— Хуесоска малолетняя!

Почти выпихнутая ногами из машины, я приложила просто кошачью грацию, чтобы не шлепнуться мордочкой в грязное снежное месиво у обочины. Не малолетняя я! Ну да, выгляжу молодо и свежо, но мне уже целых 22 года.

**********

Я посмотрела вслед удаляющейся машине. Немного перешагнула затекшими ногами и сунула руку в расстегнутые джинсы, проникнув под трусы и вытащив пару скомканных купюр, которые он туда засунул. Потенциально легкий заработок растаял, как та черная каша под ногами, что была когда-то снегом.

**********

Мы познакомились в интернете. Он пригласил к себе на дачу. Там должны были быть еще несколько его друзей.

— Потрахаем тебя все вместе, зато неплохо заработаешь — сказал он тогда.

Я марафетилась, как последняя дура. Хотела быть красивой, прелестной, дурманяще и маняще пахнуть. Пока мы ехали, он уболтал меня на минет. Делать минет в едущей машине, на скользкой дороге — это то еще удовольствие. Постоянно трясет, шатает, виляет. Никакой концентрации на процессе, все уходит в удержание равновесия.

— «Пошел заработок» — подумала я, когда он сунул мне в трусы пару бумажек.

Пока я сосала, он распинался про своих друзей. Видимо, ведя машину и имея девушку в рот, он немного подзабыл, что ранее его друзей было несколько. Сейчас же выходило, что меня ждет почти полноценный генг-бэнг. Оторвав губки от его твердого пениса, я поинтересовалась, почему он раньше не сказал, что мужчин будет много. Поняв, что он оплошал и спалился, он попытался вернуть мой рот на свой член, попутно увещевая меня потенциальным количеством бабла, что просыплется на ебливую маленькую шлюшку. Из личного опыта я знала, что если мужчина начинает такое вытворять, то дай Боже потом ноги унести, а может еще должна останешься.

Невинный вопрос, заданный не вовремя, перерос в перепалку и подвел меня под текущий момент.

**********

Сейчас я стояла, сжимая в руке пару этих бумажек. Их едва хватит, чтобы вернуться в город на попутке. Я всегда могу отдаться за подвоз, а может попадется честный человек. Я отдавала себе отчет, что оных сейчас ой как мало. Большинство захочет денег, или сами знаете чего.

Я даже и не делала никаких особых жестов руками. Просто застегнула джинсы, запахнула пальто и подтянула рюкзак на плечах. Рядом взвизгнула тормозами машина. Я думала это он одумался и вернулся, но нет. Возле меня стоял небольшой кроссовер.

— Почему ты здесь одна, в болоте этом и мерзнешь? — на меня смотрел мужчина.

Обычный такой мужчина, только взгляд очень пронзительный. Не знаю, кем он работает, но ему очень подошла бы работа следователя.

— Я, кажется, тебя о чем-то спросил! — он немного повысил тон, появились раздраженные нотки.

— Я поссорилась с другом. Он уехал, а я осталась здесь.

— Подвезти тебя до города?

— Да, но денег у меня немного — я показала пару купюр.

— Садись.

Я взялась за ручку двери, но дальше не двинулась. Недавняя история подсказывала. Что садиться в машину к первому попавшемуся мужчине, это верх глупости.

— Боишься? — он внимательно посмотрел на меня.

— Да.

— Это правильно. В таких ситуациях, лучше еще и отойти на всякий случай от авто, и незнакомого человека.

Он откинулся на сидение и вздохнул.

— Ладно — он порылся в карманах куртки. — Вот.

— Старший следователь юстиции, капитан Малыш — прочла я. — МалЫш или МАлыш?

Я подчеркнула нужные интонации и вопросительно посмотрела на него.

— Первый вариант — он спрятал удостоверение. — Теперь сядешь?

— Теперь, да.

Я села к нему в авто. Было тепло, печка грела нещадно.

— Можешь подстроить под себя — он показал на крутилку кондиционера.

