Дисклеймер.

Этот короткий рассказ не претендует на высокую художественность, это просто чтиво на ночь. Фарс. Все персонажи совершеннолетние. Всё происходящее - больное воображение автора, любые совпадения случайны.

Попочка Миланочки никак не поддавалась, не хотела пускать в себя папин член. Папа лежал на спине, а Мила, развёрнутая жопкой к мужчине, ручкой направляла его хуй себе в сраную дырочку и нехотя садилась на него. Её попочка была довольно узка и не разработана потому что ей пользовался только отец. И всегда без смазки. Как он говорил " Это я преподаю тебе урок, ебля в попу - наказание, поэтому тебе должно быть больно ".

А наказывать было за что, он застукал как Ланочка с утра в ванной страстно отсасывала старшему брату Серёже, хотя по старшинству её ртом должен был попользоваться сначала отец.

Папа не знал что Миланочка не виновата.

Зайдя утром в ванную Мила случайно увидела писающего брата. Он стоял перед унитазом широко расставив ноги пуская струю. Тот заметив младшую сестру и обвинив её в том что она подсматривала, взял Миланку за ухо, притащил к унитазу и поставив на колени рядом с ним, заставил смотреть как ссыт. "Ты же это хотела увидеть?" Ланочке очень нравился большой член Серёжи. Она машинально облизывала пухлые губы, глядя как из толстого и длинного хуя моча струёй бьёт в унитаз. Старший брат заметив это дал ей в рот, говоря "давай обсоси мой хуй, мелкая давалка, почисти ". Залупа члена была мокрая и солёная от мочи, но Мила настолько любила её что не замечала этих мелких неудобств. Стоя на коленях рядом с унитазом она страстно сосала этот большой хуй. Обнимала его пухлыми губками, создавая вакуум. Поднимая правой ручкой вылизывала братику яйца, глядя снизу как он кайфует. Время от времени пыталась насадиться своим горлышком на елду.

Папочка не стал обламывать Серёжу. Он молча смотрел и наблюдал как сын кончает дочке на услужливо поставленный язычок. Миланочку давно научили очень широко открывать рот и держать язык в виде ложечки, чтобы всё семейное семя было проглочено ей.

Папочка заставил дочку почистить зубы, стоя сзади и тиская через трусики круглую попку девочки, орудующей щёткой перед зеркалом. Затем отвёл в родительскую спальню. Несмотря на то что голая мама вверх попой всё ещё спала на двух спальной кровати, широко расставив ноги и светя губастой пиздой, папа сел в кресло напротив и поставил дочку перед собой на колени. Мила знала что хочет отец. Поэтому погоняв немного язычком член в развратном ротике, спустилась к папиным яичкам. Нежно вылизывая которые дождалась пока он поднимет ноги и подставит ей свою жопу. Ланочка раздвинула ручками большую волосатую попку отца. Мокрым кончиком языка стала щекотать папину дырку. Долго ждать не пришлось, уже через минутку отец застонал. Ему очень нравилось когда дочка вылизывает его очко. Миланочка полизав дырочку и вдоволь наслушавшись мужских стонов, сделала язычок ещё тоньше и проникла внутрь одновременно подрачивая папочкин уже стоячий хуй. Она знала что он так долго не продержится и мечтала чтобы папа взял её за ушки и насадил белобрысую голову на свой хуй кончив соске в рот, тем самым закончив наказание.

Но не тут-то было, отец выдержал. Взял волю в кулак, а дочку за волосы, оторвал от своей попки и не поднимая её с четверенек, потащил к родительской кровати.

Жопка Миланочки никак не поддавалась, не хотела пускать в себя папин член. Папа лежал на спине, а Мила, развёрнутая попой к мужчине, направляла ручкой его хуй себе в очко. Грибовидная головка надавливала на звёздочку сфинктера, но каждый раз отступала назад. Отцу это надоело. Он шлепнул дочь по не несдающейся жопе и приказал подняться в позу рака. Ему открылся вид на истекающую соками маленькую пиздёнку, в которую папочка не раздумывая погрузил два пальца. Из груди Миланочки вырвался стон. Ей запрещено трогать себя, поэтому это было первое прикосновение с вчерашнего вечера. Такое долгожданное, наглое, глубокое. Затем папочка резко вытащил их, выудив из дочки блаженный писк и грубо вставил один из мокрых пальцев в очко. Сфинктер попытался закрыться, но было поздно. Папа уже ловко разрабатывал жопную дырочку дочери.

Затем Ланочка встала раком, а отец взяв её за бедра резко засадил ей в попку свой небольшой член. Милана заорала от боли разбудив мать. Та, как кошка потянулась, продрав глаза и увидев происходящее улыбнулась, поцеловала мужа и полезла под дочь валетом.

Так начинался новый день Милы, полный похоти и разврата, с папиным хуем в очке и маминым вареником у рта. Она понимала что в следующей части рассказа ей придется обслужить своих предков, а возможно не только их.