Задержался на занятиях. Мама уже дома, порхает, словно бабочка. На ней безумно коротенькое нечто вроде халатика, полупрозрачное, широкое, расклешённое от плеч. Точнее, от подмышек. Упругие груди прыгают мячиками под этим прозрачным нечто. А он до того тонкое, это нечто, что сквозь него проступают сосочки маминых грудей. Я знаю их вкус, знаю, как они твердеют, едва начинаешь ласкать эти вишенки. На попе легкомысленные трусики сплошь из кружавчиков. И, главное, на ногах белые гольфики. А по бокам головы два пышных банта, будто у первоклассницы, либо выпускницы на последнем звонке.

— Нууу, маааа, ты ващеее!

Челюсть клацнула, ударившись об пол. Ниже ей отпадать просто некуда. Мама крутнулась, придерживая подол своего коротенького одеяния пальчиками.

— На кого похожа?

— Ма, честно говоря, даже точно не скажу сразу. И на первоклашку. И на Мальвину. Только волосы не голубые. Даже затрудняюсь ответить. А, точно, как я сразу не догадался? – Шлёпнул себя по лбу.- Вот же дурак! Ма, ты похожа на самую красивую девочку в нашем городе. Про область не скажу, не знаю. А в городе точно.

Мама подошла, обняла, поцеловала, привстав на цыпочки. Беленькие туфельки без каблука, с ремешком, как у детсадовцев, скрипнули новой кожей. Оторвавшись от моих губ, оставив на них вкус помады, сказала

— Мог бы для приличия попку пощупать. Знаешь же, что мне нравится, когда ты это делаешь.

— Не могу.

— Почему?

Мама удивлённо приподняла брови и те изогнулись двумя собольками.

— За совращение малолетних, а так же за развратные действия в их отношении, а тем более за действия сексуального характера в их отношении, наступает уголовная ответственность. Девочка, ты хотя бы возраста согласия достигла, не говоря о совершеннолетии?

Мама засмеялась

— Достигла. Ещё как достигла. Можешь щупать не только попу, но и писю. Ой! Ты что делаешь?

— Щупаю. Щупаю всё, что разрешили.

— А руки? Руки кто мыть будет? Своих зассышек, поди, щупал?

— Ма!

— Ладно, ладно. Не хмурь грозно брови, муж мой юный. Боюсь твоих грозных очей. Лучше поцелуй свою девочку ещё раз и иди умываться.

Бросив пакет с тетрадкой, одной по всем предметам, пошёл в ванную комнату. Разделся, закинул потную рубашку в стиралку, брюки туда же. Летние, лёгкие. Постирай с вечера и через часок можно надевать. Чем ещё хороши, так тем, что их гладить не надо. Ткань какая-то жамканная. А, пропади оно всё! Трусы полетели вслед за одеждой. Встал под душ. Мама заглянула в ванну

— Коль, ты скоро?

— Пять сек. Спинку потрёшь?

— Фигушки. Знаю, чем эти тёрки заканчиваются. До вечера терпи.

— Ма, а если встанет?

— Ручками, сынок, ручками. Помоги себе сам. Или сделай сам. Или своими руками. Что-то такое было на заре перестройки, какая-то программа по телевизору была.

— Ма, да это у Тимура Кизякова с доктором Бахметьевым в «Пока все дома».

— Точно. Ну, ты вылезаешь? Нет? Тогда я пописаю. Предупреждаю, полезешь – получишь. И совсем не то, чего тебе хочется. По рукам шаловливым получишь.

Задрав подол и стянув трусики до щиколот, она всегда так делает, мама села на унитаз, напряглась.

— Ох, старая становлюсь, что ли? Не могу терпеть. Иногда и прокладка мало помогает.- Пожаловалась мне. – Хоть запасные трусы с собой таскай, как в детсадике.

Встала, подтёрлась, натянула трусишки и оправила подол.

— Коль, одежду я приготовила.

В комнате ждала одежда. Я офанарел, медленно выпадая в осадок. И где она смогла всё это раздобыть? Беленькая рубашка с какими-то кружавчиками вместо воротника. Такую видел в кино про Красную шапочку у барчука. Трикотажные женские трусики и короткие штанишки на лямках. И как апофеоз всего этого безумия, белые гольфики с какими-то болтающимися шалагушками-помпончиками, и сандалики. Млять! Сандалики! Сандалики сорок третьего размера!

