Она проснулась в маленькой тесной комнате без окон, и с одной запертой железной дверью, обнаружила себя совсем голой на жёсткой узкой кушетке накрытой белым бельём. Ощупав свою промежность и лобок она пояла что все волосы там налысо выбриты. Беспокойное чувство окутало всё тело, низ живота свело резкой судорогой, вдруг замок двери лязгнул и в комнату вошла женщина в белом халате, поверх которого был надет длинный полиэтиленовый фартук с подтёками чего то коричневого, в комнату ворвался тяжёлый спертый запах.

— Наденешь это, и выходи в коридор

Женщина положила на столик у двери какую-то белую тряпку и вышла из комнаты.

Она встала с кушетки пытаясь вспомнить что было несколько часов назад, помнила как пришла в агентство, исполняющее различные нестандартные фантазии своих клиентов, потом заполняла анкету, в которой указала что больше всего мечтает о клизме, дальше надела бахилы и прошла в небольшой уютный зал с мягким диваном, где ей симпатичная сотрудница салона подала кофе... а дальше, она не могла ничего вспомнить, кажется потеряла сознание и пришла в себя только сейчас здесь. По договору который она подписала в салоне сеанс был назначен на вечер следующего дня, и сейчас очнувшись в этой комнате она не могла понять что вообще с ней происходит. Она решила непременно это выяснить, встала с кушетки и подошла к тумбочке с тряпкой, это оказалась белая длинная рубашка с рукавами, она надела её на своё голое тело и увидела что у рубашки спереди и сзади на уровне бедер вырезаны большие круглые дырки, так что самые сокровенные её места получились бесстыдно открытыми.

С полным недоумением и пытаясь руками прикрыть хотя бы свой позорно облысевший лобок, она вышла в коридор с желанием разобраться во всей этой бредовой ситуации.

Выйдя за дверь она увидела там двух мужчин, одетых в коричневые халаты и с медицинскими масками на суровых лицах, рядом с ними стояла больничная металлическая кушетка, застеленная клеенкой.

— Что происходит вообще? Где я и кто вы такие почему мне побрили там всё, где моя одежда, что мне дали выпить?

— Рот закрой, один из мужиков резко шленул её по голому лобку, — Ложись на каталку на живот, лицом вниз!

— Эй, вы что себе позволяете?! — она попыталась вырваться и почувствовала как от испуга забилось сердце и предательски сжался анус.

— Ты что сука, глухая?! Быстро на каталку сракой кверху, иначе ты отсюда не выползешь и через месяц!

Её всю затрясло, холодный ужас сковал дрожащее тело, не понимая что происходит она на ватных ногах медленно подошла к каталке и с трудом на неё легла, животом вниз.

— Лицом вниз, шалава, руки вдоль тела и не двигаться! Оба мужика взялись за ручки каталки и повезли её по длинному коридору. При этом её оголенная задница беззащитно торчала из большой прорези на рубашке.

— Ты только посмотри какой сральник! Один из «санитаров « заржал в голос, — Представляю сколько там накопилось вонючего дерьма! Ну ничего, сучка, из тебя в Зале всё это быстро вышибут, так что дристать будешь вперёд себя на десять метров!!

Внутри неё все похолодело. Что за Зал? Где она вообще, что это за место и что с ней собираются сделать?

Каталка внезапно остановилась у двери.

— Встать. Один из мужиков дернул её за плечи.

Она покорно сползла с кушетки вся трясясь.

— Сначала в смотровую, затем в промывочную, а потом в Зал. Дверь внезаптно распахнулась и её грубо втолкнули внутрь. Это оказалась очень маленькая комната с высоким потолком и кафельными стенами, посередине стоял крохотный столик, обитый чёрной кожей, перед ним в кресле сидела женщина в белом халате, клеенчатом фартуке и латексных перчатках, рядом с ней блестел металлический подкатной стол, накрытый пеленкой.

— Подходи сюда, — голос женщины был властным и холодным, — Вставай коленками на стол, задницей ко мне, спину вниз.

Она почувствовала как бешено заколотилось сердце, соски набухли, в голове гудело. Не понимая что происходит, словно во сне она пошла к столу, со страхом глядя как женщина, обрабатывает руки в перчатках какой то густой смазкой, потом она откинула пеленку с перекатного столика... дыхание перехватило, на столике блестели металлом анальные расширители разных размеров, какие то трубки, шланги, шприцы, чёрные большие наконечники из резины, медицинские спринцовки...

— Головой не крутить! Рубаху задираем на спину, ноги шире! Максимально! Своими руками раздвигай ягодицы в стороны! Показывай мне свой анус, не сжимайся, это не спасёт.

Она в шоке дрожащими руками раздвинула в стороны свои ягодицы, половые губы распахнулись, стыдливо обнажая пизду и отверстие уретры, кольцо ануса беззащитно испуганно сжалось под ярким светом лампы направленной на область её гениталий.

— Так теперь я задаю вопросы, ты отвечаешь, чётко, быстро громко, не раздумывая. Тебе ясно?
— Да. — Её голос прозвучал жалобным писком в кафельных стенах комнаты.

— Когда последний раз был стул?

Что? Что за бред, к чему эти вопросы? Она почувствовала как щеки заливаются стыдливым румянцем.

— Отвечай когда последний раз срала? Или ты оглохла?!!!

— Я... я не помню, кажется вчера...

— Плохо, девочка моя.

И тут она почувствовала как холодные жёсткие пальцы в смазанной перчатке, раздвинули кольцо её ануса и бесцеремонно глубоко погрузились в кишку. От боли и неожиданности из груди вырвался громкий стон, низ живота заломило, в клиторе что то кольнуло и закружилась голова.

