Она идет к кровати из душа, на цыпочках, голая, с каплями воды на бедрах (интересно, почему там не вытирается) и улыбается. Прямо до ушей улыбка, будто ее там тортиками с икрой кормили или чек на сто миллионов выдали. Садится на край кровати спиной ко мне и заваливается на спину. Ну, у каждой свой способ прыгнуть в постель к любовнику. Я помню, как другая девушка поднималась на кровать как на ступеньку и стояла во весь рост несколько секунд. Смотрела на меня, как нечто плоское у своих ног и, конечно, разрешала рассмотреть себя в позе « специально стою такая секси, оцени форму писи».

А здесь и сейчас, ко мне доползли через траходром, подняли одеяло и придирчиво проверяют готовность к приему гостей.

— Ты меня ждал? Ты должен быть весь в нетерпении, она берет в руку мой вялый член, я не вижу желания, куда ты дел кость, которая была в нем в прошлый раз?

— Кость двигается как поршень в шприце, сейчас вдвинута внутрь, видела когда-нибудь шприц, туда-сюда, туда-сюда, вспоминай, она отрицательно машет головой,

— Нет, никогда не видела, не увиливай, где моя любимая косточка, р-ррр? Она наклоняется и смотрит на меня исподлобья через упавшие на лицо волосы.

— Попробуй пососать там, глубокий и сильный засос выдвинет косточку наружу, предлагаю я выход из ситуации.

— Хорошо, но если обманул. .. взгляд жалеет о моей судьбе в случае обмана и она берет член в рот. Ее язык радуется встрече как собачка, облизывает, ласкает и радуется. Косточка материализуется внутри члена и не помещается внутри маленького ротика.

— Ой, хороший какой, люблю, люблю, она прижимается щекой к результатам своего труда, -люблю, люблю и обожаю, несколько раз целует и выпускает его из руки. Ложится на меня как на коврик, обнимает, трется носом о мой.

— Ну, здравствуй, почему не радуешься и не говоришь мне комплиментов? Зоя-Зая любит ушами как и многие женщины, но будучи умной, напоминает и просит о желаемом. Понимает, что она выпросит, то ее, нет плохих мужчин, есть тупые, у которых трудно просить даже умным.

— Здравствуй, шепчу я на ушко, я очень соскучился и очень ждал тебя. Ты мое солнышко и моя радость, мы начинаем целоваться. О, как описать симфонию поцелуя при обоюдном желании, соприкосновение языков, ощущение ласкающих губ, учащающееся дыхание. Ее руки гладят меня, обнимают, легко царапают, потом она прерывается, тяжело дышит и секунду смотрит мне в глаза.

— Поцелуй мне шейку, она выгибается и стонет, да-да, и язычком полижи там, сильнее, еще сильнее. Почему у тебя только один рот и один язык, ты мог бы целовать везде одновременно. Она выгибается еще сильнее и подставляет грудь, ее глаза закрыты и она просто проговаривает свои мысли. Все женщины, ну наверное, не знаю точно, мыслят мысли (хи-хи, хорошее выражение) во время секса, а Зоя-Зая еще и проговаривает их.

— У тебя сегодня на редкость привлекательные сиськи, бормочу я, а соски торчат так, что чуть глаз не выколол. У меня такое ощущение, что тебя возбуждают голые мужчины.

— Где здесь голые мужчины? Она открывает глаза и ерзает попой. –Не ощущаю я мужчину, тем более голого, он бы мне. .. меня. .. она закрывает глаза и улыбается в предвкушении.

— Он бы тебя выебал, вставил бы в тебя толстый и большой и ебал бы долго-долго.

Она вздыхает и молчит. Облизала языком губы, она только когда ебется так облизывает, далеко высовывает язык и по верхней губе. Подмахнула тазом, дескать не забывай про обязанности. Хорошо, склоняюсь к ее пизде. Здесь все в порядке, мокро и влажно, торчит пуговка клитора. Ишь, высунулся, внимания требует, касаюсь его языком и начинаю ласкать. Она вцепляется одной рукой в мои волосы, пытается управлять моим языком, наверное, а другой теребит у себя сосок.

— Нет, тебе нужен еще один рот, а лучше несколько, сделай пластическую операцию и будешь меня ласкать везде.

— Милая, тебя явно тянет на групповуху, а? Я оторвался языком от пуговки клитора и ласкаю ее там рукой. Указательный палец шарит у входа пещеры удовольствий, нащупывая пресловутую точку Джи, но наверное это миф, ни разу не удалось, или такие у меня партнерши, без точки, увы.

— Твой палец мал и неуклюж, хочу большой, теплый и ласковый, давай вставляй быстрее.

— Поменять на большой палец, или с другой руки вставить? Я наклоняюсь и целую в губы.

— Противный, медленный и мерзкий, я сама, ее рука хватает меня за член и впихивает в себя. Извивается как змея, насаживаясь глубже.

— Ну, здравствуй, я вхожу на полную и замираю, я очень соскучился, напряг член, чтобы она почувствовала как увеличилась головка, у тебя классная пизда, как только вставляю у меня начинает кружиться голова.

