Рэд фростер.

Событийное продолжение «порно в автобусе».

Мир будущего, после Судного дня.

Люди теперь не совсем умирают.

Перед смертью их сознание можно скачать, и сохранить.

Потом залить в чужой мозг, или в сознание бионика.

А еще мир превратился в огромную помойку, арену для убийства, насилия, и выживания.

*

Молодой мужчина, высокого роста, немного потоптался на крыльце, оценивая мрачную обстановку вокруг. Пустое пространство, напоминающее автостоянку, было уже забито десятком разномастных байков, на которой он тоже припарковал свой давно немытый «харлей».

Над входом одноэтажного строения, расположенного на развилке мелких шоссейных дорог, с неоновой вывеской «Diner», красовалась строгая табличка, «вход платный».

Рядом спаренная колонка с навесом, для заправки топливом.

С повешенной табличкой, на рукоятках шлангов, «только дизтопливо».

Вдалеке сгоревшие остовы зданий, автомобилей, деревьев.

Еще дальше окрестности разрушенного города, графства Йоркшир, с гнетущим видом опустошения.

Пустоши, так их теперь называют.

Он окинул взглядом «дайнер»; окна строения заварены листами металла, на входе толстая железная дверь. Хотя раньше оно выглядело немного иначе несколько лет спустя назад, когда он с классом из школы, отмечал здесь выпускной вечер.

Совсем другим.

Ему будто оторвали часть тела: зуб, палец, глаз, или одну сторону души, отвечающую за мораль, когда его окутали воспоминания об том полузабытом вечере.

Вон там была беседка, вон там, где сейчас находится свалка мусора, была зеленая лужайка, там жарили барбекю из индейки.

Над входом в кафе, рвались в небеса радостные арки из надувных шариков, в форме алых сердечек.

Окна прозрачны, светились добром, дверь нараспашку.

А там за углом был туалет, рядом с ним они курили сигареты, пили баночное пиво украдкой, от присматривающих за подростками родителей.

Его глаза раз за разом осматривались, но не находили, ту беседку, ту арку с шарами, словно их украли, или точнее, пытались стереть из его памяти.

Он затем решительно протянул руку, открывая тяжелую дверь, не торопясь, заходя внутрь просторного помещения.

Придержал дверь, чтобы за ним, проскользнул неотступной тенью, темный спутник, в виде бладхаунда.

Немногим чуть ранее, мужчина находился в Пустошах, с Бладом, его псом.

Наступила неделя досаждать ему: он непрерывно именовал его Айзеком. Очевидно, псина думала, что это чертовски забавно.

Мужчина поймал ему пару водяных крыс, вдобавок стриженого пуделя с поводком, удравшего у кого-то из Подземок, так что Блад не был голоден, поэтому был не прочь, немного поиздеваться.

— Давай, сукин сын, — потребовал он. — Найди мне телочку.

Пес только хмыкнул, судя по урчанию в глубине глотки.

— Ты смешон, когда тебя одолевает похоть.

Может, мужчина и был достаточно смешон, чтобы пнуть этого беженца с мусорной свалки по его узкой собачьей заднице.

— Найди девчонку! Я не жуткую!

— Какой стыд, Айзек. После всего того, чему я тебя обучил, ты опять говоришь: «не жуткую»! Не шучу!!!

— Выражайся именно так.

Блад всё-таки почувствовал, что терпению родного хозяина приходит конец, очень неохотно принялся за дело. Он уселся на искрошенные остатки асфальта, его лохматое тело напряглось, веки задрожали и закрылись.

Потекли томительные минуты.

Минут через пять он распластался, вытянув передние лапы, положив на них свою косматую морду.

Напряжение оставило его, пес начал медленно подрагивать, словно его кусала блоха. Это продолжалось еще минуты три, наконец, он повернулся, лег на спину, голым брюхом к вечернему небу, сложив передние лапы, как богомол, бесстыже раздвинув задние ноги.

— Извини, Вик, — произнес пёс мужчине. — Я ничего не обнаружил.

Он был взбешен, готов был избить пса, но понимал, что тот старался, сделал все возможное. Неудачный поиск его обескуражил: он неистово хотел присунуть изнемогающий член от накопившейся спермы, в какую-нибудь молоденькую телочку. Но что тут поделаешь?

— Ладно, — проворчал он, смирившись. — Черт с ним!

Пёс перевалился на бок, быстро поднялся.

— Мы что ли едем? — спросил застенчиво Блад.

— Да, уже вечер, прыгай на свое место.

Ответил Вик, подходя к мотоциклу, усаживаясь в седло.

Пес запрыгнул в корзину, укрепленную на багажнике.

