Все это случилось в конце лета.

Моя подруга детства, после очередного скандала со своим бывшим мужем, отвезла ребенка к маме и попросила меня побыть вечерок в качестве жилетки. Обычно такого не случалось, ведь ссорилась она не в первый раз и мы пытались посидеть поболтать, но постоянно что-то мешало. А тут все срослось.

Шурика, моего мужа, одногруппник позвал на языческий праздник, а у мамы какие-то отчеты, и теперь она должна все выходные что-то там подготавливать (она мне пыталась рассказать, но я, если честно, даже не слушала).

В общем, мы с Юлькой, по замыслу, должны зависнуть у меня на даче, как две богемы, сидя на веранде в широких шляпах, попивая вино, покуривая кальян и откровенно беседуя на разные темы.

У Юльки явно чесался язык, рассказать о своих похождениях, мне же рассказать было особо нечего, и я должна была играть роль примерной слушательницы. Что тоже меня вполне устраивало. (Немного добавить фантазии в нашу с Шуриком сексуальную жизнь, не помешает).

Утром подружка заехала за мной на машине, и попрощавшись с Шуриком, мы отправились на дачу.

Примерно к обеду была приговорена одна бутылочка 0, 7 местного разлива.

Странно, раньше, до определенных событий, считалось зашкваром пить эту бормотуху, а теперь все, как чумные, обсуждают наивысшее мастерство местных виноделов.

К счастью, для меня вино – просто средство снять напряжение. А напряжение имеет место быть. Шурик со своей постоянной гиперопекой иногда просто выносит мозг. И, по моему, с каждым годом это его состояние только усиливается.

Но я даже не сразу отвечу – это его желание заботиться обо мне или строгое выполнение указаний моей мамочки.

Да что говорить, мы и встречаться стали, потому что наши мамы решили, что мы будем хорошей парой. Вот теперь и живем.

Вы только не подумайте, я не жалуюсь, мне ничуть не плохо в браке.

Он заботливый, нежный, чувствительный, даже иногда чрезмерный.

«Как он рыдал, когда мы смотрели «Тайна Коко» – это нечто.»

И в целом, мне очень комфортно и спокойно с ним, но иногда кажется, что я, самая скромная девочка из класса, в нашей семье больше мужчина, чем он.

В общем, когда степень опьянения уже даже меня довела до любопытства, и я с нетерпением ждала историю очередного сексуального приключения эффектной блондинки, на веранде появился мой нескладный муженек.

Юля: – Блин, Шура, ты чего тут делаешь?

Шурик: – Я подумал, что вам тут скучно, и вот винца докупил, какое вы любите, мясо на шашлычки.

Юля: – Нам не скучно.

Юля сразу появление моего мужа встретила в штыки. По правде сказать, я тоже рассчитывала побыть хоть один день без его постоянного внимания.

Я: – Саша, что случилось?

Шурик: – Ну, там все отменилось, и я сразу к вам.

Юля: – А у тебя телефона нет? Мы бы тебе сказали, что нам не скучно.

Шурик: – Ну что ты, я же вам шашлычки сейчас сделаю, винишко.

Я: – Саш.

Не знаю, почему, но когда я, на него злюсь, всегда называю его Саша.

Я: – У нас девчачья вечеринка, без мужиков, можно я хотя бы один день в жизни проживу без твоего внимания?

Шурик: – Ну ты же тут не одна, может Юля хочет?

Юля: – В смысле, Юля хочет? Чего? Внимания? Ты типа мне будешь внимание уделять при жене?

Шурика такое изложение его слов насторожило.

Шурик: – Ну нет, конечно, я другое имел ввиду, я про шашлыки, вино там подлить.

Юля: - Типа прислужником хочешь стать?

Шурик: - Ну чего вы накинулись, я же для вас старался.

Саша явно поник настроением, его голова наклонилась, взгляд упал в пол, плечи поникли, а правая рука, не в силах удерживать пакет с мясом, выронила его на пол.

Картину, представшую перед нами, можно описать одним предложением: «Без слез не взглянешь». Мне даже стало немножко стыдно, что мы так резко на него накинулись, ведь он действительно никогда не причинял никому плохого.

Юля: - А чего ты домой не поехал?

Шурик: - Там Татьяна Викторовна...

Меня всегда бесило, когда он ее так называл, и я, прищурив глаза, зыркнула на него.

Шурик: - Мама, мама там занимается, мы же все уехать должны, и она разложилась у нас.

Юля: - В смысле разложилась? Пусть едет домой.

Шурик: - Ну, я что-то не смог ей этого предложить.

Саша виновато посмотрел на меня. А я уже не могла на него злиться, скорее злилась на себя, что не смогла сказать нет, когда мама решила, что ей нужен ключ от нашей квартиры.

Юля: - Это потому что у тебя яиц нет.

Понимая, что сделать ничего нельзя, я приняла решение.

Я: - Саша, мясо с пола подними, оно вон течет уже.

Шурик: - Да, как скажешь, я сейчас быстро замариную и через часик мясом вас угощу, а потом баньку, если хотите.

Супруг скрылся в доме, а Юля подошла ко мне поближе, для консультации.

Юля: - То есть, он остается?

Я: - Ну а куда его денешь?

Юля: - Домой.

Я: - Там мама, потому что мы тут, если бы нас тут не было, она бы приехала сюда. Понимаешь? Может, я и хотела убраться в хлам, а он мне точно этого не даст.

Юля: - Ну, убраться в хлам даже он нам не помешает. Заговорщица достала из кармана спичечный коробок и, приоткрыв, показала гербарий, мелко потертый.

Я: - Твою ж мать, а это откуда?