Я взревел раненным буйволом

— Маааа! Это что за хрень?

Мама спокойно, слишком спокойно, подавая мне трусики, пояснила

— Первоклашки мы сегодня. Понял? Я маленькая девочка, ты маленький мальчик. Будем изучать строение наших тел, впервые увидев друг у друга писи. Кстати, ты хорошо всё сбрил? А то в последний раз очень кололся. Да, Коль, я тут по случаю крем купила для депиляции. Вещь. Месяц можно лобок не брить. Хорошо попросишь, дам, так уж и быть. А нет, так скребись бритвой.

— Жадина-говядина. Бееее!

Высунул язык, дразня маму. Та засмеялась.

— Ты уже в роль вживаешься? Будешь дразниться, я всё маме расскажу. Мама говорит, что только плохие мальчики дразнятся.

— Ябеда-карябида! Давай уж свои труселя. Ма, а с цветочками не было?

— Зачем тебе с цветочками?

— Да чтобы смешнее было. Ну ты смотри, мой размерчик. И как ты угадала?

— Коль, оболтус ты, а не сын. А ты сам когда себе последний раз трусы, носки покупал? В лучшем случае тенниску какую. Быстро проси у мамы прощения и целуй меня в щёчку. Ой, Коль, не в ту. Зачем трусики стягиваешь. Нет, сын, нет! Ну подожди, давай поиграем. Что? Вторую половинку не поцеловал? Быстро целуй и трусики на место. Всё, одевайся и пошли кушать.

Ужинали точно, как в детском саду. На шею мама повязала себе и мне слюнявчики, чтобы не пачкать одежду, когда пронесёшь еду мимо рта. Неважно, что взрослые. Но ведь дети же. Я решил покапризничать.

— Маааммм, я не хочу кушать.

Мама погрозила пальчиком.

— Ешь, а то сладкого не получишь.

И она потрогала свои сиси, потом указала рукой куда-то под столешницу. Намёк более чем ясен. Учили в школе, учили. Если хочешь сладко кушать...

После ужина, - а сколько ещё раз мы сегодня кушать будем, пока уторкаемся, - мама посадила меня на диван,, села напротив и стала читать сценарий игры. По сценарию выходило, что мальчик, то есть я, мальчики всегда наглые, пригласил к себе в гости девочку. Безо всяких задних мыслей, просто поиграть. И во время игры мальчик захотел писать. Перебил маму

— Ма, а если я не захочу?

— Тогда захочу я. То есть девочка. Это важно. Нужно чтобы в туалете кто-то из них первым увидел писю другого. И из чистого любопытства попросит разрешения хорошо рассмотреть. А второй попросит о том же первого. Колька, предупреждаю, девочка маленькая, потому не вздумай сразу, даже попытки такой не делай, поставить девочку в туалете раком и продрать её, как ты это делаешь со мной. Не дам.

— А когда будет можно?

— Воот, - мама погрозила мне пальцем, - хорошо, что спросил. Коль, ты же потерпишь до конца игры?

— Ма, твой сын не дурак. Ты же меня рожала, значит я весь в тебя, умничка.

— Золотко ты моё. - Мама подошла, поцеловала сыночка и быстро отскочила в сторону. – Золото, только без рук. Знаю я эту умничку. Ох, распустила я тебя. Драть бы тебя надо, да где теперь с тобой справишься. Вырос, орясина.

— Ма, давай про растительность потом. Ты же про сценарий начала.

— По сценарию они перейдут в комнату и начнут показывать писи друг другу. А потом уже чистая импровизация. Ну, как сценарий?

— Ма, ты супер! Дай я тебя поцелую и быстренько пойдём в туалет. Я так хочу посмотреть на писю этой девочки, потрогать её, поцеловать, погладить и...

— Давай пока без И. Ну, идём? Коль, я правда в туалет захотела. Давай бегом.

188023   4 662   +9.51 [73] Следующая часть

сын, мать, сценарий сексуальной игры