Черный экран сменился изображением далеко не сразу. Олег сидел, сжимая телефон в потных ладонях, и ждал. Сердце колотилось где-то в горле, в висках пульсировало. Каждая секунда ожидания тянулась как вечность.

«Сколько еще? — думал он. — Сколько еще этого кошмара?»

Наконец, запись возобновилась.

Олег ожидал снова увидеть бетонные стены подвала, грязный матрас, тусклую лампочку. Но нет. Действие на этот раз происходило в совершенно другом месте.

Помещение было светлым, даже уютным на первый взгляд. Стены оклеены обоями в светлых тонах. Пол — темный ламинат. На окнах — плотные шторы, почти полностью задернутые, но сквозь щель пробивался дневной свет. В углу — высокая вешалка с одеждой. Рядом — тумбочка с настольной лампой и какими-то мелочами.

Качество съемки было лучше, чем в подвале — более четкое, более стабильное. Камера стояла на чем-то неподвижном, вероятно на тумбочке или столе, и снимала происходящее сбоку.

Съемка явно началась не с начала процесса. Олег понял это сразу, потому что первым, что он увидел на экране, была голова Ирины, которая ритмично двигалась взад-вперед.

Она стояла на коленях. Ее волосы были собраны в низкий хвост, открывая лицо. И она сосала член. Огромный, толстый, с вздутой головкой. Он входил в рот Ирины и выходил обратно, входил и выходил, и ее губы плотно обхватывали его, создавая чавкающий звук, который Олег слышал даже через динамик телефона.

Ирина сидела на коленях перед мужчиной, его лицо и даже часть фигуры были замазаны, — Олег видел только его широко расставленные ноги, обутые в домашние тапки.

Олег смотрел на это с отвращением. Его девушка, его Ирина, стояла на коленях перед каким-то мерзавцем и сосала его член, и делала это... хорошо. И умело.

Из динамика раздался мужской голос. Тот же самый — в нем слышалось удовлетворение. Даже одобрение.

— Умница, — сказал мужчина, растягивая слова. — Сейчас ты чертовски хорошо сосешь член!

Ирина не отвлекалась. Она продолжала сосать, ритмично двигая головой, иногда чуть отстраняясь, чтобы провести языком по головке, и снова погружая член глубоко в рот. Ее руки лежали на бедрах мужчины, пальцы слегка касались его кожи.

Олег не верил своим глазам. Он искал в движениях Ирины хоть какой-то признак принуждения — дрожь, заминку, сопротивление. Но не находил. Она делала это так, будто сама хотела. Будто ей нравилось.

Мужчина положил руку ей на голову. Пальцы впились в волосы, собрали их в кулак. И начал проталкивать член в рот Ирины — резко, глубоко, так что член заходил почти целиком.

Ирина всхлипнула. Ее глаза открылись, наполнились слезами, она закашлялась — но не пыталась его остановить. Она позволяла и терпела это.

— Отлично, — сказал мужчина, и голос его стал прерывистым и напряженным. — Сейчас кончу. Работай язычком усерднее!

Он резко двигался еще пару секунд — Олег видел, как напряглись его бедра, как сжались пальцы на затылке Ирины. Потом он замер. Его тело выгнулось дугой, из горла вырвался низкий, гортанный стон.

Он кончал. Прямо в рот Ирине.

Ирина сидела неподвижно, закрыв глаза. Ее щеки раздувались, она глотала. Сперма текла по подбородку и капала на грудь.

Когда мужчина отстранился — медленно, с явным сожалением — член вышел изо рта Ирины с влажным щелчком. Ирина закашлялась.

Громко, надрывно, сотрясаясь всем телом. Она наклонилась вперед, опираясь руками на пол, и сплюнула. Комок белой густой жидкости упал на ламинат. Ирина сплюнула еще раз, потом вытерла губы тыльной стороной ладони.

Мужчина зацокал. Громко и осуждающе.

— Глянь на себя, — сказал он. — Зачем выплевывать такую вкуснятину? Какая потеря.

Ирина сидела на коленях и пыталась отдышаться. Плечи ее вздымались, грудь тяжело ходила. Она подняла голову, вытерла подбородок, смахнула слезы.

И тогда Олег увидел ее глаза.

Он ожидал увидеть страх. Отвращение. Ненависть. Все то, что было в предыдущих видео. Но то, что он увидел, заставило его сердце пропустить удар.

В ее взгляде не было протеста.

Ни капли.

Было что-то другое. Что-то, чего Олег боялся признать даже в собственных мыслях. Интерес. Любопытство. И еще что-то — какое-то странное, пугающее спокойствие, как у человека, который принял неизбежное и перестал с ним бороться.

Олег почувствовал, как внутри него что-то оборвалось.

Затем мужчина развернулся в сторону камеры и прошел к ней, Олег увидел на экране его ноги, тут он взял камеру и подошел к Ирине, снимая её вблизи. Потом мужчина обошел Ирину сзади.

