Есть ли секс после 50 да еще и с верностью одному партнеру? В моем с Верой случае, однозначно скажу, что да! Наш возраст уже не далек к тому, чтобы перейти рубеж полувека, но мы сохраняем бодрость духа и ситу тела. Что еще важно, ни я, ни Вера, не были увлечены даже мимолетным флиртом за все годы наших супружеских отношений. А в браке мы уже почти половину срока от нашего возраста.

Кстати, практика секса тоже пришла с опытом и возрастом. Порой мы были переполнены интересом и страстями, порой обходились супружеским скупым сексом под одеялом в миссионерской позе. Но с обязательной последующей благодарной лаской партнеру!

Ну а годы... С годами понимание нужности друг другу только росло. Будем откровенны, ведь здоровее мы не становимся. Обнажаются и вылазят все возрастные хвори, организм изнашивается и стареет. Собственно, как не молодись духом, а поддерживать себя в форме с годами все сложнее.

Наверное, потому и оценка друг друга с годами только ростет. Как знак внимания и нужности.

Сегодня, когда мы были одни, и появление взрослых детей не ожидалось, я лишь намекнул Веруне о послеобеденном отдыхе. За словами «Пойдем, отдохнем», не подразумевалось ничего особого, но... все «пришло» само.

Я лежал, накрытый простыней, когда она вошла в спальню, укрытая полотенцем. Волосы еще были влажными от влаги после принятого душа. Я даже не обратил внимание, что она после обеда успела принять душ.

Все еще закутанная полотенцем, она присела рядом, и вскоре я ощутил касание ее ладони моего бедра под простыней. Ее ладонь уверенно продвинулась к моему мужскому органу и я почувствовал, как ее ладонь стала потискивать мой член сквозь трусы. Еще немного, и вяловатый член стал твердеть от этих нехитрых женских манипуляций.

Вера села на корточки между моих ног, и пропустила вторую руку под одеяло. Касание ее рук стало более настойчивым и крепким, соразмерно укрепляющемуся члену.

Глядя на лицо жены, я отмечал, как похотливо менялось ее ангельски-милая внешность. Улыбка стала плотоядной, а взгляд отливал лукавстом и пороком.

Она хотела заняться мной, а не я торопился проявить инициативу, чтобы овладеть так хорошо мной знакомым телом.

Она стянула с меня простыню, и я чуть приподнял таз, чтобы помочь ей приспустить мои трусы. К тому моменту, как я отметил, головка моего члена уже обрела боевой размер, и повинуясь неведомой логики и нетерпению, Вера вдруг притянулась к нему лицом, заглотив самую головку.

Не всегда минет был частью нашей программы-прилюдии, но именно с годами он стал изысканней. Держа мой член одной рукой, Вера раза три сделала уверенный заглот, и сверила мою реакцию своим заинтересованным взглядом: «ну как?»

Не успел я даже взглядом отметить, как мне хорошо, и что она угадала с подходом, как Вера стала затягивать в свои губы мою налитую головку, удерживая сам член левым хватом. В глаза она мне больше не смотрела.

По самому члену заструилась избыток ее слюны.

Не надолго оторвавшись, чтобы сглотнуть накопившуюся слюну, Верка активно продолжала стимулировать мой член, проводя левой почти от основания и до головки.

И вдруг снова заглотила самую головку, сделав два глубоких засоса, чтобы потом обратить на меня свой игриво-порочный взгляд: «ну как?»

Я инстинктивно двинул ей бедра навстречу, и Верунька приложила к члену обе руки, став оглаживать его самыми ноготочками.

Я захотел ее! Захотел свою жену, тело которой мне было известно, и которая, как мне казалась, была известна мне!

Но я не сказал ни слова. Вера погрузила мою головку в свой рот и стала сосать, попутно проводя левой по оставшейся части члена. Я мог видеть лишь ее макушку и затылок, синхронно поднимающиеся и опускающиеся под движение.

— Вера... Веруня... - наконец, как в бреду, прошептал я.

Это отвлекло ее от столь увлекательного занятия, и она выпрямилась, глядя на меня своими влажными глазами. Мой член при этом находился в движении ее обоих рук, которыми она накрывала его поступательно-ритмичными движениями по кругу.

