Мама Вероники ушла от нас когда той было 4 года. Так мне пришлось воспитывать дочь одному. На отцовские плечи лег тяжелый груз взросления девушки. Я разделял с ней радость первых побед, безответную школьную любовь и в мою жилетку она выплакала маленькое море девичьих слёз. А когда пришло время именно мне пришлось объяснять Нике что такое месячные. Но хоть и прошло столько времени я продолжал с тёплыми чувствами вспоминать свою бывшую жену. Несмотря на её предательство я всё еще любил её. Да и времени на то чтобы водить домой женщин особо не было. Флирта, интрижек на работе и секса на нейтральной территории вполне хватало. Годы пролетели как одно мгновение и не успел я оглянуться, как моя маленькая девочка превратилась в высокую стройную 21-летнюю красавицу. Внешностью она определённо пошла в мать, что не могло меня не радовать. Жили мы в 3-х комнатной квартире. У каждого было своё личное пространство. Я старался не обременять Нику излишним отцовским надзором, а она в свою очередь поддерживала дома тепло и уют своей женской рукой.

В тот вечер я напился. Это была годовщина нашей свадьбы. Было чертовский грустно и так хотелось упасть в объятия Леры. Своей милой ненаглядной Леры, ушедшей n лет назад к другому мужчине. Приехав домой на такси я буквально вывалился их машины и кое как отыскав ключи с трудом добрался до лифта и еле нашел нужный этаж. Разобраться с дверным замком оказалось непосильной задачей и я несмотря на позднее время нажал на звонок. Дверь открыла Вероника. На ней уже была коротенькая маечка и штаны-пижама.

— Ооо... где это ты так? — Спросила она, но сил ответить у меня уже не была и я просто кивнул. — А ну ка садись сюда. — Она усадила меня на пуфик в прихожей и начала расстёгивать куртку и снимать ботинки. В пьяном бреду мне мерещилась бывшая жена. Ведь сколько раз она так же укладывала меня спать после хорошей гулянки.

— Лера, Лера... — повторял я. Мне хотелось потянуться, обнять её. Вероника смотрела на меня, но ничего не говорила. В какой-то момент, когда она потянулась повесить мою куртку, я ухватил её за бёдра так, что дочь оказалась на моих коленях.

— Ой! Ты чего... — она не успела договорить потому что я впился в её губы поцелуем. Пьяный идиот. Перепутал жену с дочерью. Я так хотел сейчас видеть Леру и все повторял и повторял её имя в пьяном бреду. Ника конечно же всё это поняла, поняла как я скучаю по её матери. Мои руки гуляли по бёдрам, талии, я сжимал её попку и грудь. Мои губы касались её нежной шеи. Как ни странно Вероника не отстранялась от меня и не закричала, а продолжала сидеть, запрокинув голову назад и прикрыв глаза, на моих коленях. Все вокруг смешалось в безумную бурю красок

— Я люблю тебя, Лера... — прошептал я на ухо дочки...

***

Проснулся я уже за полдень. В голове был чугун и мне потребовалось время чтобы встать с кровати.

— О, кто проснулся. Доброе утро пап — сказала мне Вероника. — В душ?

— Угу — кивнул я. Она улыбнулась, протянула мне полотенце и прошла в свою комнату. На её шее я заметил засос и все вспомнил! «Блядь! Что же я натворил!» пронеслось в голове. Я быстро нырнул в ванную. Как вообще можно было перепутать жену и дочь? Пьяный кретин! А с другой стороны очень даже просто. Я мысленно представил Веронику. Девочка то выросла. Из ребёнка она превратилась в стройную темноглазую брюнетку с длинными прямыми волосами ниспадающими ниже плеч. Формы округлились, наверняка парни в универе оглядываются на её аппетитный зад. А грудь... Я оживил тактильную память и представил её вздымающиеся холмики, которые мял вчера. На ней же не было лифчика, но форма была идеально круглой. Отличный третий размер со стоящими сосочками... Да она же была возбуждена, щёлкнуло у меня в голове! Господи, что же я натворил и как мне теперь смотреть в глаза Нике? Мысли путались. От них мой член встал колом. «Эх, плевать!» подумал я и принялся дрочить представляя свою дочь...

