Я отвернулся к стене. Я видел скептическую реакцию красивой взрослой женщины на этого шоферюгу и был уверен, что она его отошьёт. И с чего мне вообще куковать в коридоре?

— Только ты уже не высовывайся пока не засажу. О потом уже что хошь делай. Ей пофиг будет, а мне тем более.

Я только глубоко вздохнул. И скоро заснул, будучи уверен, что меня ничего до утра не побеспокоит. Приснилось, что я захожу в тёмную комнату, а там невнятные голоса. Женщинский голос был возмущённым. А невнятное мужское мычание мне напомнило голос моего соседа.

Проснувшись, понял, что голоса мне не сняться, а всё происходит наяву в купе.

— Убрал руки, мудила. Будешь за жопы доярок в своей деревне хватать,  — громко и уверенно сказала проводница.

"Блин, даже в сне этот мудак покоя не даёт", — подумал я.

Чтобы лучше увидеть происходящее, я повернулся. Картина мне предстала такая: проводница стояла лицом к столику. В одной руке у неё был минералка, в другой горячий чай. Мне стало интересно чем получит нахал: бутылкой по башке или кипятком в морду. Других вариантов не просматривалось, поскольку громадная пятерня мужика нагло мяла аппетитную женскую задницу.

— Да, таких ебабельных жоп я не видел ни в деревне, ни в городе. Только на Кубе,  — сопя, ответил мужик.

— Где? — удивлённо спросила проводница.

Похоже удивление заставило забыть о том, что её задницу жадно мнёт мужская рука.

— На Кубе. Знаешь какие там жопы у местных? У всех, как у тебя. Только они не прячут. Наоборот выставляют напоказ. А у нас напялит на себя всякую дрянь, только чтобы красоту такую от мужика скрыть.

Миша уже второй рукой начал мыть женский зад. Проводница, похоже, пришла в себя и вздохнула, чтобы что-то сказать. Но Миша её опередил.

— Да, что ты держишь всё в руках! — резко сказал он,  — Поставь уже на стол!

Команда была дана резко и женщина посчитала её логичной. Поэтому перед тем как надавать по морде наглецу, она наклонилась, чтобы поставить принесённое на стол. Но в этот момент Миша воспользовался тем, что женщина немного наклонилась, подтолкнул в спину. Проводнице пришлось опереться руками о стол, чтобы не упасть. Затем Миша резко задрал юбку и спустил до колен белые кружевные трусы.

Женщина задохнулась от неожиданности и не могла ничего сказать. Она попыталась повернуться, но была прижата к столу, что лишало её возможности сопротивления. Попытки ударить наглеца ногой ограничивались трусами висящими на уровне колен.

— Я дрёна мать,  — воскликнул восхищённо Миша,  — а тута красота-то какая. Ебать, не наебаться.

— Ты... ты..., — пыталась что-то сказать обездвиженная женщина.

Но её перебили. 

— Не ссы. На сухую ебать не буду. Что я зверь какой.

С этими словами Миша наслюнявил большой палец и осторожно, покручивая им, ввёл в скрытую короткими волосиками щёль. Это я видел в дверном зеркале.

Проводница на мгновение стихла, будто пыталась осознать, что происходит, и неестественно высоко пискнула:

— Иииииии... 

После того, как оценила куда уже добрался, или правильней сказать: "как глубоко уже забрался" наглый мужлан" сказала:

— Ты совсем охуел? Тебя же в на первой станции повяжут.

— Это если недоёб будет. А меня недоёба не быват. До станции ты раза три кончишь, душа моя. А после ещё попросишь.

Женщина ещё что-то хотела сказать, но Миша взял её за волосы,  потянул на себя и все слова проводницы застряли в её горле. Другой рукой Миша спокойно, не торопясь, начал расстёгивать ширинку. В окне отражалось лицо женщины и я увидел, как расширились её глаза.

— Ну, что приступим, помолясь,  — по деловому, как будто собрался делать привычную работу, сказал Миша и добавил: — Да, не дёргайся. Сказал же на сухую ебать не буду. Поелозю хуем по губам пока не потечёшь.

Я увидел, как сосед, не отпуская волосы, локтем нажал так, чтобы спина женщины прогнулась и зад стал виден очень хорошо даже мне сверху. А в зеркало на двери чётко была видна заросшая короткими волосиками промежность, когда Миша отстранялся. Понимая, что на меня уже никто внимания не обращает, я переместился так, чтобы видеть происходящее лучше. А там, где был мой основной интерес Миша своей залупой водил по внешним губам. А те уже блестят. У меня уже нетерпение. Чего же ты ждёшь, думаю.А он, как  будто мои мысли слышит.

— Потекла,  — говорит,  — сейчас зачавкает и засажу. Не переживай, уже скоро.

А Елизавета уже не рыпается. Замерла так, будто не с ней происходит. Пожалел, что лица не вижу в отражении в окне. В этом положении голова закрывала отражение лица. Но никаких попыток вырваться или угрожать она уже не делала.

Мне же представлялась весьма возбуждающая картина: красивый большой белый зад  начал отвечать на движение головки члена, пытаясь заставить сам член проникнуть в уже раскрывшиеся губы. Миша тоже видел это и немного отстранился. Задница подалась назад за членом. 

— Кхе, вот это дело. Люблю, когда пизда за хуем тянется. Значит всё получится.

И на этих словах резко засадил свой член полностью. Елизавета сильно выдохнула. Миша подал зад назад и снова резко вошёл. С короткими перерывами повторил это несколько раз. Потом вынул член и поелозил, как он говорил, опять по губам раскрывшейся вагины. Потом приставил к дырочке головку и замер. Член у мужика был приличного размера. Проводница немного покрутила задом, вроде пытаясь убедиться, что член есть и, как бы приглашая его продолжить долбить текущую дырочку. Миша не шевелился, а только держал за талию. От чего жопа выглядела ещё больше. А белизну кожи подчёркивал загар чуть выше пояса. 

Елизавета ещё повиляла задницей и сама насадилась на член. Потом ещё. И ещё. И начала долбить своим белым аппетитным задом Мишу. 

— Вот это я люблю. Теперь понятно дело ебля пойдёт настоящая,  — сказал Миша и стал долбить в противоход.

Ягодицы Елизаветы красиво колыхались от каждого удара. Ещё немного и женщина заскулила, а потом схватила рукой Мишин зад и стала помогать ему. Всё это происходило долго я подумал, что если бы я смотрел порно, то перемотал бы. Но это было наяву и возбуждало больше любого порно. Минут через пятнадцать Елизавета прижалась к Мишиному паху, держала его двумя руками и стала тереться вверх-вниз подвывая: "Коончаааююю!". Продолжалось это минуты три и потом Елизавета упала грудью на стол. 

— Какой же ты мудак. Распечатал. Я же теперь пока ненаебусь умирать от желания буду. А я ненаебусь. Я себя знаю.

— Такмо и я себя знаю, — гыгыкнул мужик, — У меня недоёба не быват.

С этими словами он стянул с женщины юбку, трусы. Потом приподнял и снял форменный пиджак, блузку и лифчик. Я увидел, как большая красивая белая грудь колыхалась пока Миша поднимал и укладывал недвижимое тело. После чего он опять вставил член в бесчувственное тело и принялся долбить. Несколько минут Лиза не шевелилась, но потом опёрлась руками о стол и опять стала подмахивать.