Солнце еще только начало свой путь по небосклону, а мистер Вайт уже был в седле. Он ждал этого дня долгих три года, с тех самых пор, когда впервые проснулся в мокрых панталонах от юношеских поллюций.

Предметов вожделения белого господина была Кончита, молодая темнокожая кухарка.

Было счастьем своровать ее холщовую рубашку, приготовленную для стирки, и вдыхая кисловато – пряный запах молодой женщины, дрочить свой еще неокрепший член. Рубашку, пропитанную семенем, он прятал в комоде, под портретом матери, покинувшей его в раннем детстве.

Вайт скакал в седле, и переполненные спермой его яички мечтали об огромных, словно, дыни черных грудях, похожей на кресло, заднице.

Вчера, кухарка была сослана на дальние плантации, за переселенный бульон, а сегодня отце торжественно вручил мистеру Вайту, револьвер с патронами, и черную плетку семихвостку.

Кончита была в поле, надсмотрщик привел ее к молодому хозяину, и пряча улыбку, в темной бороде, оставил женщину и молодого хозяина одних.

– Тут вроде речка, недалеко? – спросил юноша.

– Да, масса Вайт.

– Веди.

Идти оказалось недалеко, хозяин привязал коня пастись, и вытащил из – за пояса оружие.

– Вставая на колени черная дрянь, если хочешь еще увидеть своего маленького сына, то будешь делать, то что я хочу.

– Да, хозяин, – и кухарка опустилась на колени.

Покорность желанной женщины, не тронула никаких струн его души, он засунув револьвер обратно, деловито нырнул руками под рубашку рабыни и вытащил ее тяжелые, налитые груди.

Эбонитовые, с почти фиолетовыми сосками, сиськи с капельками пота, стекающего по шее. подросток почувствовал, как в штанах у него ожил маленький вайт.

Он расстегнул пуговицы, и выпустил его на свободу.

Вздыбленный член, с розовой головкой, был не мал для столь юного джентльмена.

Без предисловий зажав коленями груди кухарки, Вайт нырнул членом прямо между них. Там было горячо и влажно, он начал скользить снизу вверх, тереться о гладкую нежную кожу. Было не очень удобно, и он приказал рабыне самой сжать, как можно сильнее свои сиськи. Так дело пошло быстрее, и он кончил. Матовая сперма, была густой словно сметана, она блестела на черной коже.

Хоть Вайт и кончил, но что – то мешало ему почувствовать облегчение.

Покорность этой черной твари, вызвало смутные желание причинить боль. Может это принесет облегчение?

И тогда он схватив соски пальцами, стал дергать, наподобие, кАк хозяин доит корову. Все сильнее и сильнее. Грудь была тяжелой, упругой, чтобы растянуть е требовалось немало усилий. Шершавые соски набухали, Кончита, уже не сдерживая себя, застонала. Вайт ускорил темп, все быстрее и быстрее, и когда кухарка издала пронзительный, звериный крик, что – то в мозгу словно щелкнуло. Вайт отпустил соски, вожделение было удовлетворено.

Чернокожая рабыня, в изнеможении упала на песок, под ней было небольшое мокрое пятно, и юноша ощутил, как го орудие снова напряглось. Но, нет, не для соития, он помочился прямо на этот кружок страсти, и заправив брюки, пошел к ручью умыться.

10520   2    +5.7 [15] Следующая часть

экзекуция, сиськи, Изнасилование беспомощной