Здравствуйте, наши постоянные читатели! Сегодня мы представляем стенограмму интервью из цикла «Заглядывая под юбки» нашего корреспондента Келли Кунис, взятое у рабыни-транссексуалки Долли, являющейся собственностью нашего глубокоуважаемого мецената Господина Кирка. Из этого интервью вы узнаете о ежедневных обязанностях рабыни; что будет, если не получать оргазм пару лет, и в чём схожесть хомячка и рабыни :)

(Примечания мисс Кунис в тексте выделены курсивом)

Когда я увидела Долли, она мне показалась такой милой, что захотелось тут же её обнять. Эта поза, символизирующая скромность и покорность, эти серые глаза, обманчиво наивные, эти маленькие грудки, с трудом видимые через униформу горничной... Но наваждение быстро ушло, когда после первой же фразы, я вспомнила, что передо мной хоть и живая, но вещь.

— Доброе утро, Дональд! Спасибо, что согласился дать мне сегодня интервью!

— Доброе утро, Мадам! Пожалуйста, Вы не могли бы звать меня Долли? Теперь Долли — моё официальное имя. И, пожалуйста, не благодарите меня — это мой Господин был так любезен, что согласился одолжить Вам свою собственность на один час для интервью.

— Профессиональная привычка... Да, это логично, вещи не могут иметь своего мнения. Итак, просто ради формальности: у тебя есть официальный статус?

— Да, Мадам. Я официальная рабыня-членодевушка. Я была куплена у моей мачехи, когда мне исполнилось 19 лет, с соблюдением всех официальных формальностей. Мой номер в МРЖС (Международный Реестр Живой Собственности) — 14093.

Вытянув руку Долли показала номер, вытатуированный жирным шрифтом у неё на левом запястье.

— Скажи, Долли, это было твоим решением — сменить пол с парня на девушку?

— Нет, Мадам, это было решением моей мачехи. Она начала мою феминизацию прямо в мой восемнадцатый День Рожденья.

— Наверное, тот еще денёк выдался?

— Да, Мадам, теперь-то я понимаю, что она хотела для меня как лучше. Но тогда, увидев с утра, что я лишился всех своих старых вещей, а вместо подарка у меня в гардеробе появилась одна женская одежда, я сильно разозлился... простите, разозлилась...

Запнувшись, Долли закусила губу. Было видно, что эта тема всё ещё болезненна для юной транси, хоть она и утверждает обратное. Нечасто тренированные рабыни путают свой пол в обращении. Потому я решила сменить тему, пожалев Долли.

— Расскажи о твоих ежедневных обязанностях...

— О, я убираю в доме, ухаживаю за растениями в саду, готовлю Господину еду, и, конечно, слежу за тем, чтобы Господин был удовлетворён... Во всех смыслах...

— То есть занимаешься с ним сексом?

— Да, Мадам... Ну и иногда Господин приводит домой своих друзей и подруг, с некоторыми из которых я тоже занимаюсь сексом. Иногда я даже вижу, как моему Господину платят за то, чтобы воспользоваться моим телом. Мне очень приятно, что я приношу Господину пользу.

— Ночью ты спишь с Господином в одной постели?

На этом вопросе Долли побледнела. Было видно, как она испугана даже самой возможностью такого действия. Господин Кирк хорошо дрессировал своих рабынь.

— Конечно нет, Мадам! Мне запрещено находиться в постели Господина, кроме того времени, когда меня трахают. А сплю я в подвале в своей клетке. Она... Очень уютная.

— Расскажи мне про это место.

— Когда я заканчиваю все дела, и больше в этот день не нужна Хозяину, я спускаюсь в подвал. Одна из небольших комнат там — полностью отведена под мои нужды. Около половины пространства занимает моя клетка, где я сплю. Клетка достаточно длинная, чтобы я могла вытянуться во весь рост, но в высоту она всего около 40 сантиметров, так что находиться там я могу только лёжа. Со стороны головы находится поилка... Да, прямо как у хомячка, но мне удобно, если ночью захочется пить. Клетка оборудована автоматическим замком. После того, как я ночью закрываю за собой дверцу, замок остаётся закрытым до 5:30 утра, когда он автоматически открывается. После этого я принимаю душ, делаю себе клизму (душевая кабина и унитаз находятся прямо там, на оставшейся площади комнаты) и крашусь — столик с косметикой и зеркалом находится прямо над клеткой. Всё очень компактно.

— Да, вполне практично, твой Господин действительно всё продумал. Скажи, ты довольна своей жизнью? Покидала ли ты когда-либо этот дом? Сад вокруг дома я в расчёт не беру, конечно.

