко сношал сучку! Стань Господня, он больше не мог просто так смотреть! Ему срочно нужно трахнуть её, прежде чем окончательно спятить!

Кэрол продолжала бессознательно стонать сквозь сжатые от похоти губы, пытаясь двигаться в ритме, заданном мужчиной и псом. Боже мой, она никогда в жизни не была так полностью и основательно трахнута, точнее изнасилована. Она мечтала видеть, как их огромные члены проникают в ее влажную, растянутую вагину и прямую кишку, но могла лишь мысленно представлять, но мысль об этом гротескном и неестественном соитии вызывала похотливое ликование, пронизывающее обнажённое извивающееся тело. Она видела, как её полные, белые, покатые груди танцуют под извивающимся, потным телом, затвердевшие соски время от времени касались покрытой волосами груди Майка, а длинные рыжие локоны бешено развевались, когда она мотала головой из стороны в сторону. Боже мой, их члены становились всё больше и больше внутри двух заполненных проходов в сторону живота!

Неожиданно женщина почувствовала, как рука грубо схватила её волосы, поднимая лицо вверх. Пальцы принялись ласкать влажные от языка губы, приоткрывая их, а мягкая, грибовидная плоть упёрлась в лицо. Кэрол сфокусировала затуманенные алкоголем глаза и увидела длинный, толстый член Джека Белла, жаждущий проникновения, и немедленно открыла жадный рот, позволяя легко ввести его внутрь, в плен алых губ, и сношать по всей горячей влажной длине жаждущего языка. Женщина крепко обхватила его кольцом орального желания, а мужчина тут же начал возбужденно грубыми толчками трахать её в лицо, заставляя давиться, когда он прижимал его к задней стенке горла, а затем ещё дальше вниз, почти полностью исчезая между жадно сосущими губами.

Она яростно сосала — щёки втягивались и раздувались, наслаждалась исследованием складок и морщин члена, язык страстно облизывал набухшую от прилива крови головку при каждом движении, а кончик горячо проникал в крошечную щель на конце. Она ласкала его мягкими, тёплыми руками, спустившись к набухшим от спермы яйцам, нежно обхватывая их, милуя и нежа, понимающей трогательностью.

В то же время Кэрол чувствовала, как бёдра сами собой движутся назад, насаживаясь на огромный член Джетро, ​​устремляющийся в её широко расширенную прямую кишку, затем вперёд и вниз, чтобы встретиться и принять в себя проникающий пенис Майка, врывающийся снизу в её горячую, дымящуюся вагину. Всякое чувство моральной порядочности стёрлось из сознания в накатывающих волнами экстатических ощущений, которые почти мазохистски поглощали её. Теперь ничего не имело значения, кроме великолепных, твёрдых, человеческих и животного членов, впивающихся в неё, а женщина бесстыдно покачивалась в такт их похотливым атакам, жадно, с нарастающей яростью, сосала пульсирующую твёрдость Джека Белла!

Боже... как и прежде, она желала залпа спермы в рот, глотать, высасывая, чувствовать как она стекает по горлу, наполняя горячий живот, точно так же, как члены Джетро и Майка, вбивающиеся в её безумно растянутые анус и вагину, безобразно наполняли бы её! Да... да...! Она почувствовала, как член Джека внезапно набух во рту, и она бешенно всосала его на всю длину!

И тут он взорвался! Джек непотребно выругался, когда член начал извергать густые струи кремообразной, едкой жидкости в рот и горло, щёки раздулись и сжались, и она быстро проглотила первую порцию, чтобы не задохнуться от непрерывных струй, стреляющих в горло. Кэрол пила жадными глотками, обхватывая губами извергающий сперму член, не желая терять ни капли этой солоноватой, обжигающей жидкости! Джек отстранился, маленькие капельки вытекли из уголков рта, уменьшающийся член беспомощно скользил по ещё сосущим губам, тонкие белые нити густой спермы тянулись от них к сдувающейся головке, которая неохотно уменьшалась.

— Оооо... да... Боже, да! — хрипло начала выкрикивать литанию Кэрол, переполненная похотью, продолжая отвечать взаимностью на каждый мощный толчок в её чувственно возбуждённую вагину и прямую кишку. Любовники, казалось, пришли в ярость — мужчина и зверь трахали её безжалостно, и она с распущенностью отвечала каждому их движению, пока все трое не начали рычать и стонать в необычайном пароксизме похотливого, сексуального разгула!