На кухне меня ждал завтрак и кофе. Ника агрессии не проявляла и вообще вела себя так будто ничего не произошло. И только засос на шее говорил об обратном. Все последующие дни были как и прежде. Только мне казалось, что дочь стала какой-то грустной. А я в свою очередь начал всё чаще и чаще смотреть на неё как на женщину. Действительно, её гардероб поменялся. Одежда девочки-подростка сменилась на платья откровенной длинны с непозволительно глубокими декольте. Шпильки каблуков стали выше и тоньше, а макияж стильнее и увереннее. Порой её вид заставлял меня понервничать и мне приходилось скорее уединятся у себя в комнате. От вида её бедер и попы в обтягивающих леггинсах бросало в жар. Я стал замечать, что Нике нравится носить чулки, некоторые из которых нельзя охарактеризовать иначе как «блядские». На фоне такой красотки не хотелось выглядеть старпёром. Я посмотрел в зеркало. Для своих 45 я очень даже неплохо сохранился. Регулярные тренировки дали результат.

Через неделю, в мой отпуск, мы запланировали улететь на отдых в Кубу. На кануне, когда вещи были почти собраны, я сидел и смотрел телевизор. Из душа раздался крик:

— Паааап!

Я постучал в дверь и заглянул. Из-за шторы выглядывала Вероника.

— А принеси мне пожалуйста чистое полотенце, а то я забыла. Оно в шкафу, в среднем ящике.

В её комнате всегда приятно пахло. Я взял полотенце, но случайно задел им мышку ноута. Он вышел из режима ожидания и на экране появились фото Ники. Я знал что это не правильно и не красиво. Но мне было плевать. Я быстро отнёс полотенце и пулей вернулся к ноутбуку. Времени было в обрез и я просто закинул папку «фото» на флешку. Тут моё внимание привлекла папка с названием «!». Я зашел в неё и обомлел. Вероника лежала на соей кровати, а из одежды на ней были только чёрные гольфы и такого же цвета стриги. Все снимки были сделаны на веб-камеру ноута. На одних она ласкала себя, на других стояла раком задом к камере, а на третьих... На третьих Ника заглатывала на совсем не детскую глубину здоровенный дилдо. Я бросил взгляд на шкаф, мне захотелось увидеть её бельё. Я тихо открывал полки пока скачивались фото. Наконец я нашел нужную. Мне открылась прекрасная коллекция интимного белья своей сексуальной дочери. Я пожирал их глазами, а рука невольно потянулась к члену. Таким возбуждённым я не был давно. Конечно же я потерял счет времени. Конечно же не услышал, как скрипнула дверь ванной и Вероника замотанная в полотенце оказалась у меня за спиной.

— Что ты делаешь? — Смотрела округлившимися глазами дочь. Я только успел спрятать член в штаны. Полотенца на Нике едва хватало чтобы спрятать грудь и прикрыть попу. Она стояла в дверях в полном смятении. Кинув взгляд на ноут она поняла что я делаю и какие это фото. Дочь вздохнула, прикрыла на мгновение глаза и медленно, тс грацией пантеры, подошла ко мне. Прижавшись к моей спине сзади, Вероника обняла меня.

— Давай помогу. — Ласково шепнула она мне на ухо, при этом правая рука дочки легла на мой член.

— Вероника...

— Замолчи. — В её голосе было столько власти и нежности. Я мог это остановить. Я должен был остановить. Но я не хотел. Она уже вытащила член и держала его в своей тоненькой ладошке медленно надрачивая. — Нам надо серьёзно поговорить.

— Милая, послушай — пытался что то сказать я.

— Подожди, — прервала дочь, — выслушай меня. Папа, я вижу как тебе одиноко, как ты не можешь привести домой женщину. Я вижу как ты смотришь на меня... Я не слепая. Я люблю тебя пап.

— Я тоже тебя люблю Ника.

— Нет. Ты меня не понял. Я ЛЮБЛЮ тебя. — С придыханием произнесла дочь. Меня будто ударило молнией. — Я люблю тебя как мужчину. Я знаю как ты любил мою маму и продолжаешь думать о ней. Но её тут нет. Тут я! — Кажется на её глазах стали появляться слёзы. — Я хочу чтобы ты наконец меня увидел! Да, я не смогу заменить её, но я хочу быть на её месте! Хочу быть с тобой, отдаваться тебе... Мне надоело каждый вечер фантазировать что этот искусственный

член твой, зная, что в соседней спальне ты дрочишь на мои фото. Посмотри правде в глаза: ты хочешь свою дочь. Так возьми! Позволь мне стать твоей женщиной. — После её слов воцарилась тишина. Вероника раскраснелась и тяжело дышала. Я не знал что делать. Я посмотрел на дочь, на её тело, упругий живот, вздымающуюся грудь и потерял рассудок. Ответ был ясен.