Сделав еще один контрольный подсос, Веруня переместилась ко мне ближе: полотенце уже было выше ее гладко выбритого лобка.

На миг ее лоно нависло над моим надутым пенисом, и вот он погрузился в нее, как минуту назад сама головка в ее ротик.

Я прихватил любимую за бедра. Полотенце по прежнему скрывало ее грудь, но я не торопился снять его.

Эта качка вверх-вниз задавалась ею, я лишь отвечал на ее движения.

Все, что мне захотелось, так это скинуть с нее полотенце, но Вера словно бы предугадала мое желание.

У моей жены все еще хорошие груди, которые я всегда любил целовать.

Сейчас же я просто прихватил их, сдвинув плотно их вместе так, что сами набухшие соски слились в едином порыве страсти.

Верунчик еще и налегла на меня, позволяя оценить изысканность ее сосков!

Я звонко поцеловал их!

Моя женщина!

Вера чуть приподнялась, словно бы отдаляясь от меня, но ее я все еще удерживал ее грудь одной рукой, подтискивая ее, точно глиняную заготовку.

У нее хорошие, мясистые груди, сжимая которые, я чувствовал все возрастающую эрекцию. К тому же Вера продолжала раскачиваться на мне, или же мой член взял под контроль ее женский орган?!

Наши руки сплелись, проникая пальцами между пальцев, а меня вновь влекло к ее соскам. Губами и языком.

Но Верка вдруг сама прикрыла свои груди руками, лишив меня своего чудного обзора.

При этом она полностью насела на меня, продолжая глубокую качку.

Амплитуда возрасла, а Вера продолжала держать в обоих руках свои груди, сквозь пальчики просматривались линии темных сосков.

Я держал ее за бедра, чувствуя, как мне не хватало одного лишь вида ее раздутых сосков, чтобы разрядиться. Пока они скрыты от меня, я держусь...

А пока я держусь, могу удерживать и Веру на пике ее блаженства.

Ее стон-оклик уже звучал в комнате. Разрумяненое лицо помолодело. Волосы взмокли от поступившего пота.

Неожиданно ее руки сами опали, явив мне ее красоту. Груди призывно затряслись, понуждая к поцелуям и ласкам.

Но я лишь ухватил супругу за ягодицы, как если бы пытался тем самым переключить свое внимание от рвавшегося наружу оргазма.

У любимой шикарная попа, и я люблю ее тискать, но сейчас я просто взал в нее ладони, оставляя на ней свою хватку.

Веру трясло от подливавших чувств.

Амплитуду движения и скорость повышалась, Кровать заскрипела сообразно нашим движениям. Тела наши импульсивно стучали и двигались навстречу друг другу.

Я сжимал ее ягодицы, а она удерживала равновесие надо мной, ухватив меня за руки.

Ее грудь балансировала надо мной, но я не смел потянуться ней, чтобы не прервать участившийся ритм, сопровождаемый ее густым дыханием.

В какой-то момент я все же рискнул, переложив руки на ее груди, и тотчас отдернул их, точно боясь обжечься о разгоряченные соски.

Я подхватил ее под груди, приятно ощущая их тяжесть и вес, в то время как соски горели огнем.

Верка вдруг сама накрыла их обоими ладонями, оставив неприкрытыми лишь самые соски, которые буквально жгли руки: выходит, мне не показалось?

Продолжая отрабатывать на мне свой высокий ритм, Вера вдруг высоко поднялась, как если бы хотела сменить позу, но так же низко и глубоко на меня насела, охнув, как если бы прошла много миль, и сейчас получила сидячую передышку.

Я ощутил, как ее соки, смешавшись с моей мужской живительной силой с хлюпаньем заливают нас.

И только когда мой член, выбросив остатки запаса, сжался, угасли и огни ее разгоряченных сосков.

Вера слезла с меня, все еще тяжело переводя дыхание.

Я тронул ее за плечо.

— Спасибо тебе...

Она пригладила влажный волос. Ее лицо преобразилось, став вновь ангельски-милым.

— И тебе – спасибо...