Я вошла в следующую комнату вслед за Эстер и Грейс. Это помещение было гораздо просторнее предыдущего и, видимо, частично использовалось как склад факультета искусств, потому что по одной ее длинной стенке стояли стеллажи до самого потолка, на которых лежали картины, старые книги по искусству, коробки и тюки. На середине комнаты были разостланы одеяла. В торце комнаты фанерная дверь, на которой была несколько утрированно изображена "Джоконда" Леонардо да Винчи (почему-то с пустыми глазницами - прорезями в фанере по форме глаз). У второй стены находился какой-то большой предмет, размером с диван, задрапированный простыней. Дождавшись, когда все девушки войдут в комнату, Эстер произнесла обращаясь к "Джоконде":

— Дочери Приапа приветствуют вас, Та, Которую Нельзя Называть!

Тут я заметила, что глазницы картины уже не пустые - в них появились чьи-то глаза.

— Все таки ужасно интересно, кто же из преподавательниц нашего колледжа скрывается сейчас за этой фанерной дверью! - подумала я, склоняясь вместе со всеми в полупоклоне.

Эстер отошла в боковой стене и откинула простыню. Под ней оказалась статуя сатира, вырезанная из сверкающего белого мрамора, отполированного до блеска. Он лежал на спине, опершись на локти, запрокинув голову с приоткрытым ртом. Но одна часть статуи была не блестяще белой, а какой-то ржаво-коричневой. Это был его весьма впечатляющих размеров фаллос. Коричневатое пятно тянулось от фаллоса до самого паха. Внешняя сторона бедер была скорее кремового цвета и отполирована до гладкости, даже большей, чем все остальные части статуи.

— Грейс и Виржиния! Чтобы стать одной из нас, вы должны подчиниться нашему Приапу, как подчиняюсь ему я! - воскликнула Эстер.

С этими словами она оседлала статую, расположила свою вульву прямо над ее промежностью и насадила себя на фаллос. Тем временем другие девушки стали петь:

— Приап, прими нашу сестру Эстер. Она - твоя добровольная служанка. Она довершает свою преданность вам своим телом. Даруй ей красоту, даруй ей удачу, даруй ей свою защиту!

Эстер в экстазе мастурбировала на фаллосе статуи на протяжении всего песнопения. Когда она слезла с жезла, то спросила:

— Кто из дочерей Приапа готов сейчас принести ему свою кровь?

Одна из девушек подошла к статуе, вынула из себя окровавленный тампон и села на фаллос Приапа. Все стали скандировать:

— Приап, прими нашу сестру Монику. Она - твоя добровольная служанка. Она довершает свою преданность вам своим телом. Даруй ей красоту, даруй ей удачу, даруй ей свою защиту!

Я вдруг поняла, почему фаллос был коричневатым: он был испачкан кровью менструирующих девушек и кровью девственниц.

— Так вот как я потеряю свою вишенку, - подумала я, - ну уж лучше сейчас, чем никогда. По крайней мере, когда я наконец-то занимаюсь любовью с мужчиной, мне не нужно бояться боли от разрыва девственной плевры.

Когда Моника слезла со статуи, Эстер объявила:

— Та, Которую Нельзя Называть, назначила сегодня играть мужские роли Бритни, Натали и меня.

Эстер подошла к стеллажу и достала из коробки трое трусиков с закрепленными страпонами разного размера. Она надела трусики на себя и еще на двух девушек, которых я не узнавала под масками. Это действие внесло явное оживление в ряды присутствующих.

— Вирджиния, готова ли ты расстаться с девственностью, совокупиться с Приапом и стать одной из нас? - спросила она меня, придерживая правой рукой свой торчащий страпон.

— Я готова, - твердым голосом ответила я.

Одна из девушек подала мне бокал вина. Я взяла его, подошла с полупоклоном к Джоконде, молча выпила, глядя глаза в глаза Той, Которую Нельзя Называть. Потом повернулась к статуе и стала прилаживаться к насаживанию на фаллос под песнопение: "Приап, прими нашу сестру Вирджинию…" Я стала осторожно опускаться лоном на огромную головку фаллоса и все телом ощущая, как она давит на мой вход. А потом я сделала над собой усилие и заставила себя впустить фаллос в свое лоно. Вино сделало вспышку боли более-менее терпимой. Я почувствовала, как мраморная гладь фаллоса скользнул вверх по моему влагалищу, затем ушла снова вниз, когда я осторожно двигалась вперед и назад, чувствуя, как кровь начинает стекать по внутренней стороне моих бедер. В происходящем было что-то мистическое.

После меня на Приапа уселась Грейс. А потом Эстер объявила, что церемония посвящения окончена. Зажегся свет, раздали еще вина и благовоний. И мы, посвященные, обняли и целовали наших новых сестер. Воздух был сексуально заряжен, и некоторые девушки начали спаривались на полу друг с другом, в то время как другие возвращались к Приапу, чтобы трахнуть себя до оргазма. Все возбужденно кричали и хлопали. Признаться, я чувствовала себя слишком неуютно, чтобы участвовать в начавшейся оргии, но разделяла общее позитивное настроение.