— Я почему-то так и подумала, что Вам более всего подошла бы работа полицейского.

— Да? И почему же?

Мы тронулись с места. Он вел плавно, не спеша, следуя правилам. Не то, что предыдущий кавалер, гнавший свой мерс, как попало.

— Ну взгляд такой.

— Какой?

— Ну такой. Ну, вы сами знаете.

— Понятно.

Я замолчала, он тоже. До города было не далеко. На контрастах недавнего стояния на холоде и теперешнего натопленного салона машины, я как-то неощутимо уснула.

**********

Проснулась я, как и положено человеку, уснувшему не пойми где, не пойми как и не пойми зачем. Все было неплохо, если бы не наручники, приковавшие мои лапки к дверной ручке.

— И что это вы, госпожа Коваль, так далеко и долго бегаете от родителей?

— Что? — не поняла я спросонья. — Что происходит?!

Я наконец полноте увидела и ощутила наручники.

— А ну, отстегнул меня, козел!

Куда только делась выкающая воспитанность.

— М-да — он жалостливо посмотрел на меня. — Ну, меня предупреждали. Короче так, Влада. Твой побег окончен, исстрадавшиеся родители плачут от радости и знают, где ты. Сейчас поедем ко мне домой, побудешь под моим непосредственным присмотром, пока тебя не заберут.

Он сел на водительское место. Мы стояли возле отделения полиции.

— А почему ты убежала-то? Вроде дочь депутата, все должно в жизни быть.

— Не твое собачье дело, мусор! — набычилась я.

— А знаешь, какая разница между мусором и ментом? — кажется, он не обиделся.

— Не знаю, и плевать мне!

— Мусор, это всегда мусор. Любой мент, преступивший закон, навсегда становится мусором.

— А мент что?

— А мент, Влада, это мой единственный настоящий товарищ. Это человек закона, который костьми ляжет, но закон будет чтить и соблюдать до последнего, и судить всех только по закону.

— И что, по закону меня нужно держать целый день взаперти в квартире?

— Нет. По закону, тебя надо запереть в обезьяннике, но думаю тот контингент тебя не сильно порадует.

Я промолчала.

**********

Квартира мента оказалась очень даже ничего так.

— Что взятки берешь?

— Нет.

— А откуда такое добро?

— Не поверишь, но мы с тобой очень похожи. Родители миллионеры, а сам пошел по пути обычного, законопослушного мента.

— Не поверю.

— «Полицейского с Рублевки», смотрела?

— Ну да.

— Ну я вот, как он.

— И так же переспать предлагаешь? — поддела я.

— Нет — он взял себя в руки.

— А если я на тебя нападу?

— Попытайся — он показал мне пластиковые наручники. — Поверь, они врезаются в кожу гораздо больнее, чем обычные.

— Поверю.

— Квартира полностью в твоем распоряжении. Прошу тебя, как взрослого, здравомыслящего человека, не прыгай из окна, не режь вены, не пытайся сбежать. Не звони куда ни попадя с криками, что тебя удерживают здесь силой, насилуют, продают на органы и т. д. Еда есть, ТВ-ник есть, есть книги, можешь сидеть в интернете, спать — он развел руками. — Что угодно, но не создавай мне проблем.

— Ты все перечислил?

— Что?

— Ты забыл повешенье и отравление газом.

— Ну, Влада! — он посмотрел колюче.

— Да, ладно, ладно. Попалась уже, чего убегать. И так ближайшие полгода по специалистам и дурдомам шляться. Не хватало еще, чтобы папа тебе помимо «спасибо», выплачивал компенсацию за остатки квартиры. Хотя ты, наверное, можешь себе новую купить в два счета.

— Мне, знаешь ли, и эта очень дорога.

— Ладно.

— Обещаешь?

— Угу.

— Пообещай!

— Да, хорошо — я устало выдохнула и села.

— Не так!

— А как? Что с правой рукой, как у американцев?

— Просто скажи «я обещаю».

— Я обещаю.

