**Пролог**

Проснулся с тяжестью в голове, будто слегка перебрал вчера. Но я не пил — просто тело какое-то ватное, горло першит. Решил, что начинается простуда, выпил чаю и поплёлся в душ.

Вода текла по груди, и вдруг — резкий рой мурашек. Соски будто оголённые провода: каждое движение струи заставляло вздрагивать. Вытерся полотенцем, аккуратно, но даже ткань вызвала странное щекотание где-то внизу живота. Присел на кровать, потрогал пальцем — и тут же волна тепла накрыла с головой. Сердце колотилось, в висках пульсировало, а в паху уже стоял колом.

Попробовал провести ладонью сильнее — дыхание перехватило. Еще пара движений, и все поплыло: спина выгнулась сама, я застонал, схватился за простыню... Кончил резко, судорожно, даже не дотронувшись до члена. Лежал, уставившись в потолок, с мокрым животом и одной мыслью:

«Что за хрень со мной происходит?»

Пришлось снова лезть в душ — сперма противно липла к животу. Включил воду, старался не смотреть вниз. Но стоило повернуться, чтобы взять гель, и плечо задело сосок... Искры. Снова эти проклятые искры. Замер, будто меня ударило током. Рука сама потянулась повторить — провела по мокрой груди, и всё понеслось.

Дышал как загнанный зверь, прислонился к кафелю, чтобы не упасть. Ласкал соски уже нарочно, быстро-быстро, пока ноги не затряслись. Кончил так, что брызги хлестнули по стенке. Даже испугался — никогда столько не было. Сполз по стеклянной стенке на дно душевой, дрожащий, с бешеным пульсом в висках.

Сел на корточки, вода била по затылку, и тут — случайное движение. Палец скользнул ниже, задел промежность... Тело дёрнулось, внутри всё ёкнуло, будто включили какую-то новую кнопку. Рванулся вперёд, ударившись о стенку. Хватит. Хватит, блин. Выключил воду, вытирался как в тумане.

Одевался механически: джинсы жали в паху, футболка натирала соски. Каждый шов, каждая складка ткани — пытка. В голове гудело, будто после двух бессонных ночей, а внизу живота всё ещё тлело что-то горячее и стыдное. Взял рюкзак, вышел на улицу. Солнце резало глаза, ноги подкашивались. Шёл, стиснув зубы, и повторял про себя:

«Просто переутомление. Сейчас пары, потом домой — и всё пройдёт».

Но где-то глубоко внутри уже копошился страх: а если нет?

**Глава 1. Дорога в университет**

Ноги будто налились свинцом, а горло сжалось так, что каждый глоток воздуха давался с трудом. Но это было ерундой по сравнению с тем, как жгло кожу под одеждой. Джинсы натирали промежность, словно наждак, а футболка... Чёрт, даже шов на груди казался лезвием. Соски пульсировали в такт шагам, и я еле сдерживал дрожь. Казалось, любой прохожий видит, как я сжимаю кулаки, чтобы не схватиться за грудь.

На перекрёстке остановился мужчина в чёрном пальто — высокий, с холодным взглядом. Наши глаза встретились на секунду, и меня вдруг пронзило: *«Он знает. Видит, как я кончал в душе, как трогал себя...»* Горячая волна прилива к щекам, а в голове — обрывок фантазии: его руки в перчатках сжимают мои бёдра, голос приказывает: «Не двигайся». Член дёрнулся, по ноге потекла тёплая капля. Я резко отвернулся, чуть не споткнувшись о бордюр.

Дальше — хуже. У кафе стояла пара: девушка в розовой куртке смеялась, запрокинув голову, а парень обнимал её за талию. Её пальцы игриво теребили его пояс, и мой мозг тут же нарисовал картинку: *она прижимает меня к кафельной стене, целует в шею, а её рука скользит ниже...* Я зажмурился, но воображение упрямо продолжало: *«А потом она толкает палец внутрь, медленно, и я...»*

— Хватит! — прошипел я себе под нос, впиваясь ногтями в ладони. Но тело не слушалось: преэякулянт сочился по внутренней стороне бедра, хотя член оставался вялым. Каждый шаг заставлял ткань тереться о кожу, и я порадовался, что надел чёрные джинсы, на них хотя бы не видно мокрого пятна.

У ворот университета схватился за столб, чтобы перевести дух. Сердце колотилось, будто выпрыгнуть хочет, а в ушах звенело. «Просто дойти до аудитории. Сесть. Ни о чём не думать».

Но по коридору шла девушка из группы — рыжая, в обтягивающих легинсах. Её взгляд скользнул по мне, и я вдруг представил, как она приказывает: «Сними рубашку». А потом...

— Чёрт! — я вжался в стену, закрыв лицо руками. Внутри всё горело, а в штанах стало мокро снова.

Аудитория встретила ледяным воздухом и десятком равнодушных лиц. Упал на ближайшее место, положил рюкзак на колени — хоть какая-то ширма. Лектор что-то говорил о биохимии, но я слышал только стук собственного сердца и шепот в голове:

«Ты сходишь с ума. Или это только начало?»

Лектор монотонно бубнил что-то о молекулярных связях, но в голове крутилось только одно: *«А если бы он приказал мне опуститься под стол?»* Я сглотнул, чувствуя, как потеют ладони. Профессор, седой и строгий, вдруг в моей фантазии снял очки, провёл пальцем по моей щеке и прошептал: *«Ты так усердно стараешься... Молодец»*. Его рука сжала мои волосы, толкая ниже, а я расстёгиваю его ширинку, а оттуда выпрыгивает возбуждённый член. Я заворожённо смотрю на него, а профессор сильнее прижимает меня к себе, так, что я чувствую его жар...

