Не заметно прошло три месяца с тех событий. После всего пережитого мама морально ушла в себя, и как я не пытался было только холодное безразличие ко всему. Месяц после тех событий, я старался ее не чем не расстраивать. Ну дальше нервы стали сдавать у меня, было ощущение что за место мамы какая-то кукла.

Однажды вечером я зашёл к ней в комнату что бы поговорить, она лежала и читала книгу. Я стоял наверное минуту молча у кровати думая с чего начать разговор.

Неожиданно для меня, она отложила книгу, раздвинула полы халата и взяв за края спустила трусики до пят сняв их. Не глядя на меня она раздвинула ноги чуть согнув в коленях и отвернула голову в бок что бы не видеть наверное меня.

Я стоял ошаламленый глядя на ее промежность между ног, не заметно для себя стягивая с себя трусы. Трясясь от возбуждения я не спеша лег на неё, и попытался поцеловать но она отвернулась избегая поцелуя. Меня это в этот момент мало волновало.

Раздвинув своими ногами ее ноги ещо шире и согнув их в коленях, я стал засовывать во влагалище своей матери свой изрядно набухший член, положив одну руку ей на плечо а другой оттягивал ягодицу расширяя промежность. Все это сопровождала тишина нарушаемая только моим тяжёлым дыханием и скрипом крови. Войдя в раж возбуждения я не замечал как глаза матери заблестели и из них капельками на лице потекли слезы. Она тряслась как тряпичная кукла от ударов моего паха по низу ее живота, от чего вырез халата расползся оголив ее груди которые прыгали в такт моих движений. Схватив ее одной рукой за волосы а другой за ворот халата, с дикими конвульсиями я стал испаражнять в ее утробу своё семя чувствуя жгучие облегчение в своём члене. Тяжело дыша я сполз с неё и лёг рядом, слушая как она в ванной под душем пытается отмыться от того что сделал с её телом её сын.

Сегодня было тепло и поздним вечером я сидел на лавочке недалеко от дома. Я вспоминал неприятную ситуацию которая была у нас месяц назад с мамой.

Тогда утром я вышел на кухню и столкнулся лицом к лицу с ней, я ее обнял сказав -Доброе утро мама.

Как только я разомкнул объятие, она резко молча развернулась ко мне спиной, и стала прибирать на столе.

Меня окатил холод и досада. Я хотел ей что то сказать, уже начал подбирать слова положив ей руки на плечи с зади, как почувствовал сначала напряжение, и дрожь в её плечах.

Убрав сахарницу и пачку с чаем она легла грудью на стол ухватив края стола руками.

Я стоял в недоумении перед загнутой на стол мамой. Моя рука непроизвольно легла ей на спину и стала гладить её.

Я просто хотел с ней поговорить, мне важно наши с ней отношения. Но в ту же секунду глядя на все это, мой внутренний демон хотел её плоти, постепенно выставляя кол для казни в моих трусах. И он хотел жестокой казни.

Освободив свой член от оков, я резким движением сорвал с неё её узенькие хлипкие трусики.

Рядом в стоящий стакан кефира я засовывал пальцы и смазывал ее анус разрабатывая пальцем.

Когда пришло время её руки крепко сжали края стола, уперев головку в розовый анус мамы, словно прицеливаясь для расстрела, я резким движением проткнув маму зашёл ей в зад по самые яйца, заставив её издать истошный крик мученицы насаженой на кол.

С каждым моим входом костяшки ее пальцев которые вцепились намертво в края стола белели от напряжения.

Мои руки скомкали футболку на её спине, словно когти хищной птицы держа свою жертву.

Каждый мой удар пахом по ее заду сопровождался её выдохом со стоном боли в перемешку с хрипотой.

Тот маленький малыш которого она когда-то качала не руках теперь натягивал её зад на свой член растягивая анус, наслаждаясь ее материнской плотью.

Я почувствовал как из моего члена хлынула сперма, наполняя кишечник моей матери семенем. Но я хотел чего-то большего.

Продолжение следует.