— Аааа... трахните... трахните меня... меня сильно! О Боже... я чувствую оба ваших прекрасных члена внутри меня! Ооооооо... оооооооо... оооооо... быстрее... сильнее... я хочу кончить! — умоляла Кэрол, подгоняя хозяина и животное, мысленно представляя их совершенно непристойное изнасилование её бурлящих гениталий — эта картина вела женщину к вершине завихряющейся похоти. Казалось, это длилось вечно... нарастающий, ослепляющий экстаз... руки и пушистые лапы, сжимающие и цепляющиеся за неё, пока она безумно стремилась к кульминации. Оглушённый мозг красавицы кружился... ничто в мире не имело значения, кроме невероятных ощущений блаженного восторга, обрушившегося на неё!

— С-Сейчас! — закричала она. — Пожалуйста о Боже, пожалуйста... кончите в меня вместе! Наполните меня! Утопите в своей сперме! Оооо... я... я кончаюююююю!

Джетро заскулил, неожиданно перейдя на оглушительный вой из мощного звериного горла, и Кэрол почувствовала, как густая, кипящая жидкость животной спермы изверглась глубоко в анус, вызывая предвкушение её собственного оргазма! Восхитительные спазмы удовольствия головокружительно пронеслись по ее телу! Она чувствовала каждое сокращение толстого, твёрдого пёсьего члена, извергающего мощные порции бурлящей, горячей спермы глубоко-глубоко в пульсирующие кишки! Затем Майк Хендерсон, задыхаясь, выматерился, и она с силой насела своей пылающей вагиной на огромный, пульсирующий член, тяжело дыша, когда его огромный, энергично двигающийся орган начал извергать густые струи горячей спермы далеко в потаённые уголки дрожащего живота, её собственные оргазмические выделения смешивались и сливались с его, почти безумный приступ очарования на мгновение окутал красавицу...

И вот... всё закончилось!

Джетро тут же с громким хлопком вытащил свой уменьшающийся звериный член из навсегда растянутой прямой кишки, развернулся и лениво направился к приоткрытой двери, тихо исчезнув в тёмной ночи. Долгие секунды тяжёлое дыхание Майка Хендерсона как и её собственное продолжали наполнять комнату. Наконец, Джек Белл выругался, пробормотав что-то непонятное, затем Майк приподнял женщину с себя, его вялый, обескровленный член выскользнул из залитой спермой вагины с влажным, непристойно-чмокающим звуком всасывания, пока Кэрол не осталась одна на ковре — длинные белые ноги всё ещё были непристойно раздвинуты и прохладный воздух, успокаивая и обнадёживая, ласкал дважды изнасилованное лоно.

Майк встал и они с Джеком начали одеваться и, явно находясь в прекрасном настроении, переговариваясь.

— Поздравляю с первым тройничком, куколка... так что имей в виду, — сказал бородатый мужчина, искажая большое лицо в наглой ухмылке. — Мы вернёмся... с пёсиком, и не единожды! Только в следующий раз я хочу немного потрахать твою задницу, детка. Бетти никогда не давала в анал, но у неё и задницы не такая прекрасная!

Джек Белл похотливо хихикнул, застёгивая рубаху и наблюдая, как выражение безудержного стыда расползается по прекрасным щекам Кэрол.

— Да... — добавил он, — и, может быть, тебе следует поговорить с Бобом о том, чтобы присоединиться к нашим небольшим бартерным сделкам, куколка. Думаю, нашим супружницам тоже хотелось бы иногда полакомиться его членом.

— О... о Боже... разве вы оба уже не сделали со мной достаточно? Ты что, ещё и дразнишь меня? — пробормотала Кэрол, сжимая бёдра и скрещивая ноги, прикрыв грудь руками. — Пожалуйста... пожалуйста, уходите... оставь меня в покое...

Майк Хендерсон широко улыбнулся, затянул брючный ремень и застегнул ширинку.

— Ты, должно быть, какая-то безумная нимфоманка, Кэрол. Любой, кто отсасывает детские хуйцы, явно не в себе, особенно когда рядом настоящие мужские болты, как у Джека и меня, причём всегда доступные. — Он рассмеялся. — Помни, сучка, мы всегда будем рядом, и часто. Просто держи все свои дырочки тёплыми и готовыми для нас...

