Конец августа принес много неожиданностей в наши с братом взаимоотношения. Кирилл — мой брат старше меня на пять лет, студент престижного ВУЗа, как в том самом известном фильме «отличник, комсомолец». Надежда родителей. В общем не мой герой, потому что я сумел поступить только в техникум, троечник и разгильдяй — опять же по словам родителей. Родители уже вторую неделю как отдыхали в Турции и должны были вернуться только через пять дней. И я их старался растянуть, как мог.

Я знал, что брат в этот день уехал с одногруппниками на дачу в Подмосковье. И я никого не ждал домой, как вдруг в десятом часу вечера раздался звонок в дверь. От неожиданности я подскочил с дивана. Когда я открыл дверь, я был просто поражен. В дверях, еле держась на ногах, стоял пьяный в дребедень мой брат-отличник. Его держали за руки двое в форме чоповцев, тоже изрядно выпившие, но все же уверенно стоявшие на ногах.

«Ты это, братан», — обратился один из них ко мне. «Извини, перебрали. Кирилла возьми. А мы пошли по домам. Извини, братан» — напоследок сказал мне один из удальцов и протянул мне в руку рюкзак Кирилла.

Я подхватил Кирилла под левую руку и постарался его ввести в дом, но порог квартиры оказался для него в его состоянии просто непреодолимой преградой. Втащив его кое как внутрь квартиры, я усадил его в прихожей.

«И что же это, б... дь, с тобой приключилось?» — постарался я наладить общение с ушибленным мешком, сидящим перед мной. В ответ дело ясное никакого ответа я не получил. Кирилл валился на бок и просто засыпал. Мне ничего не оставалось, кроме как постараться его раздеть и оттащить в кровать. Кое как я стащил с него куртку и кофту, снял ботинки. В таком виде я подхватил его за руки, чтобы довести до его комнаты.

«Тяжелый, гад», — ругался я на него. «Сейчас фоток наделаю, завтра родителям пошлю, чтобы посмотрели на своего любимчика».

Справившись с дистанцией «коридор» мне удалось дотянуть брата до комнаты и завалить его на кровать ничком вниз. Убедившись, что он может дышать, я расстегнул его ремень и стал стаскивать с него джинсы. Наконец он остался лежать только в трусах и соколке. Изрядно устав, я сел рядом с кроватью и тихохонько, про себя, матерился. Кирилл очень крепко спал. И я действительно стал опасаться за его состояние. Но вдруг мое внимание привлекло, что сразу мне в глаза ника не бросилось. Синие трусы Кирилла в промежности сильно промокли, а из-под их нижнего края, где мошонка крупными каплями стекала на простыни какая-то светлая жидкость. Вроде и не обоссался, потому что спереди было сухо, а мокрым оставалось только сзади. И светлое.

«Что за хрень?» — подумал я.

Справившись со своей брезгливостью, я аккуратно макнул свой палец в одну из капель на простыни и поднес его к носу. Никакого неприятного запаха не было. А у меня не оставалось никаких вариантов, кроме как понять источник этой жидкости. Взявшись обеими руками за трусы, я их стащил с него одним усилием. Моему взгляду предстала интересная картина — неизвестная жидкость сочилась прямо из промежности. Аккуратно раздвинув ягодицы, я убедился, что она вытекает прямо из его ануса. Раздвинув ягодицы немного сильнее, я усилил ее истечение. Жидкость несколько изменила и стала более белесой и вязкой, вытекая из ануса отдельными сгустками.

Конечно, в этот момент мне стало все понятно. Из ануса моего брата вытекала сперма, закаченная туда в огромном количестве. Моего брата сегодня вечером ебли в жопу и по всей видимости целой «ротой». Смущение, которое меня охватило сменилось улыбкой, а потом смехом. Мне только было не ясно, его трахнули по собственной воле, или когда он был такой вот вафлей, как сейчас.

«И что мне с тобой делать?» — думал я. «Проспишься и просто найдешь себя утром в таком состоянии? Ну уж нет».

Я взял телефон, чтобы сделать несколько фотографий, которые можно было бы показать брату утром и изрядно над ним поиздеваться за то, что я всегда был в тени его мозгов. Сфокусировав изображение, я сделал три крупных снимка — отдельно его лица и отдельно его задницы. А чтобы усилить эффект, я залез к себе в сумку и достал оттуда презик, вскрыл его упаковку и потом раскатал на всю длину. Для эффектного снимка я подоткнул презик брату, так, как-будто он торчал из его ануса. Снимок получился что надо. А между тем под Кириллом образовалось приличное мокрое пятно, а сперма продолжала вытекать наружу, но уже гораздо медленнее. Я убрал презик в сторону и все никак не мог поверить, что произошло с моим старшим братом. Между тем я почувствовал, как в штанах стал расти мой член.

Чтобы разобраться с «мотивами» произошедшего, я решил заглянуть в рюкзак к брату, возможно там бы я нашел кое какие ответы. Вернувшись в прихожую, я открыл раскрыл молнию киррилового рюкзака. В нем я не нашел ничего, кроме записной книжки и пары ручек.

«Пусто» — разочарованно сказал я.

Но мое внимание привлек небольшой внутренний карман в рюкзаке. Открыв этот карман, я обнаружил в нем паспорт Киррила, два презерватива и смазку для секса «Strоng». Теперь картина начала складываться — Кирилл мог сам искать приключения на свою жопу. А раз сам, значит сам и виноват. Правда тех парней, что его привели, я видел первый раз, и они точно не были из студенческого окружения, судя по их одежде.