— Верю — сказал он. — И закрываю до вечера. Вечером открою и хочу видеть тебя все такой же.

Он на миг задумался.

— Было бы неплохо, будь ты еще чуть более свежей после душа.

— После душа переодеваются в домашнее.

Он задумался.

— Ну, там есть кой

какие вещи. В шкафу, посмотришь. Твои с квартиры я вечером привезу.

**********

Квартира была обставлена со вкусом. Не знаю, был ли это его вкус или ему дизанеры задизайнили, но все было органично и гармонично. Впрочем, в остальном хата была типично холостяцкая. В одном из шкафов нашлись и те самые женские шмотки. В большом розовом чемодане с биркой «Лиза», я нашла много чего. Из общего вороха вещей, я взяла лишь домашний костюм, тапки и немного косметики. Я очень надеялась, что он абсолютный холостяк и снова была рада, что угадала. В ванной была стиральная машинка. Туда я и отправила Лизким костюм, а также свое белье, впопыхах снятое. Одеваться обратно не стала, для приличия лишь натянула на себя пальто, мало ли. Подумала немного, и сложила остальные свои нехитрые вещи рядом с машинкой. Простирну потом, пока есть возможность. Пошла дальше по квартире. Зал, гостевая спальня, в которой явно давно никого не было. Его комната, закрытая на ключ. Для уверенности подергала ручку и прислушалась — может там еще кто-нибудь сидит. Обычная кухня. Поставила чайник на плиту и открыла холодильник. Ну да, холостяк же.

**********

Почти весь день проспала, хоть и не собиралась. bеstwеаpоn Сказалось нервное напряжение. Проснулась. В квартире темно, тихо и никого, кроме меня.

Вышла на кухню. Теплого ничего так и не пила. Снова поставила чайник, открыла холодильник. Нужно было поесть, но набор у этого холостяка был прям скажем не айс.

— Приготовить ему пожрать чтоль? — я рассматривала почти пустые полки.

**********

В морозилке я нашла катастрофическое количество пельменей. Может он и был свободен, но на качестве питания это явно сказывалось не лучшим образом.

Еще в морозилке нашлась пачка замороженных грибов — ну, уже что-то. В холодильнике я взяла почти сьеденную палку сырокопченой колбасы. Порывшись в ящиках, я нашла рис и консервированные овощи — горошек и кукурузу. Возможный вариант родился сразу. Колбасу я нарезала небольшими кубиками. Грибы, как были, прямо из упаковки кинула на сковороду, на небольшое количество масла. Так они быстро разморозятся и притушатся. Пока грибы доходили, я открыла горошек и кукурузу, и попробовала их. Вкус был нормальный, явно нестарые консервы. Грибы к тому времени растаяли и зашипели испаряющейся водой. Я тут же добавила туда весь горошек и кукурузу, подбавила немного масла. Выставила огонь на максимум. Теперь 10 минут на большом огне, а потом еще 15 на маленьком. Снова порылась в ящиках, нашла подходящую кастрюлю, сполоснула ее водой. Налила в чайник еще две чашки воды и поставила его на плиту. Пока овощи тушились, а вода закипала, я отмерила в большое сито две чашки риса и промывала его под водой, пока она не стала достаточно прозрачной. Рис отправила в кастрюлю, туда же ложка подсолнечного масла, немного соли и, «Еврика!», я нашла у него приправу для плова. Щедро сыпнув полторы десертные ложки приправы, я добавила туда порезанную колбасу и включила мелкий огонь. Теперь главное все время мешать. Непростительным упущением будет, если рис или колбаса пригорят. Дело за малым, добавляем туда же тушеные овощи и заливаем все четырьмя чашками вскипяченой воды из чайника. Все просто — на две чашки риса, четыре чашки кипяченой воды. Теперь все на максимальный огонь. Первое время обязательно помешиваем, приправа должна разойтись и раствориться, а овощи адекватно смешаться с колбасой и рисом. Несколько минут на это нехитрое дело и оставляем рис в покое. Даем ему закипеть и прокипеть 10 минут. Дальше меняем огонь на минимум, прикрываем крышкой и засекаем 20 минут до готовности.

