Будет нечестно утверждать, что в этом рассказе всё описано так, как было на самом деле. Скорее это расцвеченная яркими красками канва реальных событий, которые происходили весной, в последний год моей работы на "модельное" агентство.

Я лежала спиной на ковре, а мои запястья были привязаны над головой к деревянному столбу. На лодыжках были кандалы, соединенные тонким металлическим шестом. Это не позволяло мне сдвинуть ноги. У меня были завязаны глаза. Иван Иванович дал мне напиться, но я все еще была голодна. Спермы от двух мужчин не первой молодости явно недостаточно, чтобы прокормить молоденькую девушку, пусть и на диете.

Я услышала голоса за закрытой дверью. Дверь со скрипом приоткрылась. Я услышала голос Ивана Ивановича, но не смогла расслышать, что он говорит... Затем послышался женский голос. Похоже, женщина говорила с акцентом. Сейчас я не уверена, но тогда мне показалось, что мужчина произнёс фразу “попользуйся сучкой”.

Затем дверь снова закрылась. Ко мне приближался цокот каблучков. Я почувствовала аромат духов и вкусный запах еды. Мне пришло в голову, что женский голос с акцентом, который я слышала, принадлежит одной из горничных, которых я видела днём. И вот теперь одна из этих девиц стоит над моим обнаженным телом с недавно приготовленной едой. Мой рот наполнился слюной, несмотря на чувство неловкости.

– Я помогу тебе сесть. Делай, что я говорю, – раздался мягкий женский голос.

Акцент я так и не смогла определить. Кавказский? Нет. Средняя Азия? Точно, нет. Девушка, скорее всё же девушка, хотя, похоже, старше меня, помогла мне сесть и прислониться спиной к столбу, оставив мои руки неловко свисать над головой

– Открой рот, – приказала она.

Я почувствовала, как что-то теплое и мягкое прикасается к моим губам. Я открыла рот, и была вознаграждена чем-то вкусным. Не совсем уверена, что это было, возможно, что-то из морепродуктов и итальянская паста в сливочном соусе. Она продолжала меня кормить таким образом. Я просто жевала, глотала, а потом снова открывала рот. А потом девушка влила мне в рот воду. Я не ожидала этого, поэтому часть воды полилась по подбородку и на грудь.

Мне стало интересно, о чем думает эта девушка. Неужели ей все равно? Неужели она пялится на мои голые груди и бритую киску, и ничего при этом не чувствует? Чувствует ли она ко мне презрение? Вероятно, я кажусь ей дешевой шлюхой, которую купили и вот так ею пользуются. Не, ну я ведь вроде модель и эскортница, вот только разница между мою и девушкой с трассы, если раздеть, не очень-то заметна. Конечно, Иван Иванович покупает только дорогих блядей. Наверняка и эта горничная обслуживает своей пиздой хозяина и его друзей по первому их требованию...

Странные мысли иногда приходят в голову. Я ничего не могла с этим поделать. При мысли, как низко я пала, я почувствовала лёгкое покалывание в киске. Одновременно с возбуждением я ощутила лёгкое презрение к самой себе.

Решив, что уже наелась, я перестала открывать рот. Я надеялась, что служанка всё поймет, и мне не придется ничего ей говорить ничего.

– Открой! – послышался её голос.

Я послушно открыл рот. Что-то, по ощущениям похожее на стакан, прижалось к моим губам. На этот раз это было вино, но, как и в прошлый раз, не вся жидкость оказалась у меня во рту. Я чувствовала, как прохладная жидкость стекает тоненькими ручейками моим грудям и бедрам.

– Открой, – снова приказала она.

Я подчинилась. Я больше не испытывала голода или жажды, я просто не знал, какие последствия могут меня ожидать, если я не выполню приказы в этом доме. Вместо еды или питья я почувствовала нечто другое. Секунду спустя я поняла, что язык этой девушки проник мне в рот. Я просто позволила ей действовать, не решаясь ответить взаимностью. Она резко остановилась.

– Целуй меня, – приказала она.

Девушка снова прижалась своими губами к моим. Её губы были очень мягкими. Пальцы ее рук нежно гладили соски моих грудей.