Юля: - Места надо знать. Надо за винишком сходить.

Я сидела в кресле и наслаждалась не сильно жарким солнцем и своим слегка подвыпившим состоянием. Юля пошла в дом, и до меня долетел диалог.

Юля: - Шура, а ты чего на кухне без фартучка, заляпаешься ведь.

Шурик: - Ой, действительно, у меня руки грязные.

Юля: - Ничего страшного, я помогу. Вот другое дело, занимайся, хозяюшка.

Шурик: - Спасибо.

Юля вышла из дома с высоко поднятыми бровями.

Юля: - Я на него фартучек надела.

Я: - И что?

Юля: - Ну, фартучек женский.

Я: - Юль, там один фартучек, ты предлагаешь для него отдельный купить, не женский?

Юля: - Ну он прям очень, с рюшечками, оборками.

Я совершенно не поняла изумление подруги и поспешила съехать с темы.

Я: - Ой, короче.

Юля: - Мой в жизни бы не надел такое на себя.

Своими умозаключениями Юля стала уже напрягать.

Я: - А твой вообще готовил?

Юля: - Нет, но... Давай его в женское переоденем.

Я посмотрела на подругу как на сумасшедшую.

Я: - На хрена?

Ее лицо искрилось в каком-то шкодном порыве, она продолжала полушёпотом плести заговор против моего мужа, и мое недоумение дало трещину.

Юля: - Я не знаю. Я пьяненькая, а он там в фартучке, может, он женское любит носить, ты не замечала?

Я: - Да вроде не замечала, и когда бы он женское носил?

Юля: - Да откуда ж мне знать. Ну так что? Переоденем?

Я: - Не знаю, как-то стремно, он же парень, да и во что?

Юля: - Да вы с ним одной комплекции, там что, твоих вещей нет?

Я: - Есть. А как? Он не согласится.

Юля: - Ой, я тебя умоляю, сейчас наплету ерунды, просто меня одну, он скорее всего пошлёт, а вот если ты подхватишь, сто процентов сломается.

Идея была прямо на краю, но алкоголь в крови уже требовал приключений.

Я: - Давай. Только ты начинай, а я подхвачу, если что. Ты это, как петрушку курить собралась?

Юля: - Шура, у нас тут с кальяном не заладилось, сделаешь?

Шурик: - Сейчас руки помою.

Брови Юли смогли подняться ещё выше. Но потом она довольно улыбнулась.

Юля: - Это не срочно, как с мясом закончишь.

Шурик: - Хорошо.

Подружка подошла ко мне вплотную.

Юля: - Он всегда такой любезный?

Я: - Ну да.

Юля: - И ты жалуешься?

Я: - Нет. Но раз в год можно пожить и без этого.

Юля: - Я думаю, мы не плохо проведём время.

Потряхивая коробочкой, Юлька стала пританцовывать вокруг кальяна.

Минут через 15 Шурик закончил с мясом и принялся за него.

Юля: - Шура, ты нам в своих трениках всю гармонию портишь.

Шурик: - Ну простите, у меня тут другой одежды нет.

Юля: - Ну зато у Тани есть, давай подберем что-нибудь.

Саша повернулся и оценивающе посмотрел на Юлю, видимо не распознав тон моей подружки, посмотрел на меня. Я же, видя, как Юлька напрягается, чтобы сделать серьезное лицо, была готова к его немому вопросу и тоже прищурилась и опустила брови.

Шурик: - Но они же женские... Вы прикалываетесь, да?

Лицо мужа говорило о том, что он в глубочайшем замешательстве. По всему было видно, что идея ему не нравится, но чувствуя вину, он думал, как деликатнее отказать.

Юля: - Шура, у нас тут дамская вечеринка, понимаешь, никакой маскулинности. Так что, либо переодевайся, либо езжай помогать Татьяне Викторовне с домашкой.

Саша в отчаянии посмотрел на меня, в надежде, что я заступлюсь. Но я знаю все ужимки своего супруга, и если бы мы пересекли красную линию, он бы просто что-то пробурчал и больше не показывался бы нам на глаза.

Я: - Только ничего броского не надевай, нам шалавы в компании не нужны. Там есть адидасовское платье.

Саша секунд двадцать не сводил с меня глаз, а потом развернулся и опустив голову пошел в дом.

Юля: - Он что, реально пошел переодеваться?

Юля, раскуривая кальян, подсыпала немного крошки из коробки на угли и затянулась.

Я: - Я не знаю, по ходу да.

Юля: - А как понять? Может, он обиделся?

Передав мне трубку, уже затянулась я, откашлялась и пошла в дом.

Я: - Блин, может быть, пойду посмотрю.

«Варианта два: либо Саша заперся в туалете и весь вечер просидит там, либо он в комнате разбирает старые вещи».

Туалет открыт, а это значит, мой муженек ищет себе мою одежду.

Зайдя в комнату, застала Шурика, стоящим перед разложенным на кровати платьем. Мне оно когда-то очень нравилось, чуть ниже середины бедра, темно-синее с широкой поперечной красной вставкой на груди, высоким воротником на молнии и рукавами по локоть.

Просто оно вроде и платье, но каблуки под него уже не наденешь, а когда я в кроссовках, мне что-то не до платья.

Я: - Шурик, ну что ты задумался, давай запрыгивай в него и пошли, тебя еще накрасить надо.

Тут уже даже я офигела от своей наглости. Но заднюю включать уже поздно. Муж посмотрел на меня и взмолился.

Шурик: - А это, прям точно необходимо?

Вот это он может, глаза блестят, как будто вот-вот расплачется, голос дрожит и тон такой жалостливый.

