Давненько то случилось-

Настёна горевала.

Попала та в немилость,

Где ласки было мало.

От мачехи укрыться

Никак ей не выходит.

А сводная сестрица

Всегда была на взводе.

Она за женихами

То бегает, то скачет.

А Настя с петухами

Встает и не иначе.

Целуется Марфуша

С Иваном под березой.

Так членом жмется лучше.

И рада та мимоза.

Казалось – сок та девка.

Но куча в Марфе фальши-

Сперва целует крепко,

Потом же шлёт подальше.

А Настя в это время

Как раз идет с базара.

И только чешет темя.

Про то не рассказала.

Зовет маманю бойко,

За байкой на ночь глядя.

Чтоб был финал не скомкан.

Про тетю и про дядю.

— Достали люли-люли.

Хочу теперь поинтересней.

Чтоб в этой байке вдули.

— Но, слушая, не тресни.

Жил хан один богатый.

В одной стране далекой.

И злато греб лопатой.

Но было маловато.

Своими сыт по горло.

Дождался чужеземок.

На них его проперло.

Охочий был на девок.

Такие были стоны,

Когда, закончив танцы,

Ушли те с ним покорно,

Чтоб после обнажаться.

Похоже, что стыдливы

Те были охи-вздохи-

Он сравнивал их сливы,

И были там подвохи.

Потом одна девица

С ним вместе оставалась.

Чтоб вместе с ханом слиться.

Он к ней причалил парус.

Бывало, враскоряку

Те девки уходили,

Как будто всунул в сраку.

Там слухи и ходили....

— Ну, полно те, маманя!-

Залилась Марфа смехом.

Уже я засыпаю.

Потеха, так потеха.

Обмолвилась раз Настя-

Целует Марфа плохо.

А та сказала – Здрасьте.

Всё видишь ты, дуреха.

Не зря твердит маманя-

Ты – подлая змеюка.

Иди, попарься в бане.

И больше чтоб ни звука.

Но Настя упираясь,

Той руку покусала.

И в лес в момент умчалась.

И два часа блукала.

Вернулась ошалевшей,

Всем дивное сказавши-

В лесу какой-то леший

Ее любил, связавши.

— Да врет она, паршивка-

Марфуша всем сказала-

Как будто та наживка.

Сама же в лес сбежала.

— Горит на ней румянец-

Заметила Матрена.

— Был может, он посланец.

— Пускай покажет лоно!

Пошли они на койку

И юбку ей подняли.

И ахнули те только-

Ее в лесу помяли.

— Сказал тот страстный леший-

Свою ищу в лесу я.

Женюсь я на милейшей.

Что дарит счастья струи.

— Так я как раз такая!-

Пора мне в лес, дурёха.

Я пара напускаю,

Когда поем гороха.

Потер ладони отчим-

Заправивши повозку.

На месть давно заточен.

Обиды отголоски.

К себе поставив задом,

Привязывать стал к дубу...

— Да передом же надо!

А тот сжимает зубы.

Приманит на седушку.-

Он понял, уезжая.

Не задница. А плюшка-

Большая-пребольшая.

— Дурацкая затея-

Подумала Марфушка,

Усиленно потея.

А вот и та заглушка.

А кошка на лежанке

Мяукает мамане-

— Дочь в дупу жезлом жарким.

Внутри ей, словно в бане.

— А ну, заткнись, котяра!-

— Мяу, розовая дупа.

Мяу, вышло много пара.

— Получишь только крупы.

Сама же от досады

За дочкой шлет болбеса.

Она уже не рада,

Лишь вышла б та из леса....

Кикимора как будто,

А вовсе и не Марфушка.

Она за три минуты

Покрасилась в лягушку.

— Да это точно леший.

Похоже, точно вжарил.

И раза два, не меньше.

Они особых правил.

— Тяв, тяв, себе на гузно

Она нашла забавы.

— Заткнись, кормить невкусно

Тебя я буду, гадкий.

Хотела замахнуться

Дочь мачехи на гада,

А руки-то не гнутся....

И только пар из зада....

Разводит дед руками-

Мол, вжариватель это.

Он там живет с волками.

И страсть кипит всё Лето.

А после будет Осень.

Рукой помашет зною...

Зимой он в спячке вовсе.

Проснется лишь Весною.

А Марфа будет мужа

Фигурой завлекати.

У той она, как груша.

Такая очень кстати.

Когда сошла зеленость,

Про всё она забыла.

И стала ждать влюбленность,

Смеявшись, как кобыла.

Увидел парень бравый,

Как та в окне крутилась.

Пошел он на забавы-

Авось и будет милость.

Пиздень ее со смаком-

Дождалась потрахона.

На зависть мелким тявкам.

Пыхтела так ядрено.

А Настенька-разява.

Все время в рот смотрела.

В нее влюбился Савва.

И с ним ушла та смело.