По мотивам рассказа "A Midsummer Night's Wet Dream" англоязычного автора RalphKing

Когда ее теплые, мягкие губы мягко соприкоснулись с моими, небольшая толпа студентов вокруг нас одобрительно захлопала.

— Ну что ж, - прокомментировал наш наставник, - вы подаете вдохновляющий пример стеснительным актерам, как нужно целоваться на репетициях.

Мне было легко и естественно целовать молодую и очень красивую партнершу. Но я не был уверен в том, что Джейн, чьи губы все еще были прикованы к моим, не вложила в этот наш поцелуй изрядную долю притворства. Как будто для того, чтобы покончить с моими сомнениями (а может быть, чтобы запутать меня еще больше), ее влажный язык незаметно на пару секунд проник в мой рот и выскользнул обратно. Она медленно отвела губы, а затем с дрожащей улыбкой на несколько секунд задержала на мне свой пристальный взгляд. Конечно же, я хотел ее в этот момент, - и она это понимала.

Я хотел было задать нашему наставнику Джону вопрос о мере в интимных прикосновениях в романтических сценах, но раздумал. Как актеру я приходилось много целоваться и обниматься. С этим у меня на репетициях никогда не было проблем. Наверное, потому, что мне, как герою пьесы, позволялось вести себя как кому-то другому, пока я придерживался заданного сценария. В реальной жизни, однако, я был застенчив и сдержан, терзаясь неуверенностью в том, насколько я притягателен для девушек. Эта моя застенчивость могла бы стать проблемой во время недельного курса по режиссуре любительского Музыкального театра в кампусе Йоркширского университета, если бы я не встретил Оливера через несколько минут после приезда.

Оливер оказался дружелюбным, уверенным в себе молодым человеком, и по какой-то причине мы завели разговор в ожидании, когда нас зарегистрируют в начале летней школы. Мы очень хорошо поладили. Конечно, у нас была общая любовь к театру, и он рассказывал мне о последних ролях, в которых он и его жена играли. Оливер записался на курс "Актерское мастерство в пьесах". Вскоре мы сидели рядом в большом театральном зале, заполненном сотней студентов, возбужденно болтавших перед началом вступительной лекции. После окончания лекции нас разделились на группы, и мы встретились с преподавателями. Нашим репетитором по режиссуре стал харизматичный Джон Кендал. Нам очень повезло, что у нас был профессиональный режиссер, который руководил собственной театральной группой и давал спектакли в Вест-Энде. Вскоре мы стали называть между собой его "Богом", потому что он учил нас так многому и был таким вдохновляющим. На самом деле, мы почти поклонялись ему.

На этом первом занятии я познакомился с остальными пятнадцатью студентами моей группы, включая и восхитительную Джейн. Мы были разнообразной по возрасту и жизненному опыту группой, которая варьировалась от увлеченной двадцатилетней продавщицы без режиссерского опыта до шестидесятивосьмилетней актрисы любительского театра с амплуа злой мачехи. Про себя я подумал, что она была бы идеальной ведьмой в "Макбете" даже без костюма и макияжа. Я сам находился где-то по середине этого возрастного диапазона.

После окончания первого занятия мы все отправились в столовую на ужин. Я собирался посидеть со своими одноклассниками, как только принесу еду с прилавка самообслуживания, но Оливер подошел и потащил меня к своему столику. Мы с энтузиазмом обсуждали наши первые занятия, и особенно тот поцелуй на репетиции. Наш шумный разговор привлек еще нескольких студентов. Среди новоприбывших к нашей веселой компании были в основном женщины: одни учились в классе Оливера, другие занимались световым дизайном, третьи - хореографией. Те, кто занимался хореографией, все еще были одеты в облегающие танцевальные костюмы с тонкими джемперами, обмотанными вокруг талии.

По окончании обеда мы все решили встретиться в баре после того, как устроились в нашем студенческом общежитии. Согласно правилам, мужчины и женщины занимали отдельные места в спальном блоке, но я заметил одну пару примерно моего возраста, обменивающуюся ключами от своих комнат друг с другом, так что он был среди женщин, а она поселилась среди мужчин.

Обычно заход в бар в одиночку был для меня напряженным опытом из-за моей застенчивости, но как только я вошел, Оливер тут же подозвал меня к своему столику. Постепенно наша веселая и слегка подвыпившая компания разрослась в численности. Поскольку стояло жаркое лето и расходиться совсем не хотелось, после закрытия бара мы все пошли на травянистый холм к озеру подальше от зданий кампуса, чтобы посидеть и посмотреть на яркие звезды, мерцающие в небе над нами.

P.S. Текст рассказа будет в течение месяца дополнен примерно до 20000 знаков.