Глава пятая

Едва всё закончилось, Кэрол позволила испуганному и пристыженному маленькому Дэнни Беллу броситься домой, словно испуганному щенку. О, Боже... что за ужасное, развратное чудовище ворвалось в её мирную, счастливую жизнь? Хотя ей и удалось в очередной раз выбить из своей юной жертвы клятву никогда никому и ничего не рассказывать, не было никакой гарантии, что постыдная правда о ней рано или поздно откроется миру. Последствия могут стать непредсказуемыми — средства к существованию семьи полностью зависели от функционирования уважаемой фермы для мальчиков Уотсона! И как она скажет Бобу, что им придётся закрыться, потому что у неё нет сил сопротивляться греховному искушению соблазнять детей? Любительница детей! Это реальный факт — она любительница детей!

Прекрасная рыжеволосая женщина боролась с желанием просто сбежать от мрачной реальности содеянного в блаженное забвение сна, но скоро взяла себя в руки, выпив пару бокалов бренди. К тому времени, как Пит вернулся с пикника с довольными ребятами, она уже была полностью одета и готова к ежедневному занятию по ремёслам. Благодаря какой-то неведомой внутренней силе женщина смогла отпустить молодого Хендерсона и продолжить занятия самостоятельно. Наконец, когда наступил вечер и родители забрали последних детей, которых так уверенно оставляли на её попечение, безутешная жена тяжело рухнула в постель и дала волю потоку горючих слёз раскаяния, копившихся внутри неё весь день.

Разум заставлял испытывать именно те чувства, которых Кэрол и опасалась: полное отвращение к себе и стыд за развратное и извращённое соблазнение маленького Дэнни Белла. Она всё ещё пыталась понять, какой чудовищный суккуб овладел её сознанием, заставляя безвольно пасть в тёмную пучину греховной порочности. Боже, а если она сходит с ума? Должно быть так, она явно безумна — её желания и поступки вряд ли можно назвать нормальным! Должно быть следует обратиться за помощью... но как, как можно рассказать Бобу о том, что она натворила? Как вообще возможно говорить об этом?

А бедный мальчик? Дэнни убежал с фермы вприпрыжку, лучась от счастья. Он был в настолько восторженном состоянии, что женщина испугалась, что это их выдаст. Она старалась его успокоить, но единственно чего добилась — заставила его клятвенно пообещать молчать обо всём произошедшем... О Боже, что же теперь будет?

Всю ночь напролёт Кэрол думала только об ужасном сексуальном расстройстве, охватившим её. Это уже вторая бессонная ночь, когда забытье полностью ускользало от неё, лишая сил и доводя до панической тошноты. Произошедшее не давало думать ни о чём другом. И клятва! Обещание, данное себе после растления малыша Томми... как бесполезно и бессмысленно оно было!

Наконец, красивая и безутешная рыжеволосая женщина окончательно отказалась ото сна и, взяв с собой бренди, отправилась в тёмную большую гостиную с высокими потолками, села на диван, безучастно глядя в пустоту ночи. Ей срочно нужно было взять себя в руки! Как она сможет работать завтра, если сейчас не поспит хотя бы несколько часов? Но как можно заснуть с таким непомерным грузом на душе? Измученная красавица осушила бокал и наполнила ещё один, находя слабое утешение в тепле разливающегося по телу опьянения. Благодарение Богу — после трёх бокалов бренди, алкоголь начал действовать на измученную Кэрол, и в одурманенный спиртным разум ворвался тонкий луч надежды. Она медленно улеглась на кровать, защитно завернувшись в одеяло. Сейчас придёт сон и завтра всё должно будет наладиться. Бог знает, хуже уже быть не может, рассуждала женщина, но, по крайней мере, могла честно признаться себе, что у неё серьёзная проблема. Боб неоднократно говорил, что как только узнаешь, в чём суть проблемы, всегда найдётся способ решить её, и хотя красавица не могла придумать никакого решения, кроме устранения причины, всё же немного уверовала в свою силу воли. Да, решила она, без этих маленьких любимчиков ферма пропадёт — завершение бизнеса исключено! Ей просто нужно научиться контролировать себя! Конечно, это будет нелегко, но она далеко не ребёнок. Тридцатипятилетняя зрелая женщина каким-то образом должна найти в себе силы бороться с порочными, отвратительными порывами, которые, казалось, уничтожали последние остатки самоконтроля. Этого никогда больше не должно повториться... никогда.