— Наклонись, — сказал он.

Ирина послушно наклонилась.

Она встала в позу раком — на четвереньки, голову опустила, спину выгнула дугой. Так, как делают это животные. Так, как делают это те, кто полностью подчинился.

Мужчина приблизил камеру к ее киске.

Олег смотрел на экран, чувствуя, как кровь отливает от лица. Он видел все. Каждую складочку, каждый миллиметр. И то, что он увидел, заставило его сжать челюсть так, что заныли зубы.

Ее киска была влажной.

Блестящей, мокрой и готовой к проникновению.

Мужчина прикоснулся пальцами к ее влагалищу. Провел по половым губам, раздвинул их, показывая камере влажные, блестящие стенки.

— Только посмотрите на эту сучку! — сказал он, и в голосе его слышалось искреннее, хищное восхищение. — Так намокла от одного минета? Будь честна, ты ведь получаешь удовольствие?

Шлепок. Ладонь мужчины опустилась на ее киску — быстро и резко. Ирина вздрогнула, но не отстранилась.

Потом он просунул сразу два пальца вглубь нее. Резко, без подготовки, на всю длину.

Ирина застонала. Громко, раскатисто, не пытаясь сдерживаться. Ее спина выгнулась еще сильнее, голова запрокинулась.

Мужчина начал двигать пальцами внутри нее. Быстро и ритмично, сгибая их, натирая что-то внутри, заставляя Ирину стонать все громче.

— Ну же, — сказал он, и голос его стал обманчиво ласковым. — Посмотри правде в глаза и признайся. Что хочешь, чтобы я вставил свой член прямо сейчас... И тебе не терпится, чтобы тебя ебали как шлюху!

Ирина продолжала стонать. Ее тело тряслось, пальцы скребли по полу, в поисках опоры. Казалось, она была на грани — между стоном и криком, между болью и наслаждением.

И тут раздался ее голос.

Тихий, прерывистый, почти умоляющий.

— Прошу... — выдохнула она. — Вставь член... Я хочу этого... Мне нужен твой гребаный член... В моей гребаной киске!

Олег замер.

Он подумал, что ослышался. Что динамик телефона исказил звук. Что это не Ирина сказала эти слова.

Но это была она.

«Она только что сказала, — подумал Олег. — Что ей нужен его член?»

Он не узнавал Ирину. Эта девушка на экране, стоявшая на четвереньках, с влажной киской и умоляющим голосом, была ему незнакома. Она была не той, которую он целовал на лавочке возле училища. Не той, которая засыпала у него на плече под глупые романтические фильмы.

Мужчина на экране удовлетворенно хмыкнул.

— Переворачивайся, — приказал он.

Ирина тут же, с готовностью, которая резанула Олега острее ножа, перевернулась на спину. Она легла на пол, сложив руки на груди, глядя в потолок.

— Задери ноги, — последовала следующая команда.

Ирина послушно подняла ноги вверх, согнула их в коленях и обхватила руками, открывая себя полностью. Олег видел всё. Ее влажную киску, ее торчащие соски, ее лицо — раскрасневшееся, с приоткрытым ртом и полузакрытыми глазами.

Мужчина прислонил свой уже вставший член к ее влагалищу. Головка коснулась входа, скользнула по влажным складкам.

Ирина замерла в ожидании.

Он вошел с силой. Одним резким, глубоким толчком, войдя почти до конца.

Лицо Ирины исказилось.

Олег ждал боли. Ждал крика, стона, слез. Но то, что он увидел, было хуже. Гораздо хуже.

Ее лицо исказилось... желанием.

Чистым, животным, неконтролируемым желанием. Она хотела этого. Она хотела этот член внутри себя.

Олег почувствовал, как мир рушится вокруг него. Тот, в котором Ирина была его девушкой, которую он любил и которая любила его. Он рушился, рассыпался в пыль, и каждый новый кадр этого видео добивал оставшиеся осколки.

Он не знал, сколько времени прошло с момента предыдущих видео. День? Два? Неделя? Может месяц? Но реакция Ирины была совсем другой. Она не сопротивлялась. Она не протестовала. Она просила. Умоляла.

Ирина застонала. Не сдержанно, как раньше, а громко, свободно, наслаждаясь каждым звуком, который вырывался из ее горла.

— Как же хорошо! — простонала она. — Трахай меня! Сильнее!

Олег подумал, что она свихнулась. Что с ней что-то сделали — наркотики, гипноз, промывание мозгов. Потому что Ирина, которую он знал, не могла так говорить.

Мужчина довольно засмеялся.

— Помнишь, что я тебе говорил? — спросил он, не прекращая двигаться. — Каждая сучка, вкусившая мой член, в конце концов впадала в экстаз! Наконец-то ты осознала это.

