Пролог

Я сосредоточенно смотрела на Себя на экране, стоящую на четвереньках на маленькой табуретке, с волосами, стянутыми в два хвоста, одетую в короткую чёрную юбочку и чёрные сетчатые чулки до колен. Мои груди были стянуты чёрной верёвкой, и тяжело свисали вниз. На сосках виднелись металлические прищепки. Я опять была в роли ученицы перед строгим Учителем.

Позади моей попки двигались две мужские руки, совершавшие священнодействия.

На моём лице было то особенное выражение, в котором отражалось всё накопившееся внутри возбуждение, искажавшее мои черты, изменяющее взгляд и заставляющие скулы сжиматься. Я выглядела напряжённой, будто мне было больно, хотя на самом деле испытывала огромное наслаждение.

Контраст всегда имеет большое значение.

Глядя на меня можно подумать, что я испугана, хотя на самом деле именно в этот момент я возношусь к небесам от удовольствия, и между моих бёдер мокро.

Вдруг что – то блеснуло – там, позади и внизу. Мои глаза пристально следят за серебристым отблеском. Мужские руки держат гинекологический инструмент, тот самый, которым врачи обычно раскрывают женскую вагину для осмотра. Он называется спекулум, и напоминает клюв птицы. Даже раскрывается, словно клюв.

Птица летит, но сможет ли эта развратная ситуация заставить полететь меня?!

О, да.

По моему лицу пробегают волны, словно по глади озера, в которое бросили Ильяь. Это происходит из – за ощущения холодного металла, прикасающегося к тёплой коже. Инстинктивно двигаюсь вперёд, но сильные мужские руки хватают мою попку, и возвращают меня назад туда, где мне самое место – в положение, определённое моим Учителем.

Инструмент постепенно согревается от тепла и влаги моей щёлки. Он проникает медленно и глубоко, а выражение моего лица снова становится спокойным и гладким, словно фарфор. Тонкая улыбка слегка растягивает кончики моего рта.

Неожиданный натиск словно разрывает меня – сосредотачиваюсь, застываю, напрягаюсь, пока властные руки делают круговые движения инструментом. Моя вагина раскрывается. Издаю слабый стон.

Механизм останавливается тогда, когда я полностью открыта – целиком и напоказ. Стоящий позади мужчина внимательно рассматривает меня, мою внутреннюю суть.

Моё лицо застывает в игривой улыбке, и я всматриваюсь в моего доброго Учителя, обернувшись назад. Рассматриваю его выражение. В его глазах отражается бесконечное любопытство, пока он вглядывается в мои сокровенные, таинственные женские глубины. Исследует, раскрывает, впитывает то, что видит. Получает новое знание и обогащает свои эмоции. Он похож на хирурга – гинеколога, которые совершает точные надрезы во время срочной операции. Вижу, насколько он серьёзен и захвачен тем, что он видит. Буквально погружён в мою скрытую сущность.

Тогда и я погружаюсь вслед за ним. Наблюдая, как он зачарован загадками моего тела, я чувствую, как меня охватывает гордость, опьяняет наше похотливое шоу, которое я смогла ему предоставить. Чувствую себя королевой, наслаждающейся властью, которой владею.

Хотя я привыкла к этому клюву – инструменту, и его холод стал уже знакомым воспоминанием, ни на одну секунду не могу привыкнуть к ощущению полного своего раскрытия, скорее наоборот – ощущаю его слишком осязаемо каждой частичкой своего тела. Напряжение переходит в боль, заставляя меня трепетать.

Снова смотрю на своё лицо, которое излучает: могу описать это только одним словом – разврат. Не только возбуждение, страсть, желание, а именно разврат. Мне нравится смотреть на себя.

Это сильно меня возбуждает.

Когда мужчина позади меня поднимается, я, словно загипнотизированная, смотрю, как он обхватывает руками мою попку, и как властно погружается в удобно предоставленную ему открытую щёлку.

Ахаю синхронно с самой собой в фильме.

Влага между моих ног была такой же, как та, что заливала тогда пенис моего Учителя, пронизывающего ненасытно мою вагину. Шлепок по моей круглой попке заставил меня затрепетать. С порочной улыбкой я смотрела, как он хватал мои хвостики, и продолжал сильно входить в меня, вызывая все новые стоны. В какую – то секунду женские глаза широко раскрылись, взгляд взметнулся вверх, моё тело содрогнулось от удовольствия, и я услышала ритмичные громкие стоны и вздохи.

Вспоминаю с изумительной ясностью, как толстый член нажимает на металлический инструмент, увеличивая напряжение. Я чувствовала себя буквально распоротой.

Казалось бы, я видела столько своих оргазмов в зеркале и до этого, но в этот раз все было иначе. Я смотрела, как другой человек подводит меня к финалу удовольствия.

Порнофильмы не могут сравниться с могущественным ощущением того, что видишь саму себя в роли, которую воспринимаешь настоящей.

Фильм, отправленный мне мужчиной после нашей встречи, заставил меня задуматься о том, что может быть эти волнующие воображение кадры должны увидеть и другие люди, чтобы они могли испытать такое же прекрасное возбуждение, которые испытала я сама? Может быть грешно "запирать" эти красивые видения. Я осознаю, что это невозможно сделать по ряду определённых причин. Но все же: :

Наверное, стоит подумать, как это сделать иначе.

Пусть нельзя увидеть, но это не значит, что нельзя передать другим образом. Мы одарены многими органами чувств – смотрим, слышим, ощущаем, вдыхаем ароматы... И можем делать и ещё одну уникальную вещь – читать.

Едва ли существует воздействие, которое сильнее самого акта чтения и получения нового знания в голове. Когда мы читаем, мы позволяем чему – то новому войти в нас, влиять на нас, изменять нас. Чтение обязывает нас думать – один процесс неизменно ведёт к другому, а это обогащает наш ум, делает его более гибким. Никто не будет проверять прочитанные нами книги, и за прочитанное не выдают дипломы, которые бы послужили для какой – то конкретной цели. Но прочитанное глубоко запечатлевается в нас, становясь неоспоримым, полноценным и долголетним опытом. Поэтому я решила попробовать воссоздать силу и глубину пережитых мною сексуальных эмоций при помощи силы Слова.

Слово и Секс.

Интеллектуальность и разврат.

Сакральные для меня миры.

Секс – это мой волшебный мир. Очаровательный, другой, спасительный, обогащающий, удовлетворяющий. Это та наркотическая доза, которая мне нужна для счастья, без которой я не смогу жить.

Цензура излишня, когда речь идёт о сексе.

Скорее наоборот – нужно избавиться от неё, чтобы ощутить истинные эмоции.