СЛУЧАЙНЫЙ ПОПУТЧИК

Часть седьмая

Когда Владимир открыл дверь, первое, что он услышал, была громкая музыка. Войдя в салон, он увидел Светлану, танцующую под громкий рок из музыкального центра. С бокалом сока в руках она умудрялась производить энергичные движения и повороты, не расплескивая содержимое бокала. На ней была все та же рубашка Владимира. Стройные ножки изящно сгибались в коленях, бедра призывно покачивались в такт музыке.

— Ау! Я пришел!

— Володенька, милый, мне так хорошо с тобой!- она обняла мужчину, прижавшись к нему всем телом.

Только сейчас он понял, что Света пьяна. В бокале вместе с соком было спиртное. Щеки женщины горели, в глазах сверкали дьявольские огоньки. Она была прекрасна и возбуждала.

— Что пьем?

— Нашла у тебя текилу и пью ее с соком манго. Настоящие тропики! А где ты был?

— Налей и мне. Я пока разденусь.

— Эй, а где мое платье? Что, я и домой голой поеду?

— Не волнуйся, все будет в порядке. И дома ты будешь одетой.

— Нууу, я тебе верю. Слушай, я такая счастливая... Мне так с тобой хорошо! Иди скорей, я тебе налила.

— Я здесь! За что тост?

— За любовь! Если это тебя не пугает...

— Не пугает, наоборот, хочу испытывать это чувство вновь и вновь.

— Тогда, за любовь!

— За любовь!

Выпив напиток, Владимир привлек к себе Светлану и стал целовать. Его руки невольно скользнули под край рубашки и сжали ягодицы женщины.

— Нет, не могу больше... ты уже затрахал мою дырочку. Давай обедать. Ты обещал шашлык и вино.

— Ах, вот как! Девочка голодна! А ее дырочка, значит, сыта?

— Ты – сексуальный маньяк! Но мне хорошо с тобой!

— Тогда, наложница, требую послушания.

Владимир подхватил женщину и одним движением усадил на диван. Руками развел в стороны ее бедра и приник губами к промежности. Света откинулась на спинку дивана и отдалась мужской ласке. Лоно трепетно воспринимало прикосновения языка. Сначала по нежной коже на внутренней части бедер, затем все ближе и ближе по направлению к клитору. Бедра женщины двигались навстречу губам Владимира, клитор изнывал от желания скорейшего прикосновения. Язык развел в стороны наружные губы и нежно коснулся клитора. Света вздрогнула всем телом. Ее ладони опустились на затылок Владимира и прижали его лицо к промежности. Губами мужчина обхватил клитор и стал его посасывать. Женщина застонала. Эта ласка доставляла ей колоссальное удовольствие. Она не могла поверить, что когда-нибудь будет так желать близости с мужчиной. Уже давно ей хватало одного раза в неделю или того реже. После случая в тренажерном зале, который она списывала на алкоголь, и до встречи с Владимиром у нее не было полноценного секса с мужчиной, тем более такого разнообразного.

Прикосновения языка были нежны и целенаправленно возбуждали клитор. От этого теплые электрические волны пробегали по бедрам, животу к груди, приводя в трепет все тело. Невольно бедра начали двигаться вверх и вниз, имитируя движение совокупляющихся тел. Ощутив это, Владимир пальцем проник во влагалище и начал плавно вращать им внутри. Света застонала еще громче, а ее руки буквально вдавили лицо мужчины в промежность. Затем еще один палец проник в лоно женщины и это стало решающим для наступления очередного оргазма.

Света забилась в судорогах страсти. Ее ладони на этот раз не прижимали, а отстраняли голову мужчины. При этом бедра настолько плотно сжали его голову, что он не мог отстраниться и продолжал нежно ласкать языком напряженный клитор. При каждом прикосновении тело женщины содрогалось, и стон вырывался из ее рта. Постепенно острота оргазма отступила и женщина расслабила бедра. Владимир распрямился и приник к ее лицу в горячем поцелуе. На губах по-прежнему оставался привкус женского лона, и это придавало особую остроту поцелую.

— Что ты делаешь? Ты меня замучил, но я рада этому. У меня еще никогда не было такого желанного мужчины и секса.

— Ты тоже уникальная женщина, с которой у меня впервые не ослабевает сексуальное желание.

— Секс сексом, а обед по расписанию. Что ты обещал на обед? Знаешь, что после секса аппетит усиливается, и многие любовники бегут к холодильнику?

— Знаю. Но твой вкус не хочу перебивать даже самым вкусным шашлыком.

— Так, значит, кормить ты меня не собираешься? – Света пальцами вцепилась в шею Владимира в порыве шутливого гнева.

— Ладно, ладно... Сдаюсь! Накормлю мою хищницу!