«Ненавижу, когда он так делает.»

Я: - Ой да, короче, давай одевайся, поржем, поприкалываемся, все же свои.

Выйдя на улицу, я показала мимикой, что план работает, и мы договорились делать вид, что ничего сверхъестественного не происходит, чтобы Шурик не заартачился.

В принципе, он и не высказывал протесты. Немного подкрасив его лицо, Юля удовлетворила свое любопытство и не настаивала на большем погружении.

«Хотя куда больше? Шура в моем платье с легким макияжем продолжает всеми силами пытаться нам угодить.»

Мы как царицы, развалили свои подвыпившие тела в креслах и начали по очереди вызывать пузырьки в сосуде, периодически посыпая угольки петрушкой. А наша новая подружка уселась рядом на стульчике, периодически нам прислуживая. Так постепенно закончилась вторая бутылка вина, и тело захотело принять более горизонтальное положение.

Шурик: — Ну что, шашлычки ставить?

Юля: — Ой, я не знаю. Я бы развалилась где-нибудь.

Я же в этот момент смотрела на ноги Шурика.

«Или Шуры, фиг знает как его сейчас называть?»

«Интересно, он их бреет, что ли? Да когда бы он их брил, я бы заметила ежики. Не растут что ли? Да и на лице особо волос нет. Блин, и не спросишь... Прожила с ним несколько лет и только сейчас решила узнать... Хорошая я жена.»

Шурик: — Ну можно в баньке развалиться, если сильно не топить, будет хорошо.

Баня стояла рядом с террасой, так, чтобы летом можно было париться и попивать пивко за столиком на улице, любуясь звёздами.

Её на даче построил папа, он любитель. И они почти каждую неделю устраивали торжественные омовения, ну по праздникам — так точно.

С самого начала это была просто классическая русская баня, но с приходом холодов она становилась менее функциональной.

На улице уже не посидишь, а внутри пиво не попьешь.

Тогда-то отец и модернизировал её. Отделал плиткой, в центр поставил гранитный лежак (где он его взял, до сих пор тайна) и добавил парогенератор.

Теперь в небольшом помещении, три на три, можно спокойно находиться часами.

Я: — Да, давай туда переместимся.

Шурик проникся нашей баней ещё с начала наших отношений, постоянно помогал папе с её модернизацией и знает её как свою.

Через полчаса мы уже сидели внутри, покуривая кальян и наслаждаясь сложным букетом из очередной бутылки.

Мои родители гораздо более раскованы и в своей компании запросто сидят в бане нагие. Мы же, так сказать, молодое поколение, получается, более консервативны в этих вопросах и, обмотавшись простынями, расселись как греческие философы по лавкам.

Юля, ведомая алкоголем, кальяном и довольно тёплой атмосферой, видимо, совсем потеряла границы речевых оборотов и начала приставать к Шурику с вопросами.

Юля: — Шура, а ты зачем ноги бреешь?

Дым кальяна с примесью каннабиса в замкнутом помещении действовал на всех, и мы, немного начали подтупливать.

Шурик: — В каком смысле?

Юля: — Ну, в каком, у тебя ноги побриты.

Я сначала хотела остановить подружку, по моему, это очень пикантная тема и может обидеть собеседника, но сегодня меня посещала та же мысль, и я молча начала прислушиваться к их диалогу. (Чтоб Сашка меня не напрягал вниманием, я села напротив него).

Шурик: — Я не брею, они у меня всегда такие.

Видно было, что супруг смутился, действительно тема для него пикантная. Но Юлька, не проявив эмпатии, продолжила.

Юля: — Офигеть, вот это повезло. И так везде? — подмышки, пах, борода?

Шурик: - Ну усы растут немного, на подмышках бывает, а так почти нет.

Юля: - А ты не проверялся? Может, это болезнь какая?

Шурик: - Когда-то ходил к дерматологу, но они сказали, надо гормональный фон смотреть, и я забил.

Юля: - Ты только не обижайся, я, чуть ли не раз в два дня брею почти всё тело. Это просто ужас. А тебе так повезло. Тань, можно я его поглажу?

«Офигеть вопрос, он что, мой щеночек?»

Я: - У меня чего спрашиваешь? У него спроси.

Юля: - Блин, а вдруг ты против будешь? Еще подумаешь, что я пьяная, на мужа твоего полезла.

Я: - С ним договаривайся.

Шурик: - О чём договаривайся? Погладить или полезть?

У Юльки зажглись глаза.

Юля: - А ты бы чего хотел?

Шурик: - В каком смысле, чего? Ничего бы я не хотел, не надо меня ни гладить, ни что там у тебя в голове.

Юля: - Да не ломайся, я только ножку поглажу, хочешь мою погладь.

Не спрашивая разрешения, Юля уже закидывала ноги на моего смущенного мужа, раскрыв простыню и выставив своё выбритое тело на показ.

Шурик: - Ну прекрати, у тебя вон всё повываливалось.

Юлька вошла в азарт, невнятное сопротивление моего мужа только разжигало в ней интерес, с ней надо по-другому, но он этого не знал.

Юля: - Что у меня там повываливалось, сиськи? Ты что, сисек стесняешься?

Вскочив на ноги, Юля уже трясла своей грудью перед лицом моего мужа, а он как мог закрывался от неё руками. Даже не смотря на то, что моя подруга пытается воткнуть сиськи в лицо моего супруга, со стороны это выглядело очень смешно. В конце концов, она повалила его на лежанку и запрыгнула сверху.

Юля: - Да не сопротивляйся ты, дай сиськами о лицо потереться.

Шурик: - Отстань, пришибленная, Таня, угомони её!