Кэрол, медленно засыпая, повторяла эти слова про себя, молясь, чтобы они запечатлелись где-нибудь в подсознании. Однако, лишь только она погрузилась в сонное забытье снова оказалась во власти своей тёмной стороны — в сознании свободно возникли видения сюрреалистических образов. Тело спало, но разум действовал по-своему, заваливая мозг эротическими фантазиями с пикантными образами и звуками, которые в итоге привели к отчётливой картинке: Дэнни Белл, яростно ласкающий свой огромный мужской член, при этом её белые шёлковые трусики плотно прижимались к его носу. Пребывая с состоянии глубокого сна женщина блаженно улыбалась!

* * * * *

Пит Хендерсон сидел на крыле своего "Шевроле" 1957 года с приподнятой задней подвеской, а у его ног расположилась массивная немецкая овчарка. Тюнингованный хот-род с яркой бунтарской надписью "Рождён быть диким" на борту и пёс Джетро были единственными в мире, которые шестнадцатилетний парень действительно любил... Сидя со скрещёнными на груди руками — манера поведения отражала самодовольное чувство превосходства, которое он всегда демонстрировал, находясь в своей машине или на ней, уверенный в зависти всех, кто его видит, почти презрительно смотрел на стоявшего перед ним невысокого паренька.

— Ты быстро поправился, Дэнни... чем болел, двухчасовым вирусом? — саркастически спросил он.

— Не знаю, просто чувствовал себя неважно, вот и всё! — выдавил из себя Дэнни, избегая прямого взгляда бледно-голубых глаз шестнадцатилетнего подростка.

— Ну, какой же лжец! — упрекнул Пит. — Я видел, как ты резво убегал с фермы, когда я возвращал маленьких ублюдков со сраного пикника. И почему сейчас ты не дома, если так болен, что даже не смог помочь другу, как обещал? — прорычал он.

— Вот почему я и пришёл к тебе домой, Пит... чтобы сказать, что мне очень жаль, что я так внезапно тебя бросил, — сказал Дэнни, краснея.

— Ты не сожалеешь, чувак, иначе бы сказал мне чёртову правду! Я же не дурак, знаешь ли... люди не заболевают настолько, чтобы не помочь, как обещали, а потом выздоравливают через три часа! Так что больше не надо пороть всякую чушь, слышишь?

— Это правда, чувак, я был болен, — слабо запротестовал Дэнни, понимая, что история нелепа. Он не хотел встречаться с Питом, особенно после того, как мама Кэрол заставила его пообещать никому не рассказывать, но его разрывало от желания с кем-нибудь этим поделиться, а Пит, вероятно, действительно заслуживал объяснений. В конце концов, он обещал помочь другу и уже нарушил одно обещание сегодня!

Огромная фигура Майка Хендерсона появилась в дверном проёме и, увидев Дэнни Белла, стоявшего перед автомобилем, окликнул мальчика хриплым голосом.

— Да, сэр? — спросил Дэнни, быстро подбегая к дому, с облегчением вырвавшись из-под пристального взгляда Пита.

— Твой отец уже вернулся из Форт-Уорта, парень? — спросил огромный охотник, прихлёбывая пиво из банки.

— Нет, сэр, думаю, он вернётся сегодня вечером, вероятно, до ужина, — ответил Дэнни, с опаской глядя на большого Майка Хендерсона. Этот здоровяк мог быть очень жестоким! Не то чтобы он хоть раз что-то ему сделал, но видел, как тот жестоко избивал Пита, особенно если подросток дерзил. Дэнни не хотелось бы разозлить его, это уж точно!

