Мы потерпели крушение на необитаемом острове. Не буду вдаваться в подробности. Скажу только, что было страшно, так страшно, как никогда в жизни.

Мы летели на отдых, а оказались отрезаны от цивилизации, я, мой отец и ещё несколько десятков пассажиров, что смогли выжить, и конечно, некоторые из команды самолёта, пилот, борт проводники. Не суть.

Мы уже не первый день на острове.

Здесь есть своя иерархия. И я на самом её дне.

Меня зовут Ангелина и мне 18. Исполнилось уже на острове. Моему папе 44. Ещё крепкий мужчина, который добывает нам пропитание, но остров небольшой, нас много, выживать становится труднее. Аа блатные, как их называет папа, все наглее и развязаннее ведут себя с людьми.

— Куда вы меня тащите? Мой папа найдёт меня! Слышите?! И вам не поздороваться!!! - шиплю я, пока меня тащат. На мои угрозы три мужика нагло скалятся, их забавляет мой страх, мои слова.

— А твой папаша уже унас в гостях, все ждут только тебя, - отвечают мне и мерзко улыбаются.

Меня передергивает от отвращения. Потные, вонючие, лохматый, грязные мужики продолжают тянуть меня в логово их вожака Славика. И я ничего не могу поделать.

Вот я вижу отца и мерзкого, жирного Славика возомнившего себя пупом земли.

— Ну, как добралась, красавица? - ржёт Славик. Но я не отвечаю, отец избит и это не ускользает от моего внимания. Меня начинает трясти ещё больше, хотя куда больше то.

Сейчас мы с тобой развлечомся, малышка, оттрахаем жёстко, но не больно, тебе понравится! - сообщает на ухо мне не менее отвратительный Леха. Худощавый и ленивый, как все прислужники Славика.

— Вы не посмеете, когда нас найдут я на вас заявлю, можете меня убить, но делать со мной ЭТО я вам не позволю.

— Девочка, ещё целка, я правильно понимаю, - скорее не спросил, а констатировал очевидное Славик.

— Тем интереснее! - заключил Леха и подошёл к моему отцу, что так и валялся без сознания в ногах жирного борова Славки.

Эй, старый вставай, сейчас тебе будет очень хорошо, - приговаривает Леха, попинывая моего папу. Слезы медленно бегут по моим щекам и я даже не представляю, что у них на уме.

Отец открывает глаза и не понимает, что происходит, находится где то далеко от происходящего.

— Чем вы его накачали, ублюдки?- неужели они смогли притащить на самолёт наркоту? В влрохе мыслей всплывает самая ясная.

ООО, не переживай, все будет хорошо, и тебе и твоему папе, ему так даже на пользу, отвлечется мужик, - и опять заржали.

Лара, солнышко, подойди к нам, - ласково зовёт Славик местную подстилку. Она в первый же день раздвинула ноги перед всеми, кто был не против.

— Сделай, Ларочка, старику приятно, он все-таки в нас в гостях.

Лариса ласково улыбается Славик, встаёт на колени перед моим отцом, достаёт его члены и начинает медленно посасывать, явно наслаждаясь процессом. Папу держат под руки с обеих сторон и не дают вырваться, и вот его слегка уже стоит, а Лара продолжает заглатывать его все глубже. То но смотрит при этом на отца, облизывает члены, яйца. Отца трясёт, и я боюсь предположить от отвращения или наслаждения все-таки.

— Достаточно, Лара. - это Славик раздаёт все команды.

— Ведите сюда малую, - это уже моим конвоирам.

Меня тащат на импровизированное ложе, руки держат в тисках, ноги раздвигают применяя силу, стаскивают мою одежду. Я кричу, плачу, царапаюсь, пытаюсь высвободится из захвата, прекратить эти пытки и унижение.

— Славик а это время поднимает свою толстую дому и идёт к папе. У него нож, он что-то говорит ему на ухо. Но я не могу разобрать слов.

И вот, отец поворачивается сам в мою сторону и обречённо движется. Подходит, встаёт у меня между ног. Член его все так же стоит.

— Прости меня, Ангелочек, - шепчет папа, и начинает масировать клитор.

Я сопротивляюсь, мне противно.

— Понимаешь, детка, я думаю, если ты не будешь ёлкой, то мы спокойно тебя попользуем, а на папочку ты не заявил, ты же любящая дочурка, - говорит Славик и продолжает наблюдать за представлением.

Доченька, прости меня, - продолжает папа, и во уже целует мою грудь, продолжает трогать меня там, я чувствую, что что-то меняется, соски на бухают, в промежности мокро и липко и не успеваю сообразить, как мне становится больно и чувствую Член отца в себе. Он плавно то двигается, то ускоряется. И вот уже кончает мне на живот.

Меня отпускают. Больше не держат. Не зачем.

Продолжение следует...