— А куда? Мне так хочется нагетсов.

— Куда... куда-нибудь. За мечтой.

Мир здорово изменился, точнее, он сошел с ума:

девушек теперь почти нет, из-за всего.

Основная причина, рост насилия.

Девушек ловят, насилуют, убивают, или отправляют в порно-бордели, для заработка денег. Еще девочек из родильных домов сразу отбирают от матерей в спец-инкубатор, где из них выращивают моделей, для виртуального секса.

По слухам, они там находятся во сне, в креслах, обмотанные трубочками с питательным раствором, и проводами подключенные к голове.

Потом, где-то там, идет накопление сексуальных эмоций, через выбросы половых гормонов.

Наверно, это сказки, рассказанные обезумевшим «фростером».

Просто девчонки однажды вымерли, из-за вируса, и болезней.

Лучше так думать, и так считал Вик.

Парни сбиваются в банды, им легче выжить, там они трахаются сами с собой: парень с парнем, нагибая того рачком, где-то за углом.

Ведь девушек почти не осталось в реале.

Поэтому лучше быть Соло.

Мир прошлого, хорошо маскировался, под видом романтики, любви, продолжения потомства, создании семьи, для получения обычного секса, между двумя разнополыми людьми.

Теперь же этого нет.

Не надо притворяться с одной стороны, белым и пушистым.

Ловишь телочку, ебешь ее во все дырочки.

Потом связываешь в укромном местечке, чтобы не убежала.

Уходишь по своим делам, возвращаешься с едой.

Если она здесь, то трахаешь ее снова, кормишь, и так далее.

Если ее нет, то понятно, банда парней набрела на это место.

Отымела ее по кругу, а потом... лучше не знать.

В последнем случае, это было месяц назад, Блад выследил одну девчонку.

По его словам, она издавала излучение от своей женской матки.

Вику было на это наплевать.

Подкрался, оглушил ударом рукоятки 45 в головку, все просто.

Пока девчонка валялась без сознания, снял штаны, обнажил белую нежную попу, спустив трусики на бедра, водой из фляги промыл немного небритую промежность с дырочками, и свой член.

Во время процесса, когда мужчина ввел член в приоткрытую щель, телочка очнулась. Сначала стала громко кричать, ругаться, царапаться...

Лишь потом стала слегка постанывать от наслаждения, поматывая волосами с головкой, открывая ротик.

Вик на всякий случай отбросил в сторону ее «33 браунинг».

Еще через пару минут энергичных телодвижений, он разрядился горячим потоком мужской жидкости в слишком узенькую щель телочки.

Вынув ствол из нее, заметил кровь на нем.

— Ты целка, что ли, была?!

Спросил он, поднимаясь, отряхиваясь, застегивая ширинку с ремнем.

— На, подмойся.

Он кивнул на оставленную флягу с водой.

— Фак!!

Девичий писк. Она извернулась телом на земле, натянула одежду с трусами, показывая ему пальчик.

— Да ладно. С тобой было кайф. Не я, так другой.

— Фак!!

Щелчок курка, девчонка направила ствол 33 на него.

Твою мать! Она не жуткуеть!

Вик тут же перекатился, спрятавшись за ржавыми бочками.

Раздались выстрелы. Одни из пуль пролетела совсем рядом.

Он ее не хотел убивать, хотя мог так сделать сотню раз.

Девчонка была,.. . так мила, сладка, что даже...

Но он боялся думать об этом.

— Эй, успокойся!

Выстрел. Прицельный.

— Я ухожу, дура!

Вик снова перекатился в боковину рельефа местности, где можно было по-тихому свалить оттуда.

Через некоторое время, он наведался на то место, девчонки уже не оказалось. Обрыскал по кругу местность, объезжая на байке.

Блад тоже не мог ни чем помочь, хотя он ему скормил две банки тушенки, из неприкосновенного запаса.

Остались лишь следы крови, костровище с золой, обгорелыми косточками.

Поэтому лучше быть Соло, одному, теперь в проклятом мире.

С чертовой псиной, которая умеет каким-то образом читать его мысли, тем более разговаривать, передавая слова прямо в мозг.

Откуда эти одинокие девчонки брались?

Кто-то пришлые, кто-то беглые, или случайные, кто-то пришел с Подземок, кто-то просто повидать мужской член, опробывать его в действие.

Ведь там, в Городах, по слухам, почти ни у кого не стоит член, в «натурале». Им подавай только в вирте.

Теперь же Вик открыл платную негостеприимную дверь «дайнера».

Сразу его уши окунулись в сладострастные женские стоны.

На широком экране светился порно-канал, вещающий из виртуального пространства.