Шурик вопил о пощаде, а у меня от смеха уже сводило живот.

Юля: - Твою мать, Шура, у тебя встал, что ли? Ах ты извращуга, на подругу жены.

Я: - Офигеть, при жене!!!??? Я не знаю почему, но мне эта ситуация показалась анекдотичной.

Шурик: - Так она голая на мне прыгает, убери её.

Я: - Нет, Шурик, обнажил меч – начинай войну!

В этот момент четыре недоуменных глаза уставились в мою сторону.

Юля: - Ты, пьянь, сейчас о чём? Хочешь, чтобы мы трахнулись?

Шурик: - ЭЭЭ, я не согласен, я не хочу.

Юлька вмазала Шурику лёгкую пощёчину.

Юля: - Ну ка, цыц, когда взрослые разговаривают.

В этот момент я поняла, что слишком сильно затуманила фразу «Разбирайся сам».

Я: - Нет, я просто ляпнула, не подумав.

Юля: - Ты мне вот это не бзди. Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Думала, о том, чтобы я с Шуркой переспала?

«Ну вообще, мы с ним с подросткового возраста. И у меня совершенно не было, кроме него, никаких партнеров. Да я думала о разнообразии, но скорее не чтобы было у него, а у меня».

Я: - Нет.

Юля: - Не ври, я же вижу, когда ты врешь.

Наверное, мое нет было действительно не очень убедительно, но признаваться подружке в своих фантазиях при муже как-то не хотелось.

Я: - Да не думала я о вас, слезай с него.

Юля: - Ё-моё, Шура, твоя жена о других хуях мечтает.

Тут уже и Шурик напрягся и стал с каким-то испуганным интересом смотреть на меня. А я, совершенно не умеющая врать, начала краснеть и теряться.

Юля: - Ну давай рассказывай.

Я: - Блин, Юль, отвали, не думала я ни о чем.

Юля: - Хорошо. Я вот сейчас своей жопой чувствую стоячий член, и если на счет три, ты не сознаешься, я медленно спущусь вниз, и он с удовольствием проникнет в мое горячую пизденку.

Я: - Ты охренела, что ли?

Юля: - Я пьяная, мне пофиг, признавайся или пересплю с твоим мужем при тебе.

Шурик начал брыкаться, пытаясь спихнуть женское тело с себя. Но снова получил пощечину и замер.

Юля: - Ты делаешь только хуже, я прямо чувствую, как ты там по краю ходишь.

Передо мной два пути, либо начать описывать свои фантазии, либо...

Я с охотничьим призывом племени На’Ви кинулась скидывать узурпатора с моего трона.

Повалив подругу на пол, Шурик удерживал ее ноги, а я сверху пыталась сунуть ей в лицо свою грудь. Да, она не как у нее третьего размера, но главное – желание.

Я: - Сиськами в мужа моего тыкала, получай, зараза.

Юля: - Ах вы мелкие засранцы, да я вас обоих сейчас трахну.

Три голых тела в каком-то клубке катаются по полу, и уже сложно определить, где чьи части тела.

Юля: - Сука, это ты мне членом по лицу?

Шурик: - Я нечаянно.

Юля: - Бля, нечаянно, членом по лицу? На тебе.

Шурик: - АААА, она мне яйца выкручивает.

Я: - А ну руки прочь от яиц моего мужа.

Юля: - Сука, сиська, эээ, туда руки не суй.

Я: - Я у тебя спрашивать не буду, куда мне руки совать.

Юля: - Тогда суй глубже.

Я: - Фу бля.

Юля: - Шура, сунь ты, давай, ааа!!!

Воспользовавшись нашим замешательством, Юлька каким-то образом вылезла из-под нас и уже в доминантной позиции совала руки мне и Шурику куда попало.

Шурик: – Ты ебнулась, куда суешь?

Юля: – Ой, ну и что ты мне сделаешь? АААА, ты охренел?

Я: – Получила?

Не знаю, сколько это могло продолжаться и чем могло всё закончиться, но в дверь постучалась моя мама с вопросом.

Мама: – Молодёжь, вы там?

Вся борьба прекратилась в мгновенье. Медленно выпутываясь из клубка, я ответила.

Я: – Да, мам, это ты?

Мама: – Ну конечно, я, открывайте.

Кое-как выбравшись из-под тел, я собралась открыть дверь. Но Юлька заорала шёпотом.

Юля: – Стой!!! Не открывай.

Я: – Чего это?

Юля: – Шурка накрашен, что твоя мать подумает?

Шурик в этот момент сидел как птенчик, открыв рот и вытаращив глаза.

Я: – И что ты предлагаешь?

Повертев головой, Юля увидела мой старый купальник на вешалке.

Юля: – Шура, надевай купальник.

Шурик: – Нафига?

Юля: – Мы тут голые взъерошенные, она подумает, что мы трахались, но ты накрашенный, а значит баба и значит мы не трахались. Три бабы же не трахаются?

На самом деле, я в этот момент вообще не могла соображать, и когда Шурик вопросительно глянул в мою сторону, я просто пожала плечами.

Юля: – Задержи её на минуту.

Накинув простынь, я вышла к маме.

«Вообще странно, что она приехала.»

Я: – А ты чего приехала?

Мама: – Задолбалась, хочу вино, кино и домино. Вы не всё выхлебали?

Я: – Нет, есть ещё.

Мама: – Ну отлично, идём.

Я: – Подожди, там попросили принести.

«Хрен знает, что принести.»

Оглянув террасу глазами, я смогла найти только уголь для кальяна, а мама меж тем, не обращая на меня никакого внимания, уже зашла в баню. Я заметила это, когда она уже открывала дверь и ломанулась за ней, но было поздно. Раздевшись полностью, мама статно зашла внутрь и потянулась за купальником, который был на другом человечке.