— Ну же, оставь её в покое, Майк, — подтолкнул Джек своего друга. — У красотки и так достаточно забот... вернуть детишек на ранчо и попытаться ответить на их вопросы.

— Хорошо, хорошо... но просто помни, что я сказал, сучка... мы вернёмся... и не раз!

Кэрол перевернулась на живот, чтобы спрятаться от их мучительных, безжалостных взглядов. Они расхохотались, стоя над ней и закончили одеваться. Затем, каждый внезапно шлёпнул женщину по мягким, белым ягодицам, и оба растворились в тиши ночи. Оставшись одна, красавица почувствовала, как тишина иголками впивается в обнажённую плоть, словно иголки. Она быстро забралась в постель, прикрывая свою наготу одеялом, словно укрываясь от всего враждебного мира.

Боже мой, что же делать? Она не видела никакого выхода из этого затруднительного положения. Они будут возвращаться снова и снова... и ничего невозможно поделать, чтобы предотвратить этот ужас. Может быть, завтра ответ придёт к ней, подумала женщина, когда её одолела сонливость. Да, завтра она будет знать, что делать... завтра... и Кэрол погрузилась в глубокий сон, совершенно обессилев...

Эпилог

Кэрол Уотсон почувствовала прилив тепла и светлого чувства единения, зажатая между Майком и Джеком на переднем сиденьи большого "Кадиллака" Хендерсона. Боб расположился сзади между сияющими Бетти и Эллен — все шестеро смеялись и шутили, как школьники.

Три семейные пары направлялись в Мексику, пусть и довольно далеко от дома, но всем нравилось путешествие, и время в пути доставляла массу удовольствия.

Красавица, глядя на гладкую, извивающуюся впереди дорогу, с наслаждением подумала, как же она счастлива! Голубые глаза на мгновение затуманились, вызывая в сознании воспоминания о ночи, той ужасной ночи, всего две недели назад, изменившей всю её жизнь. Теперь, когда она мысленно возвращалась в те дни, всё казалось не так уж и ужасно. Красота или ужас — всё зависело от точки зрения... Даже подростки на следующее утро вели себя с ней по-джентльменски почтительно, относясь к ней со всем уважением, к которому она привыкла. По вей видимости, после разговора с отцами, они понимала, что эта женщина им недоступна...

На следующий день Боб вернулся из Оклахомы... точнее, из Форт-Уорта. В общем... женщина испытывала лёгкую боль от искреннего признания мужа, но его грех показался ей тогда довольно каким-то несерьёзным, почти детской шалостью по сравнению... Кэрол так и не набралась смелости рассказать Бобу все подробности своих похождений в его отсутствие, но со слезами на глазах призналась в связи с Майком и Джеком, рассказав достаточно, чтобы облегчить мужу чувство вины и боль, испытываемые им из-за лжи и связи с той женщиной в Форт-Уорте. Она знала, они оба знали — что бы ни случилось, они всегда будут любить друг друга.

Казалось вполне естественным, что несколько дней спустя их с Бобом пригласили на ужин к Майку Хендерсону. О событиях прошлого почти ничего не говорилось, и все участники, казалось, были согласны относительно будущего. Кэрол никогда не осознавала, как мало она знает своего мужа. Оглядываясь назад, кажется невероятным, что она боялась говорить с ним о сексуальной жизни. Это было поистине ужасно, что годами они оба желали, даже нуждались в одном и том же, но ни один из них не знал супруга достаточно хорошо, чтобы поговорить об этом. Горькая ирония поразила Кэрол, но ещё больше ее поразили последствия этого единственного недостатка в их браке.

Вполголоса прислушиваясь к веселому болтовне своих спутников, она подумала о том, как весело им будет в Мексике. У Джека там был приятель, владевший огромным ранчо с табуном превосходных лошадей, которых Боб, несомненно, захочет посмотреть. Они будут жить в поместье, и Кэрол была в восторге от этой мысли. Она также с нетерпением ждала ночных развлечений...

— Знаешь, — весело сказала она, — я думаю, в следующую поездку нам обязательно нужно выбрать место, где разрешено находиться с собаками. Было бы здорово взять с собой Джетро, ​​ведь никогда не знаешь, когда может понадобиться пёс... для дополнительной защиты, я имею в виду.