Отношения с этой яркой рыжей бестией всегда были просты и понятны. У нас никогда не возникало влюблённости, при этом всегда было сильное сексуальное влечение. Отсюда — отсутствие ревности, полная открытость в общении и желаниях. Оля всегда могла откровенно и с удовольствием рассказать мне о своих сексуальных приключениях — и с не меньшим удовольствием послушать про мои похождения. А если переписка на эту тему происходила в ночное время, рыжая бестия вполне могла с удовольствием мастурбировать.

Точёная спортивная фигурка, стройные ножки, грива кудрявых медно-рыжих волос почти до самой крепкой попки. Грудь — твёрдая, упругая «двоечка» с тёмными сосками. И до безумия развратные карие глаза — один взгляд в которые рождает желание немедленно трахнуть их хозяйку. Взять жёстко и страстно, как последнюю шлюшку.

Оля всегда была очень раскрепощённой и готовой к разного рода сексуальным приключениям и экспериментам. Но, как многие в глубине души романтичные девушки, обладала одной особенностью: если она влюблялась — а за период наших отношений это происходило несколько раз — она обрывала наши встречи и полностью посвящала себя возлюбленному.

Так произошло и в последний раз, когда её влюблённость закончилась счастливым браком.

Но вернёмся в тот тёплый осенний день, о котором я решил вспомнить сейчас. Мы уже довольно долго не встречались, хотя переписка продолжалась. Я понимал, что она вот-вот влюбится снова — и доступ к её страстному телу закончится для меня надолго, возможно даже навсегда. В тот день я выехал прокатиться на своём байке, а на вечер у меня было запланировано свидание с девушкой.

Проезжая по городу, я понял, что нахожусь совсем недалеко от дома Оли. Нахлынули воспоминания о том, как страстно я имел её в этом доме. Воспоминания были с лёгким налётом грусти — от ощущения, что это, возможно, теперь останется только в прошлом. Возможно, агрессивное рычание моего байка передалось мне. Возможно, это было просто желание взять то, что пока ещё не полностью принадлежит другому. Возможно, альфа-самец во мне потребовал немедленного выхода. Я остановился невдалеке от её дома и набрал знакомый номер.

— Приветик, Оля! Как дела? Что делаешь?

— О, привет. Всё хорошо, собираюсь на пляж.

— А я рядом. Думал на чай напроситься.

— Ой, нет. Сегодня никак. За мной вот-вот должны зайти.

В этот момент мне стало отчётливо ясно, кто именно должен за ней зайти. Моя звериная природа потребовала выхода — или как минимум попытки.

— Слушай... Бог с ним, с чаем. Не сегодня. Но я совсем рядом — воды можно у тебя попросить стакан?

Вопрос, конечно, с подвохом. С обращением уже к её природе самки. Легко можно ответить, что вода продаётся в любом ларьке, и что человек на мотоцикле, который стоит дороже многих автомобилей, точно в состоянии купить себе бутылку минералки. И тем не менее прозвучал ответ:

— Ну хорошо, поднимайся. Только, правда, ненадолго.

Знакомое придыхание в голосе определило мои дальнейшие действия.

Я, как тигр перед прыжком, преодолел несколько пролётов и уже звонил в знакомую дверь.

Оля в легком летнем

Платье. Открыла дверь. Видимо, её вновь обретённая «правильность» продолжала борьбу с внутренней самкой — в руках она держала стакан с водой.

Я вошёл. Для поцелуя мне подставили щёчку. Не спрашивая разрешения, я прошёл в комнату, хорошо знакомую мне по нашим жарким встречам.

Оля вошла следом, снова пытаясь мне сказать, что времени до прихода её «друга» осталось совсем мало и что хорошо бы мне до этого...

Дальше я не стал слушать. Резко прижал её к себе и попытался поцеловать. Она сделала попытку вырваться, но довольно вялую — что придало моей животной природе дополнительную решимость. Я резко развернул её спиной к себе, заставив опереться руками на тумбочку. В этой тумбе, под стопкой топиков и маек, всегда лежали презервативы. Я рванул на себя ящик, топики полетели на пол — и вот он, знакомый квадратик. Меня трясло от возбуждения, член рвался на волю из кожи байкерского костюма. Платьице вверх, трусики вниз. На её тихое:

— Нет...

— Да, сучка. Да. Я всё равно тебя оттрахаю.

И тихий резиновый шелест презерватива, раскатываемого по каменному члену.

Могла ли она вырваться? Конечно. Закричать, дать мне по морде и уйти? Конечно, могла. Вместо этого сучка продолжала стоять, опершись о тумбочку, с задранным до шеи платьем и спущенными трусами. Я провёл головкой члена по губкам её пизденки — и резко вошёл до упора. Член влетел как по маслу. Сучка текла.

— Вот так, маленькая шлюшка. Я же сказал, что оттрахаю тебя.

Ответом мне был стон. Стон удовольствия. Я начал долбить её жёстко, входя до упора, натягивал на свой член, крепко сжимая задницу руками. Картина, которая и сейчас всплывает в моём воображении — мои ладони в байкерских перчатках, сжимающие её упругую загорелую попку и член, влетающий до упора во влажную мякоть пизденки. Что-то звериное и первобытное было в этом моменте. Самец брал покорную сучку, которая поскуливала от каждого проникновения с возрастающей страстью. Удары становились всё резче:

— Вот так, шлюшка ебливая.

— Сучка похотливая.

— Ещё. Получай.

И вот её стройные ножки уже дрожат, а мокрая пизденка пульсирует в экстазе. От влажной пульсации я уже был готов кончить — и почти испытал оргазм. Только диким усилием мне удалось сдержаться. Я сделал то, что хотел. Почти всё, что хотел. Оставалось ещё кое-что. Сейчас я хотел, чтобы она принадлежала мне полностью. Без остатка.

Как бы нехотя, мой член покинул слегка обмякшее тело Оли. Чтобы, не дав ей опомниться, вонзиться в другую дырочку — её хорошо разработанную, но по-прежнему тугую попочку. Не знаю, был ли её громкий стон признаком нового оргазма или просто удовольствия — но точно не боли. Несколько резких движений в горячем тоннеле пульсирующей попки привели меня к взрыву экстаза. Кажется, я кончал вечность. Время остановилось.

Очередную волну звериного удовлетворения я ощутил, когда мой член покинул тугую попку теперь уже бывшей любовницы. Презерватив был разорван в клочья — моя сперма была в ней. В её попке. Почему-то это вызвало во мне дикое возбуждение.

Член не хотел опускаться. Но теперь уже было действительно пора. Практически молча, поцеловав девушку, я вышел из квартиры.

Минут через 15 мне пришло сообщение:

— Больше никогда так не делай.

А вечером, уже видимо после её свидания, — ещё одно:

— Что ты со мной сделал?.. Я готова была тогда тебя убить...

А потом:

— А теперь я хочу ещё :)

70116   73 43   +9.82 [27]