Время было уже за полночь. Я вернулся к брату в его комнату. Он продолжал крепко спать. За время моего отсутствия он несколько изменил позу, подтянув одну ногу к груди, так, что теперь его задница сильно разошлась в ягодицах, а анус немного растянулся. Сперма больше не выливалась из него. Последняя ее капля застыла на выходе из ануса и оставалась белесой пробкой. Кирилл продолжал спать мертвецком сном и у меня возникла шальная мысль, воспользоваться его сном и реализовать давнишнее желание попробовать трахнуть в задницу. И почему бы не сейчас. Смущало меня только одно, что Кирилла жарили без гондона и чего он мог цепануть одному богу известно. Но если одеть гондон, то ощущения могут быть не те, а потом, когда уже представиться такая возможность. В общем я решил действовать, пока еще есть время. Мой боевой настрой передался в пах и мой член стал быстро увеличиваться в размерах. Я стащил трико и обнажил свой восемнадцатисантиметровый прибор. Взобравшись на кровать, я присел на колени, пропустив под собой его ногу так, чтобы было удобно входить.

Сначала я попробовал пройти анус пальцем, это удалось сделать легко, так как в нем еще оставалось много спермы, и он не успел полностью восстановить тонус. Затем тоже самое я проделал уже двумя пальцами. И снова мне это удалось достаточно легко. Еще раз убедившись, что брат крепко спит и ничего не чувствует я придвинулся членом вплотную к его заветной дырочке. От возбуждения, на головке моего члена выступила смазка — я размазал ее по головке и с небольшим усилием уперся в анус Кирилла. Головка члена скользнула внутрь, согреваемая горячей плотью. Я поддался еще вперед и вскоре все 18 см моего члена прошли внутрь. Это было несравнимое ни с чем ощущение, гораздо более сильное, чем входишь в женщину. Член был плотно объят со всех сторон, а головка внутри скользила вперед, не находя никакого сопротивления. Я постарался сконцентрироваться на своих ощущениях. Как вдруг Кирилл зашевелился и тихо простонал.

Я испугался, что он может проснуться и рефлекторно отстранился от него, полностью вынув член. От этого он еще сильнее застонал, но вскоре снова провалился в сон, так и не открыв глаза. Я сидел на нем, не рискуя продолжать, но мое возбуждение уже было слишком сильным, чтобы просто взять и отступить. Выждав с минуту, я возобновил попытку, медленно пройдя головкой члена упругое кольцо его ануса и дальше вглубь. Теперь я знал, что слишком далеко и резко ходить не стоит. Выбрав среднюю глубину проникновения и медленный темп движений, я наконец то расслабился и начал получать только удовольствие. Во время движения я себя сдерживал от проникновения на всю длину члена, хотя мне этого очень хотелось. Я старался быстро не кончить и не думать больше ни о чем, кроме как о своих эмоциях. Они мне очень нравились. Почувствовав некоторую усталость в руках, на которые мне приходилось опираться, я решил, что пора заканчивать. Немного ускорившись, я ощутил дополнительный прилив крови к своему члену, еще несколько движений вперед — я сжал свои ягодицы и завис на выпрямленных руках. Я чувствовал, как мой член запульсировал и я все мое тело отозвалось на эти новые ощущения. Через 10 секунд, когда мой член начал опадать, я медленно отстранился от Кирилла. Как только мой член вышел наружу, из полусомкнутого ануса из него потекла моя горячая сперма.

Посидев немого в неге на краю кровати, я все-таки собрался с мыслями, встал и натянул свое треко. После сходил в ванную и умылся холодной водой. Мне было плевать, что я это сделал с братом, меньше братом он мне не стал. Единственное, о чем я думал — что мне это понравилось. Минут через двадцать, когда я сходил попить воды и немного прибрал обрушенные вещи в прихожей, я вновь почувствовал непреодолимое желание испытать новые эмоции еще раз. Было уже далеко заполночь, но сна во мне не было совершенно. Мой член снова просился наружу. Брат также спал, и казалось, ничто не могло его разбудить. Я снова разделся и снова взобрался на кровать. Его анус уже стянулся и снова стал упругим. Теперь я не хотел помогать себе пальцем, а захотел войти сразу, испытав дополнительно сопротивление. Я приставил член ко входу в анус и аккуратно поддался вперед. Колцо ануса поддалось моему давлению и стало растягиваться. Я прошел еще немного внутрь и ощутил как головка прошла сквозь плотный канал внутрь горячей, более мягкой плоти. В течение ночи я продолжал насиловать своего брата еще несколько раз, пока усталость окончательно меня не сразила. Последний раз, когда я кончил и вышел наружу, его анус продолжал зиять, а в прямой кишке был виден уровень из спермы.

«Ну что же, будь что будет» — и с этими мыслями я обратно надел на брата трусы. После накрыл его одеялом, а сам пошел к себе спать.

На утро, я проснулся от шума воды в ванной. Брат проснулся раньше меня. Я поднялся с кровати и прошел к нему в комнату, пока его не было. Постель была разобрана, но белья на кровати не было. Он унес его с собой в ванную. Прошло еще минут 10, прежде чем брат вышел из ванной. Он сделал вид, что ничего не помнил или действительно ничего не помнил. Единственное только спросил меня — хорошо ли он себя вел и попросил ничего не говорить родителям. Я утвердительно кивнул и ушел к себе в комнату. На телефоне у меня остались несколько вчерашних снимков. А я не привык сдаваться. Немного пораздумав, я нажал на кнопку отправить и отправил их брату. Не прошло и минуты как он ввалился ко мне в комнату с извинениями и раскаяниями, ведь ему было понятно, что мне все понятно с ним. Одного только он не ожидал, что когда он сел на кресло, а я встал и подошел к нему — перед его лицом вырастет мой член.