Петя был обычным хрупким мальчиком небольшого роста. Его большие карие глаза и длинные реснички не могли не привлекать одноклассниц. Но зато самого Петю, его одноклассницы особо не интересовали. После школы Петя очень любил развлекаться со своей попкой, разумеется, пока его родители были на работе. И хоть развлечение было нехитрое, Петя все равно предавался ему долго и страстно. Обычно, после занятий, Петя шел в душ, смывая с себя напряжение прошедшего дня. Потом он приседал на корточки, смазывал пальцы слюной и медленно вводил сначала один, потом два, а потом и всю ладонь целиком. Иногда он входил во вкус и раздрачивал свой анал так, что вызывал спонтанное семяизвержение.
В такие минуты Петя вынимал ладошку из своего бедного анальчика, от чего часто происходил звонкий пердящий звук, собирал со дна душевой кабины свою сперму и обсасывал ее с каждого пальчика. Вкус был неповторим. Запах анальных выделений заводил Петю ещё сильнее, и он часто продолжал эту анальную игру ещё раз, пока совсем не падал без сил. Как-то раз, после школьной суеты, Петя, влекомый обычной страстью к своей порочной игре, резво помчался домой, но на полпути его окликнул знакомый голос. — Петя! — крикнула одноклассница Пети. Худая девушка с двумя длинными толстыми косами черного волоса. Её чёрные наивные глазки с надеждой посмотрели на Петю. — О, Розалия! — крикнул Петя в ответ. — Что случилось? — Можешь проводить меня до дома? Петя неохотно, но кивнул. Джентльмен не может оставаться в стороне, когда девушка бывает столь настойчива. Но Петя всё-таки надеялся быстро от неё отвязаться.
В то же время, Розалия стала ещё более настойчива. После того, как школьники дошли до её дома, она склонила Петю подняться к ней выпить чаю. Бедный мальчик уже чувствовал, как его попка изнывает от тяжелой пустоты внутри себя, которую пока никак нельзя было заполнить. — А ты пьешь с сахаром? — поинтересовалась девушка, наливая кипяток в заварник. — Угу, — пробубнил Петя. — Ой, тогда я быстренько сбегаю в магазин за сахаром, а то у нас закончился. — А где твои родители? — поинтересовался Петя. — А они уехали на выходные в сад, меня оставили за главную, — ответила Розалия, снова надевая кеды и открывая дверь. — Я быстро. «Не сомневаюсь» — подумал Петя.
Но что ж, делать было нечего. Он решил пока осмотреться, вышел в коридор и заглянул в детскую своей одноклассницы. Ничего особенного. Всякие куклы, мягкие игрушки, да прочий девчачий хлам. Петя подошел вплотную к кукле-пупсу, очень похожей на маленького ребенка в позе эмбриона, и у него возникла одна интересная идея. Петя взял куклу и направился в санузел. У Розалии вместо душевой кабины была ванная, но Петиному плану это помешать не могло. Он закрыл дверь на защелку, разделся догола и залез в ванную, присев на корточки. Он плюнул на свои пальчики и стал поочередно вводить сналача один, потом два, а потом и всю ладонь, как обычно. А потом он услышал, как в коридоре открылась дверь. — Петя, ты в ванной? — Да.
Петя обильно смазал ножки куклы слюной и стал вводить их в свой анус. Попка неохотно поддавалась, хотя и была сильно разработана. Парень меж тем не сдавался. Он проталкивал куклу всё сильнее и сильнее, глубже и глубже, пока наконец половина ее не скрылась в его прямой кишке. — Ну чего ты там застрял? — донесся из-за двери голос Розалии. — Я... ммм... не могу сам... ммм — протянул Петя. — Да что же там у тебя, — ручка двери опустилась, но ничего не вышло, — ты заперся? — Ммм... — Петя, придерживая куклу потянулся к защелке, открыл ее, и дверь тут же поддалась. Розалию охватил ступор. Она видела, как её одноклассник, лежащий в ванной, вставляет себе в задний проход куклу-младенца и при этом сладко стонет. написано для bеstwеаpоn.ru Казалось, что даже толстые длинные косы Розалии от изумления вжались сильнее в её футболку. Петя поднял на девушку свои большие карие глаза, похлопал мокрыми от слёз ресничками и тихо протянул: — Помоги мне вставить глубже.
Розалия, не говоря не слова, медленно подошла к нему и неуверенно надавила на куклу. Попка впустила её ещё на полсантиметра. Петя ещё сильнее застонал, схватил руку Розалии и сильно надавил на неё, чтобы придать девушке уверенности. Игрушка поддалась, и теперь из заднего прохода выглядывала только головка куклы-младенца. Петин членик подрагивал и был во всю готов выплеснуть свой белый сок. Розалия, теперь уже с большей уверенностью надавила на куклу, и та, послушно вошла в анус глубже. Сфинктер постепенно пропустил через себя головку игрушки, и почти полностью закрылся.
— Ты... — едва-едва смог протянуть Петя, — Ты оплодотворила мою прямую кишку. Розалия же, как завороженная смотрела на анус Пети и не могла произнести ни слова. — Теперь я буду рожать, — с этими словами Петя стал тужиться. Но в отличие от настоящих родов, где женщина с муками выдавала на свет живое дитя, Петя лишь кайфовал от процесса и старался не сильно быстро выдавливать куклу из ануса. Розалия сглотила слюну и чуть-чуть приоткрыла рот. — Головка показалась, — неожиданно для себя произнесла она.
Петя лишь простонал в ответ и начал тужится сильнее. С его полувставшего членика на дно ванной и на игрушку активно текла смазка, его глаза слегка слезились, но не от боли, а от сильного напряжения. Вся промежность была потная и от яиц тянуло запахом гениталий. Спустя примерно минуту, игрушка полностью вылезла, но сфинктер продолжал быть открытым. Розалия взяла куклу, которая вся была в анальной слизи и тупо уставилась на то, что делал Петя. А он снова плюнул на свою руку, потихоньку ввел в анал всю ладонь целиком и резкими движениями стал её разхебывать. Ванную комнату заполонили хлюпающие звуки, а Петин член стал шлепаться о его живот. Тут, мальчик резко напрягся, и его небольшой краник сильно выстрелил в Петин подбородок. Мальчик вынул ладошку из своей растраханной дырки, протер ею подбородок и шею, а затем направил в рот весь тот божественный белый нектар, который на вкус был, вкуснее всего на свете. — Спасибо за чай, — прошептал Петя, перекатывая сперму в своем ротике.
