Премьера смонтированного дочкой хоум-видео получилась довольно странной, поскольку я, Галя и Сережка чувствовали некоторую несуразность и неловкость, видя себя со стороны в качестве интервьера и интервьюированного. Импровизация каждого из нас троих смотрелась все же несколько натянутой и скупые комментарии собравшихся были с оттенком сконфуженности. Оля же, напротив, держалась и на экране, и при просмотре фильма весьма уверенно. Как будто хорошо знала, для чего она все это затеяла.

Центральным моментом всего видео было, безусловно, ее интервью мне. В котором дочка вела себя весьма провокационно, да еще и заявила о своей бисексуальности. Но для чего все это было?

— - -

Разгадка пришла на следующий день, когда уже пришло такси, чтобы отвезти детей в аэропорт. Оля велела Сергею отнести багаж, а сама напоследок перед прощанием бросила нам с Галей такую шокировавшую нас фразу:

— Кстати, я ласкалась со всеми членами семьи Дины в тот день, когда они меня пригласили. И с ее папой, и с ее братом, и с ее мамой. Меня пригласили на, как они выразились, «праздник семейной любви». Они устраивают его вечером один раз в месяц, чтобы всей семьей нарушить обыкновенность своей сексуальной жизни в остальные дни месяца. Это у них такая традиция. Один раз в месяц все в семье ласкаются со всеми, за исключением, разумеется, мужчин между собой. Потом наступает полночь, и праздник семейной любви завершается. Чтобы вернуться в следующем месяце. Мне эта традиция показалась весьма прикольной. У них чудесная семейная атмосфера в доме. Ну вот и все, что я хотела сказать. А сейчас пора ехать. Увидимся через три недельки. Всего-то.Оглянуться не успеете.

Оля чмокнула нас в щечку и упорхнула к такси, оставив нас в полном ошеломлении.

— Что это сейчас было? – вымолвила Галя, когда такси скрылось из вида.

Я, помолчав с минуту, сказал:

— По-моему, она прозрачно намекает на то, чтобы в нашей семье была такая же традиция.

— Да уж, прозрачность дальше не куда, - озабоченно вздохнула жена.

— - -

Тема праздника семейной любви не возникала в наших с Галей разговоров вплоть до кануна приезда детей на каникулы после сессии.

— Нам нужно как-то определиться, - сказала будничным тоном жена, загружая после ужина посудомойку.

— С чем именно определиться? – на всякий случай переспросил я.

— Завтра приезжает Оля. Не делай вид, что не понимаешь, о чем я.

Я почувствовал себя припертым к стенке.

— Ну тут у нас с тобой выбор не особо богатый. Всего два варианта. Или мы соглашаемся обсуждать с ней дальше эту идею праздника семейной любви в смысле выработки каких-то правил игры для всех, или сразу закрываем вопрос отказом обсуждать.

— И к чему ты сам склоняешься? Только честно и без увиливаний.

— В нашей семье четыре человека. Для праздника семейной любви нужно согласие всех четырех. Согласие всех четырех мы, как мне кажется, мы сразу одномоментно не получим. Чтобы было согласие всех четырех, нужно сначала согласие двоих и потом согласие троих. Как я понимаю,  согласие Оли уже имеется.

— Самовыражайся яснее, ты за поэтапные переговоры или за отказ от переговоров?

— А этот наш сейчас  разговор разве не переговоры о согласии или не согласии нас двоих? На самом деле вначале мне нужно ответить самому себе на вопрос: «Допускаю ли я возможность своего секса с дочкой?» А тебе ответить самой себе на два вопроса: «Допускаешь ли ты возможность своих ласк с дочкой?» и «Допускаешь ли ты возможность своих ласк с сыном?» И все станет на свои места. По крайней мере, на сегодня, пока дети не приехали. Если ответ хотя бы на один из этих трех вопросов будет «нет», то тема закрыта и больше не поднимается.

— Тогда озвучивай ответ на свой вопрос. Ты первый, а я потом…

— Когда я брал интервью у Оли в душе, то мой член встал на нее. Потому что она явно добилась такой реакции. Делая при этом вид, что не замечает моей эрекции. Ты же сама видела эту сценку на видео.

— Разумеется. И какой из сказанного тобой вывод напрашивается? – настаивала жена.

— Во всяком случае, сказать однозначно «нет», я не могу. У меня будет на Олю вставать и дальше, если она снова начнет свои чувственные провокации. Кстати, скажи, а ты с ее стороны что-то провокационное в таком же духе чувствовала? Она тебе такие сигналы посылала?

— Ну так, чтобы совсем уж однозначно, такого не было, - пожала плечами Галя. – Но, может быть, потому, что решила, что именно ты слабое звено для ее комбинации. Она явно придумала это хоум-видео, чтобы это ее посыл тебе не оставался незамеченным и мною. А Сережка, скорее всего с боку припеку, на первой стадии задуманного ею был.

— Похоже на то. Так как ты ответишь на свои два вопроса?

— Пока скорее никак. Пока не могу сказать: «Определенно да» или «Определенно нет». Скорее могу сказать, что сейчас до конца не исключаю положительного ответа на оба вопроса. Я бы предпочла сейчас занять позицию внимательного наблюдателя, собирающего впечатления для того, чтобы сделать свое заключение по неоднозначной теме. Если у меня возникнет ощущение, что тебя с Олей нужно остановить, то я остановлю. Уж будь в этом уверен. Что касается определенности по Сережке, то ее вполне можно отложить. Тем более что Оля озвучила тему праздника семейной любви нам, и как я понимаю, скорее всего не озвучила ее брату. Кстати, этот вопрос нужно обязательно прояснить завтра. Иначе расклад не совсем понятен.

— Намек понял. Прояснять мне или тебе?

— Конечно же тебе, дорогой, - усмехнулась Галя. – Ты же у нас центровой нападающий, а я пока в защите постою да на ваши взаимные маневры погляжу…