— М-м... — стон вырвался сам, тихий, но в тишине аудитории он прозвучал как взрыв.

— Молодой человек! — профессор резко обернулся, брови сведены в строгую складку. — Вы больны? Идите домой. Нечего распространять заразу здесь.

Стулья заскрипели — кто-то захихикал. Я вскочил, едва не уронив рюкзак. Лицо горело, словно меня выставили голым перед всеми. *«Он знает. Видит, о чём я думал...»*

— Простите, — пробормотал я, хватая рюкзак. — Это... не заразно. Наверное...

Профессор фыркнул, продолжив лекцию, а я выбежал в коридор. Но даже за дверьми фантазии не отпускали.

***

Дорога домой превратилась в ад. Каждый шаг — трение джинсов, каждое дуновение ветра — пытка для сосков. А потом... появились они.

— Смотри, какая милашка дрожит, — девушка в кожаной куртке толкнула парня локтем. Её голос звенел, как колокольчик, но в глазах светилось что-то хищное. — Думаешь, он уже готов?

Парень, высокий и коренастый, ухмыльнулся. В его руках мелькнул блеск цепочки.

— Эй, красавчик, — он шагнул ко мне, блокируя путь. — Ты же любишь, когда тебя хвалят, да?

Я попятился, но спина упёрлась в стену. Девушка прижалась ко мне сбоку, её пальцы скользнули под мою футболку.

— Ты такой старательный, — прошептала она, касаясь соска. — Мы видели, как ты скучаешь на лекциях... Может, займёмся чем-то веселее?

— Н-нет... — попытался вырваться, но её рука уже опустилась ниже, к поясу.

— Не ври, — парень встал передо мной, его дыхание обожгло ухо. — Твоя дырочка вся подрагивает. Думаешь, мы не заметим?

Он щёлкнул замком джинсов. Я зажмурился, но фантазия уже захлестнула:

*Девушка притянула мою голову к себе, пальцы вцепились в волосы.*

— **Лижи. Аккуратно, — её голос стал властным. — Ты же хочешь, чтобы я кончила?**

*Парень тем временем провёл смазанным пальцем по моей промежности, насмешливо цокнув языком.*

— **Туговато, но мы это исправим. Расслабься, шлюшка... Ты же этого хочешь.**

— Нет... — выдавил я, но тело предательски прогнулось, когда её язык коснулся моего уха.

— **Какой же ты послушный, — парень ввёл палец глубже, и я вскрикнул. — Смотри, он уже мокрый!**

— **Молодец, — девушка засмеялась, гладя меня по щеке. — Мы тебя научим... Всему.**

***

— Эй, ты в порядке?

Чья-то рука тряхнула меня за плечо. Я дёрнулся, открыв глаза. Стоял посреди тротуара, дрожа как осиновый лист. Прохожая старушка смотрела с беспокойством.

— Вам к врачу надо, сынок. Весь красный...

— С-спасибо, — пробормотал я, отстраняясь.

Домашняя дверь казалась спасением. Но даже лёжа в кровати, я слышал их голоса:

— **Ты наша теперь. И мы не отпустим.**

**Глава 2. Сон**

Я рухнул на кровать, даже не сняв кроссовки. Глаза слипались, но тело всё ещё горело — будто под кожей тлели угли. Сознание поплыло, и я провалился туда, где реальность смешалась с бредом.

Она появилась внезапно: высокая, в чёрном платье, которое струилось по бёдрам как дым. Её пальцы скользнули по моей груди, и я застонал, выгибаясь навстречу. Каждое прикосновение оставляло след — то ли ожог, то ли ледяной осколок.

— Ты так красив, когда дрожишь, — прошептала она, целуя шею. Её язык обвил сосок, и я вцепился в простыни, чтобы не кричать.

Она опускалась ниже: губы, зубы, горячее дыхание на животе. Руки раздвинули мои бёдра, и я зажмурился, ожидая... Но вместо этого она нюперевкрнула меня, прижав к матрасу.

— Твоя очередь, — её голос звучал как приказ.

Я попытался повернуться, но её ладонь вдавила меня в подушку. Пальцы вцепились в волосы, подтягивая к себе. И тогда я увидел.

Там, где должна была быть киска, вздымался член — толстый, с напряжёнными венами, будто вырезанный из мрамора. Я замер, не в силах отвести взгляд.

— Что застыл? — она усмехнулась, придвигая моё лицо ближе. — Ты же хотел...

Жар от него обжёг губы. Я попытался отстраниться, но её рука сжала затылок.

— **Соси. Медленно, — она дёрнула мои волосы, заставляя приоткрыть рот. — Да, вот так... Глубже.**

Слюна потекла по подбородку, а её стон прокатился по комнате. Она двигала моей головой, как марионеткой, то ускоряя, то останавливаясь, чтобы прошептать:

— **Какой ты послушный. Ты рождён для этого.**

Горло сжалось, слезы выступили на глазах, но член заполнял всё — рот, сознание, даже воздух казался пропитанным её запахом.

— **Скоро... — её пальцы впились в мои плечи. — Я хочу видеть, как ты примешь всё.**

Тело вздрогнуло, её бёдра дёрнулись вперёд — и я проснулся.

Потолок. Потный свитер, противно прилипший к телу. Трусы мокрые и липкие, от смеси пота и спермы. Я лежал, уставившись в темноту, пока сердце не начало успокаиваться.

— Блять... — прошипел я, сжимая простынь. Рука дрожала, когда потянулась к телефону. 3:47 ночи.

За окном завывал ветер, а в голове всё ещё звучал её голос:

**«Ты рождён для этого».**

Я закрыл лицо руками. Сон казался ярче реальности. И страшнее всего было то, что в ту секунду, перед пробуждением... я не хотел, чтобы это прекращалось.