Я начала целовать ей в ответ с безрассудной самоотдачей, вытянув голову вперед настолько, насколько это было возможно, поскольку привязанные к столбу руки дальше меня не пускали. Мой язык, извиваясь, боролся с язычком. Пальцы ее рук принялись пощипывать, дразня, Я чувствовала, как моя киска снова увлажняется. Я застонала, когда ее рука прижалась к моей пизде. Это было так невероятно, что мне было уже все равно, какой конченной, продажной блядью она меня считает. Мое тело изнывало от сексуального напряжения с тех пор, как мне не дали кончить, вдоволь попользовавшись моим ртом. Я жаждала разрядки.

Ее рука потерла мою пизду. Пальцы нежно щипали мне клитор. Я уже собиралась кончить, когда девушка остановилась. Она отстранилась. Мне захотелось расплакаться. Снова облом?

Затем я почувствовала проникновение в свою пизду... м-м-м-м... Это было просто чудесно. Дилдо... Она засунула его до конца... и просто оставила там.

Я слышала, как она уходит. Дилдо было достаточно тонким, чтобы не выскользнуть сам по себе, но и достаточно толстым, чтобы я могла чувствовать его присутствие внутри меня. Я не могла пошевелиться. Я не могла коснуться своего чувствительного клитора. Я не могла трахнуть себя этим дилдо, который глубоко проник в мою пизду киски. Я попыталась сжать вагинальные мышцы, но не могла кончить таким образом. Впрочем, это меня не остановило. Легкое сжатие мышц вокруг дилдо постепенно становилось все более приятным.

Затем я услышала, как снова открылась дверь. Послышались голоса. Ни один голос... ни два... несколько...

Я инстинктивно попыталась сомкнуть ноги, но металлический стержень между кандалами мне не позволил. Я попыталась прекратить начатую игру, но моя киска уже мне не подчинялась. Мышцы влагалища непроизвольно продолжали сокращаться вокруг дилдо. Я ничего не могла сделать, чтобы остановить свое возбуждение. Раньше я очень хотела кончить, но появление зрителей, которых я не видела, немного смущало. Тем не менее, пульсации между моих ног не ослабевали...

Я пытался сосредоточиться на том, что говорили люди, а не на собственном растущем возбуждении.

– Это она снималась в рекламе женских прокладок?

– Видела её на показе мод...

– Мне нравятся ее дойки...

– Интересно, сколько стоят такие девушки? Думаю, купить её себе на денёк-другой...

– Блядина залила под собой весь ковёр...

– Видно, что её возбуждает, когда её унижают и насилуют...

Голоса принадлежали десятку человек, никак не меньше, в основном мужчины, но я услышала два... нет, три женских голоса...

Сокращения мышц внизу живота приближали меня к оргазму. Я так сильно этого хотела, что вновь принялась осознанно себе помогать.

Голоса вокруг стихли. Как будто все они тоже ожидали моего оргазма. Я чувствовала, что их взгляды обращены на меня. Кто-то погладил меня по щеке. Другой ущипнул меня за сосок. Сильнейший оргазм нахлынул волною. Прежде я никогда не кончала без непосредственной стимуляции клитора или траха в киску. Я не могла остановиться. Я начала стонать, чувствуя дилдо глубоко внутри себя. Соски моих грудей стояли малюсенькими пирамидками. Казалось, окружающие прожигают меня своими взглядами, когда я взорвалась оргазмом перед ними. Протяжный крик сорвался с моих губ. Жидкость из влагалища, я знала, заливает сейчас ковёр подо мною. Моя спина выгнулась. Я выпятила грудь, подчиняясь своему оргазму, желая произвести лучшее впечатление на собравшихся, среди которых наверняка я смогу найти новых клиентов...

А что было потом? Оргия? Не хочу разочаровывать читателей, но потом все ушли, а спустя некоторое время мне снова пришлось орально обслуживать хозяина дома и его друга. Я даже не видела лиц тех, кого он пригласил в гости наблюдать за моим оргазмом. Впоследствии никто мне не говорил, что видел меня тогда привязанной к столбу посреди комнаты. Правда необычно?