Он ускорился. Толчки стали глубже и жестче. Ирина стонала в такт, ее тело сотрясалось, руки все так же держали ноги поднятыми.

— В качестве награды, — сказал мужчина, и голос его стал напряженным и прерывистым, — я заполню тебя спермой!

Он задвигался еще быстрее. Ирина закричала — не от боли, а от наслаждения. Ее крик наполнил комнату, и Олег слышал в нем только удовольствие. Чистое и незамутненное, без капли притворства.

Он прижался к ней. Их тела слились, его член вошел до самого основания. Мужчина замер, напрягся, издал низкий, протяжный стон.

И наполнил ее.

Олег видел, как тело Ирины дернулось в последний раз, как она выгнулась дугой, принимая в себя его сперму. Как ее глаза закатились, как из горла вырвался последний, самый громкий стон.

На этом запись закончилась.

Экран погас. Темнота. Тишина.

Олег сидел, глядя на черный прямоугольник телефона, и не мог пошевелиться. В голове крутились последние кадры — лицо Ирины, искаженное желанием, ее голос, просящий трахать ее сильнее, ее тело, принимающее чужую сперму.

«Какого черта?» — подумал он. — «Что я только что увидел?»

Он перемотал назад, просмотрел последнюю минуту снова. Потом еще раз. Каждый раз одно и то же. Ирина явно хотела этого. Она просила. Она наслаждалась.

Олег медленно положил телефон. Встал. Ноги были ватными, в ушах шумело. Он прошелся по комнате. Остановился. Посмотрел на свои руки — они дрожали.

Ему нужно было что-то сделать. Выпить. Закричать. Разбить что-нибудь. Но внутри была только пустота — тяжелая, звенящая пустота, в которой медленно, как яд, распространялась мысль: «Ей это нравится? Она сама этого хотела?».

Он подошел к тумбочке у окна. Открыл верхний ящик. В глубине, под какими-то бумажками, лежала пачка сигарет. Олег вытащил её, повертел в руках.

Вообще он бросил курить несколько месяцев назад. Тяжело, с ломкой, срывами, но бросил. Ради Ирины — она говорила, что не любит запах табака. Ради себя — хотел быть здоровее. Но одна пачка оставалась, лежала на всякий случай, и он всё никак не удосуживался её выбросить.

Олег вытащил одну сигарету. Сунул в рот. Пошарил в тумбочке в поисках зажигалки — нашел старую, ещё с того времени, когда курил.

Он открыл окно. Холодный вечерний воздух ворвался в комнату, смешиваясь с запахом табака. Олег закурил прямо в окно — высунув голову наружу, чтобы дым не шел в квартиру.

Первая затяжка обожгла горло, голова закружилась. Он закашлялся. Вторая уже — легче. Третья — почти привычно.

Он курил и смотрел на темнеющее небо за окном. Где-то там, в этом городе, была Ирина. У подруги? Или опять у этого... Олег не мог выговорить про себя эту мысль.

Перед глазами всё еще стояла картинка — Ирина на коленях, сосет член. Ирина просит трахать её сильнее. Ирина кончает. И улыбается.

Олег затянулся в последний раз, затушил окурок о подоконник и выбросил его в окно.

Он обдумывал ситуацию, в которой оказался. Три месяца счастья. Три месяца, как ему казалось, любви. А теперь он сидит в своей съемной квартире, смотрит порно с участием своей девушки и не знает, что делать дальше.

Идти в полицию? Нет доказательств, что это происходило не по согласию. Поговорить с Ириной? А что он ей скажет? «Я видел, как тебя трахают»? Бросить её? Мысль мелькнула и угасла. Не мог он её бросить. Не сейчас.

Олег закрыл окно, вернулся в комнату, сел на диван. Телефон лежал на том же месте, экраном вверх.

Олег взял телефон. Проверил, нет ли новых сообщений. Пусто.

Он не знал, сколько прошло времени с начала просмотра. Час? Два? Казалось, целая вечность.

Олег открыл переписку с Ириной.

Он написал новое сообщение: «Ир, ты на связи?».

Ответ пришел через минуту: «Да. А что?».

Олег задумался, что ответить.

Он написал: «Завтра же увидимся?».

Ответ: «Завтра на парах. Всё, я скоро спать. Пока».

Олег уронил телефон. Откинулся на спинку дивана. Закрыл глаза.

Затем он встал, прошел на кухню, налил себе стакан холодной воды. Выпил залпом. Поставил стакан на стол.

«Завтра я поговорю с ней, — сказал он себе. — И потом уже окончательно всё решу».

В глубине души он знал, что этот вечер изменил его навсегда. И что когда он завтра увидит Ирину в училище, он уже не сможет смотреть на неё так, как раньше.

Дорогой читатель, если вам понравилась моя скромная графомания, то рекомендую ознакомиться с моим Boosty, там можно найти много интересного: https://boosty.to/saureks