— Так и есть вся прямая кишка забита говном, — с отвращением произнесла мучительница, растягивая пальцами анус. — Тебе когда нибудь ставили клизмы?

— Нет ни разу.

— А сама себе? Клизмилась дома втихаря? Отвечай!!!
— Да... один раз...

— Тааак... Сколько жидкости ты в себя вливала и чем? Сколько времени удерживалась от дефекации? Сколько потом дристала на толчке? Мастурбировала при процедуре?

— Медицинской спринцовкой... маленькой миллилитров 200... ставила несколько раз, вливала всебя, потом вытаскивала снова наполняла и опять вливала, так раз пять... Потом живот заболел, не терпела, сразу на унитаз... трогала себя... немного, клитор...

Щеки пылали от стыда, после такой откровенности с незнакомой женщиной, которая при этом ещё и прощупывала пальцами её прямую кишку.

— Спринцовки... Детский сад какой то! — Она услышала как женщина взяла что то со столика. — Тебя значит никогда нормально не промывали! Не переживай, сегодня мы устраним эту оплошность, тебя будут серьёзно промывать следующие несколько часов, каждый сантиметр, каждый изгиб твоего кишечника будет как следует промыт, в тебе скопилось очень много смрадных вонючих газов и твердого как камни, зловонного дерьма! Я даже палец с трудом в твой мерзкий анус ввела, потому что там всё забито! Позорница! Балдела на унитазе после спринцовок, и при этом ни разу не прочищалась нормально, гавно в себе годами копила! Ну ничего, сегодня здесь тебя вычистят не жалея, без всяких церемоний, про 200 мл даже думать забудь, в твоих кишках сегодня побывают десятки литров воды, никаких спринцовок! Кружка Эсмарха, кишечный душ, сифонная клизма, наконечники будут большими и толстыми, со специальными фиксаторами чтобы твоя жопа не смогла их вытолкнуть, дерьмо будет литься рекой, будет трудно, больно и очень, очень стыдно, сегодня нанюхаешься запаха своего говна и посмотришь на все те кучи и потоки что из тебя будут вылетать!!!

Она почувствовала как её клитор начал пульсировать а низ живота свело в мощной неожиданной судороге.

— Зачем вы мне всё это рассказываете? Кто вы? И где я? Я хочу домой, мне правда очень стыдно и страшно! Я...
никому ничего не расскажу об этом месте и...

Что-то тонкое и гибкое неожиданно проскользнуло в её анус, она почувствовала как внутрь её кишечника впрыскивается какая то тёплая жидкость.

— Это слабительное. Очень мощное, с него тебя разнесет на дрисню через пять минут, боюсь не успеют довезти до промывочной! Поэтому сейчас я заткну тебя крепкой пробкой, а то не донесешь, а твоё говно по всему коридору нам не надо!

Наконечник резко выдернулся из кишки и вместо него она ощутила сильное давление какого то упругого предмета.

— Расслабь очко, иначе порву! Спину прогни, дыши глубже, ноги не сдвигать!

Предмет ещё сильнее вдавился в кольцо ануса, ноги дрожали, клитор ныл, она почувствовала что в животе все сжалось и заурчало, резко захотелось в туалет, анус вдруг непроизвольно расслабился и в тот же момент гладкая анальная пробка юрко проскользнула на всю глубину в её прямую кишку. — Вот так. — Мучительница сильнее вдавила затычку в неё. — Это удержит в тебе дерьмо до промывочной, живот будет крутить сильно, захочется орать, можешь голосить, тут всем пофиг, никто ни тебя ни твой грязный сральник жалеть не будет... О! — мучитеьница на секунду замолчала-Да мы тут уже течем... Оказывается нам нравится, осознавать предстоящие процедуры! Отлично, сучка говняная, тогда я скажу своей медсестре, чтобы она заливала в тебя воды побольше и по многу раз! Пускай, делает воду похолоднее, от неё знаешь какие адские спазмы? Вливать будем огромным потоком, без перерывов на твой скулежь, терпеть до дефекации будешь подолгу, с большими строгими пробками, пока из ушей не полезет и не извизжишься от спазмов!!!

— Слезть со стола! — громко скомандовала строгая женщина.

На трясущихся ногах она сползла на холодный пол и поковыляла к двери, пробка в анусе двигалась при каждом шаге, в животе заурчало и сильно потянуло на низ. Дверь распахнулась и грубые руки вытянули её в коридор — Вставай на четвереньки и ползи за мной! Надсмотрщик толкнул её на кафельный пол, в ужасе и отчаянии она переставляя колени на холодной поверхности поползла вслед за ним по коридору, в анусе давление всё росло, живот крутило и желание опорожниться становилось невыносимым. Ноги канвоира остановились перед широкой дверью обитой металлом из за которой слышался женский сдавленный стон, громкий голос выкрикивал приказы — жми очко! Держи, сука! Ноги широко, держи дерьмо! В ответ женский голос стонал, — не могу! не могу сдержать! умоляю выньте её, выньте из меня, прошу. Потом послышался странный звук, как будто где-то прорвало большую трубу, какой-то грохот, двери распахнулись и на скрипучей каталке вывезли девушку-пытницу, она лежала на животе, пеленки под ней все были загажены коричневым жидким калом, лицо красное залитое слезами, губы дрожали не сдерживая сдавленный стон — откройте жопу, выньте, выньте её прошуууу... я сука, сука, говняная шмара, сяду на клизму жопой, только откройте мою дыруууу... стон прешел в вой и затих. Ноги мученицы были раскинуты в стороны, из багрового от пыток ануса торчала огромная тёмно — красная пробка, в воздухе разлился нестерпимый каловый смрад.

Она в шоке смотрела как каталку с бредящей девушкой увезли вдаль по коридору.

— На промывку следующая! — громкий железный голос раздался из за двери.