Мама: – Добрый вечер, а где мой купальник?

Я: – Технически он мой.

Мама: – Да без разницы, где он?

Я: – На Шу... шшшшееее.

Мама: – На ком?

Я чуть не спалила весь маскарад. Пытаясь выкрутиться, я начала нести какую-то дичь.

Я: – Шуше, Лене Шумской, мы её Шуша зовём, кличка такая.

Мама: – Шумская? Это не дочь Ольги Валерьевны?

Юля: - Нет.

Мама: - А ты прям знаешь, как у Лены маму зовут?

Юля: - Дддда, Алла. Тетя Алла.

Мама: - Ммм, ладно. Сама Лена говорить не умеет?

Шурик сидел красный от стыда, стараясь поглубже забраться в угол и слиться или со стеной, или с паром, в панике вертя головой стараясь не смотреть на обнаженное тело моей мамы.

Я: - Может, ты накинешь на себя что-нибудь?

Мама: - А зачем? Мы же тут все девочки. И вы тоже скидывайте простыни, дайте телу подышать.

Понимая, что парировать нам нечем, мы стали невнятно снимать с себя простыни, но я вовремя увидела, семафорящего глазами мужа.

Я: - Не, нам что-то прохладно.

Я зыркнула на Юльку, чтобы та тоже вернула простынь назад, но она уже довольная разлеглась на лежаке, предоставив взгляду моего супруга полный доступ.

Получается, я одна, его законная жена, сидела перед ним, смущаясь наготы.

«Это как-то не нормально.»

Мама: - Так мы сейчас поддадим пару. Был бы Санька тут, он бы конечно следил за всем. Но раз его нет, придется мне.

Подрегулировав температуру, мама потянулась и почесала свой треугольничек волос на лобке.

Мама: - Не пойму, мандавошки у меня что ли. Юлька, не посмотришь?

Юля: - Фу, теть Тань, вы же лауреат премии "Учитель года", ведите себя прилично.

Мама: - А ты школу закончила с золотой медалью, но это не мешает тебе по мужикам прыгать.

Мама достала пузырек масла эвкалипта из ящичка всяких банных примочек и развалилась на лежаке.

Мама: - Ну, что, кто из вас меня разотрет?

Юля смотрела на меня, мне было не кайф. Стоять минут 15 над мамкой в мои планы не входило, и тогда мы обе взглянули на Шурика. Тот, понимая, чего от него хотят, начал крутить пальцем у виска.

Юля: - Шуша может. Она почти массажист.

Мама: - Да ты что? Мне повезло. Ну давай, Шуша, растирай.

Шурик готов был провалиться под землю, хоть мы и были подвыпившие, и не только, но наглаживать обнаженное тело моей мамы он не был готов.

Взяв бутылку вина и с горла сделав несколько глотков, он обмотав простынь вокруг талии подошел к маме. Слава богу, она лежала лицом вниз, но слегка раздвинутые ноги открывали взор на гениталии даже мне.

Прикольно было то, что со спины, в лифчике купальника и простыне на талии, в нем совершенно ничего не выдавало его гендер.

Плечики явно уже таза, даже талия есть, у многих девушек талия шире. Лифчик, конечно, великоват, все-таки у него не двойка, да и не единичка, скорее 0, но грудь явно не как у Арнольда.

«С другой стороны, далеко не у всех мужчин грудь как у Арнольда, я бы даже сказала, только у Арнольда, грудь как у Арнольда.»

Я мысленно представила Арнольда, который стягивает с себя штаны, а там штуковина сантиметров 25, и по моему телу пробежала дрожь.

«Офигеть, если он в меня войдет, почти до солнечного сплетения достанет, а если еще в рот такой же? Они там не столкнутся?»

Шурик стоял над мамой и не мог заставить себя прикоснуться к ее обнаженному телу. Видя, что пауза затянулась и это может привлечь внимание, ему на помощь пришла Юлька, подойдя сзади вплотную и придавив его руки к телу своими.

Такая картинка может взбудоражить даже самые холодные умы.

Голая мама лежит на гранитном лежаке, а ее растирает муж, переодетый в девушку, ведомый буквально прижавшейся к нему со спины лучшей подругой, тоже, кстати, полностью обнаженной.

Странно, но то, что творилось в голове у Шурика, мне почему-то было не интересно.

Мама начала переворачиваться и, зацепив простыню Шурика, потянула ее вниз, и она упала к его ногам. Они посмотрели сначала друг на друга, а потом оба уставились на пах моего мужа. Юля, стоящая сзади, переклонилась и тоже заглянула в пах.

Юля: — О, Шуша, а давно у тебя член?

Шурик, прикрывая пах руками, кинулся за дверь, нас с Юлькой скрутило судорогой от смеха. А мама схватила банный веник и начала хлестать нас им.

Мама: — Ах, вы бестолочи, думали я зятя в купальнике не узнаю.

Юля: — Так он накрашенный!!!

Мама: — Ах, он еще и накрашенный, совсем мозг прокурили?

Я: — Что значит прокурили?

Мама: — Дурочкой то не прикидывайся? Я что, запах травы не знаю!!!

Температура в бане после регулировки повысилась, так что удары веником были весьма ощутимы.

Долго бегать по кругу от мамы мы не могли, поэтому тоже, вслед за Шуриком, выскочили во двор.

Юля: — Фух, охренеть, а где Шура?

Я: — Ну, либо в туалете, либо уже за двором, где-нибудь на остановке.

В доме его не было, и я, накинув платье-халат, вышла за двор.

