Я пиздолиз, жополиз и женский тубзик. Я ни разу не отъебал ни одной женщины, я их только лизал и нюхал. Как результат я женился на проститутке. Не то чтобы я был ей нужен, с моим вислым хуем. Просто я живу у неё и вылизываю её пизду и жопу после трудового дня.

Лариса девушка деревенская, и у неё на родине никто не знает, что её ебут за деньги. Ей уже хорошо за двадцать, родители хотят видеть её замужней женщиной. Она же проститутскую карьеру бросать не хочет. Вот и предложила мне побыть её мужем вполне официально.

Она представила меня своим родителям, и мы даже жили у них неделю. Правда, сразу же оконфузились. Дело в том, что специфика наших отношений заключалась не только в том, что я засыпал с ней в одной постели вставив свой нос в её раздолбанную жопу. Она никогда не называет меня по имени, вернее называет, но не моим настоящим, а тем, которое она придумала для меня. Точнее именами, их у меня несколько.

В зависимости от настроения она называет меня, то пиздюком, то тубзиком, но чаще всего Люсей. Этим она подчёркивает, что я для неё не мужик. Мы приехали к ней домой, Лариска представила меня своим родителям, вернее я сам представился.

Её родители искренне обрадовались, увидев меня. Они были настолько счастливы замужеству своей дочери, что поначалу даже и не заметили, что Лариска за столом несколько раз по привычке назвала меня Люсей. Хуже всего было то, что я на это имя всякий раз откликался.

В конце концов, её мать обратила на это внимание. Лариска, впрочем, не растерялась и сказала, что это у нас игра такая. Эта игра очень понравилась Таньке младшей Ларискиной сестре. Она училась в техникуме на третьем курсе и приехала к родителям на летние каникулы.

Несмотря на то, что Лариса в деревне не работала, я от своих обязанностей не отлынивал. Ночью я, как и всегда, лизал её пизду и жопу. Утром, когда ещё все спали, мы поднялись и «жена» потащила меня за собой в дощатый туалет в огороде. Я обожаю наблюдать за процессом её дефекации.

Лариска хотела, чтобы я просто вылизал её жопу после этого, но меня чего-то разобрало, аж до трясучки, и мне захотелось, чтобы она насрала мне в рот. Лариску долго упрашивать не надо, каждый раз в такие моменты она бурно кончает. Мы расположились на картофельной грядке.

Я лёг прямо на ботву, изрядно помяв её. Лариска сбросила халат, из одежды на ней теперь были только тапочки. Её круглая жопа висела надо мной. Я лежал и наблюдал таинство рождения девичьей какашки. Лепестки ануса раскрылись, и длинная колбаска говна устремилась ко мне в рот.

Её запах и вкус возбуждали меня, так что даже мой полумёртвый хуй слегка зашевелился в штанах.

— Вот это нехрена себе услышал я Танькин голос.

Облом, да ещё какой. Лариска резко выпрямилась.

– Тебе чего тут надо – в голосе жены звучала сталь?

– Чего, чего. Я может, тоже так хочу.

– Как так, как Люська?

– Неа, я как ты.

– Надо сначала Люську спросить, хочет ли она?

Я конечно же, хотел, а вот согласится ли Лариска поделиться с сестрой персональным туалетом. Перед замужеством она отшила всех своих коллег и из общественной проститутской параши сделала меня своим персональным туалетом. Решать надо было быстро.

– Тубзик, с этого дня ты принадлежишь нам обеим.

– Давай, Танюха, навали ему по самые гланды.

– Ой, а я срать не хочу – печально отозвалась Таня.

– Ничего, пиздюк тебе жопу раздраконит.

– А что надо делать – пискнула Таня.

– Ничего не надо, снимай трусы и садись надо мной, я всё сделаю сам – сказал я.

Танюша посмотрела на моё обосранное ебало и спросила:

— Лариса, можно я ему в морду плюну?

– Не можно, а нужно.

– Открой пасть, Говноед, обратилась ко мне Таня.

Я открыл рот. Танька смачно с соплёй плюнула мне в рот. Я проглотил нектар. Девушка повернулась ко мне жопой и спустила трусы. Я прильнул губами к её анусу. Вся моя харя была в ларискином говне и его часть перекочевала на танькину жопу.

– Уёбок – раздался ларискин голос.

Хуй снова слегка шевельнулся в штанах. Я слегка надавил указательным пальцем на танюшин анус, чуть помассировал его и он раскрыля. Мой палец пролез внутрь и встретился там с какашкой. Вообще палец это слишком сильно сказано,

Он у меня тонкий, попки девушкам не травмирует, к тому же ноготь я регулярно стачиваю маникюрной пилкой.

Я слегка качнул какашку.

– Ой – отозвалась Танюша.

– Не дёргайся – тихо проговорила Лариса – Тубзик своё дело знает.

– Просто насри этому уёбку в рот.

Какашка выглянула из жопы. Я лизнул ее, и она нырнула назад. Я снова вставил пальчик в попу госпожи и качнул какашку. Девушка пукнула и тихо рассмеялась. Ситуация забавляла её.

Теперь какашка двигалась без задержек, как по маслу, её новое появление на свет сопровождалось подливой. Когда говно заполнило мне рот, я начал кашлять и давиться. Я повернул голову набок и выплюнул большую его часть на ботву.

То, что осталось во рту, я проглотил. Девки балдели, на их лицах светились улыбки.

– Лариска, ты, где это чмо нашла и зачем за него замуж вышла – спросила Танька?

– Не бери в голову. Люська – это временно, лет через пять я с ней разведусь. Надо же что-то родителям предъявить.

– Так нашла бы нормального мужика, а не этот ходячий унитаз.

– Нормальные на проститутках не женятся.

– Ты проститутка – удивлённо воскликнула Танька!?

– А, что в этом особенного? – Да так ничего, мало ли какую заразу подхватить можно.

– Так я ж без презерватива ни-ни. Да и чмо это мне пизду и жопу не лизало бы, если бы я без гандона давала кому-нибудь. Бывает, конечно, и без гандона, но после этого я всегда моюсь. Они ещё долго сидели в картофельной ботве, откровенничая о своём, о девичьем.

Я же пошёл искать рукомойник, чтобы вымыть обосранную харю. Мне ещё предстояло вылизать жопы им обеим. Лариска туалетной бумагой вообще никогда не пользовалась.

Обычно после всех этих процедур, я чищу зубы мятной пастой Недопустимо, чтобы в обществе у тебя изо рта говном пахло. Впрочем, на этот раз я чистил зубы не, потому что боялся испортить аппетит родственникам за завтраком. Для того чтобы насладиться жополизанием, необходимо ощутить вкус и запах говна вновь, поэтому тщательная чистка зубов была необходима.