(Внимание! Все совпадения с реальными людьми случайны. Автор открыт к любой критике, поскольку это его проба пера.)

Не сказать, что я был и есть, как сегодня принято говорить среди молодёжи, "гигачадом", т.е. отнюдь не двухметровым накаченным красавцем с красивым лицом, широкой челюстью и ослепительной улыбкой. Небольшого роста, 174 сантиметра ростом и довольно худой сероглазый блондин, работающий в офисе за копейки в свои 24 года по имени Франц. И пусть вас не смущает такое имя, потому что мои родители - обрусевшие немцы. Человек я мягкий, даже податливый, крайне ответственный и пунктуальный. Одевался и одеваюсь просто: брюки с туфлями, белая рубашка с длинным рукавом на пуговицах и серая кофта, тоже на пуговицах. Из увлечений: историческая реконструкция и железные дороги. Не сказать, что мечта всей жизни, не так ли?

Однако в моей жизни был человек, который делал её очень яркой. Это моя жена Эвелина. Родом из прекрасного Кисловодска, 27-летняя зелёноглазая тёмноволосая красавица, 195 сантиметров ростом, довольно сильная (спокойно могла меня поднять и взять на руки и пронести несколько сот метров), с грудью 2 размера. Мы познакомились в куротном городе в одном из санаториев. Чуть позже мы обменялись контактами, и выяснилось, что она живёт в том же городе, что и я. Мы 2 года встречались, при этом ни она, ни я не предлагали друг другу секс, поскольку знали, что до свадьбы заниматься подобным нельзя, хотя в тот момент уже не были невинны. Сыграв свадьбу, зажили тихой жизнью.

Однако главной её изюминкой был характер - она бескомпромиссная яндере. Поясню: яндере - японский термин, обозначающий девушку, чья любовь к своему субъекту возжелания - болезнь. Она везде старалась ходить со мной, кроме работы, не разрешала приходить с работы позже 18:00, а случае опоздания даже на минуту меня ждало наказание: допросы о том, где я был, проверки на верность и прочее, вплоть до агрессивного секса с предварительными ласками и вжатием в стену (японский кабэ-дон). Иногда она мне угрожала ножом, говоря, что если я изменю ей, то она прирежет сначала меня, потом себя, потому что я предам её, но жить без меня не сможет. Она крайне редко и после многочасовых мольб на коленях отпускала к друзьям. В остальном же это была крайне заботливая и нежная жёнушка.

Моих 35000 в месяц хватало на жизнь, т.к. жили мы в подаренной моими родителями квартирке, и она крайне экономно вела хозяйство. О детях пока речь не заходила.

Однако эта история не об этом, а о том, как меня угораздило попасть меж двух огней - моей женой и коллегой по работе.

Как-то я сидел в своём небольшом кабинете и перебирал отчётности. Где на последней четверти оставшихся бумаг ко мне зашла моя коллега Виктория. Типичная светловолосая пацанка (девочка-сорванец, томбой, иначе говоря) с короткой стрижкой, с грудью 3 размера, ростом 190 сантиметров, одетая досточно фривольно: чёрная толстовка, спортивные штаны и кроссовки. Она передала мне ещё бумаги.

— Начальник сказал передать тебе - сказала она даже без "привет", быстро и надменно и бросила бумаги на стол.

— Х-хорошо - только и смог произнести я, когда дверь громко хлопнула.

Спустя ещё полчаса я решил справить малую нужду (утренний чай уже просился наружу). Я спокойно закрыл кабинет и направился в туалет, который был в другом конце здания. Зайдя в заветную дверь с буквой "М", я подошёл к писсуару и сделал дело. Но когда я застегнул ширинку и уже хотел идти обратно, меня за плечи крепко схватили чьи-то руки. Я вздрогнул. Мой рот закрыла женская ладонь, а сладко-грубый голос приказал: "Ширинку расстёгивай".

Виктория стояла сзади и прижимала меня к с себе. Её груди, прижатые к моей спине, не могли не возбудить меня, и мой половой орган был уже на изготовке.

— Вика... Не надо... - пробубнел я ей руку.

— Франц, я тебе сейчас шею сверну, если не заткнёшься - сурово сказала она, расстегнув мою ширинку и достав моё хозяйство.

Я беспомощно стоял, прижавшись к ней. На лице был написан неподдельный ужас и полная неправильность происходящего. Её крепкие руки начали мастурбировать мне.

— И этим ты удовлетворяешь свою жену? - спросила она, - Ну и мелкий же ты. Но для меня сойдёт.

Она нежно продолжала двигать рукой вверх-вниз по моему члену. Я постепенно начинал тяжело дышать ей в руку, и, когда она поняла, что я не буду кричать и сопротивляться, убрала её. Страх быть застуканным, возможный выговор или даже увольнение, конечно, пугали, но в тот момент они скорее возбуждали. Вика же лишь нарашивала темп. Рука, державшая мой член, начала двигаться быстрее, через брюки даже нежно задевая яички. Рука, которой она держала мой рот, через кофту начала массировать сосок. Я издал тихий стон наслаждения.

— О, так ты хочешь быстрее? - спросила она и начала увеличивать скорость движений. Из головки уже показалась смазка. Моё лицо было красным от стыда. Я поднял голову и умоляюще сказал:

— Х-хватит, Вика... За что?

— Не фиг было меня игнорить, Франц - ответила она.

Она взяла каплю смазки на свой палец и облизала его. После чего начала облизывать язычком моё ухо и шею.

— А ты вкусный... - пробормотала она. Я, оперевшись на неё спиной, мелко дрожал и закрыл свои руками глаза, не желая видеть процесс.

Она "прогоняла" мне ещё 5 минут, но это были самые долгие 5 минут в моей жизни. Периодически она меняла руки и хват: её сжатая кисть была то большим пальцем вверх, то вниз. Иногда она подключала вторую руку хватая меня за филейную часть. Я в какой-то момент открыл глаза и просто ждал конца своих мучений. Наконец я почувствовал, что не выдержу больше. Где-то в области простаты всё напряглось, а член стал совсем каменным. Яйца немного сжались, готовые пустить сперму по специальным каналам. Я понял, что сейчас кончу. В этот момент Вика тихо, но очень томно и страстно простонала мне прямо в ухо. Электрический заряд пробежал по всему телу. Что-то случилось в моём мозге, и началось "короткое замыкание". Непроизвольно дёрнувшись бёдрами вперед, я выстрелил своей спермой прямо в писсуар. За первым залпом последовал второй, третий. Суммарно 6 залпов. Разумеется, всё сопровождалось тихим, почти женским стоном с моей стороны.

Вика чуть отошла, и я рухнул на колени.

— Неплохо, но можешь лучше - равнодушно произнесла она и вышла вон. Я остался сидеть на полу с расстёгнутой ширинкой и выставленным органом, на котором ещё остались капли семени.

В голове проносились мысли: "Меня просто отымели, как последнюю сучку... А что же скажет моя Эвели... Да она же меня кончит на месте за измену! Нет, нельзя говорить, иначе действительно прирежет...".

Быстро поднявшись, я убрал остатки семени и застегнул ширинку, после чего пулей вылетел из туалета. Весь оставшийся день я прокручивал в голове своё унижение. "Прекратит ли Вика домогательства или же это только наш первый акт? Что я скажу своей любимой жене? Что мне делать?!" - эти вопросы волновали меня страшно.

Настало время идти домой... Рабочий день кончился.

(Продолжение следует.)