Тем вечером к нам снова пришел Макар.

Я снова стоял на коленял перед кроватью со спущенными штанами. Макар хмуро посмотрел на меня, любовник моей девушки явно был не в настроении. Макар положил Любу на спину, развернул киской ко мне и уверенным движением рук раздвинул ей ноги.

"Давай лижи ей" - приказал Макар.

Я прильнул к промежности любимой. Девушка начала стонать от удовольствия, но Макар быстро заткнул ей рот своим членом.

"Молодец, подготовил дырку для меня", - похвалил меня Макар. - "Теперь всегда так делай".

Макар взял Любу за руки, развернул ее к себе и лег сверху, мгновенно проникнув во влажную дырочку. Я видел только его мускулистую спину, ритмично работающий между ножек девушки торс. Вдруг я понял, что Макар кончает. Кончает внутрь Любы! А я даже не знаю, пьет ли она таблетки! Отдышавшись, Макар снова развернул Любу ко мне со словами: "А теперь лижи ей!"

Я снова начал делать девушке куни, но теперь ее губы были раскрасневшимися, а изнутри дырочки начала сочиться сперма Макара, которую мне приходилось глотать.

Так мы прожили несколько недель. Макар приходил к нам раз в два или три дня, обычно в плохом настроении, но по мере того, как он глумился и насмехался надо мной, постепенно добрел и уходил уже веселым. Если на мне были штаны, Макар обязательно приказывал раздеться, чтобы видеть, что я заперт в пояс. Но со временем я уже стал встречать его голым по пояс снизу. В поясе верности смотреть на секс Любы и Макара было сложно. Особенно тяжко мне было, когда он брал Любу в попку. Эта картина настолько меня возбуждала, что член больно упирался в ограничения пояса верности. Но делать было нечего, пока они трахались, меня не открывали.

Однажды я решился спросить Любу, что между нами происходит. Она ответила, что любит меня, а с Макаром у нее просто секс. К тому же она видит, что я не против ее маленьких развлечений.

"Но почему я должен носить эту дурацкую штуку?" — возмутился я.

Люба спокойно ответила, что это условие Макара. И к тому же ей так спокойнее. Почему спокойнее, я узнать так и не смог, отвечать на мои расспросы она не стала.

Я канючил и просил меня открыть каждый день, но Люба мягко отклоняла мои просьбы, но примерно раз в три или четыре дня все-таки соглашалась дать мне спустить. Однажды она была настолько довольна сексом с Макаром, что ненадолго открыла меня сразу после того как он ушел. В тот раз мы не пошли в ванную, Люба легла на кровать, раздвинула ножки и я привычным движением прильнул ртом к ее киске, а правой рукой работал у себя между ног. На мгновение мне показалось, что Люба позволит мне войти в нее, я было потянулся встать и придвинуться к ее дырочке тазом, но девушка сильным и уверенным движением руки вернула мою голову к своей дырочке. Через несколько минут я кончил себе в кулак.

Но однажды Люба обиделась на меня за то, что я был уставший после работы и не сводил ее в ресторан. После этого я просидел в поясе почти неделю — шесть дней. И никакие просьбы и извинения не помогли мне добиться освобождения раньше.

Но однажды все изменилось. В тот вечер Макар пришел в особенно мрачном настроении. Я, как обычно, стоял на коленях и смотрел, как Люба делает ему минет. Вдруг Макар перевел на меня злой взгляд и спросил: "Так что, лошок, когда она тебя открывала последний раз?"

"Сегодня утром", — честно ответил я.

"Почему без разрешения, шлюха?" - Люба не стала отвечать, продолжив сосать.

"А в прошлый раз когда?"

"Два дня назад", — снова честно сказал я.

"Ах ты блядина!" — взревел Макар. - "Вот, значит, ты какая добренькая! Знал, что нельзя тебе доверять. Ну-ка дай сюда ключ". Я похолодел. Неужели Макар заберет ключ себе? Когда он меня теперь откроет?

Люба безропотно сняла с шеи цепочку с ключом и отдала Макару. Макар отвесил моей девушке звонкую оплеуху. Люба ойкнула. Я сначала подумал, что нужно заступиться за нее, но в тот же момент осознал, что ключ теперь у Макара, и значит он теперь будет решать, когда я смогу подрочить. Поэтому не стоит его раздражать. Я поднял глаза на Макара, он смотрел на меня с презрением.

"Ничего, я научу вас дисциплине", — вдруг заговорил он, поднимаясь на кровати. В левой руке он держал цепочку с ключом, помахивая ей как приманкой. Правой он подозвал Любу и показал на свой член: "Продолжай сосать, шлюха". Несмотря на то, что Любе явно не понравилась пощечина, она все же встала на четвереньки, выгнула спинку и взяла член Макара в рот. После этого он правой рукой подозвал уже меня подойти поближе, и как только я это сделал, размахнулся и дал пощечину уже мне. Макар снова помахал у меня перед глазами ключом от пояса и снова ударил меня по лицу.

Было видно, что эта ситуация его заводит, он не смог долго сдерживаться и, отвесив мне еще несколько пощечин, начал кончать Любе в рот. В этот раз Люба была явно не в духе и не стала меня целовать, а Макар почти сразу стал одеваться и без лишних слов ушел, забрав с собой ключ.

Я был очень подавлен, можно сказать, на грани отчаяния. Все-таки Люба относилась ко мне по-доброму и открывала раз в несколько дней. А теперь ключ оказался у Макара, и я теперь не знал, когда я смогу в следующий раз подрочить.

"Милая, зачем ты отдала ему ключ?" - чуть не плача спросил я Любу перед сном.

"Ключ?" - взорвалась Люба, - "Ты думаешь про этот дурацкий ключ? А ты видел, что он меня ударил? И ты даже не вступился за меня, тряпка! Так тебе и надо, что ключ у Макара, теперь его упрашивай тебя открыть".

Больше она в тот вечер со мной не разговаривала.