Шурик сидел на скамейке у соседнего двора.

Я: — Ты чего тут? Идем.

Шурик: — Я туда не вернусь, принеси мои вещи, я домой поеду.

Супруг был изрядно напуган. Вытаращив глаза, он просто смотрел в одну точку, куда-то в пространство.

Я: — Да брось, какой дом? Идем. Она тебя сразу узнала, просто спектакль устроила.

Шурик: — И что? Она видела меня.

Шурик явно что-то не договаривал.

Я: — Ну и что? Ну видела, подумаешь.

Шурик: — Ты не понимаешь, она его видела. Мне стыдно, просто ужас.

Я: — Ну она же тоже перед тобой голой ходила.

Мои доводы не приводили мужа в чувства, а наоборот, делали только хуже, и я не понимала, почему. Тут к нашей паре присоединилась Юлька.

Юля: — Шура, ну ты чего, забей, подумаешь, на тещу член встал.

Эта новость меня, конечно, привела в недоумение. Я сначала посмотрела на Юлю, а потом, вывернув голову, уставилась на муженька. И в этот момент у него из глаз потекли слезы.

«Да твою мать.»

Это такое состояние, когда лучше его просто обнять и ничего не говорить. Пытаться вытащить его ни к чему не приведет.

Хуже, это когда он сидит, уставившись в пустоту и вообще ни на что не реагирует.

Юля: — Ладно, что дальше?

Я: — Он домой хочет, и ты сейчас хрен его отговоришь, только минут 20 потупит, вот так.

Юля: — Ну ок, пойдем как раз винца докупим, он и отойдет.

В общем, мы как три девицы, взяли под руки Шурика и направились в магазин. Шурик даже не сопротивлялся, по моему, его сознание в данный момент бороздит просторы вселенной, а тело топает на автопилоте.

Я: — Ты нафига кепку нацепила?

Юлька шла в моей старой кепке капитана Америка. Я ее, еще в школе носила и примерно с тех пор она и обосновалась на даче.

Юля: — Голова мокрая, да и перед кем мне тут красоваться?

Примерно на середине пути мимо нас проезжал уазик, который резко остановился и из окна вылез тот самый однокурсник, с которым Шурик отправлялся на пьянку. Слава богу, солнце уже село, и он не усмотрел в нашей третьей подружке своего знакомого.

Сева: — О, Танюш, а я смотрю, ты это или не ты, вы чего тут?

Я: — В магазин идем вина купить.

Сева: — А Саня где?

Я: — Ээээ, я думала, он с тобой.

Сева: — Не, он был, а потом они с вождем пообщались, и Саня вдруг захотел домой. Вождь сказал, что очень трудно найти достойную деву, типа, наверное, тебе комплимент.

Я: — Ну, может быть. А сейчас вы куда или откуда?

Сева: — За водой на родник ездили.

Я: — Вы что, на нашей турбазе?

Сева: — Да, там у нас праздник языческий, вот вечером чаевничать будем. Поехали с нами.

Юлька, в начале диалога прикрывающая Шурика и нацепив на него кепку, явно переходя в охотничий режим, вышла из-за моей спины и в пол тона, чисто для меня.

Юля: — А Шура не говорил, что у него такие одногруппники. Чаю я, конечно, не хочу, а вот этого молодого человека отведала бы. Едем?

Я: — Ты долбанулась, а Шурика куда? Да и не хочу я.

Одногруппник тоже с кем-то переговаривался в машине и решил нас поторопить.

Сева: — Ну что, прыгайте, там сейчас хороводы начнутся, пляс у костра.

Юля: — Танюх, ну не поеду же я одна, погнали, я по дороге с ним познакомлюсь, а вы оттуда свалите.

Я: — Рехнулась, база километрах в 15.

Юля: — Я вам такси оплачу, погнали.

Я повернулась к другу.

Я: — Ладно, мы ненадолго, только посмотрим.

Сева: — Отлично.

Мы уселись сзади и Юлька сразу протиснулась между передними сиденьями, любезничая с парнем.

Как только машина тронулась, в себя пришёл Шурик.

Шурик: — Вы что куда? Нафига? Не надо.

У него был явно испуганный вид, но так как он был посередине, его движения были ограничены.

Я: — Успокойся, мы только глянем и обратно.

Шурик попытался пролезть к двери через Юльку, но та рявкнула на него, привлекая внимание водителя.

Водитель: — Что там происходит? Вы только на ходу не выходите.

Шурик повернулся ко мне и совершенно испуганно начал меня умолять.

Шурик: — Давай остановимся, поедем домой, я тебя прошу.

Я: — Да не узнает тебя никто, успокойся, что ты сегодня, совсем на себя не похож.

Понимая, что от меня он не добьётся результата, натянул кепку на глаза и вжался в кресло.

Через несколько минут мы уже въезжали на базу и, остановившись прямо на главной площадке, ребята выскочили из машины и представили нас толпе.

Сева: — Принимайте гостей!

Толпа: — Милости прошу к нашему шалашу!

Тут же какая-то женщина в сарафане поднесла нам каравай.

Нынче мы гостей встречаем На своей родной земле.

Хлебом-солью угощаем, Как обычай нам велел.

Дорогие наши гости! Мы приветствуем всех вас!

С хлебом-солью, с хлебом-солью!

В добрый день и в добрый час!

Очень рады встрече нашей!

От души гостям мы скажем:

С добрым словом и с любовью!

С хлебом-солью! С хлебом-солью!

В общем, нам особо не оставили выбора, пришлось принять правила игры, и, отведав каравай, нас приняли в общину.

Юлька тут же начала окучивать Севу, а Шурик в панике метался и пытался вызвать такси, но, видимо, что-то не работало.