— Да, Мадам, я всем довольна. И да, один раз меня увозили из дома — в одну из частных хирургических клиник. Там мне сделали несколько минимальных операций. Но я не очень помню мир снаружи — мне вкололи какое-то снотворное, от которого всё было, как в тумане.

— Что это были за операции? И хотела бы ты, чтобы тебе увеличили грудь?

— Мой Господин говорит, что ему нравится натуральность. Под действием женских гормонов, которые я принимаю каждый день, у меня выросла моя собственная грудь — почти второй размер! А насчёт операций — мне сгладили кадык, провели манипуляцию на голосовых связках, благодаря чему мой голос стал более женственным, и сделали пирсинг — в сосках и в моём пенисе... ой, я хотела сказать, клиторе.

— Кстати об этом. Мне сказали, что ты постоянно находишься в поясе верности. Это правда?

— Да, Мадам.

Долли подняла подол платья, и между подвязками для чулок я увидела гладко-выбритый лобок членодевушки, тоненькую металлическую трубочку, полностью обхватывающую пенис, и гладкие яички.

— Интересная конструкция. Я не вижу обычного для мужского пояса верности кольца, обхватывающего яички. Как же он держится?

— О, Мадам, это благодаря пирсингу в головке. Эта трубочка вдета в запаянное колечко, которое в свою очередь вдето в головку моего члена. Таким образом, эту трубочку можно снять, только разрезав крепкий металл кольца. Но я рада этому. До того, как мне сделали этот пирсинг, я носила пояс верности с кольцом вокруг яичек и тяжелым замком. Он был намного тяжелее нынешнего, и его требовалось снимать для регулярной депиляции, а это куча хлопот для Господина.

— Понятно. Но, позволь спросить, а как же ты получаешь оргазм?

Тут Долли удивлённо на меня посмотрела, как будто не понимая, о чём я спрашиваю.

— Оргазм?... Простите, Мадам, но рабыням не разрешено получать оргазм... Ведь на мне пояс верности... Моя главная обязанность — помогать людям достигать оргазма, но никак не получать его самой...

— Хм... Но, так или иначе, когда ты в последний раз кончала? Не говори мне, что этого не было!

Тут Долли покраснела. Судорожными поглаживаниями она расправила подол своего платья.

— Ну... Я думаю, это было лет в 17—18... Когда я ещё была мальчиком. Но я стараюсь не вспоминать об этом — мне стыдно. Рабыням не разрешён оргазм...

— То есть, ты не кончала уже... Дай подумать... Около двух лет?

— Ну, технически, Мадам, когда меня трахает мой Господин, или другой мужчина, или женщина, используя страпон, то во время этого, через дырочку в моём поясе верности, наружу по капелькам просачивается сперма. Так что, можно сказать, что кончаю я частенько!

Долли мечтательно улыбнулась. Было видно, что бедняжке, хоть она это и скрывает, было приятно хотя бы просто представлять то, как она бы получала оргазм.

— Этот вопрос ясен. А скажи, у тебя есть предпочтения? С кем тебе лучше заниматься сексом? С мужчинами или с женщинами?

— Конечно, с мужчинами! Когда я занимаюсь сексом с женщиной, моя металлическая клеточка всегда сдавливает мой клитор так сильно, что это даже вызывает боль. А когда меня трахает мужчина, ничего такого нет. Так что, конечно, мне удобнее заниматься сексом с мужчинами!

— Подожди-подожди! Ты что, хочешь сказать, что спустя столько лет после твоей феминизации, тебя всё ещё влечёт к женщинам?

— Я никогда не думала об этом с таких позиций, Мадам... Но видите ли, когда я в постели с женщиной, если отрешиться от ноющей боли в сдавленном клиторе, то это даже приятно. Женщины — они гладкие, мягкие, от них приятно пахнет. И когда леди трахают меня своим страпоном, они, зачастую, не такие грубые, как мужчины. Так что да, мне наверно нравятся женщины. И я рада, что меня феминизировали — ведь так я могу быть похожей на них!

— Ну что ж, пора заканчивать наше интервью. Передавай своему Господину мои благодарности.

— Мм... Мадам, Господин распорядился, чтобы я отблагодарила Вас... Ну Вы понимаете... Доставила Вам приятно...

Да, уважаемые читатели. Кунилингус в исполнении членодевушки в поясе верности — это очень неплохо. Некоторая неумелость (это понятно, ей больше приходилось ублажать мужчин) с лихвой компенсировалась её стонами, когда от близости женского тела пояс верности начинал больно сдавливать её пенис. Лично меня это очень возбудило, и из-за моих соков у бедняжки испортился весь макияж ;)

Всем спасибо за то, что читали это интервью, и желаю всем попробовать близость с рабыней-транси на своём опыте. До скорых встреч!