Мой язык был во рту дочки. Это был грязный, мокрый поцелуй. Руки сжали попу через полотенце, и не верилось что теперь мне всё это трахать.

— К тебе, к тебе — шептала Ника, — у тебя кровать больше.

Мы словно сорвались с цепи, на которой просидели двадцать с лишним лет. Полотенце давно спало и Вероника предстала во все красе. Повалив дочь на кровать, я не мог оторвать взгляд от её идеального тела, тянул губами соски и целовал живот. Её бёдра были широкими и соблазнительными. Язык гулял по их внутренней поверхности вызывая девичьи стоны. Я оттягивал момент истины. Её руки уже притягивали мою голову к промежности и я не вытерпел. Сначала проведя кончиком языка по половым губам, так что у моей девочки перехватило дыхание, я впился в неё всем ртом. Ласкал клитор и губы, пускал туда слюну и пил её выделения. Все мое лицо было в смазке. Она была чистой, только из душа, поэтому я не чурался колечка ануса. Когда язык дотронулся до него, Вероника особенно крепко сжала меня и простонала

— Дааааааа...

Терпеть не было сил. Оторвавшись от куни я навис над дочкой.

— Это здесь вы меня зачали? — Спросила она. Я кивнул. — Так возьми меня здесь. Возьми свою дочь на супружеском ложе! — Она уже ёрзала под мной, подставляя киску.

Член проник в неё. Свершилось. Я внутри собственной дочери. И там тесно. Там невероятно тесно и горячо. Но я хочу больше, я хочу быть в ней весь. Её ноги скрестились на моей спине. Я полностью внутри, чувствую каждый сантиметр влагалища. В какой-то момент мне показалось что Нике не комфортно принимать член моего размера.

— Тебе не больно?

— Еби, — только прошептала она. — Еби! Еби! — Уже кричала она. — Еби как ты ебал мою мать! Только не останавливайся... Трахай меня Саша, трахай... — Впервые в жизни Вероника назвала меня по имени. Это что то окончательно переключило в моей голове и я принялся драть её как отбойный молоток. Ника закричала. Сначала громко, а потом беззвучно, только запрокинув голову. Ногти царапали мне спину, она вжималась в меня всей силой, так чтобы ограничить мои размашистые движения во время оргазма, но меня было не удержать. Чем больше она прижималась, тем яростнее и глубже я её трахал. Я вспомнил как 21 год назад, на этом самом месте я грубо брал её мать. Её нравилось грубо. Вспомнил, как туго накачивал её пизду спермой и она стекала по бёдрам Леры. Вспомнил и забыл. Ведь теперь, под мной, в оргазме билась собственная дочь, и кажется своими сексуальными предпочтениями она пошла в мать. Я почти потерял контроль.

— Неет, — закричала Ника, — не в меня!

Всё ещё оргазмируя она как то умудрилась выскользнуть из моей хватки и сходу насадится ртом на член. Но было уже поздно. Плотным потоком сперма угодила на её грудь, лицо и губы. Я продолжал кончать в её прекрасный горячий ротик, а Вероника не успевала глотать. Сперма и слюни текли по её подбородку. Мне нравилось, она именно высасывала остатки семени их члена, а затем подняв личико слизнула сперму с губ и без сил рухнула мне на плечо.

Мы лежали молча.

— Ника?

— Да? — Прошептала дочь.

— Ты как?

— Как будто пять негров из порнухи выебали. — Серьёзно посмотрела она, а потом звонко рассмеялась. Было не привычно слышать мат из её уст. Да и лежать с дочерью которой только что кончил в рот тоже.

— Пап, а можно я тебя буду Сашей теперь называть? — Я кивнул. — Я хочу быть только твоей женщиной папа... Саша. А ты только моим.

— Ты помнишь, что у нас завтра самолёт?

— Помню, — сказала Ника, — а пока у нас вся ночь впереди, нам надо столько всего наверстать... — её рука уже была на моем члене. — Бери меня как тебе только захочется, с тобой я готова на всё. Я думаю это будет классный отпуск, — мурлыкала она, уже садясь верхом на мой хуй, — кстати... А у вас с мамой кода ни будь был анал?

— Нет.

Вероника ввела в себя член и растянувшивь в блаженной улыбке прошептала:

— Я тебе дам... Туда...