Я: — Шурик, ты чего? Всё нормально?

Шурик: — Да, всё норм, я сейчас такси вызову, и мы уедем.

Я: — Да погоди, дай осмотреться.

Таким неадекватным я его ещё не видела.

Шурик: — Мне надо домой.

Его состояние уже начало раздражать, и я психанула.

Я: - Саша, задрал, сам домой поедешь.

Шурик наверно что-то хотел сказать, но к нам подошел бородатый мужчина приличного роста средних лет.

Вождь: - Что у вас стряслось? Помочь чем?

Он положил руки на плечи Шурику, и тот обмяк и притих.

Я: - Да вот, хочет такси вызвать, не получается.

Вождь: - Ну конечно, тут связи нет. Идем, у нас тут только в одном месте ловит.

Развернув Шурика, он повел его сквозь толпу и, повернувшись, сказал:

Вождь: - Не переживай за нее, гуляй, веселись, я о ней позабочусь.

«Ну и слава богу, я хоть часок погуляю на празднике, никогда на таких не была.»

Всем присутствующим раздали чарки с напитком, и испив его, народ начал собираться вокруг костра. Тут и началось головокружительное веселье.

Сначала хороводы в несколько колец вокруг костра. С какими-то песнями.

«Только я из всей толпы их и не знала.»

Потом игра «Ручеек», проходя сквозь тоннель из рук и занимая место в новом ряду, пара должна была по традиции трижды поцеловаться. Все это быстро переросло в поцелуи в засос, и через 15 минут мои губы попробовали губы с десяток мужчин.

Затем снова чарка с напитком и пляски, что-то типа польки, но покружившись с партнером секунд 10, мы опять целовались. С этого момента мой счетчик поцелуев зашкалил.

Снова чарка, и рассевшись в ряды, началась игра «Колечко, колечко, выйди на крылечко». Я с удивлением обнаружила, что добавила в свою копилочку не только поцелуи с десятком мужчин, но и женщины стали стремительно выравнивать количество, и даже не понятно, с кем мне целоваться нравится больше.

Не знаю, сколько было людей на празднике, наверное, человек 100, но мужчин было явно больше, и поэтому удивляться тому, что за мной закрепились несколько постоянных ухажеров, я не стала.

Вообще было приятно внимание таких статных кавалеров, крепких, мускулистых, с бородами.

В голове какой-то легкий туман, настроение приподнятое и непонятное чувство где-то внизу живота.

Я попыталась найти в толпе Юльку, но она с самого начала, начала сосаться с Севой, так что я не удивлюсь, если она уже где-то скачет на нем.

Меж тем, мужчины усадили меня на лежак в беседке, и один из них начал массировать плечи, а второй стал делать массаж ступней.

«Боже, как же это приятно, как же хорошо.»

Зрение начало расплываться от удовольствия, и я заметила, как на соседнем лежаке одной девушке ко рту поднесли член, а она с удовольствием принялась его обсасывать.

Обернувшись по сторонам, я обнаружила такую картинку повсеместно. Начиналась оргия, и я была в гуще событий. Все это изрядно вскружило голову.

На моих плечах уже не только руки, но и губы. А я только и могу безропотно наблюдать, как мужчина, массировавший мне ноги, стягивает мои трусики вниз.

Я совершенно точно понимаю, куда все стремительно катится, и мое тело безумно жаждет этого, но какие-то блоки мешают отдаться ощущениям.

Пытаюсь встать, ноги не слушаются, но я борюсь, борюсь изо всех сил, и несколько раз теряя равновесие, все-таки поднимаюсь, опираясь на спинку какого-то дивана.

Встряхиваю голову, поворачиваюсь к своим кавалерам, они и не пытаются меня остановить, просто смотрят, и улыбаясь, начинают раздеваться.

Вот они уже прижали меня своими телами с двух сторон. Руки блуждают по телу. Я все еще стою на ногах, крепко вцепившись в спинку, боясь пошевелиться, как будто если я шевельнусь, то моя защита рухнет.

Мой взгляд привлек внимание свет из открытого окна домика стоящего рядом. За колыхающейся тюлью, просматривалось как крупный мужчина с размахом входит в партнершу стоящую в позе доггистайл (ее я не видела, но все говорило о том, что там именно такая поза).

Я слышу, как она сладко стонет, я вижу, как подмахивает навстречу любовнику, и это начинает разбивать мою защиту. С каждым движением мужчины, с каждым стоном его любовницы, защита становится слабее, и вот уже в моей киске орудуют пальчики.

Я еле стою на ногах, а губы мужчины ласкают мою обнаженную грудь, одной рукой я одобрительно поглаживаю его голову, а второй притягиваю лицо второго кавалера для поцелуя.

Любовница вождя начала кончать, громко изрекая стоны наслаждения. Услышав их, моя защита окончательно рухнула.

Тот что сзади, по-хозяйски наклонил меня вперед и особо не церемонясь вошел в меня, переводя и так возбужденное сознание в состояние порочной агонии.

Мое тело на грани, мужчина с азартом таранит меня, а предательница киска хлюпает ему в ответ (звук как шаги по мокрой земле).

Я посмотрела в окно, а там вождь потянул любовницу за волосы и, поставив на колени, начал кончать ей в рот, а она с каким-то упоением жадно принимала его семя. Лицо было трудно рассмотреть, но одну деталь я разглядела.

«Хм, платье как у меня...»

В этот момент мое тело скрутило судорогой, и я начала истерично кончать. Кончать так, как никогда не кончала до этого. И пока мой рот был открыт, в него вошел еще один гость.