— Кого?

— Хищницу. Причем ненасытную... Р-р-р-р-р...

Владимир колдовал на балконе у мангала, а Света нарезала овощи. Когда ароматное мясо было готово, мужчина открыл вино, и пара приступила к трапезе.

— М-м-м, какая вкуснота! Ты волшебник!

— Я только жарил. Не хвали, а то я чувствую в твоем тоне восхищения лесть.

— Правда, вкусно!

— Это потому, что мы погуляли, надышались воздухом, сделали зарядку...

— Да, уж... зарядку сделали мощную! – Света засмеялась.

— Что, понравилось?

— Не то слово!

— Давай за повторение!

Владимир поднял бокал, и любовники выпили старое тягуче вино из французской коллекции.

— Слушай, а вино какое классное!

— Этому вину 27 лет. Оно из погребов одного замка на юге Франции. Мне его подарили с напутствием разделить содержимое с самой прекрасной женщиной мира.

— Спасибо, это очень приятно слышать и знать, что ты разделил это вино со мной. Я еще не могу осознать, что смогла доставить тебе эту радость. Но мне с тобой так хорошо, что я бы сделала то же ради тебя!

— Ты прекрасна! Спасибо тебе.

— За что? Если за секс, то обижусь. Благодарят за это только проституток. Ты знаешь об этом?

— Что за глупость! Не знаю, но думаю, что благодарить женщину можно за многое, за секс в том числе. Ведь не с каждой можно испытать такое удовольствие. А еще я знаю, что почти каждая женщина в определенной ситуации представляет себя проституткой. Где-то глубоко, говорят исследователи, в каждой женщине живет представительница древней профессии.

— Вполне возможно. У меня, например, часто возникает вопрос, что такого могут шлюхи, чего не могу я. Ответа нет. Мне кажется, в этом деле ничего уже изобрести нельзя.

— Технически да, а вот психологические моменты очень важны и в них-то как раз и кроется разница.

— Как это?

— А так. Проститутка играет любовь и страсть, а женщина испытывает эти чувства. Ложь проститутки не видна – она вся насквозь лжива, а у женщины сразу выходит на поверхность.

— А ты спал с проститутками?

— Зачем тебе знать?

— Не сердись... мне интересно, как это происходит. Может, расскажешь?

— Может быть когда-нибудь.

— А, значит было, было, было...

— Бывало разное. А что это тебя так развеселило?

— Так, не знаю. Может быть то, что ты сказал «когда-нибудь».

— И что это значит?

— Для меня это значит... что у нас с тобой еще будет «когда-нибудь». Что когда-нибудь ты мне будешь что-то рассказывать о себе, о твоей жизни, о разных событиях... Я хочу, чтобы это когда-нибудь длилось долго.

— Давай поднимем бокалы за наше «когда-нибудь»!

— Давай. И поцелуемся.

Владимир поднялся и подошел к Светлане. Они сделали по глотку и соединились в поцелуе, который продлился дольше, чем предполагало застолье.

— Я пьянею от тебя, - Владимир едва оторвался от губ женщины.

— Я тоже...

— Давай, все-таки завершим трапезу. Я вдруг тоже почувствовал, что проголодался. Это ты впила из меня все соки!

— Ах, так! А я-то думала, что у тебя вечный двигатель внутри.

— Но и вечный двигатель требует подзарядки.

После трапезы любовники еще некоторое время оставались за столом, потягивая из бокалов вино.

— Володь, а где ты работаешь?

— У меня частное предприятие.

— А что делаете?

— Да... разные услуги оказываем.

— Какие услуги?

— Разные услуги деликатного свойства: охрана, разведка, частный розыск.

— Ты частный детектив?

— Что-то в этом роде.

— Ты страшный человек! Ты можешь узнать о человеке все. Слушай, а обо мне ты уже навел справки? Кто я, что я, откуда и с кем?

— Не надо так. Ты же не преступник и не мой клиент. Я о тебе хочу узнать от тебя самой. Захочешь – скажешь, не захочешь – пытать не буду.

— Спасибо, что пыток не будет.

— А что? Есть что скрывать?

— А ты как думаешь? У женщины всегда есть, что скрывать.

— О, как люблю женские тайны!

— Они тоже бывают разные, как и женщины. Некоторые бывают очень страшные.

— Но твои-то должны быть красивые.

— Что?

— Твои тайны.

— Почему?

— Но ты же красивая женщина, значит, и тайны твои должны быть красивыми.

— Ах, если бы все так совпадало!

— Но, хватит – или рассказывай свою самую страшную тайну, или закроем тему.

— Знаешь, а, пожалуй, расскажу одну тайну моего детства.

— Тогда это будет не женская, а детская тайна?

— А ты послушай и тогда решишь.

(следует)