Инка, соседка с третьего этажа, прихватила в подъезде.

— Коль, постой. Чего спросить хочу: к тебе Анька приходила?

— Ну да. Ты же сама послала.

— Ты всё там ей сделал?

— Всё нормально.

— Она заплатила?

— Ты же советовала.

— Значит всё сделал. - Инка усмехнулась. - И трубы ей прочистил?

— Язва ты, Инка. Неужто ревнуешь?

— Вот ещё. - Демонстративно фыркнула. - Не муж, так чего ревновать. Твоё дело, на кого силы тратить.

— А пошли ко мне, покажу, что не истратил ничего.

— Нет, Коль. Ты бы лучше по-соседски в лес свозил. Люди грибы корзинами тянут, а тут хоть бы завалящих каких, хоть пожарить.

— А давай завтра с утра пораньше, пока мало кто в лес пойдёт. Поди успеем до грибников.

— Давай. Во сколько поедем?

— Да затемно бы лучше.

Инка подошла вплотную, оглянулась, не видит ли кто, быстро запустила руку в штаны, крепко сжала конец

— Ты силы-то копи. В лесу знаешь какая охота наступает. Ужасть! - Засмеялась, отскочила, пока за пизду не поймал. - Нет, нет. Завтра, всё завтра.

Утром, ещё чай пил, Инка звонит. А я же её натуру знаю, сразу, как встал, двери отпер. Бегать туда-сюда, вот ещё не хватало. Крикнул

— Не заперто, заходи кто ни есть!

Инка вошла, покрутила носом, будто вынюхивая что-то, подобно охотничьей собаке. К столу села. По-хозяйски, знакомо ведь всё, как у себя дома, налила чашку чая, отхлебнула.

— Ты из еды ничего не бери. Я собрала кой-чего, на двоих хватит. Жаль по стопочке будет нельзя.

— Обойдёмся. Грибы собирать едем, не на пикник. Ты на чай-то не налегай. Тормозить не буду, терпеть станешь.

— Ой, да ладно тебе, - Инка отмахнулась, - раньше меня ссать захочешь. Останавливаться он не будет. Погляди на него. Поехали давай.

Машина стояла во дворе. С вечера поставил, чтобы не бежать в гараж. Уложили поклажу, уселись сами и покатили.

Инка оказалась права. Приспичило первому. Чай настойчиво запросился наружу. Тормознул. Та, зараза, ржёт, но тоже присела, спустив штаны с трусами. Благо рань, дорога пустая, так что и не пряталась особо. А друг от дружки чего прятаться, коли столько лет ебёмся. Справили нужду и дальше доехали без приключений.

Место шикарное. И лес небольшой, даже не лес, околки берёзовые, а грибов завались. И комарья, мошки разной нет, совсем не летают. Походили по лесу, набрали сколько смогли и к машине вернулись перекусить. Поели, ещё раз обошли округу и поехали на другое место.

Когда в очередной раз вернулись к машине, Инка спросила

— Коль, а сил точно оставил? На меня хватит?

— Инка, ты же как варенье-пятиминутка, через пять минут кончаешь.

— Ну и что? Зато через следующие пять снова хочу.

Сама говорит, сама снимает всё с себя. Голая совсем, будто дома. А кого стесняться? Машину издалека услышим, людей близко нет. Нормальная она баба. В смысле телом нормальная. В меру упитана, без особых излишеств. Так и возраст уже даёт о себе знать. Полновата, так это же хорошо, есть за что взяться. Да и лежать на ней мягко, ровно на матрасе надувном. Титьки нормальные, не висят. И за модой следит. Раньше на передке волосы лишь подстригала, сейчас совсем бреет. Видать у дочери подсмотрела. Та уже девка взрослая, самостоятельная, с каким-то парнем живёт. Посмотрел я на Инку, а она ещё и дразнит: то одним боком повернётся, то другим, то вдруг повернётся ко мне задом и наклонится, будто что-то в траве ищет. Как в очередной раз наклонилась, так и не смогла разогнуться. Попробуй, когда в тебе кол торчит. Помогает. Руками в колени упёрлась. Да неудобно так стоять.

— Коль, дай до берёзки дойду, обопрусь. Устала так стоять.

Не фашист какой переодетый. Доплелись до берёзки, не вынимая ничего и ниоткуда. Смешно обоим. Шагаем, как инвалиды еде-еле. Но до цели добрались. Инка берёзку обхватила ровно мать родную, прижалась щекой, кору поглаживает, но подмахивать не забывает.

— Ай, Коля, Коля! Сейчас кончу!

Ну, и кто она такая? Скороспелка, она скороспелка и есть. Сейчас передохнёт ровно столько же времени, сколько еблись, и изнава захочет. И так разов несколько. И пока она отдыхала, покрывало из машины достал. Я его всегда вожу с собой. Иной раз и под машину залезть надо. То в салон что-то положить на сиденье. То вон, под Инку подстелить. Инка враз на четвереньки встала. На покрывале не на траве, коленки не колет, да и не зазеленит. Ну и я с тыльной стороны к Инке прилабунился. Она стонет, от толчков то взад, то вперёд подаётся, титьки болтаются. Идиллия, мать её.

Инка в очередной раз кончила.

— Коль, всё, кончай, я больше не хочу.

Я головку извлёк и к попе приставляю. Инка сжалась

— Коль, может не надо? Тут даже подмыться негде.

— Не волнуйся, милая. Я резиночки с собой прихватил. И смазку. Ну, дашь сюда?

— Раз так, то...Коль, тихонечко, медленно.

С наслаждением драл Инкину тесную задницу. Передок-то у неё расхлюпан, а вот в заду всё тесно, узко. Оттого и кончаешь быстро. Засопев, задёргавшись, кончил. И пока не опал прибор, вытащил его наружу. Было как-то дело у нас с Инкой. Дождалися, пока хуй опадёт, так потом гандон из задницы еле извлекли. Соскочил и в жопе остался.

Оделись и поехали домой. Презерватив повесили на веточку на берёзе. Пусть птички, али зверушки погадают, что же это такое: пиджаки или чулаки? Дурные они, животинки. Это пиджаки на хуяки.