— Ладно, скажи ему, чтобы он позвонил мне, как вернётся домой, поездка на озеро Тексома на эти выходные всё ещё реальна... сделаешь это для меня, парень? — спросил он.

— Конечно, сэр, я обязательно скажу ему, мистер Хендерсон, — заверил Дэнни стоявшего перед ним гиганта.

— Или попроси свою маму позвонить мне, если отец не вернётся вечером, чтобы я знал, наверняка, — добавил Майк Хендерсон, как бы невзначай.

— Хорошо, мистер Хендерсон, я ей скажу, — сказал Дэнни, ожидая возвращения мужчины в дом, прежде чем вернуться к приятелю.

Пит молча размышлял во время их разговора. Он был абсолютно уверен, что с Дэнни происходит что-то очень подозрительное, и подросток был полон решимости выяснить, что именно. По какой-то причине у него возникла твёрдая уверенность, что это каким-то образом тесно связано с очаровательной миссис Уотсон. Пит и представить себе не мог, как, но чёрт побери, обязательно выяснит... так или иначе.

Господи Боже! Эта прекрасная, умопомрачительная тётка, с пышными сиськами и упругой задницей — половина мужиков и мальчиков этого чёртова городка были от неё без ума. Она была единственной причиной, по которой он согласился терпеть этих богатеньких мелких сопляков на ферме Уотсонов. Чёрт, когда её муж сказал, что ей понадобится помощь в походе на холмы у озера Тексома, одна только мысль о том, что она будет рядом с ним в этих местах, заставила его член взлететь, как воздушный змей.

— Хорошо, Дэнни, — сказал он, когда четырнадцатилетний подросток медленно побрёл обратно к его машине. — Я дам тебе ещё один шанс рассказать правду о том, что с тобой приключилось сегодня днём. Я забуду, как сильно ты подвёл своего старого приятеля, оставив меня одного с этими ублюдками, хотя и обещал помочь... Забуду, какой это был ужасный поступок, если ты просто скажешь всё прямо, — уговаривал он, решив попробовать этот приём, прежде чем пригрозить младшему мальчику жестокой взбучкой.

Дэнни переминался с ноги на ногу, желая сменить тему, и в то же время едва сдерживая распиравшее его желание рассказать о случившемся. Это непреодолимая нужда поделиться с кем-нибудь была почти невыносимой. Он нервно облизал свои молодые губы.

— Ты всё равно не поверишь, — произнёс мальчик. — К тому же, я обещал никому не рассказывать.

— Так ты обещал! — воскликнул Пит. — А как же твоё обещание мне? Оно ничего не значит?

— Да, но... — пробормотал Дэнни.

— Кому ты обещал? Миссис Уотсон? И почему мне не верится? — выпалил старший подросток. — Слушай, Дэнни, лучше попробуй меня убедить, я серьёзно... Есть способы заставить тебя говорить, — злобно произнёс он, с очевидной угрозой в голосе.

Для Дэнни этого было достаточно. В конце концов, она же вынудила его нарушить обещание, данное Питу, не так ли? И обязала поклясться ей, прежде чем отпустить. И он ей нравился... она ведь не хотела, чтобы ему причинили боль. Подняв взгляд на огромного парня с большой собакой у ног, Дэнни тихо спросил:

— Если я не скажу, ты что, натравишь на меня Джетро?

— Теперь мы приближаемся к цели, — подумал Пит, довольный собой. — Да, я, пожалуй, так и сделаю, после того как изобью тебя, — сказал он с восторженной улыбкой.

— Ладно, — без колебаний ответил Дэнни. — Тогда у меня нет выбора, если жизнь под угрозой. — И с широкой улыбкой запрыгнул рядом со своим приятелем на крыло машины, с нетерпением желая наконец поделиться своим фантастическим секретом.

— Ты просто не поверишь! Видишь ли, я был в её спальне, мастурбировал, и она вошла и застала меня! Ну а потом...