Первый мужчина закончил довольно быстро, но не успела я опомниться, как его место занял новый герой.

«Меня трахают, меня трахают с двух сторон»

Ноги снова затряслись, и вместе с моими стонами мне в горло потекло семя.

– Как она сладко стонет.

И снова отстрелявшегося мужчину заменяет новый. Мое приключение продолжается.

– Ну-ка подожди, посмотри, она во все дырочки сможет?

– Конечно, сможет, сейчас подготовим.

Я чувствую, как ко мне в задницу начало что-то проникать, и уже само это начало будоражить сознание.

«Меня трахнут во все щели, как последнюю шлюху.»

Снова семя потекло в рот и на лицо, и снова смена партнера.

«Как последнюю? Я уже шлюха, меня уже трахнули за 10 минут больше раз, чем было у меня до этого в этом году.»

– Ну что ты там приготовил?

— Тут не удобно, идем в домик.

Сильные руки подняли мое тело и понесли в соседний домик. Дверь в комнату мужчины была открыта, и я видела, как девушка в моем платье, лежа на спине, страстно обвила руками и ногами своего партнера, а тот с размахом впечатывает ее в кровать.

– Что хуй Вождя захотела? Его только достойные могут получить, а ты, блядина, о нем и не мечтай.

Не знаю, что возбудило меня больше: то, что меня назвали недостойной блядиной, или что мой муж – достойная женщина. Но ощутив кровать под телом, я тут же раскинула ноги пошире.

– Нет, мы сейчас твою попку раскупорим, залезай сверху.

Это был незабываемый опыт. Два члена внутри двух дырочек, разделяемых тонкой стенкой, и я чувствовала, как они трутся друг о друга, чувствовала и кончала.

Да, сначала было больно, было неприятно, но спустив пару раз в мою попку, мужчины смазали ее, и уже дальше члены входили в нее как к себе домой.

Не знаю, сколько это продолжалось, но через какое-то время я потеряла счет оргазмам, партнерам и времени.

Проснулась от жуткого позыва со всех щелей.

Выбравшись из-под тел, я завернулась в плед и пошла в поисках туалета. В комнате Вождя было пусто.

«Может, мне почудилось? Что за хрень была в этом чае?»

Посидев на унитазе, я посмотрела на себя в зеркало.

«Твою мать.»

Все, буквально все тело, было в сперме.

«Глянула на хороводы...»

Я залезла в душ и стала тщательно отмывать следы разврата.

«Прикольно, обычно я подхожу к выбору шампуня очень аккуратно, но сейчас подойдет даже хозяйственное мыло.»

Смыв пену с волос, я открыла глаза и увидела мужчину, стоящего за стеклом и рассматривающего меня. Лица его я не помню, поэтому посмотрела вниз на член, может там будут знакомые очертания. Но и там все было незнакомо.

Мужчина в свою очередь тоже рассматривал меня и, расценив мой интерес как-то по-своему, открыл дверь душевой и шагнул внутрь.

Грубо схватив меня за шею, притянул к себе и поцеловал. Я совершенно опешила от такого натиска и не смогла ничего сказать в ответ. Тогда он меня развернул, наклонил и начал жестко трахать сзади, периодически шлепая по заднице.

Это было так страстно, так пошло. Я совершенно точно отошла от вчерашнего напитка, и сейчас мной, находящейся в здравом уме и трезвой памяти, овладевал первый встречный мужчина.

Потянув за волосы, он прогнул меня и засунул пальцы одной руки в рот, а большим пальцем второй руки проник в мою попку, я же в ответ уперлась в стенку душевой и с воодушевлением подмахивая, случайному любовнику начала кончать.

«Откуда в тебе столько блядства?»

Пара минут, и мой партнер за волосы опустил меня вниз и, поставив на колени, стал кончать в рот. После чего, удовлетворенно похлопав по лицу, спросил.

– У нас твои данные есть?

Я, облизывая свои пальцы, покачала головой.

– Оставь хозяйке, будем тебя на праздники призывать.

Это была даже не просьба, скорее указание, требующее четкого выполнения.

В ответ я просто кивнула. И мужчина скрылся, оставив меня стоящую на коленях, привыкающую к себе в новом статусе.

Закончив процедуры, закутавшись в плед, я выскочила на улицу в поисках своей одежды. Уже рассвело.

«Капец, а где мое платье? Про трусики я даже вспоминать не буду.»

В беседке рядом с домом лежали голые тела. Перешагнув через одно, я вытащила свое платье из-под другого и увидела на площади обнимающуюся парочку. Это был тот самый Вождь и та самая его достойная любовница.

Он нежно ее обнимал за талию, а она, обвив его шею, на носочках тянулась к его губам. Попрощавшись, он сел в лимузин и уехал прочь. А девушка, проводив его взглядом, до тех пор, пока машина не скрылась из виду, повернулась и пошла в сторону реки.

«Твою мать, это точно Шурик. Какого хрена тут происходит?»

Когда он проходил мимо, я спряталась, чтобы не попадаться ему на глаза.

«Я даже не знаю, чей статус сейчас выглядит хуже. Его или мой.»

Но потом, испугавшись стремления, с которым он хотел оказаться возле реки, быстро натянула платье и побежала за ним.

Шурик сидел на песке, прижав коленки к груди и обняв их руками.

«Слава богу, топиться он не будет.»

Но подойдя к нему и заглянув в глаза, я увидела пустоту.

«Блядь, я знаю это состояние, он сейчас не здесь, он где-то в космосе. И судя по всему, надолго.»

Я подсела к нему сзади, прижалась грудью к его спине, обняв руками за талию.

«Ну и хрен с ним, подождем».