— Я знаю, она улыбается, выеби меня пожалуйста. Сильно-сильно, чтобы я по тебе не скучала и ты мне не снился. Мне так грустно, когда ты снишься и всегда в таких неприличных снах. Вдруг, кто-нибудь подсмотрит и мне будет стыдно. Она говорит и тихонько подмахивает, я неподвижен и только слушаю.

— Да, соглашаюсь я, приподнимаюсь сам и поднимаю ее ноги. Ступни задраны к потолку, классный вид ее пизды с моим хуем в ней.

— Подержи свои ножки сама, ручками. Она обнимает свои ноги, прижимает к груди, полностью раскрываясь.

— Только ты не сильно глубоко, мне будет больно. Ничего не отвечаю и начинаю ебать со всем прилежанием.

— А-аа, а теперь не глубоко и ласково, давай еще, глубже, еще глубже. Я следую руководящим указаниям, мне не жалко.

— У-у, ее ноги опускаются, а я ложусь на тело кончающее. Оно обхватывает меня руками, бешено подмахивает и внезапно замирает. Целую легко и нежно в закрытые глаза, ее руки размыкаются, глаза открываются. Почему у баб так темнеют глаза время ебли, у нее из карих они стали почти черными.

— Давай сзади, предлагаю я. Она переворачивается на живот и становится на колени.

— Вставь сама. Ее рука ловит член и отправляет на положенное место. У каждого свои слабости, мне нравится когда женщина вставляет в себя сама. Зоя–Зая умненькая, потакает маленьким прихотям.

Эх, размахнись бедро, шире шаг таз, работаю равномерно и мощно, как паровоз, видели наверное. Взгляд упирается в картинку на стене, давай посчитаем окна в хижине, сколько гребцов в лодке и почему у крокодила такой странный взгляд. Ну, что делать, в этой позе я слаб, если не отвлечься, кончу через три минуты. Счет выручил и на этот раз.

— А! Зоя-Зая сильно подает попой мне навсттречу, А-аа-АА! Она замирает и останавливается, безвольно опускает голову, волосы копной лежат на подушке и мелко-мелко дрожат ее ляжки.

— Какая ты сладкая, увлекаю ее вниз и мы не размыкаясь опускаемся на бок. Запускаю свой палец в ее попу, совсем не глубоко, размазываю смазку по входному колечку, чуть в глубь.

— Вытащи, следует недовольное движение попой, вытащи и не делай так.

— Что такое, заинька, я совсем чуть-чуть.

— Хочешь соблазнить как прошлый раз, я неделю сидеть не могла, кровь была и знаешь, как чешется, когда заживает? Причина вполне уважительная, она и вправду ведется, если ее поласкать там. Да и мне не хочется драть ее туда сегодня.

— Конечно, сладкая попа, просто у меня отключились мозги и рука сама туда. Мы ее поругаем, я потом отвлечем сладкой сисей. Переношу гадкую руку нарушительницу на грудь и пощипываю сосок.

— Да, пусть, только не сильно, они сейчас такие болезненные.

— Да, чувствую, тебя все-таки возбуждают голые мужчины с хуем в твоей пизде?

— Тебе кажется, она соскакивает с члена и поворачивается ко мне, ложись на спинку, милый, пообщаемся. Подчиняюсь, я всегда подчиняюсь, если мне потом хорошо, смотрю как она держит рукой хуй и трется пиздой о головку. Клитор, губы, даже попу не забыла, уперлась, присела, но с видимым сожалением опомнилась и опять клитор.

— Блядь, мне так нравится смотреть на эти игры и твою пизду, как держишь хуй двумя пальцами и. .. Я глубоко вздыхаю. Она смотрит мне в глаза и что-то там видит, что ее возбуждает.

— А пофотографировать не хочешь, ехидничает она. Был такой случай, стал фотографировать примерно в такой же позе и так возбудился, что кончил как малолетка. Сколько времени прошло, но помнят некоторые, не забывают и напоминают иногда.

— Значит, кажется мне, совсем ты не возбужденная, давай проверим, кладу руки на ее грудь и начинаю теребить соски, оттягиваю и шлепаю по сиськам, не пощечина, а сиськощечина, тьфу, не выговоришь.

— Блядь, теперь ее очередь ругаться, она с размаху полностью садиться на член до упора.

— Блядь, блядь, выеби меня, она скачет на мне, поднимаясь так, что почти выходит и потом резко опускается. Ага, выеби ее, лежу не шевелясь и почти не дыша, одно неверное движение под этой молотилкой и пиздец моему хую, сломает к хуям, у-уу, чуть выгибаюсь и ударяю навстречу ее движению.

Видно этой малости ей не хватало. И тот самый, не к ночи помянутый пиздец пришел ко мне. Нет, хуй остался целым, но она вцепилась своими когтями мне в соски и аж до крови. Больно, слезы из глаз и я тоже кончил. Самое обидное, боль такая, что почти не почувствовал как кончал, но заорал знатно.

А она через пару минут отмерла, приподнялась и говорит:

— Вижу, ты тоже сегодня возбудился. Тебя возбуждают женщины, когда у тебя на члене прыгают? Возбуждают, возбуждают, слышала, как орал от удовольствия.

— Сука. Но это я подумал, а в ответ – лишь бы тебе было хорошо.