**********

Ну, все готово. Колбасы в рисе достаточно, чтобы не готовить отдельное мясо, да и из чего бы. Я с сомнением посмотрела на остатки квашенной капусты и баночку оливок. Можно конечно сварганить очень вкусный салат. Нужно только найти еще немного чеснока или лука, но понравится ли ему?

Я вышла с кухни и снова легла на постель в гостевой. За неимением других занятий снова уснула.

**********

— Спасибо, рис был очень вкусный — он поглаживал сонную меня по щеке.

— А? Что? Который час? — я не сразу поняла где я, с кем и почему.

— Пол первого ночи — он посмотрел на маленькие настенные часы. — Давно за мной никто так не ухаживал. Спасибо.

Он встал с моей кровати. С его кровати, что сейчас была моей. Мне очень захотелось близости.

— Погоди!

— Что?

— Иди ко мне.

— Нет.

— Ну, пожалуйста!

— Нет, Влада. Это вообще не вариант!

— Ну почему?

— Нет и все.

— Ну и пошел нахрен, козел!

Я зарылась в одеяло и наблюдала, как он стоит еще какое-то время с выражением полного недоумения. Затем он пожал плечами, тяжело вздохнул и ушел.

— Свет! — запоздало крикнула я из-под одеяла.

Его рука на миг вернулась и счелкнула выключателем.

**********

Я опять проснулась. Было тихо и темно. У меня ужасно болела голова. Я встала, запахнулась в невесть откуда взявшийся мой халат и пошлепала босыми ногами на кухню. Проходя мимо его комнаты, я прислушалась — он спал, а может его там и не было. На кухне я напилась холодной воды прямо из-под крана — это было верное средство от головной боли, которое сейчас не помогло. Идя обратно в комнату, я увидела свои сумки. А ну да, он же обещал привезти прочие мои нехитрые пожитки. В одной из сумок нарыла таки свою аптечку. Снова сходила на кухню, залила пару шипучих таблеток водой. Подождала пока растворятся и выпила залпом. На вкус мерзость, но поможет через 5 минут. Снова вернувшись к себе, осторожно села на кровать, потом легла. К моменту засыпания голова уже не болела.

Утром меня забрали родители.

**********

Примерно через месяц.

— Добрый вечер — он звонил моему отцу.

— Добрый.

— Это капитан Малыш. Вы меня помните?

— А, да — равнодушно ответил мужской голос.

— Я хотел бы узнать, как там Влада?

— Влады больше нет — ответил внезапно совсем грустный голос и трубку положили.

— Нет? — он долго сидел и смотрел на телефон.

**********

Он стоял перед ее могилой. Весь в форме, при полном параде, отдавая последнюю дань той, что когда-то была живым человеком. Она улыбалась ему. Та что когда-то была живой, теперь усмехалась ему с портрета, вырезанного на надгробной плите. Он вспоминал то недолгое время, что успел побыть с ней. Он вспоминал ее рис, который он ел, запивая все дешевым пивом. Вспоминал что, как ребенок, накладывал себе еще и еще порцию. Вспоминал и момент, когда отказал ей. Могло бы все сложить иначе, если бы он согласился? Он не знал.

— Извини — он положил скромный букет подмерзших роз рядом с ее портретом.

Он отвернулся и отошел.

— Почему ты не осталась здесь, среди нас?! — крикнул он. — Почему не дала еще один шанс жизни?! Почему не приготовила мне еще один такой же вкусный рис?

Последний вопрос он задавал лично ей, считая, что мир недостоин услышать о столь интимной, по его мнению, их связи. Она не отвечала, лишь продолжала заискивающе, беззаботно, непринужденно улыбаться ему мертвой улыбкой с мертвого камня.

ПыСы

Посыл отдельным читателям, кто озаботится моим состоянием и/или спросит «что за фигня» — настроение неаховае и большая часть этого мне приснилась.